Кристофер Пайк и Уна Чин-Райли. We'll go to the bottom with this ship. Часть 4.

— Крис, сейчас не время для твоих шуточек, — коммандер была взволнована. Она была в гневе. Зачем капитан это сделал? Это она всегда должна защищать его. Это ее обязанность, ее прямой долг. Но обычно все выходит иначе. Вот так. — Крис, — уже более спокойно произносит капитанское имя, глядя ему в глаза. Это очень больно. Она знает. Ла’ан всегда рассказывала. — Обопрись на меня. Нужно дойти до медотсека. — Ты ведь знаешь, что порой все так плохо, что остаётся только смеяться, — Пайк пожал плечами. — Я пока могу идти, старпом. Крис не любит просить помощи, несмотря на то, что сам всегда помогает кому-то. Он не любит просить помощи. Кожа моментально впитала ту слизь, что оказалась на нем, даже через форму. Его прожигало изнутри, как при пекле в 40 градусов в солнечной Аризоне. — Пойдём лучше отсюда, — коммандер волнуется за него, это нормальная реакция, но долг Криса показать, что он пока не калека, что он может передвигаться без её помощи. Нельзя давать повода для паники. — Знаю. Но… Разве сейчас подходящее время для этого? — Уна знает, как капитан любит справляться со всем своими силами. В минуты опасности и раньше он держал ее подальше. На мостике, или вовсе вне корабля. Это она должна была пострадать. Она должна была принять на себя удар и возможно, ее кровь помогла бы и другим справиться с заразой. Но нет… Крис… С ним бесполезно спорить. Коммандер боролась с желанием взять его под руку. Вместо того она держала винтовку наготове, чтобы подобного больше не повторялось. Прислушиваться к каждому шороху было не просто, но необходимо. Когда они оказались в медотсеке, Уна не смогла скрывать более и своего ужаса. Пол был в крови, как и биокровать. Перепуганные медработники старались усилить меры защиты и передавали друг другу сыворотку «силы» изобретенную доктором во время клингонской войны. — Джозеф, — негромко позвала коммандер, когда увидела доктора. Он все еще не привык, что Уна зовет его по имени. — Джозеф, — она повторила еще раз, подходя ближе. И тот уже обернулся, глядя на коммандера в упор, с немым вопросом в глазах. Уна кивком головы указала на Криса, а глаза у нее были «на мокром месте». Она позволила себе эту слабость, когда они шли в полумраке аварийного освещения коридоров. — Ну нет… — он понял, что они пришли сюда не просто так. Иначе зачем? — Капитан? — его немой вопрос все еще витал в воздухе. Доктор хотел слышать подтверждение немых намеков старпома. Или не хотел. Он еще не определился. — Да, — это было тяжело признавать, но это необходимо сделать, пока не стало хуже. Они смотрят друг на друга некоторое время. Все понимают серьёзность ситуации, но если они сейчас начнут искать лекарство, здесь все будут в безопасности. — Пока не стало слишком поздно, лучше приступать к исследованиям. Где Спок и Кристина? — Они ищут раненых, — тон Джозефа спокойный, как и всегда, но Крис прекрасно понимал, что внутри он в панике. Как и сам Пайк. Но не показывает этого. Хотя будь на его месте старпом или кто-то ещё, он бы себе места не находил. И все же доктор выдохнул, взяв себя в руки. — Капитан, ложитесь на койку, — он похлопал по свободной кровати и отошёл, чтобы настроить поле и нужную температуру. — Если они нужны тебе, вызови их. Вызывай кого угодно. Пока я здесь, вы все в безопасности, — у Криса нет выхода, кроме как лечь и ждать, пока его экипаж решает проблему. — Боже… Хватит. Прекрати, — коммандер не могла себя сейчас сдерживать. Ее раздражало такое откровенно наплевательское отношение Криса на себя. — Речь идет о твоей жизни, черт возьми, — теперь красные глаза выдавали Уну. Но все, о чем она думала — это капитан. Не могла сейчас сосредоточиться. Не могла думать ни о чем другом. Когда капитан оказался за силовым полем, она подошла ближе. — Сделай все, чтобы он жил, ты понял меня? — тихо произнесла, в надежде, что капитан не услышит, наверное до боли, сдавливая плечо доктора. По крайней мере, Уна слышала его тихое мычание. Значит, хватка была сильнее обычной. — У нас обоих есть право отстранить капитана от командования. Если он будет противиться лечению — сделай это, — смотрит доктору в глаза, уже ослабляя хватку. — Ты просишь меня признать недееспособным человека в здравом уме и трезвой памяти, — как врач мужчина понимал, что это незаконно. А как человек понимал, насколько сильно Уна заботится о капитане. Это ведь видно. То, как она переживает за Криса. — Я возьму на себя командование, — впервые в жизни она добровольно на это согласна. — И разберусь с горнами. Твой приоритет — капитан Пайк, — старпом не была уверена, что она сама в трезвом уме. Красные глаза, дрожащие руки. Только бы доктор не заметил дрожащие руки от волнения. Она переживала, как девочка. По правде, ей не нужна такая ответственность. Она не хочет быть капитаном. Не хочет быть капитаном, когда Крис отправляется на высадку, или в увольнительную. Не хотела быть капитаном, когда Криса вызвали командовать Дискавери. Не хочет быть капитаном в подобных ситуациях. Но она должна, иначе ноша ответственности за других раздавит капитана Пайка, словно камень на плечах великана из древних мифов. А сейчас Крису больше всего нужно заботиться о себе. — Слушаюсь, коммандер, — после недолгого молчания ответил доктор. По правде он никогда не видел её в таком состоянии. Сколько он себя помнит Уна была сдержана, спокойна и рассудительна. Вслух об этом Джозеф ничего не скажет, но наблюдать продолжит. Взглянув на капитана, а затем на коммандера, все же продолжил. — Я сделаю все, что в моих силах, но ничего не обещаю. Возможно эти слова могут разозлить старпома, возможно он об этом пожалеет, но это правда, которую лучше сказать сразу, чем тешить бесполезными надеждами. Он сам не знает получится ли сделать лекарство. Капитан чувствовал себя как на гауптвахте за этим силовым полем. Как будто он тот самый беглый преступник, за которым гонялся весь космос, и вот он попал в руки Федерации. Кристофер не любит быть в медотсеке, отслеживаться, пока все остальные делают все, чтобы спасти корабль. Его корабль. Он видит как Уна с доктором разговаривают, как у старпома глаза красные и руки дрожат. В нем нет ни капли осуждения. Капитану тоже страшно. Он тоже знает, что может не выжить. Доктор не был убедителен. Никто не смог бы быть. Слишком уж сложный у капитана диагноз. — Я сделаю все, чтобы вытащить нас. А ты сделай все, чтобы излечиться, — Уна посмотрела на капитана через силовое поле. Ей не нужно было ни его согласие, ни ответ на это. Она просто ушла. Ушла на мостик, а пока брела в потемках среди коридоров, не позволяла себе больше лишних мыслей, или слабостей. Она теперь капитан. — Итак, что мы имеем? — коммандер заходит на мостик с этим словами, вместо стандартных. — Мальки разбежались по кораблю, коммандер, увы, — Ла’ан не знала, чем еще может помочь. Ее страшный сон на яву — эти горны. Да еще и капитан в таком состоянии, о котором знали теперь все. Благо, связь у них работала. Старпом открывает карту Энтерпрайз по секциям на настенной панели. — Вот о чем я подумала. Нам нужно согнать их в ангары для шаттлов. Будем понижать температуру на борту секцию за секцией, оставляя тепло только там. А дальше как дело пойдет. Либо выкинем их за борт, либо… — Уна задумалась о мысли, которая сейчас казалась безумной. — Загоним в шаттлы, поставим на автопилот, отправим в космос и… — она не успела закончить мысль. — И большой бах? — вмешавшаяся Ортегас была вполне довольна этой идеей. Раньше бы она никогда не услышала от коммандера такого предложения. Ей нравится такая Уна. — Ну да, давайте портить государственное имущество, — она продолжила через смешок. Ла’ан закатила глаза. — Горны не такие глупые, как вы думаете. Но может сработать. Главное помните, что телепортом не навестить на них. И наши сканеры их все еще не видят. Пойдем в слепую. — Ходить с закрытыми глазами… Это я умею, — все так же довольно произнесла Ортегас, посматривая на лейтенанта и коммандера. — Мы не отдадим им Энтерпрайз и отомстим за капитана. Ла’ан лишь посмотрела на Уну со всей серьёзностью. — Чтобы реализовать это, нам нужно действовать сообща. Мальки растут и скоро начнут охотиться не только на нас, но и на друг друга. Мы можем этим воспользоваться. — Мстят обычно за мертвых. А Крис еще жив, — с некой ноткой укора смотрит на нее, хоть и понимает, что Ортегас вовсе не это имела в виду. — Стравить. Хорошая