Отправная точка. Пролог

────𑁍────

      Бойцовский клуб "Арес" был известен всему Ванкуверу своими зрелищными боями: здесь в октагоне могли сойтись даже щуплый новичок и прожженный чемпион, и такой поединок всегда превращался в отчаянную схватку за жизнь. Многим интересно смотреть на то, как человек из кожи вон лезет, пытаясь дать отпор или хотя бы спастись от чужих сильных рук, с пальцев которых уже капает кровь. Чья именно — совершенно не имеет значения. Важны картинность, легкое чувство тревоги и сменяющее его наслаждение.       "Арес" пахнет адреналином и кровью, в нем звучат овации и хруст костей. Бизнесмены считают этот клуб идеальным местом для ночного досуга. Драки, алкоголь, женщины: веселее и не придумаешь.       Дивия Шарма хоть и была спортсменкой, но не являлась поклонницей столь захватывающего вида спорта, как бои без правил. Она пришла сюда только по просьбе Амриты: подруга безуспешно пыталась поднять ей настроение перед скорой разлукой. Старший брат Амри был владельцем "Ареса", его сердцем, душой и основателем, поэтому девушкам выделили столик в вип-ложе на втором этаже, откуда Деви благополучно сбежала пять минут назад. Уборная клуба выглядела вполне прилично, впрочем, как и все остальные помещения: развязности им придавали нетрезвые люди, а не детали на темных стенах.       Наспех умывшись прохладной водой, Деви посмотрела в зеркало и ужаснулась тому, насколько сильно расширились ее зрачки: светло-серые радужки почти пропали на их фоне. Капли воды на бронзовой коже смешались с потом, а черные волосы растрепались от частых беспокойных прикосновений. Ее била мелкая дрожь, ноги казались ватными и грозились вот-вот подкоситься. Жаль, но таблеток обезболивающего с собой у нее не было... Хотя к чему жалеть, если еще вчера она твердо решила от них отказаться? В очередной раз.       На упаковке препарата, который вот уже почти три года был для Деви единственным способом существовать как все нормальные люди, было четко написано: "не вызывает привыкания". Она охотно верила... До того самого дня, когда впервые решила отказаться от болеутоляющего. Сначала ее замучила совесть, потом — невыносимая боль в левом колене, травмированном несколько лет назад. Выбирая между мучениями мысленными и телесными, она всегда скрепя сердце предпочитала первое второму.       Учащенное сердцебиение, повышенная потливость, озноб, отсутствие чувства голода. О чем-то похожем она слышала, когда лежала в больнице со сломанной ногой — то были симптомы наркотической ломки. Деви уже морально готовилась к тому, что следующим утром все это настигнет ее в десятикратном размере. Сейчас — просто первые перебои, что-то вроде подготовки к настоящему аду. Пока что боль на колено накатывала слабыми волнами неприятной вибрации, но со временем простые приливы превратятся в настоящее цунами, которое накроет с головой. Деви хорошо помнила эти ощущения...       "Вдох. Выдох. Нужно перетерпеть."       Где-то на подкорке она понимала, что долго так не протянет, прием лекарств придется возобновить. Но понимать — это одно, а открыто признавать бессмысленность своих действий — совершенно другое. Деви подставила ладони под струю ледяной воды, надеясь, что это поможет немного прийти в себя. Пришлось еще раз умыться, и тогда дыхание стало постепенно выравниваться, а взгляд перестал казаться таким диким. Любой встречный решит, что она просто переборщила с алкоголем. Боль в ноге не утихла, но стала лишь неприятным дополнением к общей слабости.       Смахнув остатки воды с лица бумажным полотенцем, Деви покинула уборную и тут же зажмурилась от яркого света разноцветных софитов и громких возгласов людей. Судя по всему, бой был в самом разгаре… Девушка поспешила вернуться на свое место, и не зря так торопилась, ведь Амрита, завидев ее, тут же быстро замахала руками, подзывая к себе.       — Пропускаешь все самое интересное, — засмеялась она, как только Деви опустилась на стул. — Этот новичок только что дал Костолому прямо в челюсть!       "Костоломом" Амри назвала двухметрового лысого амбала, больше похожего на дикого зверя, чем на человека. Ему этой ночью скормили высокого, но немного худощавого парня, который изворачивался как мог. Под пронзительные возгласы зрителей Костолом размахивал кулаками, пытался ударить ногой в печень, но новичок держался изо всех сил. В какой-то момент здоровяку все же удалось повалить своего оппонента на пол, он сел на него верхом и стал остервенело избивать, будто намеревался здесь же и убить. Даже сквозь шум толпы были слышны неприятные звуки соприкосновения кулаков и головы.       Деви поморщилась и откинулась на мягкую обивку стула, чтобы не видеть происходящего на первом этаже. Амрита же продолжила наблюдать, потягивая из трубочки свой "Лонг-Айленд": ей всегда доставляла особенное удовольствие подобная зрелищность. Когда рефери объявил о победе Костолома, взметнув его перепачканную в крови руку, толпа восторженно загудела, а подруга с сочувствующей улыбкой повернулась к Деви:       — С тобой все хорошо? Выглядишь невесело.       