Глава 2. Первое сентября, поезд и пир.

Первого сентября пошёл дождь. Было жаль расставаться с Биллом, за такое короткое время я очень привязался к нему. Меня слегка напрягало, что с Роном и Гермионой мы так и не сблизились сильно. Но даже если они окончательно прекратят со мной общаться, это не было чем-то страшным. В принципе, школа никогда не была для меня местом, в котором я бы общалась с людьми. До того как мы с подругой попали в один класс, отношения у меня ни с кем не складывались. Да и позже при её болезни я всегда садилась одна. Собственно, это никогда меня особо и не задевало, так как такое стало привычным. Немного волновался, но не сильно и не серьёзно. Вообще, там ещё оставались близнецы, с которыми можно было подойти поговорить, если придумаешь что-нибудь необычное, и большая библиотека, в которой точно найдётся что-нибудь интересное. Я собрал чемодан заранее, пересилив себя, но надеясь таким образом избежать вечной суматохи отъезда. Из-за этого никогда не любил путешествовать. Утром и правда происходило что-то странное. В камин "позвонил" Амос Диггори и рассказал Артуру о том, что кто-то вломился к "Грозному глазу" Грюму. С семьёй Диггори мы познакомились, когда телепортировались на чемпионат, и поэтому я вежливо поздоровался. Я, кстати, совершенно не помнил этого события, но слушал с любопытством, ведь знал, что вероятно после этого Барти младший и заменит Грюма на его должности. Забавно, что летающая в камине голова выглядела довольно смешно.

***

Вскоре мы уже стояли перед паровозом. Он и правда был большим и величественно пускал дым прямо перед нами. Билл и Чарли намекали на турнир, так что перед самой отправкой я ухватила первого за рукав. — Турнир трёх волшебников? — Откуда ты уже узнал, мелкий? — Допустим подслушал... Мне уже пора отговаривать Рона и близнецов от участия в такой самоубийственной заварушке? Билл улыбнулся. — Сначала подожди, когда об этом официально объявят, дружок. Но да, я буду благодарен. Только тогда предупреди, если это закончится чем-то плохим. Не хочу, чтобы вы ссорились. Я говорил, что Билл потрясающий? Я повторю. Билл потрясающий! — Ладно, я пойду, Билл, постараюсь не во что не вляпаться, быть паинькой и уговорить твоих братьев хотя бы притвориться хорошими. Пока, может ещё увидимся! Я помахал рукой, уже забравшись на ступеньки поезда. — Напиши, если что-то произойдет! Я вправлю им мозги на место! Прозвучал ещё один гудок, двери закрылись, и поезд тронулся. Я же нашёл Рона и Гермиону в купе, под крики близнецов о том, чтобы Молли рассказала им о происходящем в Хогвартсе. А я вот всё знаю, хи-хи. Рон вытащил из чемодана свою парадную мантию, на которую жаловался мне с тех пор,как его мама её купила, и накинул на клетку своей совы. Мантия, к слову, и правда была не образцом красоты. Какого-то грязно-бордового цвета, с белыми рюшами и на подоле, и на рукавах, и на воротнике. Кажется, я знаю, что подарить ему на новый год. На Рождество точнее. Сычик, если мне не изменяет память, то так сову Рона и звали, почти сразу же затих, прекратив своё уханье. Мы помолчали. В соседнем купе слышался разговор, но наше молчание всё равно было очень неловким. Первым не выдержал, конечно, Рон. — Блин, не понимаю, почему просто не сказать нам об этом! Мы же.. — Ш-ш-ш.. Гермиона перебила его, приложив палец к губам. Я тоже прислушался. Знакомый голос доносился из соседнего купе. Вот чего она молчала. — ...