Часть 1. Неожиданные новости.

Настал этот момент, когда дыхание замедляется и кажется, будто весь кислород пропадает из комнаты. Когда на маленькой розовой полоске рядом с первой чёрточкой проявилась вторая, живот закрутило, а на глазах появились слёзы. “Чёрт, что же делать…” — прошептала девушка, начиная трястись. Давайте отмотаем немного назад, чтобы понять, что вообще происходит. Девушку, что сейчас заперлась в туалете, обдумывая свою дальнейшую жизнь, зовут Мария. Обычная сирота, что уже 16 лет живёт в детском доме в центре провинциального городка. Не зная своих родителей, она то и дело искала поддержку и любовь в окружающих её людях и, по итогу, нашла её в доброжелательном юноше Владе, который в их отряде являлся кем-то вроде духовного лидера, к которому всегда можно обратиться, если вдруг обижают более статусные ребята или просто грустно. Что-же, как мы можем понять, любовь их оказалась взаимной и вот к чему она привела. Ну ладно, не время распускать нюни. Убрав с лица рыжие пряди и вытерев слёзы, Маша запихнула тест в карман и вышла из санузла. Лучше выбросить его подальше от человеческих глаз, которые, казалось, сверлят сейчас пуще прежнего. Идя по коридору, наполненному людьми, она прямо чувствовала эту гнетущую атмосферу, из-за которой по спине и ладоням бежит пот, а сердце учащённо бьётся. Кажется, будто уже каждый знает её секрет и осуждает, смеётся и намерится рассказать обо всём педагогам и директору. “Что же делать…” — продолжала она размышлять — “Нужно рассказать обо всём Владу. Он обязательно что нибудь придумает, мы обязательно это решим”. Конечно, она ведь доверяет ему и обязательно сделает так, как он скажет. Ибо Мария верила, что он сможет принять правильное решение. Вдруг, в кармане раздался гудок. Достав старенький смартфон в пожелтевшем чехле, она сразу же увидела сообщение от давней подруги. “Срочно. Мне нужно тебе кое что сказать. Буду ждать на нашем месте.” Видимо, придётся отложить разговор с парнем на потом, раз уж это так важно. Оня никогда бы не написала “срочно”, если бы это было чем-то незначительным. Свернув в сторону лестницы, школьница быстро пробежала несколько лестничных пролётов, по итогу оказавшись у закрытого на замок пожарного выхода, рядом с которым, прямо под лестницей, находилась маленькая комнатка со всяким уборочным инвентарём. Именно это и было их местом, в которое никто никогда не заглядывает и в котором можно вдоволь посекретничать. По всему детскому дому было несколько таких мест, в которые хотя бы раз, но приходил каждый, передавая знания о таких местах младшим. Конечно, руководство и воспитатели тоже о них знали, но предпочитали делать вид, будто ничего не происходит. Пару секунд постояв у двери, Маша постучалась. — Это я. — Заходи. Открыв дверь, она быстро прошмыгнула внутрь, а после так же быстро закрыла её. Где-то в глубине помещения сидела миниатюрная ровесница с заплаканным лицом. — Что случилось? — спросила, подойдя к подруге. — тебя кто-то обидел? — Нет. Ну, то есть, да, но и нет, всё сложно. Обещай что никому не расскажешь. — Конечно, ты же меня знаешь. — В этом и проблема, что я тебя знаю, ты обо всём всем рассказываешь, особенно Владу. Обещай, что даже ему не расскажешь. — Клянусь, что даже он не узнает, так что там? — Я… Я беременна. На секунду спёрло дыхание. “Как, и она тоже?” — пронеслось в голове. Да что же происходит в этом заведении! — Подожди, это… Это точно? — Да, точно. Уже второй месяц скоро будет. Ну, примерно, я точно не знаю. — Жесть… Ты кому нибудь рассказывала уже? — Нет. Только тебе и Богдану. — Так он от него? — Конечно! Ты за кого меня принимаешь?! — Прости, я просто пытаюсь переварить всю ситуацию. И что он сказал. — Он… Он… — она снова начала плакать. — он сказал чтобы я избавилась от него, иначе он меня бросит. — А ты что? — А я не хочу! Как бы, сложно объяснить, но пусть он и пара клеток внутри меня, но я уже чувствую его своим ребёнком и чувствую ответственность над ним и избавиться от него для меня — это как когда наши родители избавились от нас. Но, в то же время, я не хочу, чтобы Богдан меня бросил, ибо и его я люблю. — Да уж… Но, ты же понимаешь, что тебе будет тяжело с ребёнком? — Понимаю, но я так не могу. Слушай, а, может, он ещё передумает? У нас же столько времени! Как минимум, он увидит ребёнка и, может, он поменяет своё мнение? Ему же, наверняка, тоже страшно. — Наврядли. Ты же знаешь его, он себе на уме. Почему-то, при упоминании Богдана в груди появилось какое-то странное и неприятное ощущение, но, в то же время, такое знакомое. Ха, неужели это ревность? Нет, нет, это не может быть она. Конечно, ещё давным давно Мария и Анна сражались за этого юношу, но, после того как Аня оказалась быстрее, об этой затее пришлось забыть. Как минимум, так хотелось бы, а, на деле, каждый раз, слыша о счастье подруги, это чувство всё появлялось и появлялось вновь. Конечно, ранее оно было слабеньким и получалось его заглушать, но почему именно в этот раз оно настолько сильное? Это даже пугает. — Мы попробуем его переубедить, — Маша постаралась отвадить это давящее наваждение. — всё будет хорошо, не переживай. Хором выдохнув, подруги обнялись. Всё обязательно будет хорошо.