✧

Холодная громоздкая цепь тянулась от лодыжки к кольцу, вделанному в стену. Комната, в которой держали девочку, была хорошо обставлена, подобающе статусу какого-нибудь дворянина или офицера. Спокойные цвета, такие как серый и бежевый, заполняли интерьер мраморного дома. Письменный стол, книжный шкаф, камин. Здесь была и кровать, которой ей нельзя было пользоваться. Вместо неё ей дали подстилку. Лучиком света в этой мрачной обстановке было окно. Оно смотрело на густой еловый лес с высоты второго этажа. Деревья были такими высокими, что не пропускали солнце, но тенелюбивой паске это только нравилось. Семейство пасковых издревле заселяло заснеженные горные леса, и девочка чувствовала здесь некоторую близость к дому, которого у неё по-настоящему никогда и не было. Ушки, покрытые белым пушком, дёрнулись, заслышав приближающиеся шаги. Паска неосознанно вжалась в стену и постаралась уменьшиться в размере. В дверь вошёл дирдр. В течение уже двух дней он приходил в одно и то же время. Мужчина поставил перед ней поднос на пол. Такой еды, как у него, она давно не видела. Пахло от неё просто божественно. Вчера девочка не съела ни крошки. Под его взглядом она боялась даже просто пошевелиться, не то что есть при нём. Только осмелилась выпить воды, умирая от жажды. Её тело и разум были измотаны неделями лишений. Она очень долго страдала от недоедания. Поэтому сегодня она решилась преодолеть себя. Показать свою слабость: отвести от него испуганный взгляд, опустить голову и поесть при нём. Мужчина всегда оставался в комнате и наблюдал за ней, сидя в своём кресле. Блинчиков, вымазанных в масле и посыпанных сахаром, хотелось до боли в животе. Глаза рассматривали тёплое поджаренное тесто. Взяв вилку и нож, она слабыми руками отрезала аппетитный квадратик и положила в рот. Не оставив от еды ни кусочка и выпив весь чай, она прибилась обратно к стене. Она была уверена, что ничего лучше, чем эта еда, с ней в жизни уже не случится. Паска стыдливо подавила в себе возникшее желание сказать спасибо. — Схомячила всё наконец, — добродушно улыбнулся дирдр, насколько добродушно мог улыбнуться хищник. Внутри паски что-то испуганно ёкнуло, когда она заприметила острые зубы. Он приходил к ней с едой ещё два дня, пока под конец последней трапезы не встал со своего места и не подошёл к девочке. Он подхватил её рукой под подбородок и погладил большим пальцем щёку. От такого близкого нахождения рядом с хищником у паски внутри всё скрутилось тревожным комком. — Я сделал для тебя что-то просто так в последний раз. Теперь чтобы поесть тебе надо будет заслужить это. Несколько приёмов пищи на день или два — один чувственный нежный минет с окончанием в ротик. Хочешь спать на постели — встречаешь меня голая и встаёшь в позу течной сучки. Остальные удобства зависят от моего общего к тебе расположения. Моську паски исказил животный испуг. Это, казалось, позабавило дирдра. Мужчина оставил её одну, покинув комнату. Требования легли на её плечи неподъёмной тяжестью. Она всё это время понимала, что он хотел с ней делать, но столкнуться с этим была не готова. Он подарил ей жизнь в обмен на… сексуальное рабство? Может, было бы лучше, если бы она умерла. Только словив эту резкую мысль, паска вспомнила, что ощущала совсем недавно, когда по какой-то счастливой случайности смогла выжить. Постоянно прячась по подвалам, сменяя укрытия, она пыталась не умереть с голоду. Возвращаясь в одно из таких укрытий с припасами, она вовремя увидела выходящих оттуда дирдров в чёрных одеяниях — словно явилась сама смерть — и спряталась. Там внутри должны были быть другие мензаморфы. Дирдры подожгли здание у неё на глазах. Они добрались и до сюда. Весь город уже был в руинах. После ухода их армии начались подобные зачистки. Один из группы принюхался и указал на угол, за которым она пряталась. Пересилив дрожь и панику, паска помчалась вон оттуда. Ещё никогда она так не хотела жить. Забежав