Вы понимаете. Он знаком с директором, разумеется. Ну, вам известно его мнение о Дамблдоре — любителе грязнокровок, а в Дурмстранг, эту сволочь, на пушечный выстрел не подпускают. Но мама не одобрила идеи отослать меня в школу так далеко. Отец говорит, что в Дурмстранге подход к Темным Искусствам куда более разумный, чем в Хогвартсе — студенты их там действительно изучают, а не занимаются всей этой чепухой по защите, как мы... Гермиона на цыпочках закрыла дверь, чем погрузила купе в тишину. Она же и возмутилась довольно громко: — То есть он считает, что ему больше подходит Дурмстранг? Вот бы и ехал туда, нам же лучше! — Интересно, как так всегда получается, что из всех людей мы всегда натыкаемся именно на Малфоя? Серьезно, тут же не книга. Насколько надо быть везучим, чтобы встретиться 2 раза на чемпионате, а потом ещё и занять соседние купе, при том, что встречаться не было в планах ни у кого из нас? — Ладно, не хочу ничего о нём больше слышать! Воскликнула Гермиона и достала из чемодана книгу. "Учебник по волшебству" 4 курс, прочитал я и хмыкнул. Учёба волбшеству и правда настолько интересная? Через некоторое время к нам присоединились ещё ребята. Симус Финниган, Дин Томас и Невил Лонгботтом. Мальчишки интересно рассказывали о своих летних похождениях, а уж когда речь зашла о чемпионате мира! Только Невилл грустил о том, что его бабушка не купила билеты. Рон достал фигурку Крама из сумки (почему у него есть фигурка, но нет парадной мантии?), очевидно, чтобы похвастаться. — Я видел его так близко, мы же были в верхней ложе... — Первый и последний раз в жизни, Уизли. Блондин стоял в дверях, за ним были Кребб и Гойл, его верные охранники. Серьёзно, я даже не помню этого разговора в книге, почему он здесь? — Герм, меня что, прокляли? За эту неделю мы с ним разговариваем уже третий раз. — Тебе-то какое дело, Малфой! Мои слова заглушило восклицание Рона, но кажется дракон услышал. Во всяком случае, до того, как прикопаться к парадной мантии Рона, он посмотрел на меня так выразительно, что я почувствовал себя идиотом. — Таких проклятий нет, Гарри. Шепнули мне в ответ. — Потому что эта была шутка? Я скорее спросил, уже не уверенный и смущённый тем, что объект обсуждения нас заметил. Неловко улыбнулся. Кажется такая улыбка скоро станет фирменной. — Чтоб тебе дерьмом подавиться, Малфой! — Что, собираешься принять участие, Уизли? Там и деньги прилагаются как известно... — Ты это о чём? Прорычал Рон. Я схватил его за рукав и потянул назад. Ещё драки нам тут не хватало. — Ни в чём он участвовать не будет. Иди сливай свой яд на кого-то другого, змейка, — Я помахал рукой, обозначая "кыш-кыш" и шепнул Рону, — Не ведись на провокации, тебе же не пять годиков, чего как маленький. Вспыльчивость парня раздражала. А ведь так хорошо сидели.. — Ах, вы что, не знаете? Мой отец сразу мне рассказал, он узнал об этом от самого Корнелиуса Фаджа... Хм.. Хотя да, вряд ли они стали обсуждать важные дела в присутствии твоего отца, не так ли, Уизли? — Ты меня не услышал? Я шагнула вперёд, Малфой слегка отступил назад, под защиту своих телохранителей. Он сложил руки на груди, ожидая моих действий. Я же тыкнул ему в грудь пальцем. — Проваливай, хорёк. И я, слегка подтолкнув его назад, закрыл дверь прямо перед его носом. Ребята в шоке смотрели на меня. Я почесал затылок. Ладно, для того, кто никогда не ввязывался ни в какие стычки, это было неплохо, не так ли? — Вау, Гарри! Ты суперски поставил его на место! Он небось ещё неделю не сможет к нам подойти! Гордость не позволит. Дин начал говорить. Невил и Симус кивали, полностью согласные с услышанным. Рон вставил: — Да, Гарри, круто ты его! Гермиона лишь вздохнула: — Я рада, что вы не подрались. Я неловко почесал затылок, улыбнувшись.

