Часть 28

-Араши- То, что он не хотел иметь дело с генинами, не означало, что он хотел иметь дело со всеми остальными. «Почему. Разве это не Красный Ураган прямо там?» Громкий, надменный вопль заставил его съёжиться. Такой шумный! Инстинктивно он попытался выплеснуть свою чакру, чтобы почувствовать врагов, но потом — ах, точно. Эти чертовы ограничители чакры. Он действительно хотел содрать их, блядь. Араши медленно обернулся. Повезло, что вокруг не было много людей и... о. Ну. Конечно, вокруг не должно быть людей; он прошел около штаб-квартиры T&I. «Ну, черт. Это же леди-змея». «Ну, черт возьми» . Курама, я нахожу, что ты в последнее время очень полезен. «А я в последнее время нахожу тебя крайне тупым ». Анко были на удивление близкими друзьями с Сакурой. Его-мир-Орочимару начал искупать свою вину, и пока он вмешивался в лаборатории и все такое, Сакуре - боссу медицинских штучек - всегда приходилось взаимодействовать с ним и Анко, которая часто хотела поговорить с Орочимару и его подчиненными. Анко и он никогда по-настоящему не были близки, но всегда испытывали взаимное уважение друг к другу; они оба изначально были ненавидимы обществом, а затем прославились как герои войны. «Привет», — сказал он с бледной улыбкой. «Это Араши». "Йоу, я Митараши Анко. Приятно познакомиться". Она скрестила руки и выпятила слишком уж открытую грудь, высунув язык так, что он подавил дрожь. Она никогда не переставала излучать его-мир-Орочимару флюиды. "Итак, что привело тебя сюда, в уютные владения меня и моих, маленький мягкий мальчик?" «Воспоминания о Забузе», — беспомощно вмешался Курама. «Лучше, чем «Араши-кун». — С содроганием ответил он мысленно. — «Это вызвало бы у меня посттравматическое стрессовое расстройство». «Ой, простите, я не заметил, что вмешиваюсь». «Я сейчас же уйду», — продолжал Араши в своей голове, медленно начиная отступать, слегка шаркая ногами назад... «О нет, нет, нет! Мне просто стало скучно, хочешь немного покататься?» — усмехнулся Анко, прежде чем прошептать на сцене. «Помоги мне выбраться с работы, пожалуйста». Араши с опозданием понял, что она ведёт себя как Наруто. Просто... более жутко . ​​Сакура Сакура уже указывала на это раньше, но он просто странно на неё посмотрел. «Такое предложение от великого Митараши Анко случается раз в жизни!» «О-ахаха, я ценю твой жест, Митараши-сан. Но на самом деле мне нужно кое-куда…» «Анко». Раздался голос. «Анко, что ты делаешь? Возвращайся к работе. И, о, какое совпадение-« Совпадение, черт возьми! «- ты, должно быть, Красный Ураган». «Ты прав». Вместо него ответил другой голос. «Это Казама Араши. Я не ожидал тебя здесь увидеть». «Приятно снова тебя видеть». Араши обернулся с натянутой улыбкой. «Яманака-сан и...» «Морино Ибики». Токубецу Джонин слегка кивнул, его глаза-бусинки оценивали его тревожным, препарирующим взглядом. "Морино-сан". Араши ответил еще одним кивком в знак признания, глаза смотрели на него с хладнокровным вызовом, не позволяя разнице в росте диктовать его превосходство. Он повернулся к Анко, пропустив приятно удивленный взгляд в глазах мужчины, когда тот поднял бровь на Иноичи. «Эй, Ибики-сан, дай мне на этот раз выходной, ладно? Мне нужно провести экскурсию по маленькому вишенке». «Простите, что ?» Араши мысленно ударил себя по лбу . «Нет», — строго сказал Ибики, прежде чем его строгое выражение лица стало невозмутимым. «...Но ты все равно не станешь меня слушать, верно?» Пока они беседовали, Яманака воспользовался возможностью выведать у рыжеволосой девушки немного информации. «Как прошло ваше утро, Араши-сан?» — начал Иноичи небрежно — слишком небрежно для главы клана. «О, это было хорошо. Коноха — хорошая деревня». «Приятно слышать. Планируешь ли ты посетить какое-нибудь место в ближайшее время?» «...У меня на самом деле нет никаких планов, нет». «Тогда что ты думаешь о...» «Эй!» — тут же вмешалась Анко. « Я тут с Араши разговаривала. Иноичи-оджисан, разве у тебя нет цветочного магазина? Хотя это паршивая работа — я полностью понимаю, почему ты вернулся в T&I». Она закинула руку на плечи Араши — ну, попыталась. Он нырнул под нее, согнулся в приседе, прежде чем снова встать вокруг ее конечности, мягко отталкивая ее подвешенную руку. Он тщательно избежал ее вопля возмущения. «Ну», — Иноичи постучал пальцем по подбородку. «У меня сегодня было немного свободного времени, потому что Ино получает назначение в свою команду и вернется пораньше». «Может, ему стоит открыто говорить о своей дочери?» — прошипел Араши Кураме. «Перед S-рангом?» «Без сомнения, старый мешок Сандайме что-то сказал Джонину. Они все ведут себя слишком мило. Вероятно, они все еще надеются заполучить тебя в союзники». «О, точно, Араши-сан, если у вас сегодня нет дел, не хотели бы вы познакомиться с моей дочерью и ее командой...» «Нет, черт возьми». «Перестань уклоняться», — Курама закатил глаза. «Как пожелаете». «Кэндзи тоже этого хочет». «А-ха-ха, Митараши-сан, я бы с удовольствием принял твое предложение!» Араши слишком нетерпеливо уклонился, уходя от пары. «Может быть, в следующий раз, Яманака-сан!» «Ха, в твоем лице, Иноичи-одзи! Я покажу тебе нового маленького мягкого мальчика». «Рад это слышать, Араши-сан!» — крикнул Иноичи. «Ино очень взволнована, понимаешь? Я не могу ее подвести». Араши почти затормозил, бросив подозрительный взгляд назад. Черт возьми! Теперь он чувствовал себя виноватым. «Почему Иноичи решил, что этот трюк с окольным путем , вызывающий чувство вины , сработает на мне? И генины обо мне знают ? Какого хрена Сарутоби им сказал?» «Убивать по-доброму? Использовать детей, чтобы ослабить бдительность? Ни за что. Сарутоби слишком мягкосердечен для этого. Может, Какаши... ох, какие мы глупые » . «Ооох», — он подавил желание застонать, — «Верно. Если Какаши, один из любимчиков Сандайме, скажет хоть слово в мою защиту, это окажет огромное влияние на то, как они будут ко мне относиться. Особенно, как он... ну, Какаши. Тревожный, граничащий с самоубийством, трагически-предысторийный Какаши, который настолько потерял связь с реальностью, что средь бела дня смотрит порно... И я даже не имею в виду сарказм. Если кто-то вроде него отложит свою книгу ради меня... «Ха. Глупый мальчишка, без сомнений, Какаши произнёс целую речь о том, почему тебя следует приветствовать со всеми дружелюбно. Ты вёл себя крайне странно, когда впервые прибыл в Коноху, помнишь? Какаши буквально светился от замешательства». «Итак», — ухмыльнулся Анко. «С кем ты хочешь встретиться в первую очередь?» Именно тогда Араши поняла, что она не сказала «экскурсия внутри T&I», а скорее «экскурсия вокруг». «Но это так расплывчато!» "Тупица." "Эм. АНБУ?" - с большой нерешительностью уточнил Араши. "Или, э-э, лучшие продуктовые лавки и рестораны? Примечательные достопримечательности? Где находятся общественные туалеты? Вы, наверное, никогда раньше не ходили на экскурсии к человеку?" «АНБУ?» — повторила Анко сбитым с толку тоном, полностью игнорируя остальные его слова. Ну, это же Анко , в конце концов. «Но они такие скучные! Кроме Югао. Она моя зая». Араши почувствовал, как Неко напряглась позади него, и поднял бровь. Так вот это была Югао, хах. Она не была с ним близка, но она сблизилась с Саске, поскольку именно она нашла его в ту ночь, так что они были знакомы. «Если с кем-то достаточно поговорить, то все они интересны по-своему. «Скучные» — это немного тяжелое слово для описания людей». Араши задумчиво пробормотал. «Могу ли я встретить кого-нибудь из твоих гражданских знакомых?» В конце концов, он знал практически всех шиноби. Но у Анко определенно не было гражданских друзей. «Или, может быть, другие джонины, которые не так... важны , как Яманака-сан... Могу ли я с ними встретиться? Я слышал, что твои джонины всегда были странными». «А я-то думал, ты собираешься их всех избегать». «Насколько я помню, Анко не любила Чунинов, и я не хочу привлекать к себе внимание, если случится что-то неладное. Генины не обсуждаются, а Токубецу Джонины... да. Я бы предпочел побыстрее закончить со встречей. Я не хочу, чтобы они мной интересовались, поэтому просто скажу «привет» и буду надеяться, что они обо мне забудут». Араши не знал точно, почему Курама усмехнулся. Это потому, что его волосы привлекали внимание или что-то еще? Потому что в остальном он оказался довольно фоновой личностью, не желая быть в центре внимания. «Странный? ...Эх. Меня называли и похуже, малыш Араши». «...Митараши-сан, я выше тебя. Пожалуйста, не называй меня так. ...Или как-нибудь ещё, как придёт тебе в голову». «Фуууу! Зови меня «Анко», а не какой-нибудь чопорный «Митараси-сан». Анко поморщилась. «Даже мою покойную бабушку так не называют. У меня от этого мурашки по коже». «Тогда, пожалуйста, зовите меня Араши». Он поморщился в ответ. «Меня редко называли „маленьким мягким мальчиком“». ««Редко»… Подожди, ты хочешь сказать, что тебя уже кто-то так называл ?» "Я-" «Воспоминания Забузы». «Заткнись, Курама». «Я... эм. Нет». «Ты действительно плохо умеешь врать по мелочам». «Я чую ложь». Ухмылка Анко стала шире, и он почувствовал каплю пота у себя на голове. «Ну, тогда смело называйте меня этим титулом, если вам так больше нравится». Он исподтишка-шутя пригрозил. «Но если вы решите говорить так, как вам нравится, то я тоже буду говорить, Митараши-сан » . После короткой паузы Анко разразился смехом. «Я был прав! Ха-ха, маленький землянично-малиновый мальчик, ты действительно интересный . Можешь делать, что хочешь». «Клубника-малина? Хаха, черт, я заметил, что в последнее время мне многие люди нравятся». «О, заткнись. Тебе нужно ненавидеть некоторых людей сильнее, иначе это испортит твою репутацию», — нерешительно съязвил он в ответ. «Да, да, Митараши-сан». Араши не смог сдержать искренней и радостной улыбки. Эти люди были сумасшедшими. «Я рад это слышать». -Анко- Она приветствовала Красный Ураган изначально из любопытства. Этот маленький ничтожество не мог быть S-рангом, несмотря на ее многочисленные учения не судить книгу по ее обложке. Затем она продолжила разговаривать с Красным Ураганом из интриги. Как далеко она могла зайти? Сколько кнопок она могла нажать? Были ли у него вообще кнопки, на которые можно было нажимать? Красный Ураган был таким собранным и спокойным, даже когда он пытался уйти от Иноичи по какой-то причине. Хокаге даже наложил на него ограничители — это могло быть все равно что тюремные кандалы. Невозмутимый. Невозмутимый. Невозмутимый. Он был почти как не человек. У каждого человека есть свои слабые места, но этот человек казался непроницаемым. Была ли у него вообще слабость? Доброта? Но это, казалось, совсем не мешало ему. Она вставила в их разговор множество слов, замаскированных под прозвища. «Маленький» и «мягкий», намеки на «сладкий» и «слабый». Многие бойцы, выжившие, шиноби — особенно мужчины — были бы оскорблены этими словами, но он, казалось, ничуть не смутился. Видимо, его даже называли так раньше, протестуя лишь слегка умилённым покачиванием головы. Интересный. И затем эта последняя улыбка. Эта последняя искренняя улыбка сбила ее с толку. Никто не улыбался так перед Анко. Едва ли кто-то стал бы так улыбаться перед «сумасшедшей», «садисткой», «ненормальной», «жуткой» Анко . Особенно незнакомцы. Прежде чем Иноичи-оджи вырвет из ее рук этого Красного Урагана, она попытается выжать из этого человека как можно больше реакций. Какаши был прав. Этот Красный Ураган был слишком добрым, слишком снисходительным. А как насчет потенциальной враждебности и всего такого? Да, Анко чувствовала силу и ловкость, исходящие от его тонкой части тела, но его сила не была причиной, по которой Анко сомневалась в отчетах об уничтожении; это была его психика. Она никогда не видела массового убийцу с такой искренней мягкостью. Анко очень хотел посмотреть, как он кого-то убьет . Анко очень хотел посмотреть, как он щелкнет. -Ино-Шика-Чо- «Аргх, нет, я не могу этого сделать», — Иноичи ударился головой о стол. «Что ты натворил, Иноичи?» Чоза от души рассмеялся. Он снова вздохнул, прежде чем поднять голову, уперевшись подбородком в дерево. «Знаешь, Ино — сплетница номер 101?» — пробормотала блондинка. «Она услышала о рыжей голове от гражданских. И поскольку Араши такой очаровательный, и добрый, и элегантный, и таинственный , — говорят гражданские, — она хочет с ним встретиться. Как и многие. Потом я проговорился, что он незарегистрированный S-ранг, и вместо того, чтобы испугаться, она подумала, что это секрет S-ранга, и теперь требует встречи с ним». «Ему это не понравится». — указал Шикаку. «Араши казался довольно сдержанным — я не знаю, какой он «до», потому что с Араши явно что-то не так — и тащить кого-то столь могущественного, как он, к будущему генину просто для того, чтобы развлечь ее, — это какая-то серьезная чушь. Шика бы это понял, но, без сомнения, он все равно хотел бы встретиться с Араши... Мне кажется, Шикамару уже все понял... В любом случае, просто не поднимай эту тему при Араши». «Не знаю, я познакомился с ним совсем недавно». «Ты что?» — рявкнул Шикаку. «Пожалуйста, не говори мне, что ты его просил...» «Да, я это сделал». Сикаку потер висок. «Ладно, что случилось?» "...Удивительно, но ничего особенного". Иноичи сел. "Он казался таким... почти расслабленным . Как... плывущим? Как пластиковый пакет, дрейфующий на ветру... или что-то в этом роде. Он был немного пушистым — о да, как Йондайме? Он был немного похож на Минато — неловкий, почти немного застенчивый, снисходительный и слишком хладнокровный, чтобы быть нормальным, но все же умудряющийся выглядеть сильным и довольным, что на самом деле полностью противоречит тому, что я только что сказал". «Тебе никогда не следует заниматься поэзией», — невозмутимо заявил Чоза. «Спасибо». Иноичи оскалился в ответ, прежде чем повернуться к Шикаку. «Анко почти... командовала им, обращалась с ним унизительно для первой встречи. Но он просто уклонился от ее подходов... — чушь». «Бесполезно». «К тому же, я думаю, что Ибики он нравится». «Что». «Я также мог попытаться вызвать у него чувство вины...» «О боги...» «-но он на самом деле колебался. Я не ожидал, что он будет таким податливым. Тем более, что он, должно быть, знал о манипуляции». Чоза закатил глаза, когда двое умников задумчиво молчали. «Попробуем подкуп?» — тихо предложил Иноичи. «Нет, слишком легко отмахнуться», — возразил Сикаку. «Придерживайтесь предложений и вызывания чувства вины». «...Когда Энсуи собирается отчитаться?» — спросил Иноичи. «Когда Араши уснет, я заставлю его быстро поменяться местами с другим АНБУ». Шикаку нахмурился: «Но тогда возникает вопрос, сделает он это или нет». -После какой-то ерундовой экскурсии: офисный центр Jonin (больше похожий на комнату отдыха)- "Аййй-" Куренай тут же вскинула руки, когда до нее донесся громкий визг. "-Гу ... Куренай удалось успешно заблокировать себя от пушечного ядра, известного как Митараши Анко. Затем она поспешно осмотрелась вокруг, на случай, если что-то потерялось в перекрестном огне Анко, которая бросилась на нее. «Что такое, Анко?» — скучающе сказал Какаши, не отрываясь от своего Ича Ича. «Восемь. Разве ты не должна быть на работе?» «Уже восемь, так что разве ты не должен готовиться к встрече со своей командой? Ах да, точно. Ты Какаши ». Асума закатил глаза, не отрываясь от своих бумаг. «Но он прав, почему ты не в T&I?» «Заткнись, Асума, ты полный отстой», — просияла Анко. «Я-что?» «Ребята, ребята, ребята», — продолжила она, ее голос зазвучал восторженно и подпрыгивая, — «Угадайте, что я нашла?» «Я предпочитаю, чтобы ко мне не обращались как к „что“». Невозмутимый голос прервался, когда тихие шаги двинулись вперед, чтобы встать в ряд с Анко. Все (кроме Какаши) вздрогнули от незнакомого голоса; никто не почувствовал его присутствия. Какаши вздрогнул, оторвавшись от книги и тем самым удивив всех в комнате. «Араши?» «Ну, теперь, похоже, представляться не нужно». Он слегка помахал рукой. Тем не менее, он все равно это сделал: «Казама Араши. Приятно познакомиться со всеми вами». «...Точно так же... Что ты делаешь с Анко? » Асума, к большому огорчению Анко, начал смущенно. "Привет!" «Митараши-сан... гастролирует со мной, я полагаю», — Араши пожал плечами. «Я познакомлю его с великим миром джонинов. Ну, тех, кто нашего возраста, потому что все остальные — тупицы», — драматично заявила Анко. «И вы, ребята, сейчас единственные свободные. У вас выходной, чтобы познакомиться с генинами, верно?» «Да... и «Митараси-сан»? — повторила Куренай себе под нос в недоумении. — «Ты позволяешь ему так тебя называть?» «Араши, это было?» — прогремел громкий голос. Гай сделал сальто перед Араши, приземлившись в позу. «Чтобы подружиться с моим крутым и крутым соперником, весна ЮНОСТИ должна ЯРКО сиять В ТЕБЕ!» «Гай, остановись ». Асума хлопнул себя по лбу. «Ты его напугаешь. Сначала нам нужно представиться». «Йош, ты прав! Я охотно представлю тебя первым! Меня зовут Майто Гай, НО! Ты можешь называть меня Величественным Зеленым Хищным Зверем Конохи! Это УДОВОЛЬСТВИЕ ЮНОСТИ, АРАШИ!» «Гай, этот титул он присвоил себе сам. Пожалуйста, остановись, пока ты не травмировал Араши на всю жизнь», — пробормотал Какаши из-за книги, которую он выхватил, как только Гай открыл рот. Гай просто лучезарно улыбнулся. «Мой вечный соперник, не ревнуй, что у тебя нет такого имени, как у меня-» Какаши громко зевнул, перевернул страницу и тихонько хихикнул. "АК!" Гай стиснул зубы, театрально сжав кулак перед собой. "...Как не-ЮНОШЕ-С твоей стороны ИГНОРИРОВАТЬ ВЫЗОВ СВОЕГО ВЕЧНОГО СОПЕРНИКА! ...Но я должен признать, как и ожидалось от моего Бедра и Кру-" «А?» Какаши поднял взгляд: «Ты что-то сказал?» "Хрррр-" «Вы двое!» — рявкнул Асума, слегка кивнув головой в сторону рыжей. Какаши и Гай оба остановились в ужасе, когда плечи Араши начали трястись, одна рука прикрывала его рот. Они все думали, что он начнет плакать. Ну, он был на грани; небрежность их спора была... «Какаши!» — с легкой паникой выругалась Куренай. «Вы оба травмируете бедного Араши-сана!» Араши прервал его с приглушенным смешком, другой рукой махнув в знак отрицания: «Нет-нет, я просто... Это довольно милая шутка, не правда ли?» «...