Шарма немного нервно поджала губы. Делиться подобным ей совсем не нравилось, даже с единственной близкой подругой.       — Колено беспокоит слегка, не бери в голову, — отмахнулась она.       Амрита пожала плечами, явно соглашаясь больше не докучать. Деви не постаралась скрыть недовольство, оглянувшись по сторонам:       — Я сюда больше ни ногой, ясно? Ни ради тебя, ни ради Камала… Где он, кстати?       — Разговаривает в кабинете с какой-то большой шишкой, как раз проходил мимо, пока ты убегала в туалет. — Расслабленно выдохнув, девушка поправила сначала короткие волосы, затем немного приспустила переднюю часть платья, чтобы подчеркнуть грудь. — Просил тебя зайти. Хочет что-то отдать.       Деви, наблюдая за этими недвусмысленными движениями, догадалась: Амрита намеревалась отправить ее к своему брату, а сама наверняка планировала присоединиться к посетителям противоположного пола, которые, по ее мнению, скрасили бы ночь еще больше, чем размахивающий кулаками Костолом.       — Не дуйся, — пролепетала Амри, с громким стуком опустив пустой бокал от напитка на стол. — Когда еще мы вот так выберемся куда-нибудь, а? Лето кончается, я скоро уеду, вот тогда и будешь дома сидеть…       Напоминание о скором отъезде подруги пробудило неприятный горький привкус на кончике языка. Пару месяцев назад обе девушки успешно защитили дипломы, и теперь каждую ждала своя дорога: Амри должна была отправиться на стажировку в далекую Калифорнию, а Деви… Пока не знала, что ей делать. Высшее образование — совсем не то, к чему она стремилась большую часть своей жизни. Она спортсменка до мозга костей, учеба в некотором роде была просто пунктом в большом списке дел, где-то в самом его конце. И вот теперь, когда в квадратике стояла галочка, Деви понятия не имела, как следует поступить.       Найти себе работу, чтобы… проводить время еще более уныло, чем в последние годы учебы? А заниматься любимым делом ей давно нельзя, всему виной эта чертова нога. Сбережения, оставленные для нее старшим братом, кончатся еще не скоро, но не прожигать же их на еду?       "Надо что-то придумать..."       — Долго еще Камал будет беседовать с этой шишкой?       — Понятия не имею. — Амрита задумчиво покрутила трубочку в пустом стакане. Софиты, сверкающие в темноте, моментами подсвечивали ее слегка погрустневшее лицо. — Знаешь, я буду очень скучать. По тебе, по нашим ночным посиделкам, по Барсе…       — Она тоже будет по тебе скучать, — хохотнула Деви. — Всем своим вредным кошачьим сердцем.       — Ха-ха, — язвительно откликнулась Амри. — Мы с тобой скоро расстанемся и не увидимся до Рождества, а тебе как будто все равно!       — Тебе только кажется, что до Рождества далеко, — хмыкнула Шарма, сложив руки на груди. — Для тебя это будет время перемен и все такое, а для меня эти четыре месяца — всего лишь очередные четыре месяца. Вот увидишь, вернешься, и тебе покажется, что ты даже не уезжала.       — Вообще-то, я надеялась, что это Рождество мы справим вчетвером…       Дивия в непонимании нахмурилась:       — Вчетвером?       — Ну, я начала общаться с одним парнем из Калифорнии, как только узнала, что все-таки еду туда стажироваться. — Заметив, как Деви закатила глаза, Амри с тихим смехом продолжила: — Может, пока меня не будет, ты наконец перестанешь дугой мужчин обходить?       — Не перестану, — равнодушно ответила Деви. — А насчет Рождества вчетвером… Привози своего кавалера, а я буду с Барсой.       Любимая кошка была для нее компаньоном куда лучше, чем любой из людей, пусть даже иногда она казалась по-настоящему невыносимой. Барса, как и Амрита, прошла вместе с Деви через все: победы на международных чемпионатах, горе от потери и разбитое сердце, тяжелую травму и реабилитацию. Амри не теряла надежды свести подругу хоть с кем-то, но той эти попытки были совершенно безразличны.       — Ох, черт с тобой, — устало махнула рукой Амрита. — Я пойду подышу, а ты иди к Камалу.       — Дай угадаю... — с сомнением протянула Деви. — Мне стоит задержаться?       Под легкий смех Амриты она покинула вип-ложе и направилась в тихий коридор сразу за ним, даже радуясь тому, что скрылась от толпы пьяных посетителей бойцовского клуба. Уже на подходе к нужному кабинету навстречу девушке двинулось сразу несколько мужчин деловитого вида. Один был гораздо старше трех других, его голова была полностью седой. Шарма даже на мгновение остановилась, обернувшись ему вслед: он показался ей смутно знакомым...       Помня о том, что Камал ее ждет, она махнула на старика рукой и быстрым шагом направилась к нужному кабинету. Стучать не было необходимости: помощник, стоявший у двери, сразу узнал ее и пропустил внутрь. Обиталище хозяина "Ареса" пахло горьковатым грейпфрутом и чем-то древесным. На стенах глубокого темно-зеленого цвета висело множество дубовых рамок с картинами внутри. Древнегреческие сюжеты явно отсылали к названию клуба, но сбоку от рабочего стола висело, пожалуй, настоящее произведение искусства. Ареса венчают на победы, а Афродита опечалена тем, что возлюбленный выбирает не ее, а грядущие войны.       "Символично", — подумала Деви, улыбнувшись. — "В духе хозяина этого места."       Камал сидел за столом, закинув на него ноги, и устало массировал виски пальцами. На работе он всегда носил деловой костюм, будто в попытке подчеркнуть свой особый статус среди постоянных обитателей клуба.       — Прости, если помешала, — одномоментно выпалила Деви.       Господин Рай поднял на нее глаза, и его губы, чуть прикрытые темными усами, дрогнули в слабой улыбке. Обычно суровый, с ней он был столь же добрым, сколь с младшей сестрой. Впрочем, за последние годы Деви почти стала ему таковой. Сонно проведя ладонью по бороде, он поинтересовался:       — Как впечатления?       — Больше ты меня здесь не увидишь, — смело заявила девушка. — Ты хотел что-то передать?       — Скорее уж вернуть... — снисходительно начал мужчина. — Мне подумалось, раз уж Амри скоро уедет, может, ты захочешь вернуться... В старую квартиру.       Сердце Деви пропустило несколько ударов. Он говорил о ее родной квартире, той самой, где она выросла... И откуда съехала три года назад, потому что не могла вынести нахождения там. Все напоминало о родителях и брате, которых уже не было в живых. Каждая комната, каждая вещь...       — Прошло уже достаточно времени, — поспешил успокоить Камал. — Воспоминания о них нужно бережно хранить, а не гнать прочь.       Дивия тяжело сглотнула, на мгновение нахмурившись. Несколько дней назад, в ходе ночного разговора с Амритой, она вскользь упомянула, что на самом деле очень скучает по дому и хотела бы вернуться... Но страх вновь испытать это чувство всепоглощающего одиночества слишком сильно давил на нее, чтобы решиться на подобное. Она не разозлилась на подругу за то, что та рассказала брату: все-таки, они оба лишь пытались позаботиться о ее чувствах. Снова, вот уже в который раз за прошедшие годы.       Камал достал из кармана ключи. На них все еще висел объемный металлический брелок в виде конька, который брат подарил Деви в свой последний день. Она пообещала никогда с ним не расставаться, но после аварии, в которой Кайрас погиб, а она получила серьезную травму, не могла не то что в руки его взять, даже взглянуть мельком.       — Если думаешь, что еще рано, или просто не хочешь, я пойму. — Камал поднялся из-за стола и широкими шагами приблизился к ней. — Но, если хочешь знать мое мнение, тебе так будет лучше... Станет со временем.       Деви подняла голову, чтобы посмотреть в темные глаза мужчины, в которых отражалась лишь искренняя забота о ней. Она доверяла его суждениям: Камал был старше нее в два раза, всегда казался ей мудрым, опытным человеком. Он так помог ей три года назад, не дал сойти с ума от горя... Снова поверить ему не казалось такой уж плохой идеей.       — Я привел там все в порядок, — добавил Камал уже с улыбкой. — Можешь заезжать, когда захочешь.       — Спасибо, — прошептала Деви, приняв ключи из его рук и сжав их в кулаке. — Не знаю даже, как еще благодарить...       — Начни улыбаться чаще, как это было раньше, мне будет достаточно, — усмехнулся Камал по-доброму. — А теперь...       Он протянул руку к выходу, как будто собирался проводить ее, но дверь резко распахнулась и на пороге возник Архат — правая рука Камала, его вернейший помощник. Лицо его было таким взволнованным, что Деви на мгновение перепугалась: а не случилось ли в клубе чего?.. Амрита ведь где-то там совсем одна.       — Босс, помощник Суинфорда просил передать, что встреча состоится завтра, — быстро заговорил Архат. — Он вроде как... передумал.       Суинфорд... Альберт Суинфорд? Деви с неприкрытым любопытством уставилась на Камала. Какие у него могут быть дела с бывшим начальником ее брата? Следом за этим вопросом ее вдруг одолело осознание: это ведь именно Суинфорд встретился ей по пути сюда, вот почему Деви показалось, что они прежде уже встречались... Камал обреченно вздохнул и сильно нахмурился:       — Передумал за пять минут? — Его голос внезапно приобрел стальные нотки. Он тихо выругался и уже гораздо мягче обратился к девушке: — Деви, найди Амриту, езжайте домой. Как можно скорее.       Сунув ключи в карман, она кивнула и вышла из кабинета, но от навязчивых мыслей было не так-то просто спрятаться. У Камала бизнес довольно специфичный, Кайрас еще много лет назад мельком упоминал, что иногда в "Арес" наведывались с проверками в надежде уличить его хозяина в незаконной деятельности. Однако с помощью Кая как адвоката серьезных проблем всегда получалось избежать... Альберт Суинфорд был главным клиентом ее брата, это Деви тоже отлично помнила. Вот только как он может быть связан с бойцовским клубом?..       Размышления прервались вибрацией смартфона в кармане. Амрита Уже закончили? 00:17

