Глава 3

На следующее утро, Грейс пришла в лабораторию вместе с Кири: теперь, когда девочка поневоле вынуждена находиться вдалеке от дома, учёная не могла оставить её одну - да и не хотела. Что же касается остальных сотрудников, те периодически отвлекались от своей работы и посматривали на малышку, которая, находясь на руках Огустин, время от времени перетягивала на себя внимание учёной, что попутно занималась написанием - уже сложно сказать, какого по счёту - отчёта. Однако для них это было не более чем любопытство, поэтому они, недолго думая, вновь принимались каждый за своё дело. Закончив с отчётом, Грейс, развернувшись спиной к столу, поднялась с кресла и начала мерить лабораторию шагами, укачивая дочь. Через несколько минут, Люций пришёл к учёным и, первым делом, раздал им свои указания - они все, без исключения, покинули помещение, оставляя его наедине с Огустин. - Я зашёл узнать, как обстоят дела, - начал он, подойдя к учёной практически вплотную, - вижу: вы со всем справляетесь. - сделал вывод мужчина, посмотрев на спавшую на руках Грейс на'ви. - Приходится: вы ведь не оставили мне иного выбора. - ответила она, пристально смотря на него, отнимая левую руку малышки от своего халата, к которому та потянулась во сне. На её слова, Люций лишь с усмешкой улыбнулся, а затем, развернувшись, направился к выходу из лаборатории. В этот момент девочка проснулась и громко записчала, заёрзав на руках матери. - Полностью согласна, - говорила учёная, перехватывая её и укладывая на своё правое плечо, - мне тоже не нравится этот тип. - Кири вскрикнула, поворачивая голову в сторону Огустин. Грейс улыбнулась, смотря на дочь, и поцеловала девочку в лоб.

Прошло несколько дней

Она вошла в комнату и села на постель, с улыбкой смотря на крепко спящую на'ви. В такие моменты, здравый смысл в очередной раз брал верх над чувством безграничного счастья: с одной стороны, она понимала - возможно, даже взялась бы просчитать - всевозможные риски, которым подвергалась Кири, находясь рядом с ней на Земле; но с другой, она тосковала все эти четыре месяца, не имея даже малейшей надежды на то, что когда-нибудь сможет вновь воссоединиться с дочерью - и вот теперь... Грейс поднялась и взяла девочку, укладывая себе на левую руку и целуя в лоб. Малышка медленно открыла глаза - увидев улыбчивое выражение лица матери, она начала скулить и пытаться ухватиться пальчиками за халат учёной. - Что такое, родная? - спрашивала Огустин вполголоса, наблюдая за безуспешными попытками дочери всё-таки зацепить белую ткань. - Ты голодная? - Кири начала плакать громче. - Ч-ч-ч, ящерка, всё хорошо, я здесь... - успокаивала она, выходя с ней за дверь. В коридоре, в отличие от комнаты, было светло - учёная сразу заметила на теле девочки странные, бледно-красные пятна, похожие на сыпь. Не теряя времени, Грейс понесла малышку в медицинское отделение. Уложив её на кушетку, она быстро метнулась к галографическому планшету, что лежал на второй кушетке; затем учёная взяла катетер, соединяя его с прибором. Вернувшись к дочери, Грейс - не без облегчения - заметила: Кири затихла и была спокойна - обследование удастся провести без особых проблем. Положив планшет на край кушетки, Огустин взяла в правую руку иглу, а левой ладошку малышки, чтобы можно было минимизировать риск непопадания в вену. - Потерпи, сейчас будет немного неприятно. - сказала учёная, мимолётно взглянув на дочь, поднося иглу к коже - в момент ввода, Кири жалобно пискнула. - Чи-чи-чи, вот умница. - продолжала Грейс в той же манере, беря планшет в правую руку, держа девочку левой, чтобы та не дёргалась. - " Чёрт, знала же, что может случится подобное и..." - думала про себя Огустин, изучая результаты сканирования. Обследование выявило несколько нарушений в работе организма девочки, которые могли вызвать сыпь: в первую очередь, это реакция кожи на земные температуры, а также переход на синтетические смеси - на данный момент, это не вызывало существенных опасений, однако если подобное воздействие не прекратится, последствия будут вплоть до фатальных. Всё, что Грейс могла сделать в этой ситуации - попытаться оттянуть грядущие ухудшения в состоянии дочери. Но даже индивидуальные, подобранные специально для неё, препараты, не могли обеспечить хоть какую-то гарантию на улучшение, так как на'ви изначально не были приспособлены к чему-то подобному. Всё-таки найдя более-менее приемлемый вариант, учёная сделала Кири инъекцию. Под воздействием препарата, девочка заснула. Приложив к её лицу маску, Огустин вышла из камеры, забрав с собой галографический планшет. Она была в лаборатории, когда на её компьютер поступил звонок. - Джейк? - вопросительно начала учёная. - Привет, рад, что контакты, которые ты оставила, пригодились... - Ты звонишь, потому что вы хватились Кири, верно? - Но как ты?... - шокированно отвечал Салли, получая скомканную улыбку со стороны Грейс. Она рассказала ему всё, что произошло за последнее время, и о том, к каким последствиям это привело. - Если я правильно понимаю: шансов, что её состояние улучшится, нет. - Да, к сожалению. - подтвердила Огустин, тяжело выдыхая. - Кири будет медленно угасать, пока... - голос учёной сорвался, в глазах проступили слёзы. - Неужели... ничего нельзя сделать? - пытаясь сохранять спокойствие, задал очередной вопрос Салли. - Я постараюсь убедить этого ублюдка отправить её обратно - в этом случае, шансов, что всё обойдётся, будет больше, однако... даже при таких условиях, гарантий всё равно никаких. - объясняла она. - Я знаю: ты сделаешь всё, чтобы вернуть Кири домой - удачи. - сказал Джейк, улыбнувшись. - Спасибо тебе, дуралей. - прошептала в ответ учёная и прервала связь.