***

Когда поезд остановился, шёл настоящий ливень, но нам, к счастью, в отличие от первокурсников, надо было ехать в каретах. Фестралов я, конечно, не видела, но легонько толкнула идущего рядом Невилла. — Ты когда-нибудь читал о фестралах? Это ведь они карету везут, да? — Ну да. А ты не видишь? Я помотал головой. — А ты да? Сочувствую.. — О ничего страшного, ты ведь не знал, — Он пожал плечами, — Многие из учеников даже не догадываются об их существовании. Я оглядел его. Пухленький мальчишка, каких тысячи. Остановился на его лице взглядом. Невилл смотрел в никуда, похоже, что-то вспоминая. Дождь всё ещё лил и фигура в свете фонарей выглядела завораживающе. Очаровательно. Руки так чесались запечатлеть его на бумаге. Вдохнув начал заламывать пальцы. Даже будь у меня под рукой карандаши и бумага, я бы не смог передать эту красоту. Поджав губы, я вздохнул с грустью, когда садился в карету и уставился на мрачный пейзаж за окном. Мрачный пейзаж - мрачные мысли. Вспомнилась подруга. Навалилась грусть, в носу защипало. А потом ни-че-го. Эмоции схлынули, оставляя за собой пугающее безразличие. Я вздохнул, челюсть сжал слишком сильно, до боли в приступе раздражения. За лето я уже привык к ощущению пустоты при воспоминаниях о доме и страх почти ушёл, сменившись злостью. Бесит, что контролируют, бесит, что забрали мою жизнь, бесит, что я не могу просто пережить это, как обычные люди. Но ты же особенный, Гарри, ты же герой! Ты же почему-то оказался здесь такой бесполезный. В носу защипало вновь, на глаза навернулись слёзы. Так отставить слёзоразлив! У тебя будет время на это позже, не к чему детей за зря беспокоить. Я сморгнул слёзы и посмотрел на сидящего напротив Невилла. Поправил на носу очки (когда они бликуют выражение лица гораздо сложнее рассмотреть) и оценил вид сидящих с нами учеников более младших курсов. Довольно милые детки. Я продолжил смотреть в окно, спасаясь от неуютного молчания. Каждый раз когда я обращал на это внимание, сразу же тишина начинала казаться мне неуютной и хотелось как-нибудь избавиться от этого ощущения. Но о чём разговаривать я не знал, так что продолжил молчать. Живот скрутило болью и я вспомнил, что так то не ел с самого утра. Мой организм почему-то не считал важным напоминать мне, что он голоден до тех пор когда не станет совсем плохо. Я внутренне вздохнул припомнив, что ужин будет только после распределения малышей. Облом Гарри, поешь когда дадут. В итоге по приезде, мне было интересно только когда уже нам дадут поесть. Правда эти мысли на некоторое время вылетели у меня из головы когда я увидел замок. Описание из книги я честно не помнил, но фильм не смотря на все старания не смог передать всю его красоту. Хотя в жизни всё красивее, чем на картинке. Замок был.. Величественным я бы сказал. Красивым безусловно, в ночной мгле его огни слегка слепили глаза. Нормальных слов не находилось и я просто слегка завис разглядывая крыши, башни и статуи. Когда мы вошли, Невилла стоящего рядом со мной облило водой. Я закрылся руками и сделал пару шагов назад. Я и так промок под дождём, а тут ещё и это. Поднял голову. — Пивз, прекрати это немедленно! Звучный голос попытался остановить происходящее безобразие. Портелгейст кружил под потолком и швырялся во входящих бомбочками с водой. Именно под такую и попал Невилл. Профессор Макгонагалл (женщина с пучком и в остроконечной шляпе, догадаться кто это было не сложно) не особо успешно пыталась прогнать его. Я тихонько отошёл к стене и незаметно прошёл мимо. Профессор поскользнулась и чуть не упала, но во время схватилась за кого-то из учеников. Кажется это была Гермиона. Неужели с этим безобразием и правда ничего нельзя сделать? Рассаживаясь по местам, я отметил расстановку столов. Никогда не запоминал в каком именно порядке они стояли, но судя по всему мне и не придётся, над каждым столом висел герб факультета. Небо в большом зале и правда было очень красиво и не смотря на погоду на улице показывал чистое звёздное небо. Лишь по краям, у стен, можно было заметить клубящиеся, тёмные тучи. Среди них иногда сверкали фиолетовые молнии, придавая больше оттенков небосводу. Мне если честно казалось, что даже за тучами звёзды не были так хорошо видны как здесь, но не то чтобы я был против. Выглядело завораживающе. Невилл со вздохом сел рядом и достав палочку направил её на себя. Пробормотав себе что-то под нос он взмахнул инструментом и его одежда всегда стала сухой. — Невилл, а это что за чары? Не удержавшись спросил. Заклинаний я сам помнил очень мало, а памяти героя мне вроде не перепало. Он посмотрел на меня как-то непонятно и вздохнул. — Чары горячего воздуха. Гермиона же объясняла тебе в прошлый раз, ты опять забыл? Я неловко хохотнул. — Прости, но я уже совершенно этого не помню. Может объяснишь мне? На этот раз я точно не забуду! Заклинание звучало примерно как Калидам Аэрем, но вербальной формулой пользовались редко, предпочитая просто взмахнуть палочкой и представить результат. Позже оказалось, что для меня не проблема оба варианта. Хотя Невилл точно проговаривал заклинание вслух, хоть и шёпотом. Хорошо бы узнать от чего это зависит. — Хей, Гарри! Я обернулся на голос, мальчик привстал со своего места и махал мне рукой. Я неловко улыбнулся и помахал в ответ. — Представляешь Гарри, сегодня поступает мой брат Дэннис! Я так надеюсь что он поступит на наш факультет! — Пазл в моей голове сложился, восторженный мальчишка с братом Дэннисом, вариант был только один. — Это ведь было бы так замечательно! — Наверное это и правда так Колин. Но даже если он поступит не к нам это же не плохо? — Да, но Гриффиндор лучший, здесь ведь ты Гарри! Я прищурился и улыбнулся. Маленький фанат Колин Криви с талантом к фотографии мне, в отличие от оригинала героя, не казался обременяющим. — Тогда если бы я поступил на Слизерин, то он был бы лучшим? Или на Пуффендуй? Мальчишка сдулся: — Ну... Не знаю.. Наверное да, но они ведь живут в подземельях, а мне такое не очень нравится. Я прыснул. — Составь рейтинг, Колин. Мальчишка моргнул, обдумывая, а потом вскинулся. — Да так и сделаю! Выпишу плюсы и минусы, а потом буду показывать первокурсникам, тогда большинство точно захочет на наш факультет. Я облокотился на стол, придерживая голову рукой. Улыбка не желала сходить с моего лица. — Хорошо, только не выписывай меня в плюсы нашего факультета пожалуйста. Тут двери распахнулись и в зал вошли первокурсники. Они были маленькими и промокшими. Лишь один был закутан в большую шубу Хагрида и улыбался. Он поймал взгляд Колина и, показав два больших пальца, прошептал: — Я упал в озеро! Он своим достижением явно гордился. Очевидно он был тем самым Дэннисом. Сами первокурсники были такими маленькими и грустными, что мне захотелось сразу же опробовать выученное заклинание на них тоже. Но я посчитал, что прерывать распределение будет очень, не очень, так что я просто продолжил смотреть как на табурет ставят знакомую мне шляпу. Она открыла свой рот из складок и запела: Наверно, тыщу лет назад, в иные времена, Была я молода, недавно сшита, Здесь правили волшебники — четыре колдуна, Их имена и ныне знамениты. И первый — Годрик Гриффиндор, отчаянный храбрец, Хозяин дикой северной равнины, Кандида Когтевран, ума и чести образец, Волшебница из солнечной долины, Малютка Пенни Пуффендуй была их всех добрей, Ее взрастила сонная лощина И не было коварней, хитроумней и сильней Владыки топей — Салли Слизерина. У них была идея, план, мечта, в конце концов Без всякого подвоха и злодейства Собрать со всей Британии талантливых юнцов, Способных к колдовству и чародейству. И воспитать учеников на свой особый лад — Своей закваски, своего помола, Вот так был создан Хогвартс тышу лет тому назад, Так начиналась хогвартская школа. И каждый тщательно себе студентов отбирал Не по заслугам, росту и фигуре, А по душевным свойствам и разумности начал, Которые ценил в людской натуре. Набрал отважных Гриффиндор, не трусивших в беде, Для Когтевран — умнейшие пристрастье, Для Пенелопы Пуффендуй — упорные в труде, Для Слизерина — жадные до власти. Все шло прекрасно, только стал их всех вопрос терзать, Покоя не давать авторитетам — Вот мы умрем, и что ж — кому тогда распределять Учеников по нашим факультетам? Но с буйной головы меня сорвал тут Гриффиндор, Настал мой час, и я в игру вступила. "Доверим ей, — сказал он, — наши взгляды на отбор, Ей не страшны ни время, ни могила!" Четыре Основателя процесс произвели, Я толком ничего не ощутила, Всего два взмаха палочкой, и вот в меня вошли Их разум и магическая сила. Теперь, дружок хочу, чтоб глубже ты меня надел, Я все увижу, мне не ошибиться, Насколько ты трудолюбив, хитер, умен и смел, И я отвечу, где тебе учиться! Когда шляпа начала петь я невольно заслушался. Стихи были довольно складными, пела шляпа не плохо, так что я даже поймал себя на том, что постукиваю по столу в ритм. Когда шляпа закончила петь зал грянул аплодисментами. После этого распределение наконец началось. Первым поступившим на Гриффиндор в этом году оказался снова злополучный Дэннис Криви, который всё ещё путаясь в огромной шубе поспешил к нашему столу. Я хлопал вместе со всеми, радостно улыбаясь, подхватив общественное настроение. Мальчишка шлёпнулся на стул рядом с братом и радосно поделился: — Колин я поступил! Поступил на Гриффиндор! А ещё я свалился в озеро и меня кто-то поднял обратно в лодку! — Здорово! Это наверное был гигантский кальмар! Я похихикал, воодушевлённые мальчишки и не заметили, как я перебрался к ним поближе. — А знаешь кто этот парень в очках с тёмными волосами Дэннис?! Перегнувшись через стол я ответила: — Наверное я? — Гарри! Дэннис это Гарри Поттер! — Да, приятно познакомится, не против если я высушу твою одежду Дэннис? Ходить в мокром наверное не очень приятно? Мальчишка с радостью закивал, а я вытащил палочку. Смешно, что в отличие от настоящего героя, я со своей практически не расставался. Приятное тепло дерева заставляло брать её с собой где только можно. Раньше я так же не мог расстаться с телефоном, оставляя такую важную вещь на долго, я начинал очень сильно нервничать. Плюсы в этом конечно тоже были, шанс потерять волшебный инструмент близились к нулю. Из минусов, забыть палочку, значит обеспечить себе нервотрепку на весь день. Итак, взмахнув палочкой и прошептав заклинание я высушил первокурсника и улыбнулся. Магия ощущалась как пузырьки в животе, как счастливая эйфория, как яркий цветок распустившейся в груди. Она утекала сквозь пальцы, собиралась на кончике палочки и выполняла твоё желание, оставляя вместо себя неуютную пустоту. Во всяком случае так я чувствовал себя когда баловался с магией слишком долго. В начале мне было слегка плевать на какие-либо последствия колдовства, и на Министерство с его запретами и на собственное состояние. Поэтому тогда я целыми днями мог сидеть и заставлять вещи летать или включать и выключать свет. Люмос. Нокс. Люмос. Нокс. Сейчас, как и на чемпионате, я не колдовал так много, но даже двух заклинаний хватило, чтобы я почувствовал опустошение. Оно было там, с краю, я бы и не заметил если бы не сталкивался с полным истощением. Ну или почти полным, я не был уверен насколько плохо всё было на самом деле, но ощущалось ужасно. Подошли ещё несколько распределённых к нам первогодок. Я не отказался от практики и каждому предлагал подсушить их одежду. Невилл тоже вскоре присоединился к этой незапланированной акции и в итоге вокруг нас собралась компания малышей, подсаживающихся ближе к уже знакомым по путешествию лицам. Я не был против. Вскоре распределение наконец закончилось и Дамблдор поднялся из-за стола. — Скажу вам только одно — ешьте! Тут на столах появились блюда и я не упустил возможность наполнить свой живот. Тем более еда была вкусной и разнообразной, что добавляло аппетита. После того как все наелись, основные блюда пропали, заменившись на десерт. Мороженое, эклеры, пироги. Глаза разбегались. Но вскоре еда пропала окончательно и я невольно вновь повернулся к преподавателям, ожидая когда нас отпустят по кроватям. Глаза уже слипались и я зевнул. Время было уже за полночь. Директор снова встал чтобы начать свою речь. — Итак, теперь когда все наелись и напились, я должен снова попросить вашего внимания чтобы сделать несколько объявлений. Во-первых мистер Филч, наш завхоз просил поставить вас в известность, что список предметов запрещенных в стенах замка расширен и теперь включает в себя Визжащие игрушки йо-йо, Клыкастые фрисби и Безостановочно-расшибальные бумеранги. С полным списком вы можете при желании ознакомиться в кабинете мистера Филча. Во-вторых я хотел бы напомнить о том что Запретный лес является запрещённой территорией, как и Хогсмид для студентов младше третьего курса. Так же для меня является неприятной обязаностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет. Я посмотрел на окружающих, реальный шок это заявление вызвало только у самой сборной. Многие были разочарованы, но не более того. Только Рон ахнул с таким же удивлением как и игроки. Вот кто у нас тут истинный фанат квиддича в любом его проявлении. — Это связано с событиями которые начнутся в октябре и продолжаться весь учебный год. Они потребуют у преподавателей всего их времени и энергии, но уверен доставят вам истинное наслаждение. С удовольствием объявляю что в этом году в Хогвартсе... Грянул гром, сверкнула белая молния, двери большого зала распахнулись. Я зажал уши руками, этот гром был слишком громким для созданного иллюзией потолка или прогремевшим на улице. В зал вошёл человек, весь в шрамах, с протезом ноги и глаза. Очевидно это был Аластор