Деви

Да. Где ты? Камал сказал, чтобы мы ехали домой.

00:17

Амрита Я на улице... Забери кое-что из подсобки, будь зайкой. Я там недавно свои вещи оставила, сейчас вот вспомнила. Самой уже лень возвращаться. 00:18

Деви

Господи... Что за вещи?

00:18

Амрита Куртка и кофта. Я пока вызову нам такси. 00:18       Спустившись на первый этаж, Деви скрылась за дверью под лестницей, помеченной табличкой "только для персонала". В тесной комнатке стояло два стеллажа, расстояния между которыми ей было достаточно, чтобы сделать широкий шаг, а вот у большого во всех смыслах Камала вряд ли получилось бы. Она стала выискивать в ящиках на полках что-нибудь, хотя бы отдаленное напоминающее вещи Амриты. В первом, попавшемся на глаза, лежало запакованное снаряжение для бойцов, во втором какие-то белые упаковки лекарств... Приглядевшись, Деви увидела знакомое название:       "Мелоксикам. Раствор для внутримышечного введения".       Этот препарат Деви выписывали в шведской больнице, куда Камал отправил ее восстанавливаться после травмы. Врачи здесь, в Канаде, провели операцию на ногу не слишком искусно из-за обильной кровопотери, поэтому понадобилась еще одна, прошедшая уже заграницей. После нее в течение пары месяцев Деви делали уколы, которые почти моментально снимали боль...       "И не вызывали привыкания, как таблетки..."       Наверняка эти лекарства лежали здесь, припасенные для бойцов на экстренный случай, совсем не для того, чтобы их брал кто-то посторонний.       "Но, может, это лазейка?"       Деви взволнованно облизнула нижнюю губу, не зная, как поступить: поменять один препарат на другой и жить как раньше или отказаться от лекарств и мучиться неизвестно сколько, прежде чем боли в колене немного ослабнут... Чего, впрочем, могло и не случиться вовсе. Она отказывалась от таблеток максимум на три дня, и ничего хорошего за это время не происходило. Закрыв глаза, Деви мысленно пообещала себе, что расскажет Камалу о том, как взяла одну упаковку. