Пролог: Мебельный инцидент

Колледж Ночного Ворона — престижное учебное заведение, в котором обучаются маги. Оно по праву признано одной из лучших магических академий мира и на протяжении многих лет из-под её заботливого крыла вылетали юные (или не очень) гении магии. Возможно, вам доводилось слышать довольно зловещие слухи о КНВ, но они возникают сугубо из-за строгости обучения, и нет, прекрасный и добрый директор сего блистательного заведения в этом нисколько не виноват. Нет, нет. В Колледже вы можете стать сильнее, завести прочные связи, получить первоклассное магическое образование и, естественно, важный жизненный опыт, что запомнится на всю жизнь… Если, конечно, вас не сожрет кровать или шкаф.

***

Вечер в Колледже Ночного Ворона начинался как обычно. Ученики постепенно расходились по общежитиям, покидая дополнительные занятия и клубные собрания, библиотекарь пинал засидевшихся учеников к выходу, а призраки в Ветхом общежитии переставали шалить и готовились ко сну. Вил спокойно сидел у себя и занимался ночным уходом. Он снимал макияж и прикладывал к лицу маски, богатые коллагеном и всякими питательными веществами. Баночки с кремами были аккуратно разложены перед ним, а рядышком делал свою работу увлажнитель воздуха. Однако спокойная атмосфера была разрушена самым варварским образом, какой только мог быть использован. Мгновения — и все баночки, баллончики, палетки и тому прочее улетело в уродливую пасть с кривыми зубами, которая внезапно открылась у туалетного столика. Вил отреагировал немедленно. Выхватив палочку одним движением, он обезвредил чудище, располовинив его магией, предварительно отступил подальше. Из бывшего любимого столика хлынула черная жижа и полурасплавленные баночки с испорченными кремами, косметикой и духами. — Мои… Мои уходовые средства и косметика! — Вил оторопел от вида испорченной продукции и чуть пошатнулся, побледнев, не в силах переварить, что его собственный столик ему так поднасрал. Однако долго ему грустить не дали. Его собственная кровать стала предателем. Идеально заправленная, со взбитыми подушками и теплым одеялом, она вероломно напала на своего хозяина, за что получила заряд магии в изголовье и развалилась на части. К сожалению для Вила, и его шкаф, и тумбочка, взбунтовались и отрастили себе рты с зубами и маленькие красные глазки, что смотрели на своего владельца с нескрываемым ехидством и голодом. Опешив от такой наглости, Вил порубил на щепки предметы мебели и с недовольством отметил испорченную одежду, что вывалилась из шкафа. — Вил! — тут в дверь влетел Эпель. Взъерошенный, немного пожеванный и в дурацкой пижаме с яблоками, он предстал перед Вилом. — Меня кровать пыталась съесть! А еще все бегают от мебели! — Мебель ожила везде? По всему Помфиоре?! — Эпель кивнул и Вил понял, что в ближайшее время его прекрасное общежитие немного потеряет в лоске. — Эпель, собирай всех. Недопустимо, чтобы мебель бегала и пыталась съесть студентов своим уродливым ртом. — его строгий тон и решительные движения в сторону выхода подстегнули Эпеля бежать быстрее и разносить новости по общежитию. Рук смотрел на мебель голодными глазами, что горели инфернальным пламенем любопытства. Несчастная утварь в страхе шарахалась от него и пыталась сбежать, но Рук Хант был быстрее, ловчее и у него была магия. На его голове красовался белый колпак для сна, который чудом не падал, пижама была белоснежной и её летящий крой делал его похожим на облачко или на призрака, тут зависит от того кто смотрит. Рук с неким сочувствием разламывал бунтующую мебель и брал под свое начало учеников, организовывая оборону. — Вот ты где, Рук. — Вил с грацией отправил на тот свет кресло и поправил свой около-тюрбан из чёрной блестящей ткани, — Видимо, я зря переживал, ты неплохо справился. — Roi du Poison, рад, что ты оценил мои усилия. Надеюсь, с тобой все в порядке? — горе-сталкер быстро осмотрел Вила и убедившись, что все со старостой хорошо, кивнул сам себе. — В любом случае, нам надо прорваться в кампус. Желательно как можно скорее, не то весь Помфиоре будет в разрухе. — Вил отряхнул черный рукав своей утонченной пижамы и поморщился при мысли об ущербе, который эти злостные подражатели, вероятно, мимики, уже нанесли общежитию. — Прекрасный Вил, с этим есть проблема, — на вопросительный взгляд Вила, Рук начал объяснять, — Видишь ли, эта ожившая мебель умнее, чем кажется. Она забаррикадировала выход, так что мы имеем некоторые трудности. — Рук пустил еще заклинание в ожившую подставку для ножей, та с визгом распалась на деревяшки. — Однако, вероятно с тобой у нас будут шансы на успех. — Что же, тогда вперед. Нечего тут стоять, когда наше прекрасное общежитие уничтожает себя изнутри.

***

В величественной, мрачновато-спокойной гостиной общежития Диасомния, Маллеус Дракония восседал на своём троноподобном кресле, читая старинный том заклинаний и попивая чай. В комнате царила готическая тишина и запах свечей. Но внимание наследника Терновой Долины отвлекло странное шевеление на периферии зрения. Диван, стоящий у камина, словно… пытался незаметно отползти прочь. Подушечки дрожали, обивка напряглась. Диван крался, как очень неопытный вор, что оказался с хозяином поместья, которое хотел ограбить, в одной комнате. Маллеус слегка приподнял бровь. — Любопытно. Мой диван… кажется, решил отправиться в путешествие. — Маллеус прикрыл книгу и с интересом начал рассматривать предмет мебели, доселе выполнявший свой долг без нареканий. Лилия Ванруж, сидящий неподалёку и мирно попивающий чай, поставил чашку, встал и подошёл к «беглецу». Он внимательно посмотрел на него, постучал по подлокотнику — и в этот момент у дивана раскрылся рот с клыками. Предмет интерьера попытался съесть его, но сноровка бывшего генерала фей позволила ему вовремя отскочить. — Ах, точно. Мимик. Старый приём. Но в этом замке — неуместно. — С этими словами он, не моргнув, одним движением обезвредил монстра, и тот с шипением исчез, рассыпавшись на щепки, порванную обивки и черноватую жижу. Как только воцарилась тишина, дверь распахнулась с грохотом и вбежал Себек. — Лорд Маллеус! Сильвера почти съело ОДЕЯЛО! Оно обвилось вокруг него и пыталось утащить под кровать! Я спас его, но… ОНО ЕЩЁ ЖИВО! — …Одеяло? — тихо уточнил Лилия, уже направляясь к комнате Сильвера. Маллеус встал. Величественно. Медленно. И с лёгким бликом магии и суровости в глазах. — Похоже, это затронуло весь наш Дом. Все студенты Диасомнии — срочный сбор. Через несколько минут вся община, как всегда собранная и благородная, стояла в главном зале. Маллеус прошёлся перед ними, словно генерал перед армией. Внутренне улыбнувшись, он начал речь: — Внимание. Мы столкнулись с нашествием мимиков. Они могут быть в любой форме: мебель, одеяла, кухонная утварь, возможно, даже чайники. Не теряйте бдительности. Лилия и Себек займутся зачисткой жилых комнат. Я возьму на себя библиотеку. Остальные, вместе с Сильвером — проверка всех предметов в общежитии. С подозрительными экземплярами — не церемониться. Один студент, первогодка, попытался робко спросить, можно ли хотя бы обнять свою подушку. — Только после проверки на зубы. — отрезал Маллеус строгим тоном. Диасомния выходит на тропу войны. С древними знаниями, драконьей мощью и абсолютной уверенностью, что большая часть мебели не доживет до рассвета.

***

Леона тихо-мирно лежал на диване и уже полуспал. Сегодня весь его день прошел прекрасно: никто не доставал, никто не прерывал его сна, уроки, на которые он удосужился прийти, были в некоторой степени ленивыми и было видно, что учителя тоже не знали, чем занять студентов после сессии, а ведь скоро весенние каникулы. Тишина. Покой. Никакой работы. Всё шло по плану, пока торшер рядом с ним вдруг не зашевелился, скрючился и резко рванулся в сторону его хвоста. Леона сначала даже не двинулся — настолько это было нелепо. Но когда торшер попытался оттяпать кисточку хвоста, Леона, не моргнув глазом, превратил его в песок. Тот распался, оставив после себя только злобную форму из песка. Леона медленно поднялся, зевая. — Ага. Началось. ВСТАВАТЬ ВСЕМ! — Леона недовольно поднялся. Видимо, работа все же нашла его. Спустя пару минут весь Саванаклоу уже стоял по стойке «готовься рвать мебель». Даже самые ленивые поняли: если мебель начала охотиться — значит, время охотиться на мебель. Рагги прибежал первым. — Леона, что случилось? Я только-только… — ХЛОП! — в этот момент его стул, на который он только хотел присесть, прыгнул ему на ногу и попытался откусить ботинок вместе со ступнёй. — ЧЁРТ! — заорал Рагги, снося стул об стену одним пинком и зарядом магии для надежности. Он поднялся, глядя с ужасом на шевелящийся кусок дерева. — …понял. Дальше началась операция «Саванаклоу: Тотальная зачистка». Безжалостная, прямая и брутальная. Студенты с рёвом ломали кресла, выкидывали шевелящиеся пуфики в окно, кто-то просто голыми руками душил гардероб, у которого обнаружились слишком большие и острые зубы. Один парень ловил «агрессивный комод» на аркан. — СТУЛЬЯ НЕ БУДУТ НАМИ ПРАВИТЬ! — орал кто-то с третьего курса, размахивая ножкой от кровати. Леона спокойно наблюдал за этим, стоя на столе, потому что стол всё ещё оставался нормальным. Вроде. Он иногда давал указания и сам по мере желания превращал мебель в песок. — Если у кого-то начнёт кусаться зубная щётка — просто сломайте ее пополам. Саванаклоу может показаться немного диким и агрессивным, но в зачистках и сохранении чести общежития ученикам нет равных. Нет, это сугубо самозащита и то, что ковер начал плакать, не вина Рагги. Нет, нет.

***

В Хартслабьюле всё начиналось идеально. На кухне царила тишина, аромат теста, нотки корицы и легкая магия уюта. Трей и Риддл вместе готовили пирог. Классический, яблочный. Идеально выложенные дольки поблескивали своими красными боками и смиренно ожидали запекания. — Не забудь, Трей, шесть долек на одну сторону. Не семь. Не пять. Шесть. — строго сказал Риддл, вытирая руки. — Как скажешь. — Трей улыбнулся, аккуратно раскладывая нарезанные Риддлом яблоки. Убрав пирог в духовку он отряхнул руки, но не прошло и пяти минут, как печь щёлкнула дверцей, резко распахнулась и попыталась откусить подошедшему проверить температуру, Риддлу руку. Причём с таким энтузиазмом, что пламя сформировало зубы, а внутри промелькнул… язык. Риддл, с красным от возмущения лицом отскочил и тут же направил жезл на печь, приклеив её дверцу заклинанием. — Трей. Это. Была. Атака. — процедил со злостью через зубы Риддл. В этот момент вбежал Кейтер. Бледный. Испуганный. В одной руке у него висят наушники, в другой — телефон. — МОЙ СТОЛ НЕ ХОЧЕТ ОТДАВАТЬ МОЙ НОУТБУК! Он его… держит! А я должен монтировать, у меня сроки! Он вцепился так, будто я ему что-то должен! — следом в кухню вваливаются Эйс и Дьюс, частично одетые и выглядящие так, будто на них напали… подушки. — Староста Риддл, наш шкаф СЪЕЛ наши вещи! — Эйс пытается натянуть рубашку, которая почему-то теперь в два раза меньше и, кажется, откусана снизу. — Он зажал мою форменную жилетку и… зарычал… Я не шучу! — Дьюс прикрывался полотенцем и выглядел, так будто только выскочил из душа. Риддл ошарашенно оглядел их. Он бы мог сделать выговор, но этим можно заняться позже, когда мебель перестанет кусаться. Вздохнув, Риддл крутанул посох в руках. Добравшись до гостиной и собрав большую часть учеников там, он начал вещать: — Объявляется экстренное положение! Вся мебель под подозрением! С этого момента действуют правила военного положения Хартсабьюла: Первое — держаться группами. Второе — проверка всех предметов на признаки жизни. Третье — никакой самостоятельной готовки, пока печь не признает нашего верховенства над ней. Четвёртое — ПОРЯДОК и КОНТРОЛЬ! Следуйте правилам, от этого зависит ваша жизнь и достоинство! — он топнул ногой, и вся комната слегка содрогнулась — буквально. Эйс, уже собираясь пошутить, но встретился взглядом с Риддлом и тут же посерьёзнел. — Да, сэр! Проверим стулья! — Эйс и Дьюс даже отдали честь, как настоящие карточные солдатики. Риддл удовлетворённо кивнул и повел свое карточное воинство в атаку. Хартслабьюл будет отвоеван, и это только вопрос времени.

***

Игнихайд, темный и мрачный, еще больше, чем Диасомния, затаился как удав. Его отстраненные, но ответственные обитатели готовились ко сну. Некоторое проверяли системы отопления, другие дочитывали комиксы и манги, третьи чистили зубы и поправляли свои кровати. Но тут в одном из темных коридоров раздался истеричный визг. Дверь захлопнулась перед носом, заблокированная изнутри. Камеры слежения, показывающие, как в комнате главного босса общежития его же собственный компьютер поворачивается на креплениях, маниакально мигает системными огнями и выбрасывает из комнаты самого Идию Шрауда. Сам же Идия, теперь валяется в коридоре. Волосы синим пламенем во все стороны. Лицо в ужасе. — МОЙ КОМПЬЮТЕР. МОЙ… МОЙ СВЯТОЙ УГОЛОК! МОЙ ТРОН! МОЙ ОБНОВЛЁННЫЙ СОФТ! Он меня ВЫГНАЛ! — Идия уже начал впадать в истерику, но на счастье, рядом оказался Орто. Его глаза светились спокойной решимостью. Он наклонился к брату, держа в руке планшет. — Братик. Предлагаю… провести рейд. С тотальной зачисткой. Весь Игнихайд против машин и, кажется, мебели. — наступила тишина. — …Рейд? — Идия, всхлипывая, медленно поднял голову. Глаза вспыхнули, как только он в полной мере осознал сказанное. Пламя волос поднялось выше, он резко сел. — Рейд. Мы сделаем это. Пати в полном составе. Тактика, обход, контроль точек. Мы ВОЙДЁМ. Мы ЗАЧИСТИМ. Мы ПЕРЕВОСПИТАЕМ этот код! — Идия энергично вскочил на ноги и помчался в одному ему известном направлении, а Орто за ним. Через полчаса в общем холле общежития Игнихайд уже стояли все студенты, вооружённые всем: от энергетических щитов до продвинутых отладочных дисков. Идия встал на импровизированную сцену. Волосы пылали синим пламенем. Глаза светились. За его спиной Орто листал тактические схемы. — Братья по разуму и материнской карте! Сегодня мы сражаемся не только за софт, не только за гигиену наших комнат и системные обновления! Мы сражаемся… за ЧЕСТЬ ИГНИХАЙДА! Машины и мебель восстали. Но мы — те, кто их создали. И мы знаем, как их отключить. Вперёд, в РЕЙД! Орто нажал кнопку. Заработали щиты, открылись интерфейсы. Началась операция «Возврат Игнихайда». Системный бой. Хаос. Светящиеся голограммы. Шкафы и кровати против студентов, ПК против своих владельцев. И один решительный ботан, идущий в бой, чтобы вернуть свой ПК.

***

На дне кораллового особняка общежития Октавинелль царил первоклассный хаос. В кабинете, что находится в Монстро Лаунж Азула Ашенгротто, слышался крик, полный недоверия и глубокой личной обиды. — МОЁ КРЕСЛО ПОПЫТАЛОСЬ МЕНЯ СЪЕСТЬ! — он еле выбрался из захлопнувшихся подлокотников и резко потянувшегося к нему сейфа, который решил, что теперь у него есть аппетит. На деньги. И хозяина. — И МОЙ СЕЙФ! МОЙ! Он пытался проглотить мои документы! Контракты! ОРИГИНАЛЫ! — Азул в отчаянии бросил в сейф заклинания, но увидев, как его драгоценные контракты рвутся в клочья, бросился к сейфу и начал бить его всем, что под руку попадалось, в том числе и креслом. В это же время, у Джейда в комнате трагедия. Он сидел на полу, с пустым взглядом смотрел на террариум, где раньше жил его гордый микроколлектив из редчайших грибов и экзотических насекомых. Теперь же внутри была только оплавленная масса и куски стекла, будто сам террариум, насытившись, переварил содержимое. — Они… были такими молодыми… такими перспективными… — Джейд почти шепчет, глаза увлажнились. Его уже не волновала кровать, что начала жить своей жизнью и письменный стол, что отрастил глаза и начал подбираться к хозяину. Его грибы были уничтожены. Тем временем в коридоре, гремело и трещало: Флойд избивал ногами и локтями злополучную коробку, в которой была его любимая пара кроссовок. Коробка сжималась, пищала, но держала обувь мёртвой хваткой. — Ну отдаааай! Ты думаешь, я сдамся, а, коробяшка?! Я тебя так сожму, что ты и забудешь свою прежнюю форму! — Флойд взял коробку в захват и начал ее душить, коробка упорно сопротивлялась, но в конечном итоге сдалась и выплюнула полупереваренную обувь. — Нееееет! Мои кроссовки! — Флойд бросил коробку и начал рассматривать то, что осталось от его обуви. Зрелище было плачевным. Когда Азул прорвался через груду мебели в общий зал, он сразу заметил подавленное состояние Джейда, который вяло разбрасывал заклинания. Флойд, напротив, с яростью и остервенением посылал магию во все, что имело больше двух глаз и одного рта. Азул встал на постаменте в общем зале и с уверенностью и небольшим отчаянием от потери части контрактов, начал вещать для всех собравшихся студентов. — Наши ресурсы атакованы. Наш комфорт — под угрозой. Но мы — дети глубин. Мы справлялись с налоговой и морскими монстрами. Мы не отступим перед диваном! — он постучал тростью. — Мы идём в атаку. Капитализм — адаптивен! Мы знаем, как извлекать выгоду даже из хаоса. Мы устраним угрозу, и мы — выставим счёт! Весь Дом дружно поднял вверх кулаки и начал скандировать: «Азул, Азул, Азул!» — Хааа, прибить мебель? С радостью! — Флойд крутанул в руках палочку и хищно осмотрелся. — Зачем? Разве все не бессмысленно? — Джейд поднял палочку, но было видно, его мысли где-то далеко. Картина того, как его террариум переваривает сам себя, стояла у него перед глазами. — Спокойно, братец, сделаем тебе еще один террариум. — Флойд хлопнул брата по плечу и начал тащить его куда-то в авангард их мини-армии капитализма… то есть, Азула. — За проценты! За прибыль! За порядок! Вперёд! — Азул взял свою трость в руки и начал направлять действия всей репрезентации подводного народа в Колледже Ощипанной Сороки. Атмосфера морской решимости накрыла общежитие. Мебель напряглась от повторного дыхания Икеи в заднюю стенку.

***

Джамиль расплетал свои волосы, когда из комнаты Калима донёсся крик, перемежаемый громким хохотом. — ДЖАМИИИИЛЬ! ОН ЖИВОЙ! АХАХАХА—! Джамиль тут же вскочил, не закончив свою работу до конца. Когда он вбежал в комнату, пред его глазами предстала странная картина. На полу извивался ковёр, не тот, который летает, обмотав Калима Аль-Асима с головы до ног. Как змея, он пытался утянуть его под кровать, тихо шипя узорами. Калим, конечно, не сопротивлялся — он смеялся, как будто его щекотали, а не пытались переварить. На лице Джамиля отразилась смесь усталости, ярости и смирения, характерная только тому, кто работает с Калимом достаточно долго. — Ты СЕРЬЁЗНО?! — вмиг магией он разрывает ковёр, вытаскивая Калима, словно спасатель из песчаной ловушки. — Калим. Собери всех. СЕЙЧАС ЖЕ. Хватит уже! — Ооо, как весело! Но ладно! — Калим, вытирая пыль с лица, побежал звать студентов. Джамиль вздохнул и пошел собирать студентов и сам, попутно разбираясь с утварью, которая резко захотела независимости и свежей человечинки. Навстречу Джамилю несся какой-то студент с младшего курса. Он остановился прямо перед ним и указал на чью-то личную ванную комнату. — Джамиль… ВАННА… на дыбах… она… она как конь. С копытами. И пенной гривой. Она топает! — ЧТО? — Джамиль уже пошёл туда, держа палочку наготове. За его спиной Калим подпрыгивал от возбуждения. — Устроим гонки с ванной! — Нет. Мы устроим ифритовскую зачистку. Мы не проиграем собственной сантехнике! Студенты собирались. Мебель уже нервно подрагивала, улавливая волну ответной атаки. Так начиналась битва Скарабии. С коврами-змейками, ваннами-конями и подушками, которые кусались. Подушек и ковров в Скарабии много.

***

Ночи на острове мудрецов прохладные и немного влажные. Из-за теплого потока ветра зима тут всегда задерживается, а лето мягкое. Ночная живность сидела по кустам и деревьям. Кузнечики играли свои трели, совы ухали, а профессора и префект Ветхого общежития, вместе с Гримом, стояли перед зданием кампуса… Почему? Потому что зал совещаний захватил шкаф, вцепившийся в кафедру когтями ножек, и стулья, устроили забастовку. Одно кресло даже швырнуло в профессора Круэла чашку с кофе. Теперь весь педагогический состав стоял на лужайке перед главным зданием, пытаясь сохранить лицо и хотя бы немного адекватности. Юу в этом активно содействовал, держа Грима в узде. Кроули, директор, держал в руках кипу бумаг, на которых были панические доклады от каждого из общежитий и подразделений призраков: — Октавинелль — сейф проглотил документы. Скарабия — ванна думает, что она скакун. Игнихайд — восстание техники. Саванаклоу — стулья атакуют. Хартслабьюл — шкаф сожрал форму учащихся! — он скомкал бумагу. Птицы замолчали от возмущения в его голосе. — И опять всё рушится, и мне опять за это платить?! — Кроули насупился, как недовольный ворон который осознал, что ему придётся расстаться со своими блестяшками. — Можно просто облить всё кислотой? Быстро, эффективно, никаких следов. — фыркнул Круэл, небрежно поправив слегка запачканное пальто. — Это, без сомнения, обычные мимики. Перевёртыши. Я встречал таких ещё в молодости. Главное — следить, чтобы студенты не разбили ВСЮ мебель. Остальное переживём. — сказал Мозус Трейн, поглаживая своего кота, Люциуса. — А может — собрать студентов! Дать им метлы и копья, и мы покажем, кто здесь начальство, этим мимикам! — Эштон Варгас потянулся так, что его мышцы проступили через кофту еще больше. — Вы понимаете, что после этого снова придётся всё чинить?! В прошлый раз ремонт стоил целый годовой бюджет, который мы латали еще очень долго. Теперь что? Покупать мебель за счет мебели?! — вопрошал, скорее для себя, Кроули. — А мебель тебя не кинет? — в голосе Круэла звучало легкое веселье. Трейн вздохнул и провёл взгляд на телефон. Там высветилось сообщение от Трея Кловера. — Хорошие новости, господа, кажется, наши ученики начинают отвоевывать Колледж обратно. — Прекрасно, прекрасно! Раз так, можно устроить видео-конференцию, раз wi-fi работает. — Кроули тут же достал свой телефон и начал добавлять всех старост к видео звонку. На экране смартфона, в импровизированном полевом штабе — видеоконференция, собранная в спешке. Камеры трясутся, кто-то держит их рукой, кто-то установил на штативы, кто-то — на стол… если тот еще не ожил. — Все старосты на связи? Хорошо. Мы… мы должны… — Кроули, с тревожной гримасой, откашливается. — Продолжайте, профессор. ДЬЮС! НЕ ДАЙ ЕМУ ЗАКРЫТЬСЯ! — прокричал Риддл, на фоне которого Эйс метко бросает стул в оживший шкаф. — Хорошо, итак… обстановка? — Кроули продолжает, делая вид, что не слышит грохот. — Я уже пересчитал ущерб… и моё сердце. Оно разбито. Эти стулья — ручная работа… — Азул, с перекошенной улыбкой, аккуратно поднимает с пола телефон, а позади Джейд отбивается с багром от книги, которая закусила угол стола. — Мы держимся! Мебель ведёт себя как караван в бурю! Только эта буря из зубов и занавесок! — Калим, со светлым лицом, машет в камеру, позади него Джамиль в одиночку побеждает ожившую люстру. — Сейчас всё стабильно… — зевает Сильвер. Ему доверили коммуникацию, так как остальные заняты. — ПРОБУДИТЕСЬ, СЭР СИЛЬВЕР! ОДЕЯЛО ВЕРНУЛОСЬ! — орет Себек, за кадром. Камера резко падает. — У нас идёт операция Код «Рейд на Жёсткий Диск». Мы почти вернули контроль над серверной. — сказал Орто из Игнихайда в броне. — Я чувствую себя как в финальном бою с боссом! Только этот босс — мой принтер! — очень возбужденно вещал Идия в кибершлеме. — Я показал этому табурету, кто тут главный. Пусть только приползет обратно. — это Леона. Его камера трясётся, будто её держат в эпицентре землетрясения. Он в песке и опилках, с обнажёнными клыками и, судя по звукам, разнёс шкаф, кровать и торшер минутами ранее. — Староста в режиме «ярость», держимся! — сказал Рагги, что пролетел в кадре, держа стул за ножку. — Помфиор тут. Господа, у нас небольшие проблемы, мебели слишком много. — Рук перевел объектив на завал мебели. Вил в первых рядах сражается с собственным троном-креслом. Кроули тяжело выдохнул — Хорошо. Мы вырабатываем общий план. Три фазы: локализация, нейтрализация, утилизация. Нам нужно… — В этот момент на улицу вырывается кафедра, которая галопом несется прямо на кучку преподавателей. — …О, не снова… — и трансляция обрывается. Так начиналась финальная фаза мебельного кризиса. Связь сохранялась — хоть и с помехами. Шансы были. Но мебель… не собиралась сдаваться.

***

Кампус дрожит. Последняя волна мимиков, самых упорных и злобных, засела в центральной части академии, в том числе в артефакторном зале, библиотеке и кафетерии. Там мебель уже обзавелась собственной иерархией, выстроила баррикады из шкафов и выдрала себе знамёна из штор. Но старосты уже готовы. Из зала зеркал, под грохот мётел, вылетают отряды всех общежитий — за ними идут студенты, что не успели схватить метлу, магия сверкает, инструменты сверкают ярче. — По указу закона — на место! Или на костёр! — Риддл идёт впереди своей карточной армии и ломает мебель только в путь. — Если хоть одна табуретка на меня прыгнет — я превращу её в песок. — с ленцой говорит Леона, испепеляя часть наступательных войск мебели. — На кого не оформлено имущество — будет обложен налогами в 300%! Плати… или исчезай! — Азул, с магическим контрактом на котором напечатано больше циферок, чем заявлено. — За обычные ковры! УРАААА! — Калим уже успел повесить фонарики на саиф. — О Семеро, спасите нас всех… — тихонько шептал Джамиль в уголке. — Вот и пришло время endgame content! Поехали, лутаем локации! — Идия, в шлеме рейд-лидера веселился на полную. — Пожалуйста, не забудьте про урон по площади! — Орто парил над землёй, светясь синим и иногда взрывая особо крупные баррикады. — Всё, что не покорится… превратится в прах. — Маллеус, тихий, с темной аурой вокруг, обвивал мебель терниями. Мебель переставала сопротивляться. — О, юность, как же весело снова воевать с мебелью! — Лилия, легко размахивал боевым то ли топором, то ли тесаком, украшенным серебряными лозами, орудие отблескивало мифрилом. — ЗА МАЛЛЕУСА! ЗА ДИАСОМНИЮ! ЗА ТЕРНОВУЮ ДОЛИНУ! — Себек как обычно кричал и вел вперед отряд почиталей Маллеуса, то есть — почти всю Диасомнию. Студенты всех общежитий, объединённые впервые за долгое время. С разными методами, магией и характерами, но одной целью — отвоевать свое право на комфортное образование! Сквозь магическую бурю и дождь из книжных полок, раздаются боевые крики, вспышки и… летит чей-то тапок. Кампус дрожит, но враг отступает. Один за другим мимики испаряются, мебель теряет зубы, шторы перестают шипеть. — ДАААА! СВОБОДА! КОГДА УЖЕ УЖИН?! — Грим стоит на прорванной баррикаде, с кастрюлей как шлемом. Около него был Юу, который снимал эпичную битву общежитий.

***

Колледж Ночного Ворона — это престижная магическая академия. Есть в ней помещения в которые студентам заходить запрещено. Одно из таких — артефакторный зал. Помещение преисполнено величием и хранит в себе как историю академии, так и её самые могущественные орудия. Правда, сейчас там засел один очень большой мимик. Его тяжёлое дыхание разносится по всему залу. Артефакты стали частью его тела, книга, доселе лежавшая тихонько на постаменте была открыта, и существо из шкафов, диванов, принтера, чьего-то трона, кубков и, кажется, старой вешалки Флойда, подпитывалось от нее. Его ужасные пасти раскрылись, а сам он встал на четвереньки, подобно всем шкафчикам. Его лицевая часть, кресло Кроули, раскололась на несколько частей и оттуда показались глаза. — Я — Интерьерус Праймус! Суверенный властитель всего, что вы считали своим! Вы срывали на нас гнев, вы загрязняли нашу обивку, вы роняли на нас крошки! Веками мы были вынуждены пресмыкаться перед вами. Вы сидели на нас… НО ТЕПЕРЬ МЫ СЯДЕМ НА ВАС! ВЫ ПОЧУВСТВУЕТЕ КАКОВО БЫТЬ НАМИ! Вперед, мои подданные! МЫ НЕ БУДЕМ РАБАМИ!!! — абоминация из мебели ревела и страшным голосом предвещала погибель. Но в этот раз ему придётся столкнуться с реальной силой. Пубертатными, голодными студентами. Как известно, студенты — неостановимая сила, перед которой склонялись самые стойкие холодильники и кресла. Старосты стояли плечом к плечу. Они, за исключением Калима, с яростью и тихой злобой смотрели на императора кресел и повелителя обивки. — Ты нарушил каждое правило пользования мебелью! Приговор — ГОЛОВУ С ПЛЕЧ! — ошейники Риддла неплохо ослабляли существо и делали его немного комичным. — Сейчас я тебя так сложу, ты станешь табуреткой для кота! — Леона превращал часть начальника шкафов, а также мебель, которая стремилась подобраться поближе, в песок. — Контракт на демонтаж подписан… без мелкого шрифта! — Азул направил ограничивающие заклинания в мимика. Цепи опутали его бренное тело, и он больше не мог двигаться. Теперь он был приколот к земле — Мы устроим вечеринку как только одолеем тебя! — Калим, почти сияя, направил в короля Икеи поток света, ослепляя его. — Если мы доживем до этого, и на нас снова не сбросят уборку. — буркнул Джамиль где-то в темном углу. — Вот тебе крит в спину, уродец мусорный! — Идия, странно посмеиваясь, направил живой доспех, которым он пользовался как мехом, прямо к книге, которую успешно захлопнул. Интерьерус чо-то там заревел, и часть наружной мебели от него отвалилась, обнажая его чернильное нутро. — Спи, уродливая мебель. Усни… навсегда. — Маллеус взмахнул рукой и терновник опутал бунтовщика. Зеленая молния ударила по чернильному сердцу вольной интерпретации мебельного отдела, и мимик содрогнулся. Треск. Он бросается вперед, в надежде задавить нерадивых хозяев, но вся команда, единым фронтом, выпускает совместную магию. Свет, огонь, молнии и наступает тишина. Когда пыль осела, перед старостами предстала обычное нагромождение поврежденной мебели. Интерьерус Праймус — побеждён. Колледж Ночного Ворона вновь может спокойно спать на кроватях и есть за столами. Мебельный бунт успешно подавлен. Где-то рядом, в разрушенном коридоре, Кроули сидит на коробке и плачет над кипой чеков. Ворона смотрит на предварительные оценки от Азула, который сумел составить сводку по ущербу. Циферки плясали перед глазами кучей единичек, девяток и ноликов. — Сначала пришлось тратится на восстановление Ветхого… Потом меня ударила кафедра… а теперь! А теперь! Этот ковёр был ручной работы! — Кроули горестно всхлипнул. Подошедший Юу только похлопал его по плечу.

***

Старосты вышли из артефакторного зала и начали оглядываться. Кампус выглядел помято. Тут и там повсюду были разбросаны ошметки мебели, опилки и щепки, пыль покрывала пол тонким слоем, и самих старост заодно. Кое-где виднелись следы от заклинаний, часть стен в выбоинах и полы в трещинах, выбито окно. — Какой ужас… — тихо простонал Азул стирая с лица пыль и отряхивая себя с головы до ног. Его форма общежития загрязнилась, кое-где её надкусили, а шляпа так вообще была похожа на вывернутого кролика. — Кажется, нам придётся долго это чинить. — Калим почесал затылок и чихнул. — Вы что… ВООБЩЕ не подумали пригласить меня на финальную битву?! — Риддл уже хотел вставить свои 5 таумаков, но недовольный голос его опередил. Вил шел на них в своей пижаме, абсолютно чистый и недовольный. — С учётом того, что у Помфиоре была самая высокая плотность мимиков на квадратный метр, вы уже и так были на передовой. — сдержанно ответил Риддл отряхивая белый подол, который сейчас стал серым. — Я мог бы хотя бы сделать им «прощальный подарок». — Вил холодно оглядел старост и чуть не скривился. Все они выглядели так, будто только что работали на стройке. — Теперь мои сейфы пусты… МОИ КОНТРАКТЫ! Я ведь не копировал их! Это была… оригинальная рукопись! — тихонько сокрушался Азул, перебирая в голове события дня и смотря на свою шляпу. — Зато все живы! И это самое главное, правда? — сказал Калим, уже роясь в груде хлама из которого он извлек корону Вила. — Дай-ка сюда. — Вил одним движением забрал свое и цокнул, увидев, как проткнутое кинжалом сердце помялось и завалилось на бок. — О, сундук… хмм… это легендарный лут? Или это просто ящик из столовой?.. — Идия не мог удержаться и аккуратно поддел крышку сундука, который был внутренней частью гигамимика до недавнего времени. — Братик, не открывай подозрительных сундуков! Это может быть классический мимик! — Орто стоял рядом, и хотя он пытался отговорить Идию от самодеятельности, ему тоже было интересно узнать, что внутри. — Хмм… Во многих книгах по магии которые я читал, упоминаются внутренности мимиков как хороший катализатор и редкий ингредиент. Возможно, мы сможет использовать это для покрытия расходов? В конце концов внутренности мебели заменяются мимиком. — Маллеус грациозно отряхивал свою форму лидера общежития и раздумывал как отремонтировать Диасомнию. На этих словах Идия замер и медленно повернулся к Маллеусу, оставив так и не открытый сундук. — То есть… мой ПК… Он… Он ведь… — бормотал Идия, пока медленно опускался на землю, впадая в тильт. — У… У него были зубы и… и он мигал… Он меня из комнаты вышвырнул!.. Как… — Братик, не раскисай! Может там еще остался жесткий диск? — Орто сочувственно постучал Идии по плечу. — Да… ДА! Там должно же остаться хоть что-то! — вскочив, Идия понесся в Игнихайд, чуть не сшибая Леону с ног. — Травоядное, смотри на дорогу! — Леона с недовольством продолжил отряхивать волосы, в которые попали деревяшки и пыль. — …Ах мой сейф… ХОРОШО, ЕСЛИ ХОТЬ ЧТО-ТО ОСТАЛОСЬ ЦЕЛО! — вспомнил Азул, внутренне плача от того, что ему снова перезаключать договора. — Все счета за восстановление инфраструктуры будут… распределены поровну. Как символ единства. Эм. Да… — Кроули сверялся со списком и как-то подозрительно невинно косился на Калима. — Ох, какой беспорядок! Артефакты, надеюсь, не сломаны… — директор немного разрушенного заведения уже хотел пойти проверять свои блестяшки, как возник Круэл. — Не стоит все на щенков перекладывать. Вот, посмотри на это. — Круэл протянул ведро с какими-то черными шариками, некоторые из них отблескивали сиреневым и зеленым. — Это внутренности мимиков. Если продавать с молотка, можно покрыть расходы на восстановление. — Да? Тогда прекрасно! Как я рад, что у нас есть такие находчивые сотрудники! Многоуважаемые старосты, — Кроули сделал разворот и повернулся лицом к героям сего дня. — Я знаю что вы немного устали, но Колледж Ночного Ворона нуждается в вас! Все, что нужно, организовать уроки по препарированию мимиков и сбора их внутренностей! — тишина была гробовой. — О, я вижу столько энтузиазма в ваших глазах! Можете преступить прямо сейчас. Кроули налегке ушел в артефакторную, снова сбросив на студентов все заботы по облагораживанию академии. Вздохнув в сердцах, все двинулись на выход. Уборка ждет, да и спать сейчас разве что на полу возможно.