идея, — на лице старпома теперь появляется тень улыбки. — Как? Нужна жертва? Они должны подраться за «добычу»? Если да, то я готова. Сегодня больше никто не умрет. Тем более, бегаю я быстро. — Нужна, — голос Ла’ан звучал мрачнее обычного. Она не хотела, чтобы Уна рисковала. Она любила Уна, считала ее своей сестрой до того, как узнала, что коммандер иллирианка. Сейчас — она не знала, что чувствует. Но это все еще была их Уна. — Я пойду с тобой, — это был не вопрос. Констатация факта. Ла’ан не нравится эта мысль, но другого выхода нет. Ортегас хороша в настройке шаттлов и пилотировании, Ла' ан в тактике, а лучше всех действительно бегает Уна. Придётся рисковать. Они пробирались коридорами почти бесшумно. Ла’ан знала, что не стоит отвлекать сейчас старпома разговорами. Она видела. Все видели, в каком состоянии Уна сейчас. И в тайне все должно быть, боялись сказать что-то не так. Боялись, что вместо горна она «случайно» может выстрелить в эмоциональном порыве. — Из тебя вышел бы хороший капитан, — Ла’ан все же отважилась. —Не правда. Я не хочу, понимаешь? Это место Криса и только, — возвражать не имела смысла и не было времени. — Смотри, — в темноте сидел горн -подросток. Тот самый, которого Крис подстрелил. Он тяжело дышал и передвигался медленнее. Уна открыла огонь по нему, но он уворачивался. Ла’ан присоединилась, а затем отвлекала внимание коммандера. — Смотри… — она указала в другую часть коридора. Второй горн сначала хотел атаковать их, но затем увидел «соперника» и инстинкт взял свое. — Валим отюда, — скомандовала старпом, пока двое горнов сцепились с смертельной схватке. Холодало. Но еше не достаточно, как для горнов. Уна приказала понижать температуру постепенно. Комманлер чувствовала, как дрожь начинала пробивать ее тело. В иллирианской колонии температура не опускалась ниже +5. Даже в зимний период это была теплая планета. Ей будет тяжко. Возможно не проще, чем самим горнам. За всю жизнь она морозы видела только когда капитан Пайк приглашал к себе в дом на Земле. ************** От прохлады вокруг биокойки капитана начинает клонить сон, однако не позволяет себе этого. Он не хочет умереть во сне. Он хочет предупредить, если станет хуже, когда будет совсем все плохо. — Вам бы отдохнуть, — приметил доктор, подошедший, чтобы записать показания с панели. — Не могу, — кратко отозвался Крис. — Где Спок и Кристина? Они ещё не вернулись? — Они направляются сюда, — Джозеф взглянул на Криса с неким сочувствием. — Коммандер приказала мне отстранить вас от командования, если вы будете противиться лечению. Я не могу не подчиниться этому, пока вижу угрозу для жизни экипажа. От этого зависит не только ваша жизнь, капитан. — Делай как знаешь, я уже здесь, — удивлён ли он, что Уна отдала такой приказ? Нет, на её месте он бы сделал то же самое. Она взяла командование на себя, значит, все будет хорошо, что он может расслабиться. Именно так она и думает. Что Крис расслабится. — Рад, что вы понимаете все, — и как доктор может его отстранить, если капитан находится в здравом уме и в трезвой памяти? Пока стоит повременить с отстранением. ************** — Капитан, как вы себя чувствуете? — голос Спока оставался ровным и спокойным. Казалось, он настолько безстрастен, что даже если Крис умрёт, тот и не поведёт бровью, но все знали, что это не так. Он вулканец и этим все сказано. — Не самый лучший отдых в моей жизни, — капитан продолжал шутить. Так он скрывал свой страх перед неизбежным. — Полагаю, это некая форма человеческого выражения, означающая, что все плохо. — Быстро же ты научился понимать людей, — усмехнулся капитан с полуулыбкой. — Есть какие-то новости или просто интересуешься? — Пока нет, но мы работаем. Мне было важно узнать как вы себя чувствуете. — Спок! — вдруг позвала его Чапел. Спок обратил внимание на голос, а затем на капитана. — Иди, — кивнул тот в ответ. ************** Время шло медленно. Усталость и холод давали о себе знать. Пайк прикрыл глаза, кажется на несколько минут, но в последствии он очнулся через несколько часов от того, что чувствует как внутри снова прожигает его, чувствует как по венам течёт яд, как созревают будущие мальки. Его руки открыты, они в слизи, как и тело под больничной рубашкой. — Крис, — голос до боли знакомый. Вот его капитан точно не ожидал услышать. — Папа? — тихо спросил Пайк, поворачиваясь на голос. Перед ним действительно отец, живой и здоровый. Как настоящий. — Снова попал в какую-то передрягу? — Пайк-старший сидит на стуле рядом. Как и всегда в его голове ни толики сочувствия. — Папа… — вновь повторяет капитан, не зная что сказать. — Как ты здесь оказался? — Это не важно. Важно то, что ты здесь. Ты снова геройствуешь. Ради чего? Думаешь, тебя признают героем, что ты прославишься? Сидел бы в академии, ничего бы этого не было. Нужно было лучше тебя учить, не занимался бы такой ерундой. Ты понимаешь, что если мама узнает, её сердце не выдержит? — он был настолько убедителен, настолько реален, что Крис поверил в это. — Не говори ей. И я не пытался быть героем, папа. Я делал свою работу. Я капитан, и защищаю свой экипаж, — каждое слово отца выводит Криса из себя. Его пульс учащается, а жечь начинает сильнее, от чего Пайк шипит. — Мне рассказали, что случилось. На твоём месте мог быть твой старпом. Насколько мне известно, именно старпом должен защищать капитана, а не наоборот. Если тебе приходится защищать старпома, то не так уж она хорошо и справляется со своими обязанностями, — отец поднялся. Его тон все такой же ровный, а глаза не выражают ничего. — Не смей о ней так говорить, отец. Ты не знаешь ни меня, ни её. Никогда не знал. Ты только и умеешь говорить плохое, не видя ничего другого, — продолжает шипеть Крис. Пульс начал зашкаливать. Каждый раз, когда Крис начинал спорить со своим отцом, он не мог контроливать свой гнев. — Я говорю то, что вижу. Не думай, что у тебя есть свое мнение, ты все такой же маленький мальчик, который только и умеет бросаться в опасность, не думает головой и огрызается при первом удобном случае, — от этого стало больнее. Пайк столько раз слышал эти слова, что должен был уже выработаться иммунитет, но его нет. Каждый раз он переживает это как в первый. М’Бенга заметил на панели красный сигнал на койке капитана, и решил проверить, пока Кристина и научные сотрудники решают проблему. Уже походя к койке он заметил как капитан говорит с воздухом. — Крис? — в медотсеке не было никого, кроме них. Ответа не последовало. — Капитан Пайк, — уже громче позвал доктор, но Крис не реагировал на него. Доктор слышал как капитан усердно спорит с кем-то, потому подошёл ближе. Капитан не видит ничего, кроме отца. Его издевки, недовольство доводят его снова и снова. Доктор отключил силовое поле и пытался привести в чувство, но получил лишь гневный взгляд. — Ты не имеешь права меня трогать, отец, — прошипел капитан в лицо доктору. Тот лишь отступил и включил поле обратно. Его руки теперь были тоже в слизи. — Коммандер, у нас проблемы, — Джозеф был в панике, но старался оставаться спокойным. Уна должна знать, что происходит. — Капитан бредит и его тело покрыто слизью. Мы можем не успеть. Это последняя стадия. — Черт! — выругалась в коммуникатор коммандер. Только этого не хватало. Они ещё со старыми горнами не разобрались, а тут ещё эта новость. Ну уж нет, Уна не позволит им выбраться и убить Криса. — Понизь температуру, помести его в стазис, делай все, что посчитаешь нужным! — Уна бежала, поэтому говорить было крайне тяжело. У нее на хвосте два подросших горна, которые почти догоняли. Все, что от неё требовалось, — загнать их в отсек для шаттлов. — Вас понял, коммандер, — на заднем фоне ругался Пайк с невидимым отцом. Что ж, придётся выкручиваться. Взяв гипошприц с успокоительным, доктор позвал с собой Кристину, вручив его ей. — Крис, посмотри на меня, — позвал он капитана, отключив поле. Казалось, он уже был уставшим. Пререкания с «отцом» давали о себе знать. — Что ты ещё хочешь мне сказать? Что я не оправдал твои ожидания? Я это и так знаю… — в этот момент Кристина с другой стороны вколола ему успокоительное, от чего Пайка склонило в сон. — Нам придётся поместить его в искусственную кому, чтобы замедлить рост горнов. — Мы почти сделали лекарство, я это чувствую. — Я понимаю, но мы не можем рисковать. Агрессия вызвала активное развитие мальков, у нас нет почти времени. Спустя несколько минут температура понизилась до максимума. Приборы были настроены для поддержания жизни капитана. В медотсеке повисло молчание, прерываемое лишь звуком склянок и тихим обсуждением в лаборатории. ************** — Уна, мы готовы взрывать шаттл. Ты почти добежала. Будь готова к тому, что ангар заблокируется. — Я готова! — Уна проклинала сейчас Энтерпрайз за его огромные размеры и себя за пониженную выносливость. Хотя адреналин в крови зашкаливал, она понимала, что ей не хватает скорости, что была раньше. Ортегас подготавливала последние настройки шаттла для управления им удалённо. — Лейтенант, как у тебя дела? — напряжённо спросила Ла’ан, сжимая коммуникатор в руках и смотря на панель. — Сейчас… И готово. Как только горны оказываются на борту, шлюз закроется, и они полетят в последний путь. — Хорошо. Наконец Уна оказалась в ангаре, где было теплее, чем обычно. Как только за ней забежали горны, Уну сковал страх, но адреналин все ещё зашкаливал, потому она быстро оказалась в подготовленной камере, которую теперь пытались открыть существа. — Ортегас, давай! — скомандовала Уна. Ла’ан ввела команду для резкого понижения температуры, в то время как Ортегас прогревала двигатели шаттла. Они действовали, будучи неуверенными в своих действиях, но это сработало. Отступив от камеры, рептилии забежали в шаттл, а за ними закрылся и шлюз. Управление было заблокировано лейтенантом, чтобы горны не пытались что-то ввести. Взяв управление на себя, женщина вывела шаттл на безопасное расстояние и ввела команду самоуничтожения. — Ба-бах! — сказала Ортегас в момент взрыва. — Уна, можешь вылезать, все закончилось, — выдохнула Нуньен-Сингх. Это была только часть дела. Теперь все остаётся для медикам и научными сотрудниками. ************** — Как он? — с одним лишь вопросом пришла коммандер. — Пока стабильно, мы поместили его в искусственную кому, это помогло, но я не уверен, что надолго. — Лучше так, чем… — не закончив, Уна выдохнула. Она и думать не могла о плохом исходе. — Мы почти закончили, есть шанс, что мы его спасём, — глупая надежда, но именно на ней все и держится. На чёртовой надежде на лучшее. Уна лишь кивнула, снова сдерживая эмоции. Она сейчас буквально прошла через ад. Они каждый день через него проходят, но сейчас другая ситуация. То, чего боялась коммандер. Отпустив доктора, она присела рядом. Она ждала чуда. Если что-то произойдёт, она должна быть здесь. Крис бы поступил точно так же. — Коммандер, у нас есть новости, — Чапел подошла через некоторое время. Уна вздрогнула от резкости и вопросительно взглянула на нее. — У нас получилось, но на капитана не хватит. Нужна двойная доза, чтобы полностью предотвратить размножение, нам нужна любая ближайшая база. Уна смотрела на неё в упор, не веря своим ушам. Но, отойдя от шока, скомандовала найти и лететь на базу на максимальном варпе. ************** Крис едва открыл глаза и замычал, приходя в себя. Ощущения были не из лучших, но больше он не видел отца, только больничную палату. — Доброе утро, капитан, — довольно произнесла сестра Чапел, вводя данные в свой падд. — До… Доброе, — язык, казалось, онемел и не желал двигаться. — Это побочное действие от комы, пройдёт через пару часов. Предвещая ваши вопросы, отвечаю. Мы на Звёздной Базе 15, вы здоровы, но вам нужен больничный на несколько дней для восстановления, это не рекомендация. Энтерпрайз в целости и сохранности в доке, — Кристина действительно знала все, что важно было знать капитану. — Ах да, коммандер Чин-Райли сейчас вернётся, она будет рада вас видеть. Капитан сделал попытку улыбнуться. Вопросы у него есть, но задаст он их потом, когда сможет нормально говорить. Когда Крис пришел в себя, коммандер была счастлива на столько, что не описать. Она стояла в дверях медотсека, наблюдая за их с Чапел разговором. Да. Она измотана и зла на саму себя. Но… Крис жив. Это главное. — Капитан. — она все еще не скрывала улыбки. Она подошла ближе, теперь дотрагиваясь теплой ладонью и до его плеча. — С возвращением, -она смотрела на Криса, не отрываясь. Им многое надо обсудить. — Как ты себя чувствуешь? — Уже лучше, — с трудом проговорил капитан, улыбаясь. Он тоже рад ее видеть. — Спасибо. — За что? — непонимающе спросила старпом. — За все, — кратко ответил Крис. Она поймет за что он благодарит.