Тебе это показалось забавным?» Асума от удивления выронил сигарету, прежде чем наклониться, чтобы ее поднять. «Это возвращает меня назад». Его взгляд смягчился, а Куренай огляделась повнимательнее. «Араши-сан, какое грустное детство у тебя было? Иметь дело с такими людьми, как Гай и Какаши?» Мастер Гендзюцу буквально разинула рот, глядя на него. Он уставился на нее в изумлении. «Лучшая». Араши покачал головой, затем повернулся к Гаю с еще одним забавным смешком, к большому ужасу всех присутствующих. Куренай тоже замер — этот взгляд на его лице, когда он это сказал... «Боюсь, этот титул слишком длинный, чтобы называть вас так каждый раз...» «...вы действительно об этом думали?...» «...но приятно познакомиться, Майто-сан». «Хм... Мало кто действительно так думает, Араши-сан». Первым отойдя от удивления, Асума сказал шутливо и громко, перекрикивая крики Гая. «Меня зовут Сарутоби Асума». «Меня зовут Юхи Куренай», — Куренай взяла себя в руки. «Приятно познакомиться с вами, Араши-сан». — То же самое, Сарутоби-сан, Юхи-сан. «Пожалуйста, обращайтесь к нам по имени», — Куренай улыбнулась своей обычной улыбкой. «Верно», — продолжил Асума с более язвительной усмешкой. «После того, как я стал свидетелем... соперничества Какаши и Гая... я уверен, что мы все достаточно сблизились, чтобы называть друг друга по именам». «И вот тебе это!» Анко вскинула руки. «Эй, парень с клубничным мороженым, ты все понял? Эти люди — сэнсэи Джонин-» "-быть. Кроме Гая". Куренай поправила ее, прежде чем она заартачилась. "Подожди, ' клубничное мягкое мороженое- '? Анко, тебе действительно стоит прекратить давать себе прозвища". «Поддерживаю». Хатаке вставил: «И не сенсеи». Какаши снова поправил: « Потенциальные сенсеи». "-И практически нет других людей, которых вам нужно знать; я перечислю других важных. Вот главы кланов: Абураме Шиби-сама, Инузука Цуме-сама, Хьюга Хиаши-сама, Нара Шикаку-сама, Акимичи Чоза-сама и Яманака Иноичи-одзи. Меньшие кланы не имеют значения, если честно-" «-Анко, это заявление когда-нибудь вернется, чтобы укусить тебя за задницу-» «Извращенец». «Анко, пожалуйста ». «Итак, есть группа внутренних джонинов клана, которые находятся на постоянных миссиях, например, защищают наследников или отчитываются перед своим Главой и бла-бла-бла, так что вы, вероятно, никогда их не увидите. Но вам определенно стоит познакомиться с Энсуи. Он классный мужик. Я все время краду его подводку для глаз». Араши кивнул, остановившись, когда почувствовал, что АНБУ Тора почти споткнулся. Хорошо, его двумя АНБУ были Югао и Энсуи, который, вероятно, был Нара. Оба «крутые» люди в книгах Анко и определенно Элита. Мда. Они были лучше, чем люди КОРНЯ. «Кроме того, Токубецу — ну, во всяком случае, я, а это значит, что они суперские — Токубецу находятся совсем недалеко отсюда, так что мы, возможно, сходим потом или что-нибудь в этом роде». Анко отмахнулась. «Хорошо», — согласился Араши слегка усталым тоном. «Араши! Не хочешь сегодня поспарринговаться?» Гай позировал так, что Какаши захотелось ослепить свой оставшийся глаз. «Я всегда хотел испытать себя против сильных противников, чтобы достичь БОЛЬШИХ ВЫСОТ В МОЕЙ ВЕСНЕ ЮНОСТИ!» Все, кто находился в этом районе, кроме Араши, подняли руки, чтобы защитить себя от брызг океанской воды, которые так и грохочут на скалах. Гай сейчас отпугнет беднягу! Это даже грамматически неправильно! "Маа", ответил Араши, выглядя на удивление хорошо, несмотря на эксцентричное представление. Он отряхнул брызги океанского тумана- отряхнул несуществующую соленую воду? Иммунитет! Этот человек должен быть каким-то образом невосприимчив к... Гай-ности Гая ! "Маито-са-" «Пожалуйста, зовите меня ГАЙ, МОЙ ДРУГ!» Все люди в округе выразили свое изумленное уважение, поскольку Араши даже не колебался перед наглостью Гая. "Гай-сан, я не думаю, что мне разрешено сражаться, особенно с моими ограничителями, но у тебя есть твой Вечный Соперник, с которым нужно сразиться, - он кивнул на преданного Какаши. - И я уверен, что у Гая-сана есть Генин, за которым нужно присматривать. Тебе следует использовать свою Весну Молодости для этих целей, ты так не считаешь?" «Он-он сказал это с большой буквы!» Все в округе ахнули. Включая АНБУ. Четверо синоби сбились в кружок, чтобы поболтать. «Какаши, ты никогда не упоминал, как... как...» Куренай остановилась, не в силах выразить всё безумие одним словом. «-какой он беспечный !» — закончил Асума. «Какой он неуязвимый! » «Даже меня Гай сводит с ума!» — ахнула Анко. «И это исходит от меня! » "Маа, маа", - Но Какаши выглядел так, будто сам подвергал сомнению жизнь. "Не то чтобы я знал, что Араши будет так собран перед Гаем. Я на самом деле представлял, как вызвать у него реакцию полного шока, которая бывает раз в жизни!" «Гай-сан очень живой человек». Араши улыбнулся им. «Он мне нравится». Вот и челюсти отвисли. «Не смотри так шокированно», — сказал Араши с широко открытыми глазами. Он заправил выбившуюся прядь рыжих волос за ухо и моргнул им. «Мне тоже все вы нравитесь». Давайте начнем волноваться. Как кто-то может быть таким-таким наглым в своей лести? И даже тогда эти моргания заставили его выглядеть совершенно невинным! Но они не могли ничего сказать в ответ, как Гаю, потому что Араши был здесь новеньким! И тогда это просто возвращает нас к тому, почему Араши они понравились, когда они только познакомились! «О нет». Куренай рассмеялась так фальшиво, что все съёжились. «Араши-сан, не надо быть э-э-э, так что э-э-» «Так вежливо! Точно, вежливо ». Асума кивнул. «Да, да, я имею в виду, Араши-сан, мы, э-э, мы действительно ценим это, э-э, да, что вы, э-э, э-э, сказали это». Тем временем Какаши улыбнулся: «Маа, Араши, это было признание?» «-С Куренай-сан, Асумой-сан, Митараши-сан и Гаем-саном так интересно общаться», — Араши перебил Какаши, к его мелодраматическому разочарованию. «Околдован». Какаши прогудел, крокодиловы слёзы текли рекой из его единственного глаза. «Араши околдовывает вас всех, а вы даже не осознаёте этого». Араши повернулся к настороженному Какаши и поднял руку. К его полному разочарованию, Узумаки похлопал Какаши по голове с закрытыми глазами, сжатыми губами, напоминая его фирменную улыбку глазами «ты отстой, и я смотрю на тебя свысока» с почти нервирующей точностью. «Не волнуйся, однажды ты станешь интересной, Каши-тян. Тебе просто нужно немного больше поработать над своей личностью». («...Я всегда хотела увидеть, как кто-то это делает», — прошептала Куренай. «Волосы, бросающие вызов гравитации». «Куренай, ты обращаешь внимание не на то», — прошипел Асума. «Эта улыбка — эта улыбка!» ) «...Я не собака», — протянул Какаши, чувствуя, как на его лице проступает все больше пота от беспокойства, в то время как другой Джонин начал дрожать от смеха. Улыбка Араши стала чуть-чуть острее. «Собаки». Он снисходительно пожал плечами. «Люди». «Не могу поверить, что я стала свидетелем дня, когда Какаши «переплюнул Какаши». Анко захихикала, увидев непроницаемое выражение лица Какаши. «Это золото. Коржик, ты ОФИЦИАЛЬНО Человек недели-ха-ха-ха ах » . «Не могу поверить, что это было использовано против меня еще до того, как я это использовал». Какаши монотонно пропел, выглядя так, будто жизнь покинула его. «Я бы почти восхитился гениальностью этого действия. Я даю 101 из 10 за то, как сильно эта улыбка меня бесит ». Даже Куренай неудержимо тряслась, прислонившись к Асуме для устойчивости, в отличие от ее обычного собранного и хладнокровного состояния. Какаши продолжил свой суровый комментарий: «Я даю 1001 из 10 за то, как тебе удалось принизить кого-то, кто старше и выше тебя. И последнее, твоя дословная точность дает тебе в общей сложности „Араши-почему-и-Араши-как?“ из 10». Асума уже давно выбросил сигарету, опасаясь подавиться ею. «Ты даже пропустил «Какаши-сан» и «Какаши» и сразу перешел к дерьмовому прозвищу , достойному Узумаки, «Каши-тян». Интересно, предпочитаю ли я теперь «Хатаке-сан» или нет». Какаши почувствовал, как что-то дернулось в его виске, когда он отмахнулся от руки Узумаки. Араши позволил ему, бросив на него последний ошеломленный, снобистский взгляд, прежде чем он позволил своему поступку прекратиться с усмешкой. Какаши был на самом деле немного рад, что Араши снова превращается в своего «раздражающего, немного сумасшедшего, улыбающегося маленького дерьма, который время от времени впадает в меланхолию». Когда он изначально заметил некоторую панику в этих, казалось бы, пустых фиолетовых глазах, он чуть не выгнал мужчину. Но он был в порядке. Араши был в порядке. «Можно ли усыновлять людей старше тебя?» «Что ты имеешь в виду?» Араши поднял брови, глядя на Кураму. «Я не усыновлю их». "О, да. Серьёзно. Но я могу это представить: Сарутоби - "нормальный" кузен, который не хочет ввязываться в сумасшедшие глупости - как Шизуне; Учиха-лайт - доверчивая, обеспокоенная старшая сестра - я могу иронически увидеть в ней немного от Учиха Итачи; Гай - старший кузен, несколько отстающий от него, о котором никто не говорит; Какаши - это... раздражающий умник; а Анко - кузина, которая вечно вытворяет сомнительное дерьмо и грозится отрезать яички, когда ты узнаешь об этом. Ты будешь ладить с ними, как с горящим домом". «Курама, ты в моем сознании, так что я уверен, ты видишь, сколько травмирующих воспоминаний сейчас высвобождается. Нет, мы не ладим, но да, огонь будет задействован». Потом они задались вопросом, почему Гай молчал. Он был в моменте шока, когда получил Молодость, как никогда раньше. Это верно - эта демонстрация непобедимой Молодости тронула его настолько, что он, по сути, НЕ ДВИГАЛСЯ! Гай никогда не чувствовал себя таким тронутым за всю свою жизнь. Этот человек напомнил ему то, что он никогда не забудет! Это верно! Это ПРАВИЛЬНО! Весна Молодости всегда должна распространяться на его подающих надежды Генинов и товарищей! Молодость, которую показал этот человек - смело и по-молодежному восклицая о своей товарищеской дружбе со своими друзьями - " nnnnnnGGGGHHHHH - АХ! Я никогда не чувствовала себя такой юной весной! Араши, твоя юность так трогает меня! Неудивительно, что мой вечный соперник так хорошо отзывался о тебе!" Араши молча повернулся к Какаши, приподняв бровь в полном шоке. «Ого, Хатаке-сан, ты говорил обо мне?» «Называй меня Какаши». Он автоматически поправился, прежде чем пожать плечами в ответ. «Называй это предопределенной кармой за то, что гладил меня по голове и называл меня Гаем...» Какаши сумел передать столько отвращения в одном глазу, «- вечный соперник » . Гай ахнул, вдохнув за один момент так много воздуха, что все подумали, что он потеряет сознание. «КАКАШИ, ДАЖЕ ОСТАЁСЬ КРУТЫМ И ХОЛОДНЫМ, КАК ОБЫЧНО, ТЫ ВСЕ РАВНО-» Он шмыгнул носом, и Какаши поморщился, выглядя так, будто ему действительно было больно. «-ТЫ ВСЕ РАВНО ПРИЗНАЕШЬ НАШЕ ВЕЧНОЕ СОПЕРНИЧЕСТВО. СЕГОДНЯ Я ИСТИННО-» Снова появляются трехслойные радуги и брызги океана. «-ЦВЕТОК, РАСЦВЕТШИЙ ВЕСНОЙ МОЕЙ ЮНОСТИ!» Гай снова позировал, его зубы сверкали так ярко, что им пришлось закрыть глаза... за исключением Араши, который, как они теперь считали, был неуязвим. «АРАШИ, ТВОЯ ВЕСНА РАЗЖГЛА ОГОНЬ МОЕЙ ЮНОСТИ!» Араши снова усмехнулся, увидев это, и все в округе повернулись и уставились на него. Что за безумие! Даже с таким количеством грамматических ошибок и повторений слова «Youth» он все еще был невозмутим! «Я рад, что так положительно на тебя влияю, Гай-сан». Голос Араши был полон веселья. «Но, видишь ли, я больше не верю, что нахожусь в «весеннем» времени. Можно, пожалуй, сказать, что я больше в... осени». Гай выглядел потрясенным, в то время как другой Джонин с большим сомнением задавался вопросом, почему Араши поддерживает этот разговор. «Что?» — ахнул он. «Почему ты так говоришь? Весна — это время, когда каждый мужчина, женщина и ребенок начинают расти из своих корней и почек! Весна Молодости горит ярче всего внутри нас, когда мы расцветаем и процветаем в этом мире! Араши, очевидно...» Зеленый Джонин замолчал, несомненно, думая о своих массовых убийствах. Действительно, как «молодежно»... Все, несомненно, думали, что Араши находится в расцвете сил, но это было не так. Он был «в расцвете сил» только с двумя членами своей команды. Двумя самыми близкими членами своей семьи. Двумя людьми, которые были важнее, чем весь остальной мир вместе взятый . Так что нет, он не был «в расцвете сил». Он никогда не будет , пока они не воссоединятся после его смерти . Он будет «в расцвете сил» только тогда, когда будет знать, что ему не нужно будет оглядываться или остерегаться своих ран. Он будет в расцвете сил только тогда, когда ему нужно будет использовать только три лучших природных элемента, потому что они будут использовать два других. Он будет... Ему нужно перестать думать об этом. Араши промычал в знак согласия, рассеянно наклонив голову к ослепительной синеве утреннего неба. Он хочет, чтобы яркость ослепила его, прежде чем он увидит незапятнанные (неузнаваемые) глаза Генина. «Но к осени каждый мужчина, женщина и ребенок — все еще на начальном этапе или полностью расцвели — начинают...» — его голос понизился до печального шепота, — «... проходить и исчезать... пока не останется ничего, кроме прекрасных остатков, которые можно увидеть зимой...» Мертвая зима. Холодная зима. Неудивительно, что он продолжает чувствовать себя призраком. Зимняя страна, в которой он высадился. Юкигакуре. В этом мире это место было его первым пунктом назначения и его второй ненавистью; первой ненавистью, конечно же, был он сам. Голос Араши стал еще тише, неслышимее, если бы не навыки джонина. «...И вот, видите, у меня осень, и я... просто жду, когда наступит моя зима». Внезапно наступила тишина вокруг них, и Араши обернулся, чтобы увидеть, как все шиноби смотрят на него с ужасно замаскированным беспокойством и удивлением. Он немного пошевелился в дискомфорте, когда понял, что никто на самом деле не понял слов Гая, по крайней мере, не первые сотни раз. Не говоря уже о том, что он не собирался произносить последнюю часть вслух. Он как будто просто намекнул, что хочет умереть. (Хотя была разница между желанием смерти и ожиданием ее.) Пока он был жив, он жил, чтобы раскаяться и спасти. Когда он умрет, он убедится, что у него не будет сожалений, прежде чем счастливо принять свой конец. Он не гнался за смертью; только слабонервные хотят смерти. (Как он когда-то давно.) Только после того, как он сравнил медно-красно-коричневый цвет выцветшей крови в своих руках с сухими листьями в осенний день, он понял тонкие намеки, стоящие за смелыми словами. К тому времени, как он дошел до «осени», он уже не мог ценить «весну» (по крайней мере, пока не наступит и не пройдет зима; но к тому времени от него ничего не останется). ------ «Я даже не могу сказать, какого цвета моя кожа». Сакура хрипло усмехнулась, соскребая слои коричневого с рук. Он сделал легкий жест, используя Suiton, чтобы помочь ей смыть засохшую кровь. «Спасибо». Она ответила, и ее порозовевшая кожа — ссадины от грубой чистки — выглянула из-под шершавых слоев. «Но нет нужды тратить чакру таким образом». Но не прошло и минуты, как ее руки снова были покрыты этим темно-красным, она надавливала на грудь мертвого солдата. «Черт возьми», — стиснула она зубы. «Ни одного». Трупы, окрашенные в красный и коричневый, усеивали поле битвы, как мертвые красные и коричневые листья усеивают осенний пол. Свежая кровь и засохшая кровь — в любом случае, они оба мертвые люди. Он предположил, что примерно в это же время Ли перестал говорить о своей «весне». ------ Теперь Гай смотрел на него задумчиво. Редкое, мрачное и угрюмое выражение, контрастирующее с его чертами. Даже другие джонины, которые, вероятно, восприняли разговор как тарабарщину, смотрели на него с возбужденным беспокойством. Араши это ненавидел. Это выражение стало слишком распространенным, как только реальность смерти и войны устоялась. Он видел его еще в Четвертом легионе, и оно продолжало преследовать лица его товарищей до последних нескольких дней войны. Но если уж на то пошло, это осознание только предупредило Араши о том, насколько мудрым был Гай на самом деле. Эксцентричный, бестактный и бесстрашный человек был гораздо более наблюдательным, чем большинство людей считали. Поэтому он старательно сохранял лицо пустым и непроницаемым. Он действительно ненавидел то, как он разрушил каждую частичку счастья и непринужденности в комнате. Это было всегда так. Он всегда был таким. Никогда не помогал ни в какой ситуации. И отлично, его ужасный план уйти, не привлекая внимания, был разрушен. Так легко. Что с ним было не так ? Если бы он все еще был на войне, он, вероятно, уже умер бы с его затуманенным умом. Но секунду спустя, одетый в спандекс Джонин протянул руку и хлопнул его по плечу, снова расплывшись в улыбке. "ЙОШ! Я решил! Твоя юность действительно блестяща! Я хотел бы, чтобы ты официально познакомился с моей командой! Они будут в восторге от встречи с такой юной фигурой! Особенно NEJI, который так много о тебе говорил!" Араши рассмеялся, пытаясь представить себе Неджи «вне себя от радости». «К сожалению, я сейчас в туре с Митаром-» Анко тогда решила, что- "Ба! Тебе нужно перестать придумывать оправдания, соломенно-малиновое... клубничное мороженое-" "Что?" «Я собираюсь отложить свой тур на более позднюю дату, чтобы вырвать еще один день у Ибики-сана. Если у вас есть еще вопросы, приходите ко мне в дружелюбную зону T&I! Я даже позволю вам посмотреть, как я пытаю кого-нибудь, хе-хе. Мне нужно немедленно свалить, иначе Ибики-сан еще сильнее меня разнесет!» «Нет», — мысленно поправил он, — «Он собирается допросить тебя о моих передвижениях». Анко много раз замолкала во время их разговоров, останавливаясь и просто наблюдая за Араши. Он замечал каждый раз, но было трудно перенаправить это, поскольку он был занят попытками не отстраняться от своего нынешнего «я». "Почему, спасибо... тебе". Араши слишком вежливо улыбнулся, чтобы скрыть свое легкое беспокойство, прежде чем оно перешло в настоящее. У Анко снова было это удивленное выражение на лице - как странно. "Увидимся, Митараши-сан". «Прощай, всем пока, прощай, клубничный тортик!» «Я... Ну, тогда». Он повернулся к восторженному Джонину после того, как Анко исчезла. «Тем не менее, Гай-сан, поскольку сегодняшний день и так был довольно... насыщенным, почему бы не перенести «встречу» на более позднюю дату?» Он проигнорировал бормотание Какаши: «Араши, ты все еще хочешь от него избавиться». «Йош! Мои юные ученики и я будем с нетерпением ждать тебя на тренировочной площадке 11! Заходи, когда захочешь, хотя мне нужно будет заранее напомнить, чтобы я предупредил своих учеников! Увидимся, Араши, Куренай, Асума, мой вечный соперник; в конце концов, не юношам заставлять своих учеников ждать!» Затем Гай принял последнюю позу и улыбнулся, как в рекламе зубной пасты, прежде чем кувыркнуться прочь с площадки. Араши помахал рукой и улыбнулся в ответ, не обращая внимания на других джонинов, которые бесстыдно пялились на него. «С-снова и снова, Араши», — пробормотал Какаши. «Ты не перестаешь меня удивлять». «Почему спасибо?» — ответил Араши со скромной улыбкой, внешне не показывая никаких признаков насмешки или сарказма. «Ну, тогда нам нужно идти на встречу с нашей командой Генинов». Куренай проверила свои вещи, прежде чем встать, Асума последовал ее примеру. «Увидимся, Араши-сан. Была приятная беседа. «...Интересный разговор», — поправил Асума. «Хорошего вам дня, Куренай-сан, Асума-сан». Араши кивнул, прежде чем повернуться к Какаши. «А вы разве не идете, Какаши-сан?» Он начал медленно выходить из двери, Какаши следовал за ним. «Называй меня Какасом — о, подожди, но ты совершенствуешься!» Он улыбнулся глазами, которые казались только облегченными и искренними — они обычно всегда выглядели насмешливыми. «Но я все равно предпочитаю Какаши без «сан», это так официально, понимаешь? И что касается этого... Маа, мне повезло, что у меня нет команды генинов». «Это ложь, сэмпай». Тензо внезапно появился рядом с ними, полностью повернувшись лицом к Какаши, с широко раскрытыми черными глазами. «Сэмпай, ты лжешь». «Здравствуйте, Тензо-сан», — поприветствовал его Араши. «Араши-сан». Тензо кивнул в ответ. «Итак, ты наконец решил приехать в Коноху». Он кивнул в знак подтверждения: «Здесь очень мирно». «Но Араши-сан, похоже, не находится в покое в этот момент». Тензо мгновенно возразил, прежде чем отшатнуться назад в мыслях. «Погодите, это было сочтено «бестактным»?» «Эм. Ты... в порядке, ты в порядке». Араши очень разумно ответил — как Тензо мог это сказать? Он был таким прозрачным или это был его Мокутон? «Просто... Коноха — совсем новое место». «Ну, я могу показать тебе окрестности». Какаши протянул, порнографический роман, на удивление, отсутствовал, когда он покосился на него. «Твоя отговорка о том, что сегодняшний день «богат событиями», была жалкой, и я удивлен, что Гай на самом деле просто так это бросил. Я уверен, что Анко была дерьмовым гидом, а у меня полно свободного времени. Мы со-» «Это ложь, сэмпай». Тензо снова заговорил, прежде чем повернуться к Араши, обвиняюще указывая пальцем на Какаши. «Сэмпаю сегодня предстоит встретиться с командой генинов. У него не должно быть «свободного времени». На самом деле...» Затем он прищурился: «Какаши-сэмпай, ты должен был быть в Академии, чтобы встретиться с ними... три минуты назад». «Только трое? Маа, Тензо, ты действительно недооцениваешь, насколько мне нужно опоздать. К тому же, это не имеет значения; они все равно провалят мой тест». Какаши закатил глаза с такой небрежностью, что Араши прищурился. «Может быть, Какаши-сан». Он сказал странным тоном. «Может быть, и нет». «Зовите меня Какаши». Когда ответа не последовало, Какаши закатил глаза. Почему Араши защищался? Он был зол? «Маа, маа, Аваши-чван, не сердись ». Затем он перешел на свой обычный протяжный голос: «Скажи, если они действительно пройдут, то я позволю тебе встретиться с этими чудотворцами. Потому что, если они это сделают , я уверен, что они вырастут и станут более великими, чем... легенды...» Именно тогда он заметил пустое пространство рядом с собой. Тэндзо поднял бровь, глядя на него. Узумаки уже исчез. Единственное, чего хотел Араши, — не привлекать внимания. Как так получается, что избегание внимания приведет к большему? 'Бляяяяя.' Араши мысленно прошелся по ментальному пространству. 'Бля, бля, бля. О, мои боги, бля. БЛЯДЬ. Со сколькими людьми я только что поговорил? Бля. И я привлек внимание Гая . Из всех людей. И теперь, когда я в Конохе...' Он зашагал еще быстрее, поднимая несуществующие частицы пыли, '...Какаши становится все труднее и труднее не получить паническую атаку! Особенно с другими Джонин-сенсеями, я имею в виду, по какой-то причине это не так плохо, как я ожидал, но это... И теперь... и теперь я ясно дал понять, что я злюсь на него за то, что он принижал трех Генинов, которых я даже еще не встречал... о боги, что если он заставит меня встретиться с ними? Разве он только что не сказал что-то о встрече с ними? О нет, о мудрец, о Курама... о нет, о нет...' «Ты сводишь меня с ума». Курама махнул в него когтем. «Мудрец, как только ты попадаешь в ментальный мир, ты действительно становишься хаотичным беспорядком, не так ли, кит? Просто иди и встреться с этими генинами, было бы подозрительнее, если бы ты их избегал, верно?» «Чёрт возьми... с другой стороны, я хотя бы ещё не видел Сикаку и Иноичи. Это было бы хуже всего». Он снова не осознал, что только что бросил вызов судьбе, которая снова ударила его по лицу. (Курама замер: неужели Араши не помнил, что «Энсуи», Тора АНБУ, был там все это время? Он просто забыл? Потому что все, что делал Араши, в конечном итоге передавалось Шикаку — возможно, даже проводилось с помощью дзюцу разума — и это вырывало интриги как Нары , так и Яманаки . ) ------ «У меня до сих пор нет пропуска в штаб-квартиру Jonin dattebayo», — невозмутимо сказал он, дуясь на кухне штаб-квартиры, а тяжелый том о политике или о чем-то подобном лежал нераскрытым рядом с ним. Конечно, Наруто разрешили войти — он был там прямо сейчас, — но ему нужен был руководитель — сегодня это была Анко, — и разрешение Джонина . «Джонин все еще выше меня по званию. Чертов Чунин выше меня по званию. Я все еще не могу получить доступ ни к одному важному разделу библиотеки, хотя мне на колени свалили дерьмо уровня Хокаге ». Он угрюмо вздохнул. «...Даттебайо». «Да, да, ты Генин. Старые новости. Заткнись и дай мне сосредоточиться, добе. Ты мешаешь мне сосредоточиться». Саске закатил глаза и снова принялся рассматривать чистый срез Помидора. Он должен был быть идеально разрезанным на половинки, иначе он был бы недостоин его. Он слышал, что в штаб-квартире синоби всегда были лучшие кухонные принадлежности, и только сейчас он поверил им. Почему? Потому что ломтик был не шатким. И не шаткие, ровно разрезанные половинки помидора? Блаженство. «Теме, ты буквально пришел сюда только для того, чтобы нарезать фрукты, и я любезно сопровождал тебя-» «-Ты просто не хочешь читать эту книгу-» «Заткнись. Я не могу поверить, что ты используешь один из своих выходных для этого... И знаешь, что еще является старой новостью-ттебайо?» Наруто выглянул из-за плеча Учиха, уставившись на его лицо с надписью «Я доволен жизнью», а затем перевел взгляд на красные фрукты. « Твоя одержимость помидорами». Узумаки ухмыльнулся, прежде чем схватить половинку и отправить ее в рот, несмотря на бессвязный звук ярости, исходящий от Учихи. «Хм», — промычал он, покрываясь каплей пота. «На вкус как обычный чёртов фрукт. Я не понимаю твоей одержимости, Сас». «...Наруто». Саске тихо сказал. «Наруто, какого хрена ты только что сделал». Это даже не было сформулировано как вопрос. "...Подожди-подожди, ты серьезно-ттебаё?" Он взвизгнул, отползая от Учиха, который теперь разглядывал кухонный нож, словно оценивая, насколько хорошим оружием он может стать. Наруто крепко прижался к углу двух стен, выставив перед собой обе руки, чтобы попытаться заблокировать нарастающий гнев Учиха. Он издал беззвучный крик, когда Саске медленно подошел к нему, держа в руке сверкающий нож. «Я потратил пять минут, чтобы найти его. А ты просто... съел его». «Ой, ой, я пошутил. Я действительно пошутил-ттебайо! Я эм, фу!» Саске был в полушаге от него. «Я куплю тебе еще килограмм, ладно? С вишней? Ладно? Ладно, два килограмма?» Нож поднялся и... "Диджа-услышь-меня-даттебаяХХХХХХ-" Нож глубоко вонзился в стену прямо рядом с его головой. Правая рука Саске сжалась в кулак вокруг рукояти, прежде чем угрожающе двинуться к подбородку. "Выплюнь. Это. наружу". Саске прошипел себе под нос. "Ты недостоин Помидора". «Я уже проглотил это, ублюдок. И ты серьезно ?» — прошипел он в ответ тем же тоном. «С большой буквы ? Пожалуйста, не говори мне, что ты поклоняешься фрукту » . Как и ожидалось, Учиха ощетинился. "Это превосходный фрукт; прояви уважение, добе. Ты так говоришь, будто не кончаешь от рамена". «Что?» Узумаки ощетинился в ответ. «Я не знаю!» «Что происходит?» — объявила Анко, заворачивая за угол. Они оба бросили взгляд на Токубецу Джонина. Она держала руки на бедрах, пять — подождите, пять? — палочек данго торчали изо рта, а еще дюжина была зажата в руке. «...Что ты делаешь?» «Э-э...» — разумно ответил он, медленно поворачиваясь к Саске. «А это нож ?» Анко прищурился, глядя на блестящий металл, едва заметный из-за того, как глубоко он был вбит в штукатурку. "Эээ..." На этот раз настала очередь Саске говорить разумно. Он медленно откинулся назад и в сторону от Узумаки. «Какого... типа у вас извращения ?» — Анко невозмутимо, совершенно серьезно. «Пожалуйста, не делайте этого на кухне. Никогда». Затем она вышла, и на кончике ее языка вертелись сотни разных сплетен. «...Чёрт возьми, Наруто, ты полный придурок. Посмотри, что ты наделал». «Что я сделал? Прости , ублюдок?» (Позже: «Послушай, я понимаю, что у детей твоего возраста есть свои пристрастия , но, видишь ли, игра с ножом — это действительно...» Саске пнул Какаши, а Наруто ударился головой о ближайшее дерево. «Ладно, ладно, не буду рассказывать об этом слишком подробно», — успокоил Какаши. «По крайней мере, сделай это безопасным. Не волнуйся, я эксперт; я читал об этом в четвертой главе «Ича Ик-» Саске снова пнул Какаши. Сильнее. Наруто сломал дерево пополам. «Это просто из-за помидора», — простонал Наруто. «Ты имеешь в виду «Помидор»?» — тут же поправил Саске, уже отворачиваясь от Хатаке. «Щенки...» Какаши ласково покачал головой. «Куда подевались мои очаровательные Генины? Они больше никогда не слушают своего бедного Сенсея...» - «Слушай, это нормально, если вы двое этим увлечены, Ино и я иногда бываем... амбициозны... но если ты получишь травму, это не...» "Сак-" «Наруто, я понимаю, что тебе неловко, но на самом деле тут нечего смущаться. Это естественно...» «О Боже, Сакура, это всего лишь из-за помидора » . «Ты имеешь в виду «Помидор». Саске покачал головой. «Сколько раз мне тебе говорить?» - «По статистике, мало кто этим интересуется, но вы двое всегда были разными, так что, полагаю, я вас не осуждаю», — Шикамару пожал плечами, прежде чем они успели хоть слово сказать. «Не могу поверить, что Кура использовала нашу сексуальную жизнь, чтобы убедить тебя, что это нормально». Ино закрыла лицо ладонью. «Дай-ка я тебе скажу, это не так. Я имею в виду, но , эй, вы, ребята, спасли мир, мне все равно, используете ли вы лопатки, сковородки или ножи. ...Очевидно, вам нужно тщательно продезинфицировать после...» «Ино», — устало ругал Чоджи, выглядя неловко. «Пожалуйста, прекрати». Саске сжал губы. «Кто еще слышал об этой ложной новости?» «А?» Нара поднял бровь. «Джонин прежде всего получил сплетни». К этому времени Саске уже привык, а Наруто все еще выглядел готовым взорваться. Учиха закатил глаза, похлопав его по плечу. «Глубоко вдохни, добе, глубоко вдохни. По крайней мере, Анко не повесила это на баннер и не развевала над Пятью нациями. Глубоко вдохни. Не взорвись, как...» Взгляд Саске стал сожалеющим. «...Как мой бедный Помидор однажды взорвался после того, как я слишком долго держала его в микроволновке». "...Ты что ?" «...Я чувствовал себя... творческим». Шикамару несколько секунд смотрел на эту пару, а потом хлопнул себя по лбу. «Как хлопотно». Ино молча кивнула: «Я думала, что Саске будет тем, кто рассердится». Чоджи вздохнул. «Я думаю, он вошел в «уровень Какаши» травмы плюс вынужденное безразличие. ... Плюс нездоровая одержимость». «По крайней мере, это не порно», — заметил Шикамару.) ------