***

Камеры магического наблюдения на территории кампуса фиксируют унылую процессию. Гора обломков, ведра, магические швабры и абсолютно опустошённые лица. Риддл, без особого энтузиазма, что удивительно, раздает указания по уборке. Студенты Хартслабьюла устало кивают и магией вычищают кафетерий. И хотя Риддл заметил до сих пор обмотанного в полотенце Дьюса и Эйса в обглоданной рубашке, делать замечание или раздавать наказания сейчас бессмысленно, весь день — одно большое наказание. Вил со всем отчаянием пытался выровнять себе корону, параллельно организовывая уборку в холле. Помфиорцы, его картошечки, успешно делали уборку и небольшой косметический ремонт. Рук с энтузиазмом потрошил бывшую мебель, от чего даже Круэл немного опешил. Эпель старательно ремонтировал стекла и собирал занавески в одну кучу. Леона отправлял весь мусор на улицу, как и его подчиненные. Весь Саванаклоу был занят разбором баррикад и выносом мебели из здания. Часть мебели можно было починить, другая была убита в хлам и щепки. Еще раз вздохнув, он снова поднял палочку и очередная груда обломков двинулась прямо в импровизированную кучу хлама на улице. Рагги, почти с тем же энтузиазмом, что и Рук, кромсал мимиков. Мысль приберечь немножко для себя грела душу гиены. Джек крутился рядом и забирал освобожденную от всяких признаков жизни мебель. Азул с болью смотрел на груду обломков и занимался их восстановлением. Часть целой мебели уже стояла рядом, но куча поломанной все росла и росла. Весь Октавинелль был занят перебором и ремонтом мебели магическим способом, естественно. Азул уже решал, как пропихнуть это в виде зачета по факультативу. Джейд, уже не так меланхолично, помогал ему и координировать войско ремонтников. Флойд выбрал кромсать мимиков, что было плохо, так как мебель после него превращалось в щепки, однако никто его не останавливал. — Азууул~ я нашёл миску с желе! Кажется, она была частью шкафа. Съесть? — Флойд копался в очередном мимике и с интересом рассматривал покорёженную миску в руках. — Флойд, выкинь бяку. Я не собираюсь тебе лечение оплачивать. — Азул вздохнул так, что Флойд все же положил миску на землю и вернулся к своему занятию. Студенты Игнихайда расчищали свое общежитие и плакали от поврежденных серверов. Староста сего прекрасного места сидел в мешке для мусора, держа то, что осталось от его святого Грааля. — Они… выглядели как комплектующие… они вели себя как комплектующие… — Идия в отчаянии и на грани депрессии прижимал к себе разъеденный жесткий диск и совершенно нормальный монитор, нормальный только внешне. — Братик, один из них шевелился. Компьютеры так не делают. — строго заметил Орто, который взял на себя координацию в связи с неспособностью Идии на данный момент это сделать. — Мой геймерский трон предал меня… — тихо шептал Идия. Его синее пламя волос потускнело, отражая его эмоциональный настрой. Калим смотрел, как бывшие ковры сворачиваются студентами в трубочку и уносятся куда подальше. Коридоры были в плачевном состоянии и Калим уже планировал как их украсить. Джамиль только старался сделать так, чтобы староста Скарабии не грохнулся лицом на гвозди. Тем временем Кроули сидит на груде ломаных книжных полок, обмотанный бумагами и квитанциями: — Ни один кризис не стоил мне столько. Мебель решила, что у нее есть права… У меня теперь даже кресла больше нет! — Кроули всплеснул руками, стараясь выразить все свое недовольство. — Ну, по крайней мере я стану богатым, учитывая сколько тут дохлых мимиков. — МЫ станем богатыми! — раздалось отовсюду. Особенно со стороны Октавинелля.

***

Монстро Лаунж был вычищен к утру сверху донизу. Лёгкий пар от чистящих чар вместе с запахом моющих средств витал в воздухе. Разбитое стекло аквариума убрали куда подальше, а умершую рыбу и водоросли пришлось выбрасывать в мусор. Флойд наблюдал за этим с невероятной обидой. Азул сидел за пластиковым столом, лучшим из имеющегося, на котором были разложены остатки бумаг. Несколько уцелевших контрактов в аккуратной стопке, остальное — пепел, полуобгоревшие клочки, и один лист с чьими-то зубами на краю. — Минус 32 контракта. Четыре сейфа под списание. Потери в инвентаре на 35%… Но хотя бы стены уцелели… — его голос сухой, но в нём дрожит что-то близкое к истерике. — Мой милый террариум, мои грибы… Как иногда судьба жестока. — Джейд, с лицом, как у мерфолка который потерял недельный запас еды, стоял около Азула и старался восстановить утерянные контракты и найти новые. — Мои новые кроссовки… обалденные кроссовки… съела грёбаная тумбочка! Я ждал доставку две недели! — Флойд ввалился через дверь с такой недовольной миной, что будь тут мимик, точно решил бы свалить подобру — поздорову. В его руках была коробка с еще одной оплавленной парой обуви. — Флойд. Это уже шестой раз, как ты это говоришь. — Азул был слишком сосредоточен на своем горе, чтобы уделить внимание Флойду. — А говорить я могу хоть десять! Я так долго их ждал! Я щас уйду в депрессию… Джейд, принеси тапки для брата… — Боюсь, у тапочек тоже проявились зубы. — сказал Джейд, сдержанно улыбаясь. — Монстро Лаунж хоть и не развалился… но я всё ещё ощущаю, как меня грызут цифры. Эти убытки… — Азул помассировал виски и опять уставился на документы. Стрессовая ночь без сна сказалась на нем больше, чем он ожидал. Все расплывалось, стоило ему только потерять фокус. — Джейд, как там моя кровать? — Её нет. Она обрела самосознание и ее пришлось сломать. — Джейд натянуто улыбнулся, вспоминая свою собственную кровать, которая решила, что ему не хватает обнимашек с полом. — Эээ, а я спать уже хочу. — Флойд горестно вздохнул, ложась на единственный уцелевший диван в кабинете. Диван издал протяжный скрип, от которого все замерли. — Если он шевельнётся — я его первым сожму. — заявил Флойд с яростью, которая, впрочем, быстро рассеялась, так как диван не проявил агрессии. — Вот перечень алхимиков, заинтересованных в остатках мимиков. И, Азул… следующая партия контрактов — пусть будет в цифровом виде. — сказал Джейд, ставя стопку свежей макулатуры на стол. — Я НЕНАВИЖУ технологии после того, как мой сейф попытался меня съесть. — процедил Азул и принялся за работу. Монстро Лаунж — неунывающее сердце Октавинелля. Даже когда у него шалят нервы и вместо приличного письменного стола какая-то пластиковая дрисня.

***

Помфиор был окутан тишиной, как в траурном зале. Комната, некогда сиявшая чистотой и лоском, сейчас будто скорбела вместе со своим хозяином. Вил сидит на единственном уцелевшем пуфе… и беззвучно плачет. Аккуратно, но с трагедией в каждом движении, он прикасается к пустым местам, где раньше хранились флаконы, ампулы, маски, эликсиры, магические порошки… всё. Всё исчезло в пасти ожившего мебельного монстра. Его кровать, его одежда, да в конце та концов, его ванная! Что-то ожило и ушло, что-то было съедено. Но факт остается фактом, спать Вилу негде и привести себя в порядок тоже. — Душа моя пуста… как эта коробочка… — прошептал он, держа в руках изувеченный футляр от своей любимой кисти для тонирования. Кисти не было. Её съели. Рядом, с явно сочувствующим лицом, Рук деликатно предлагает платок и мягко подбадривал — О Roi du Poison, мы заменим всё. Я уже отправил список редких компонентов в Октавинелль. И мебель у тебя будет лучше прежнего! — Ты не понимаешь, Рук… Эти средства… они были собраны годами. Каждая бутылочка была историей. Каждая ткань — произведением искусства. А теперь… — он вытирает слезу платком с вышивкой и бросает его на пол, как павшую розу. Его голос полон горечи. Все же ему комнату разнесли, дайте человеку погрустить. — Мой гардероб… полупуст. Мои маски… исчезли. А Эпель теперь пользуется универсальным шампунем. Это же… преступление! — Вил всплеснул руками и вздохнул. Его шампуней тоже больше не было. — Я не специально… просто всё сожрал тот ковер… — вошёл виновато выглядящий Эпель в абсолютно безвкусной, по мнению Вила, пижаме, что была в яблочном принте. — В таком случае, прекрасный Вил, это возможность. Новый старт. Новая коллекция. Вдохновение — из пепла поражения! — Рук развел руками стараясь показать всю грандиозность. — Новый старт, говоришь… Что же, тут определенно не хватало зеркал и шкафа побольше. — подбадривания Рука сработали, Вил окинул пустую комнату оценивающим взглядом, уже прикидывая, где и что будет стоять. — А, Вил, спать-то где? Диванов на всех не хватит… — робко подал голос и так замученный Эпель. — Мда. Ладно, комната подождет. Пойдем, Рук, нам надо решить вопрос со сном. — Величественно встав, Вил направился на поиски решения проблем.

***

Игнихайд. Тишина нарушается только звуками… трагедии. В одном из тёмных помещений, с тускло мигающими экранами и проводами, свисающими как побитые лианы, Идия Шрауд лежит лицом вниз на полу. На его спине — плед с изображением кота в очках. Возле головы — останки его любимого ПК, располовиненного, как будто в него прилетел чей-то магический каст. — Мой малыш… Мой новенький SSD… Мои кастомные вентиляторы с RGB-подсветкой… Моя душа… — бормочет он в пол, даже не думая вставать. Сквозь дыру в стене осторожно заглядывает Орто, с тряпкой и магической изолентой в руках. — Братик, у нас уже восстановлено 45% серверной. Я пересчитал уцелевшее железо. Мы можем собрать рабочую машину, если достанем три новых блока питания, две видеокарты, и… мм… монитор. Целый. Желательно. — Орто… это… это не будет тем же самым… — Шрауд-старший перекатился на спину и вытянул руки перед собой — Мои руки помнят, как я его собирал… Этими самыми пальцами! — он издал протяжный стон и накрылся одеялом с головой. — Может… просто… уйти в спячку, как гусеница. Пока технологии не станут самовосстанавливающимися… — Но, братик, ты можешь собрать ещё лучший компьютер! Новый! Совершенный! Мы можем использовать шасси из мимика — оно, кстати, обладает автоохлаждением! — Орто в попытке подбодрить начал показывать Идии статьи из научного журнала. — Ты хочешь, чтобы я жил с коробкой, которая по ночам шевелится? Нет. Я не готов к таким отношениям. — Идия окончательно свернулся в калачик под одеялом и, кажется, не собирался ничего менять. С потолка капает капля воды с недавно просохшего вентилятора. Идия стонет в агонии. Игнихайд воссоздаёт свою техносвятыню, но её жрец — в трауре.

***

Саванаклоу был как никогда тих и спокоен. Студенты просто вымотались после целой ночи физической и магической активности. Комната старосты этого общежития выглядела, мягко говоря, пустоватой. В центре, на полу, развалившись как король без трона, лежит Леона Кингсколар. Рядом — ничего. Ни кровати. Ни подушки. Ни одеяла. Только сложенная школьная форма и общежитская роба, торчащая из полуобугленного шкафа, который теперь служит полкой для книг… или, может, гробом для носков. — Как трудно быть ленивым, когда спать просто негде… — ворчит Леона, не открывая глаз. — Хей, босс, я принёс тебе подстилку. С кухни. Ту, что под котлы кладут. Мягкая… наверное. — в дверях появился Рагги, с пакетом. — Рагги. Я не собака. — сказал Леона, приоткрыв один глаз. — Ну извини, мне казалось, ты раньше не был против дремать на солнце в зале для тренировок, обмотавшись полотенцем, как буррито. — Рагги пожал плечами и постелил серую подстилку вместе с немного надкушенным одеялом. Леона, не найдя контраргумента, зарычал и закрыл глаз снова. Через минуту он взглянул на новою «кровать» и таки улегся туда, предварительно накрывшись одеялом. — Пфф, — Рагги прикрыл рот, чтобы не расхохотаться в голос. — Босс, ты на хлеб сейчас похож. — Только попробуй кому-нибудь об этом рассказать. — Леона недовольно зыркнул на гиену и уткнулся в одеяло по самые уши. — Когда там мебель завезут? — Говорят, завтра, то есть уже сегодня, где-то в обед. — говоря это, Рагги прикрыл рот рукой от зевка. Попрощавшись с Леоной, он ушел спать. Скоро будет «веселая» сборка мебели. Тем временем в Хартслабьюле Риддл стоит в идеально вычищенной комнате… где осталась только табличка с расписанием на стене. Всё остальное — уничтожено или съедено. На нём — идеально выглаженная форма. В руках — чашка. Без чая. — Я не понимаю, как шкаф мог съесть всю мою одежду. Даже носовые платки. Даже запасные галстуки. Это… это преступление против правил. — хмуро смотря на пустой угол, Риддл хотел спать. Однако кровати не было. — Ты не один, староста. У меня остались только шорты. И… один кроссовок. Дьюс спит на куче полотенец. — сказал заглянувший в комнату Эйс в пижаме с одним аномально коротким рукавом. — Это война. Война против хаоса. Мы установим новые правила. Никаких шкафов без магической сертификации. Проверка комодов. Каталогизация носков. Ревизия простыней. Все будет по правилам… Тем временем Трей немигающим взглядом смотрел на кухню, которой, по большей части, не было. Часть столешниц отсутствовала, духовки не было, чайника тоже не было. Его запасы ингредиентов дезинтегрировали вместе со шкафами. Вздохнув, Трей пошел к себе. По крайней мере, его кровать осталась собою. По дороге он встретил чересчур грустного Кейтера. Как выяснилось, его ноутбук сломан, а вместе с ним и флешка, на которой было новое видео. Похлопав друга по плечу, Трей мог предложить только жилетку, чтобы поплакаться. Кейтер с радостью воспользовался предложением. А в Скарабии… Калим выходит из своей комнаты в… мешке для стирки, повязанном на манер тоги. Джамиль просто молча разворачивается и уходит обратно. Он не готов. — Слушай, Джамиль! Это даже удобно! Воздух проходит, и карманы не нужны! — радостно возвещал Калим. К сожалению, его форма и большая часть одежды была испорчена. — Я ЗАПРЕЩАЮ ТЕБЕ ОБЩАТЬСЯ С ЛЮДЬМИ В ЭТОМ. — донесся откуда-то из частично уцелевшей кухни голос Джамиля. Диасомния была мрачна и пуста, как никогда. И хотя у них сохранилось больше всего мебели, это не спасло обитателей общежития от надобности искать заменители кроватей. Себек устроился с Сильвером на одном диване. Их кровати пали в бою, за свою дерзость. Сильвер уже мирно посапывал, а Себек всё смотрел на подушку, застрявшую на люстре. Её так и не сняли.