в какую-то полуснесённую постройку и захлопнув дверь, она пыталась отдышаться, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Она боялась, что за ней кто-то погнался. Хотя она не имела возможности оглянуться, чтобы проверить. Прошёл десяток секунд. Тишина. Паска уже подумала, что обманулась. Но вдруг через дверь в метре от неё в здание ступил дирдр. Угольно-чёрная прочная кожа, острые когти, затопленные чернотой глаза. Его красные зрачки, светившиеся в полумраке, метнулись в её сторону. До этого момента он не выдал себя ни единым звуком. Паска вскрикнула и отшагнула назад. Он оказался перед ней мгновенно, схватил за горло и прибил к стене. Паска беспомощно уцепилась пальцами за его ладонь. Он придушивал её, но оставлял ей возможность стиснуто вдыхать в себя воздух. Дирдр просто замер, рассматривая её. — Не убивайте меня… пожалуйста… — напрягшись, тихо просипела она. Больше она ничего не помнила. Кажется, ужас пересилил её, и она отключилась. Тогда ей не хотелось умирать. И сейчас не захочется. Он ведь её кормил и поил. Позволял мыться. Содержал в комфортных условиях. Всё это было роскошью для паски, которая ещё совсем недавно думала, что умрёт после долгих истязаний, валяясь где-нибудь в грязи. И эти самые истязания чуть не начались для неё тогда. Она боялась, что он сделает с ней что-то болезненное и унизительное прямо там. И другие дирдры тоже... Однажды она это застала. Слышала, но не видела. Вопли и остальные звуки до сих пор леденили ей душу. Тогда она поняла, что так просто, наверное, не умрёт. И если её словят, с ней случится то же самое. Слёзы покатились по щекам. Паска стёрла их ладонью. Но он этого не сделал. Он не отдал её другим. Он забрал её себе. И даже не стал сразу над ней издеваться. Дирдр не был ей противен внешне, даже наоборот, от него веяло силой и спокойствием, шерсть на голове была чернее ночи, длинной, собранной в хвост, шерсть покрывала низ лица и более редкая наверняка укрывала большую часть тела. Большой и сильный, истинный потомок самого опасного семейства хищников — дирдровых. Размножение с таким зверем эволюционно привлекательно. Особенно для самки гораздо более слабого вида. Шансы выжить повышались. Подсознательно паска всё это чувствовала. Но она так его боялась. Видя его, она каждый раз вспоминала его ужасающую боевую форму. На обед ничего не было. Её только отвели в ванную, и вечером в комнату никто попросту не пришёл. Девочку подташнивало. Ощущение голода усиливалось, терзало её. Ей вспоминалась вся еда, что ей приносили в первый день и которую она не съела. Теперь она корила себя, чуть ли не до слёз, что не брала её. Столько еды пропало. А ей так хотелось есть. — Вы тут? — позвала паска. Ответа не последовало. — Вы тут? — пересилив страх, она позвала громче. Прошла долгая минута. Девочка подумала, что его нет дома или он не услышал. Боялась звать опять. Но тут он вошёл в комнату. — Что такое, моя девочка? Готова? — спросил дирдр, усаживаясь в кресло. — Я хочу есть… — пробормотола себе в колени паска. — Ты знаешь, что нужно делать, чтобы получить еду. Паска отвела взгляд в сторону, нахмурившись и пытаясь вспомнить, что конкретно он ей говорил. — Минет? — выдала ей память нужное слово. — Верно, — сверля девочку взглядом, ответил дирдр. Он поднялся и приблизился к паске, достав ключ из кармана, открыл кандалы и вернулся обратно. — Можешь подойти ко мне. Паска поднялась и подошла поближе, неловко застыв перед дирдром. — Ближе. И опустись на колени, — на его лице мелькнул прищур. Девочка послушалась. — Ещё ближе, — вздохнул мужчина. Чувствуя слабость в теле, паска придвинулась совсем близко, оказавшись между ног дирда. Что-то в животе затрепетало. Она была слишком близко к хищнику и в слишком странном положении. Дирдр потянул за ткань, оборачивавшую его, и оголил верхнюю часть тела. Затем он отодвинул ткань с бёдер, обнажив чресла. Паска взглянула на них и быстро спрятала взгляд. Очень странное. Она никогда такого не видела. Она начала беспокоиться. Сейчас ей нужно будет делать что-то странное и, наверное, неприятное. Это будет больно? Кажется, дирдр упоминал рот. Ей нужно будет касаться этого места ртом? Паске становилось всё страшнее. — Давай, начинай, — сказал дирдр, ожидая от девочки каких-то действий. — Я…я не знаю, — нервно ответила она. — Чего ты не знаешь? — Поднял бровь мужчина. — Я ничего не знаю, — смешалась паска, не понимая, чего конкретно от неё ждут. — Ты не знаешь, что такое минет? — отчего-то потяжелевшим голосом спросил мужчина. — Не знаю, — прошептала девочка, почувствовав, как от него стало исходить больше опасности. Её голову резко дёрнули вверх, впервые за это время заставив посмотреть в глаза хищнику. Лицо дирдра покрылось чёрной кожей, а глаза превратились в бездну с красными зрачками. — Не смей мне врать. Глаза паски сами собой наполнились слезами, а уши сложились. Она открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова под давлением ауры хищника. В голове возникла мысль, что он может убить её сейчас. Дирдр перевоплотился обратно. — Я правда не знаю, честно. Что…что мне надо делать? Я сделаю, — паска подбирала нужные слова, пытаясь хоть как-то смягчить гнев дирдра. — Знаешь, что значит сосать? — слегка успокоившись и, кажется, поверив в искренность паски, спросил мужчина. — Да, — с леденящим душу осознанием ответила паска. Дирдр схватил паску за волосы и придвинул к паху, другой рукой он вложил ей в рот ещё пока небольшой мягкий член. Надавливая на затылок, хищник каждый раз погружал себя в рот девочки. — Соси нормально, используй язык, — чуть сжав хватку на волосах, скомандовал он. Паска не верила, что это происходило с ней. Тёплый член во рту ощущался чужеродно. Дирдр, который мог превратить её жизнь в ад, хищник, который мог убить её и который выловил её среди руин того города, засовывал в неё свой половой орган. Запаха дирдра было так много, что это одновременно пугало её суть жертвы до одури, но и заставляло… течь. Паску ужаснула мысль, что её тело готовило её к случке с дирдром. От неожиданности осознания она попыталась отстраниться, но мужчина не позволил ей этого, едва ли заметив её трепыхание. Член во рту стал сильно больше, и сосать стало тяжелее и неприятнее. Паска даже не осознавала, что её ещё очень щадили, не засовывая член глубоко в горло. Ублажать дирдра ртом пришлось долго. В конце мужчина сам довёл себя до оргазма, после чего нырнул обратно в рот паски и выплеснулся внутрь. — Глотай, малышка, — расслабленно откинувшись на спинку, приказал он. Паска шумно сглотнула. Мерзковатый вкус сделал процесс глотания тяжелее, но она справилась. — Открой ротик. Девочка последовала приказу. — Сосёшь как умница, пасочка. Ты заслужила свою еду. По какой-то странной причине похвала растеклась теплом по телу девочки. Её унижение закончилось, и она была рада, что ей не придётся делать это ещё какое-то время. Ноздри дирдра слегка раздулись, и он внезапно одним движением затащил её к себе на колени. — Кажется, ты уже готова для меня. Его пальцы проникли под трусики и покружили вокруг входа в лоно паски, испачкавшись в обильной смазке. Щёки девочки порозовели, и она зажалась от лёгких болезненных ощущений, напугавших её. Он трогал её там. Она не могла в это поверить. Неужели он прямо сейчас… сделает с ней и это? — Я буду спать на полу, — в панике пролепетала паска. Дирдр издал смешок. — Тебя не спасёт это. Если я действительно захочу овладеть тобой, сделать своей сучкой — я сделаю это в ту же секунду. «Сучка» — почему-то на секунду это слово показалось паске чем-то очень хорошим. Он надавил на вход, и паска всхлипнула. Убрав руку, дирдр облизал свои пальцы. Он привёл свою одежду в порядок, перенёс паску к её уголку и зацепил обратно кандалы. Затем он принёс ей достаточно еды, и она с большой охотой всё умяла. Возможно, она даже сможет привыкнуть к этому долгу. Прошло несколько недель, и паска действительно привыкла к своей участи. Она спокойно сосала дирдру, которого теперь называла своим хозяином. Кажется, у неё стало лучше получаться, потому что мужчина перестал доводить себя сам. Ему было достаточно её рта, чтобы кончить. Она хорошо удовлетворяла высшее существо. Она перестала бояться его так сильно. Хотя было всё ещё страшно, когда он использовал её рот, потому что его запах кричал об опасности и о том, что он может ей навредить. А ещё после стольких кормлений, паска начала ощущать привязанность и благодарность. Дирдр забрал её из центра боевых действий и подарил ей новую жизнь под своей защитой. Когда мог просто поистязать и убить. С каждым днём паске всё больше казалось, что она делает слишком мало для него. Её новая жизнь стоила дороже, чем простое ублажение ртом. У паски было ощущение, что ничего из того, что сделать было в её силах, не возместило бы эту цену. В очередной день после обеда паска настолько осмелела, что решила поиграть с дирдром в сомнительную игру. Когда её собрались отвести в ванную и сняли кандалы — она выскользнула и побежала. Сердце билось гулче от адреналина, всё тело будто пробирало дрожью. Девочка успела вынырнуть из комнаты и добежала до ступеней, но тут же была перехвачена. Столь большое расстояние, преодолённое ей, объяснялось только эффектом неожиданности. Её жестковато потянули за руку, отчего паска с испугу вскрикнула. Её, словно бы пушинку, без труда дотянули обратно в комнату и кинули на постель. Внутри неё поднялись радость, азарт и, конечно же, страх. Девочка надеялась, что дирдр правильно воспринял её поступок, и до неё только сейчас начало доходить, что он мог бы принять его всерьёз, что могло бы закончиться для неё не очень хорошо. Дирдр понял, что происходило, возле лестницы, когда потянул девочку за руку и почуял запах её возбуждения. Девочка не была настолько глупой, чтобы действительно пытаться сбежать от гораздо более сильного хищника. Он навалился на паску и, не особо стараясь, отбивал её нелепые попытки к сопротивлению. Перевернул её на живот и порвал вытянувшимся когтем всю одежду на ней: всё равно нужно было менять. Сдёрнул с себя одеяние и прижался всем своим естеством к маленькой нежной паске. Придавил её за горло к кровати. — Раздвинь ножки и терпи, — грозно рыкнул разгорячённый зверь. Он взывал к самой глубинной животной сути паски. Внушал страх. От страха его жертва сильнее потечёт. — Принимай своё наказание. — Да, хозяин, — с трепетом проскулила девочка. Она раздвинула ножки пошире, и в нос зверю ударил запах густого возбуждения. Дирдр протиснулся внутрь, медленно, его сучка была слишком узкой. Постепенно он размял её и перестал щадить. Девочка трогательно хныкала. Кажется, ей очень нравилось. Хищник насиловал свою жертву долго, со вкусом. Паска даже начала уставать, но она покорно принимала свою участь и просто смирно лежала, не смея сдвинуть ноги. Мужчина толкнулся внутрь последний раз и заполнил бедную жертву своим семенем. В тот день, когда они встретились, дирдр заметил за тонной страха мелькнувшие в её глазах и запахе мимолётные покорность и восхищение. Она сама наверняка даже и не поняла, что подала такой сигнал. Она искала хозяина. Слабая потерянная девочка хотела выжить любой ценой. Паска жалась ближе к мужчине, радуясь, что он лёг рядом и стал обнимать её. Её душа впервые ощущала сытость и успокоение. От простыней пахло свежестью, из приоткрытого окна тянуло хвоей. Здесь, в этом месте, действительно было спокойно. — Спасибо, что забрали меня оттуда, — сказала она, смотря на него своими большими грустными глазами снизу-вверх. — Ты теперь под моей защитой, — ответил дирдр, улыбнувшись. — Тебе больше никогда не придётся бояться за свою жизнь. Паска подняла на него зачарованный взгляд, словно услышала заветные слова. Она обвила руками корпус мужчины, будто бы хотела слиться с ним. Дирдр нашёл это очень милым.