Грюм, точнее Барти Крауч в его облике. Я прищурился, не то чтобы я рассчитывал что замечу что-то, но он и правда вжился в роль. Хромал, вращал глазом и в общем производил впечатление довольно жуткое. Он дошёл до стола преподавателей и пожал руку Дамблдору. Директор наклонился и сказал новому преподавателю несколько слов, которых не было слышно, не смотря на то что в зале стояла тишина. — Что-ж.. — Начал директор — Теперь позвольте представить вам вашего нового преподавателя по Защите от тёмных искусств. Профессор Грюм! Он захлопал в честь нового преподавателя, его хлопки подхватил Хагрид. Зал оставался тих. Только некоторые зашептались между собой. Похоже, такое появление всех шокировало. Дамблдор прокашлялся и продолжил: — Как я и говорил, в этом году мы будем иметь честь принимать у себя очень волнующее мероприятие. С огромной радостью я сообщаю вам что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников! — Вы шутите! Один из близнецов вскрикнул и приподнялся с места. — Я вовсе не шучу мистер Уизли, хотя если вспоминать о шутках я помню один анекдот. Заходят однажды в бар... — Макгонагалл выразительно кашлянула. — Но впрочем сейчас не время.. Он почесал голову. Я же облокотился на стол и подпёр голову рукой. Мне было конечно интересно, но спать хотелось больше. — ... некоторые из вас не имеют представления о том, что это за Турнир, а те, кто знают, надеюсь, простят меня за разъяснения, и пока могут занять свое внимание чем-нибудь другим. Итак, Турнир Трех Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства — Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трех магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодежью разных национальностей — и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить. Студенты переговаривались. Многие хотели поучаствовать в турнире. Я если честно уже не слушал. Эту информацию я уже знал, так что не считал это важным. А директор всё говорил и говорил. Бла, бла, участвовать могут только те кому исполнилось семнадцать, бла, бла, младшекурсники не справятся, бла, бла, бла. Наконец Дамблдор закончил и все стали вставать из-за стола. Я просто пошёл за всеми, потому как понятия не имел где именно находится гостинная и спальни. Поскольку сидел я рядом с малышами, то и пошёл наверх я вместе с ними, Невиллом, Колином, который категорически не хотел отпускать своего брата одного (в чём я его прекрасно понимал) и новым старостой. Точнее старостами. Гостинная и правда находилась в башне. Чтобы попасть туда надо было поплутать по коридорам, но запоминалась дорога легко. Девушка-староста бойким голосом обращала внимание первогодок на ориентиры и объясняла про такие вещи как исчезающие ступеньки и движущиеся лестницы. Парень-староста шёл сзади и не вмешивался, только следил чтобы никто не отстал и не потерялся. Вид у него был такой как будто делать это его заставили. Может быть так оно и было. Когда мы прошли внутрь, сказав даме на картине пароль ("Чепуха" на этот раз, интересно кто вообще их придумывает?) старосты представились. — Я Лили МакДональд новая староста Гриффиндора. Я учусь на седьмом курсе. Если у вас есть какие-то вопросы или проблемы вы смело можете обращаться ко мне! — Я Карлус Блюм, ваш староста. Вы можете обращаться ко мне если возникли проблемы... Парень почесал затылок. Мне стало даже интересно зачем он вообще согласился быть старостой, если это его так утомляло. Сама гостинная мне понравилась. Светлая и уютная. В центре стоял камин, а вокруг него разместились кресла. По бокам лестницы ведущие в спальни. Миленько. Невилл начал подниматься наверх и я поспешил за ним, уже не следя за речью старост. Я помнил, что жили мы в одной комнате и мне не хотелось случайно зайти куда-то не туда. В комнате были пять кроватей. Я закономерно прошёл и сел на ту около которой стояли мои вещи. Комната была круглой, посередине стояла печь для обогрева. Кровати с балдахином (эта штука вообще так называется?) были застелены красными покрывалами. Рядом был комод и тумбочка для хранения вещей. С другой стороны кровати располагались книжные полки. На подоконнике стоял стакан и кувшин с водой. В принципе было довольно удобно, хоть места и было мало. Я запихнул чемодан под кровать и растянулся на покрывале. Хотелось спать. Невилл разложил самое необходимое и ушёл в гостинную. Я пожелал ему спокойной ночи. Закрывшись от всех на кровати я всё-таки нашёл в себе силы переодеться в пижаму. В итоге я укутавшись в одеяло и так и не дождавшись прихода остальных соседей, уснул.