Глава 6. Аллергия на противных стариков

- ОН СКАЗАЛ ЧТО!? - воскликнула Тоня настолько громко, что мне пришлось отодвинуть телефон от уха. - Что мы будем строить нечто новое, - повторила я, глупо улыбнувшись, - а ещё он предложил обменяться контактами. - Это значит, что ты его как минимум зацепила! - не унималась подруга. - Почему-то сомневаюсь, он так смотрел на меня… - Как? - Как будто хочет поработить мой разум… Или, не знаю, пытается мысли мои прочитать, - чуть погодя ответила я. - Ой, это не так сложно. У тебя же табло с субтитрами, - подшутила она, но конец предложения я не услышала, потому что отвлеклась на стук в дверь. Бросив подруге ёмкое “я перезвоню”, я отключилась и поспешила в коридор. Не успев дойти до входной двери, до меня уже начали доноситься ворчливые возгласы: - Поназаселяют всяких лоботрясов, которые за собственным краном проследить не могут, вот и топят соседей… Я приостановилась, услышав это заявление, быстро заглянула в ванную и на кухню и убедилась: нет, вода нигде не включена. О чём он вообще? Я отворила дверь и увидела перед собой невысокого, но крупного старика в клетчатой рубашке, заношенных до дыр чёрных штанах и видавших виды шлёпках. Очевидно, это был мой сосед снизу, о котором меня предупреждала хозяйка квартиры. И хоть он был ниже меня, взгляд из-под густых седых бровей был таким хищным, а руки настолько увесистыми, что я вмиг почувствовала себя очень маленькой. - Чем могу помочь? - робко спросила я. - А ты сама не догадываешься, милочка? - прокряхтел он, - Отвлекаетесь на свои гаджеты и забываете воду выключить! - У меня нигде вода не включена и никакого затопления нет, - возразила я. - Вот лапшу мне на уши вешать не надо! - уже сильно громче произнёс дед, отчего мне стало сильно неловко перед остальными соседями. С телефона донёсся звук оповещения. И я то ли по привычке, то ли в попытке хоть на секунду отвлечься от неудобного разговора достала телефон из кармана. На экране высветилось сообщение от Макса: “У тебя там всё хорошо?”. - О чём я и говорю, вечно в своих смартфонах! Никакого уважения к старшим! - продолжал причитать он. Не успела я ещё раз повторить, что я здесь, вообще-то, не при чём, как старик нагло схватил меня за запястье и потянул за собой. - Отпустите мою руку! - повысив голос, возмутилась я. - Будешь сама за собой море у меня на полу вытирать, - злорадствовал сосед. Когда мы дошли до лестницы, ведущей вниз, я услышала позади звук открывания замка. Обернувшись, насколько позволяло моё “ведомое” положение, зацепилась краем глаза за хорошо знакомое лицо. Судя по его уверенному выражению, Макс слышал наш разговор и стоял у двери наготове, на случай, если ситуация примет опасный оборот. - Макс, помоги, - отчаянно протянула я. Парню удалось быстро нагнать нас. Решительным движением он отбросил руку деда от моей, посмотрев при этом на мужчину такими глазами, которые точно бы превратили бы его в пепел, будь у Тарасенко сверхспособности. - Ты кто такой вообще? - проскрипел старик. Глядя на Максима, можно было подумать, что внутри него закипает вулкан, который он пытается потушить маленькой садовой лейкой: брови чуть дёргались, губы напряжённо сжались. Но всё же через несколько секунд, с тяжёлым выдохом, он пришёл в себя. - Зачем вы потянули девушку за собой? - нарочито спокойным тоном выдавил парень. - По её милости у меня вся кухня плывёт! - возмущался неугомонный сосед. - Хорошо, давайте вместе пойдём и посмотрим, - произнёс Макс, не оставляя места для возражений, попутно вставая между мной и стариком. За широкой спиной молодого человека я наконец смогла позволить себе выдохнуть. Я прошептала ему короткое “спасибо”, после чего этот кудрявый дуралей подмигнул мне и, пока сосед не видит, притворился, что каратистским движением ноги сейчас опрокинет его и он покатится вниз по ступенькам. Я едва удержалась, чтобы не расхохотаться от такой неожиданной смены атмосферы. Как только мы вошли в квартиру, то у меня в носу засвербело, а Максим пару раз чихнул. Должно быть, здесь было очень пыльно, что для двух аллергиков равнозначно минному полю. И хоть здание дома было достаточно новым, жилище достоверно имитировало старый “бабушкин” ремонт, украшенный здоровенным советским шкафом и узорным ковром, висящем на стене. Ближе к кухонной зоне стоял небольшой прямоугольный стол с двумя стульями, рядом с которым на полу - виновник торжества - миниатюрная лужица воды. - Вы про это “море” говорили? - усмехнувшись, спросил Максим, указывая пальцем на неё. - Ещё и наглости хватает насмехаться!? - вскипел старик, покраснев до кончиков ушей. Парень благоразумно промолчал в ответ на очередное дедовское ругательство, что позволило нам расслышать лёгкий шорох, доносящийся из-за угла, скрытого межкомнатной дверью. Недолго думая, я пошла на звук и приоткрыла дверь настолько, чтобы увидеть, что же там такое. В углу, абсолютно не обращая внимания на происходящее вокруг, сидел не только источник шума, но и источник нашей аллергии - серый пушистый кот. И не просто сидел: звук, который мы слышали, был из-за того, что зверёк перекатывал стакан по полу лапой, явно увлечённый своим незамысловатым занятием. Я сдержала свой чих. - Так это просто кот опрокинул у вас стакан с водой, - догадалась я и выдохнула с облегчением. Макс усмехнулся сквозь свои аллергические слёзы, а дед, судя по всему, никак не мог решить, как ему реагировать. Но, похоже, он почувствовал себя виноватым. Где-то глубоко-глубоко внутри. Мы с Тарасенко попрощались с соседом, и, не дождавшись от оторопевшего старика ответа, вышли из квартиры и поднялись до седьмого этажа. - Ну ты как, чихунья? - с улыбкой произнёс Макс, шмыгнув носом. - Ты себя видел вообще? - ухмыльнулась я. Ответный смешок и пауза. И снова этот изучающий взгляд, но теперь он не давил. В глазах читалась неуверенность, какой я у парня раньше не замечала. Кажется, он хотел что-то сказать, но не решался. - Я слышал, что алкоголь помогает от аллергии, - тихо и как-то немного неуклюже вбросил он. - Чего градусом только не лечат, - чуть погодя ответила я, пытаясь понять, к чему Макс ведёт. Парень ещё немного помедлил. Я почувствовала себя сбитой с толку. - Не хочешь… Зайти и проверить? - выговорил он на одном дыхании.