сноу шоу

долетели быстро, ветер был попутный. Владикавказ встретил удивительно тепло: солнце ослепляло и даже пригревало, отчего Соне сразу стало жарко в московской дубленке. — а я говорил, жарень будет! — высказался Александр, показушно поправляя на переносице солнцезащитные очки. тройку «сильнейших» замыкал Макс, нервно сощурившись от прямых лучей. все направлялись к минивэну, который довольно журчал разогретым двигателем, готовый отвезти экстрасенсов в отель. ехали весело. по крайней мере один точно ловил позитивные вибрации, в очередной раз посмеиваясь с собственных шуток, которые другие, почему-то, игнорировали. — ну, они принесут удачу! — восторженно лепетал Александр, передавая Соне сережки с собственным лицом. — китайские Шепсики с Алика? — Соня посмотрела выразительно в глаза веселящемуся медиуму, слегка закатив свои. — почему с Алика…с Вайлдберриз.- Саша приподнял одну бровь, не прерывая с Соней зрительный контакт. — о как, ведь ты себя не на помойке нашел. — ведьма моргнула первая. — ведь ты этого достойна. — процитировал и поставил точку Александр. Соня отвела взгляд, даже слегка задумалась. Сначала долго вспоминала, откуда эта фраза, потом поймала себя на мысли, что это последнее, что нужно сейчас искать в памяти, и стала резко думать вообще о другом: интересно, а Саша всегда был такой смешной, или с возрастом что-то в его голове щёлкнуло, и он «выбрал быть счастливым» — дурацкие шутки, яркие пиджаки, ослепляющие дальним светом фар винировые клыки… Однако, безделушку приняла. По приколу, конечно же. Вообще, в их дуэте все было по приколу. Один такой большой прЕколище. И финал ее битвы, и пафосный подкат медиума, который хотел позлить Костю, наведя суету в «Гецаровых», и их совместное расследование, с довольно близким утешением растрогавшейся Сони после, и «Реванш», где вечно «запечатленный» в ведьму Егорову Шепс не скрывал своего дикого краша весь сезон. Однако, весь этот большой рофл не мешал Соне действительно держать Сашу в глубокой френдзоне даже после стольких лет — всегда. А ещё удивляться, какой он странный, но не переставать с ним общаться. Она ему не верила, но и игнорировать его интерес к себе не могла, потому что ей это было…приятно? — о, взяла, смотри, из рук в руки. — Александр улыбнулся во все свои тридцать два сделанных зуба, привлекая к себе внимание оператора. ещё минуту посмеявшись для живенького кадра, скорее, все трое улетели в свои мысли, замолчав. — красота. — прервал молчание Макс спустя пару минут, внимательно уставившийся на местный пейзаж за окном машины. — это ж, твои родные земли, Сань? — не мои. матери. — почему-то тихо ответил Александр, уставившись уже в свое окно. — ну и твои, значит, тоже. сила рода — высшая сила. должен почувствовать прилив энергии… — продолжал Максим философски. — я никому ничего не должен. — Александр нахмурился. настроение резко сменилось с игривого на максимально серьезное. Сидевшая между ним и Максом Соня посмотрела на него как-то испуганно. Левин тоже не понял, что сказал не так, слегка пожал плечами. минивэн журчал двигателем, двигаясь дальше, в салоне воцарилась полная тишина.

***

Соня задремала. В коротком сне пришло какое-то нехорошее видение: здание с обвалившейся стеной из какого-то белого ракушечника, старые ржавые ведра, дряхлая коза, морщинистая женщина, или, скорее, старуха — смотрела на нее как-то в упор, не моргая. На двух покосившихся палках рядом покачивалась рваная бело-розовая простыня в пятнах. Бывше-кровавых, видимо. Соня нервно дернулась, наткнувшись на что-то острое уже в реальности. Плечо. Сашино. — ты чё, мать? — буркнул он, вглядываясь в сонную Соню. — да хрень какая-то приснилась…- начала ведьма, потирая заспанный глаз. — ты не спал? — нет. ты так навалилась, мне аж воздух сперло, какой уж тут спать… — Александр вернулся в свой «искрометный» стрельцовый юмор. — ты бы ещё побольше в куртке оставался, испарился бы к концу поездки. — парировала уже львиной колкостью Соня. Саша улыбнулся как-то по-доброму: своя. Все-таки Егорова ему очень нравилась. Особенно такая: лохматая, без косметики, с джетлагом, хмурая. Замужняя… Ему, почему-то, казалось, что ее нужно непременно добиться и, желательно, немедленно. Отбить, доказать, что все это время она динамила такого вот сверхразума, тратила зря лучшие годы жизни с другими, ещё и выскочила замуж, зачем-то. Хотел добиться своего, а потом — резко — бросить. Из мести. Из-за собственной обиды, что она имела смелость и мужество ему каждый раз отказывать и не верить. Разбить сердце, как разбили ему. И вот это его желание было похлеще какой-то там победы в шоу. Но пока, уже который год, он проигрывал в этой битве. И поэтому так отчаянно «топил» за Соню в «Реванше», так был «счастлив», когда стартовали съёмки новых «Сильнейших», так радовался, когда сразу же попал с ней в тройку…и так искренне ловил кайф, что в тесном салоне так «тесно». Макс тихо сопел, уткнувшись в стекло окна машины. Не проснулся даже тогда, когда Соня вальяжно потянулась, легонько растолкав мужчин локтями. — долго ехать ещё? — спросила она у ребят из команды, хотя не спали только водитель и помреж. И Саша. — тебе наша компания не мила, что ли? — отозвался последний. Уже целую минуту уделяли внимание не ему, это действительно раздражало. — уже даже мне от твоей куртки жарко. — разозлилась Соня, пихнув Сашу в бок. — снимай, давай. — ой, без предварительной ласки? фуу, приличные леди себя так не ведут. — Александр скрестил на груди руки, делая пуховик ещё объемнее. Соня закатила глаза, а затем резко вцепилась в воротник его куртки в попытке раздеть. Саша старался перехватить ее руки, но каждый раз они предательски не стыковались вместе. Началась возня. Копошились, как два жука, хихикали совершенно искренно. Ровно до тех пор, пока Соня внезапно не одернула руку. — ай, черт! что за?..- кровавая струйка потекла с подушечки ее среднего пальца. Сонное царство в салоне мгновенно развалилось. — бля, нож… — не удержался Шепс, ухватившись за ремень своих джинс. — там хилый предохранитель… Соня закусила ранку, посмотрев в сторону парня максимально сурово. — гад ты. Саша проверил ножны — лезвие опасно показалось из-под крышки. кнопка держателя за столько лет совсем расшаталась и не держала, и тогда верный ритуальный инструмент уже несколько раз царапал живот хозяина у подвздошной косточки, но сейчас выбрал новую жертву. — что вы хулиганите, молодежь? — проворчал Макс, совершенно невоспитанно громко зевая. — Соня ко мне пристает. — нахмурился Александр, хитро зыркнув в ее сторону. Девушка цокнула. — можно я уже выйду и пойду пешком. мне жарко, я устала. этот ещё…трындит. поранил…- пожаловалась ведьма. Саша показал ей язык, тут же улыбнувшись, снова надувая пуховик в рукавах. — не можна! — так, успокоились все. через двадцать минут остановимся, сделаем пару кадров. проветритесь. мы тут ради этих видов. — подала голос помреж, указывая на склоны кавказских гор за окном.

***

Мороз приятно бодрил. Свежесть и вид величественных склонов заставляли восторженно оглядываться по сторонам. Редкие растения и острые углы скал пробивались сквозь толщею снежного покрова. Красота и мощь, настоящее место силы. — как в кино. — прошептала Соня, довольно уставившись вдаль, где из признаков человеческого вмешательства в лор природы были и виднелись внизу только остовы каких-то ветхих домов. Макс широко потянулся, достав из кармана куртки начатую пачку сигарет. Последним из минивэна вышел Александр, тут же нахохлившись. Слегка оттопыренные уши предательски покраснели. — слушайте, давайте реще как-то это вот все… — протараторил, вжавшись в пуховик. — жарень будет, жарень будет, я говорил, о, я — великий предсказатель, о-о-о — передразнила Соня Шепса, улыбнувшись, демонстрируя очаровательные ямочки на щеках. — какой же кайф на улице! чувствую потоки энергии. нужно здесь обязательно задержаться. — согласен. — Макс выпустил сигаретный дым, обратно вдохнув горный воздух. Саша нахмурился. Замёрз сразу. Пухан не спас это худое тело, даже не попытался. — расслабься, покури. — спокойно произнес Левин, протягивая сигарету. Саша поморщился. Чтобы он, да отказался от сиги?..Щеки больно стянуло от холода. Не хотелось даже на миллиметр открывать рот, не то, что курить. Макс улыбнулся, делая очередную затяжку. — вон какой месяц, ровно между двух вершин. растущий. можно денежку привлечь. есть кошель, Саш? — кредиткой потрясу. — буркнул тот в ответ. но в кармане куртки все же незаметно покачал монеткой.

***

Соня отошла от ребят вниз по склону, туда, куда ее потянула самая яркая нить энергии. Оператор увязался за ней, однако, она пригрозила ему пальцем, словно дрессированной собаке: нельзя. И тогда тот грустно, но послушно остался позади. Было ли это опасно? Нет. Соня просто очень хотела побыть в энергетическом кругу природы одна. Без каких-либо людей, тем более, мужчин, тем более мужчин-практиков. Дойдя до точки, где нить потока уходила под землю, выбиваясь сквозь почву столбом ярких незаметных обычному человеку лучиков вверх, ведьма остановилась. Вот, тут то она и зарядит свою силу, насытится сполна. Скинула сумку, села прямо в центр энергетического круга, закрыла глаза.

***

— давайте придумаем, типо тут что-то не так…и вы очень сильно будете за это беспокоится, особенно ты, Саш. а ты, Макс, будешь его отговаривать. — вилась вокруг экстрасенсов помреж, указывая операторам взять мужчин крупным планом. Александр закатил глаза: — ебун здесь лютый, вот что не так. — это не по сценарию. и на это мы повлиять не можем. — отозвалась помреж. — а где Соня? Саш, позови Соню. — слышу звуки нарезки мэмов. — засмеялся Максим. В тонкой кофте он тоже начинал замерзать. Александр выразительно посмотрел на женщину, раздающую команды, с видом: «ну ты серьезно, что ли»? Когда он сам успел стать мемом и почему — не помнил. Но это было очень странно, потому что тема для этих всеобщих смехучков была, мягко говоря, не очень. Скепсис людей, которые с этим работают и варятся в этом каждый день, особенно раздражал. Да, возможно, для кого-то это все — один шумный цирк, вот только быть ведущим акробатом было в сто раз приятнее, чем клоуном. А когда его, старшего медиума страны, записали в ряды последних, он не понял и не принял. — Саш, время — деньги. — не унималась помреж. — делаем, что говорят. — потрясись на растущую луну, брат. — шутканул Левин вдогонку.

***

Соня неспеша выходила из транса. Горы не пожалели и дали ей мощный заряд. Никакие низшие вибрации не мешали, сплошная благодать — вот, что бывает, если подойти к месту силы с позитивным настроем и большим уважением. А ещё на душе стало очень спокойно. Ведьма открыла глаза, довольно потянулась, словно выходя из приятного крепкого сна. Вот теперь можно ехать и работать: чувство эйфории переполняло, хотелось помочь всем, любить и делиться позитивом с каждым. Егорова возвращалась к машине прищурившись, улыбаясь кончиками рта, походила на кошечку, которую сначала приласкали, а потом вкусно покормили. И даже мрачные лица ее коллег, уставших и замёрзших, не испортили ее настрой и образ. — а вот, это уже не Соня вернулась, я предупреждал. — прошипел Шепс. — горная болезнь до добра не доводит. — Александр, ну без отсебятины, пожалуйста. а то я уже не понимаю, ты сам-то в магию веришь или нет? стоп, камеры. сворачиваемся. — помреж уверенно зашагала к минивэну. — да, Александр, а не из «этих» ли ты, часом? — Соня посмотрела в его глаза с ухмылкой, но внимательно, приподнимая одну бровь. — каких, «этих»?! — возмутился медиум. — нууу… — загадочно протянула ведьма, манерно двину несколько раз брови вверх-вниз. — …этих…скептиков! И засмеялась, положив на плечи куртки мужчины свои ладошки. Такого отрешенного взгляда она еще в нем не видела. Словно и он окоченел вместе с телом. Большой нос увеличился из-за красноты вдвое. Оттопыренные уши стали багрово-синие. Вид «обнять и плакать», не меньше. — зачем так мучаться? — спросила Соня, пытавшаяся спасти хоть что-то на этом лице, обхватив его синие ушные раковины руками. Ладони были теплые, даже горячие на фоне этой тонкой сосульки напротив. Саша благодарно прикрыл глаза. — заставили… — проскулил тихо, словно испугался, что сейчас его ударят оглоблей по затылку, если увидят такое проявление слабости. — и это я то «не та» вернулась? — ведьма помяла пострадавшие ушки, погладив парня по волосам. Поток всеобъемлющей любви от заряда земли только усиливался: и даже вечно пристающий коллега ей сейчас очень нравился, тем более такой, жалкий и беспомощный. — не узнаю вас, Александр. Названный потерся уже сам о ее ладони, подавая признаки жизни. — пойдем в тачку. не хватало ещё твоих соплей. и можешь не пытаться выделываться, нас все равно не снимают… — Соня попыталась включить свой стандартный набор слов «злой ведьмочки», но получилась какая-то «заботливая мамашка». Чему снова улыбнулась. Как не гнала эту мысль из головы, но хотелось продолжать жалеть этого невыносимого «друга» напротив и дальше. — готов стоять вечность здесь, если с тобой и вот так… — прошептал Саша, коснувшись сониной ладони губами. Холодный как у собаки нос смешно искривился, уткнувшись в пораненный палец девушки. Соня нахмурились. На смертном одре будет, а подкаты не прекратит? Захотелось двинуть больно прямо по ноздре… Воинственность девушки прервал очередной поцелуй в районе раненой подушечки ее пальца. Сердце пропустило удар. На одних губах дело не остановилось: Саша уже облизывал ее пальчик, посасывая, задевая заодно и соседние. Резко перехватил правую руку, всунул под свою куртку, прислонил ее ладонь к груди, в районе сердца, прижался максимально близко всем телом, притянув Соню к себе, прошептал на выдохе в ухо: — ещё…"отсыпь"… И тут до Сони, наконец, дошло. Все это время это была не просто внезапная ностальгическая нежность, не приступ краша, не проявление фантазийной любви, а сеанс самого настоящего высасывания энергии. Ее энергии, которую она так старательно и учтиво принимала от земли и гор, энергии, которой она хотела поделиться с нуждающимися на испытании, а не с соперником по битве. — да какой же ты! — вскрикнула она, одергивая руку. Парень скривил губы в усмешке. На секунду показался клык, в таком ракурсе походивший на настоящий. — скептик…? — бросил Шепс. — мудак. — отрезала Соня. Жалость испарилась за секунду. Цвет лица вернулся в здоровый вид, куртка осталась расстёгнутой, словно парню резко стало жарко. Продолжил смотреть на Соню хитро, не моргая. Полез за пачкой сигарет, нарочно медленно достал одну, облизал пошло фильтр, прежде чем зажать белый столбик между зубов с тем самым клыком по соседству. Соня почувствовала себя опустошенной. Тревога тут же вернулась. Вот так, за несколько секунд, он выпил ее до дна. А она даже не поняла, в какой момент пропустила и позволила это…и так облажалась… — это — битва «силь-ней-ших», малышка. тебе не по уровню. — максимально низко и протяжно, очерчивая каждый слог, сказал медиум, выдыхая сигаретный дым прямо ведьме в лицо. — народ, вы там долго будете отношения выяснять? — крикнула помреж, не выдержав очередной заминки. — темнеет стремительно, нихера не видно же уже… — а ещё про меня и Изосимову что-то в готзале говорят. а тут вон, не битва, а дом-3 какой-то. — Максим наблюдал в окно машины за парочкой на улице с самого начала. План хитрого медиума раскусил сразу, как только заметил, что «ноющий от холода» на словах коллега не очень-то торопится обратно в машину, но оставалась маленькая надежда, что он не сделает никакой подлости, и не будет так жесток с городской ведьмой, а просто гонится за ее вниманием. Увы. Сделал. А Левин сделал выводы на его счет, сильнее сжав свой защитный амулет на цепочке. — ну, что, когда уже на настоящее дело приедем?! — влетел почти с криком в салон Шепс и плюхнулся на свое место, вытянув длинные ноги. — прекрасная ночь впереди! да, Сонька?! Соня просунула голову в салон, заходя последней. Тихая, бледная. Села на автопилоте в серединку, обхватила руками голову, уткнувшись в собственные колени. Что за страшные люди с двух сторон ее окружают. Или вокруг? Справа вообще Дьявол. Заерзал сразу, как она присела: куртку снимал. — любой каприз! — наклонившись, прошипел по-змеиному в чуть виднеющееся из-под скрещенных рук ухо Сони медиум. — прилив энергии от «родных земель» я, как-то, не почувствовал, а вот от тебя — сполна. и вот за это — спасибо. Черный минивэн двинулся дальше по заснеженной горной тропе в сумерки.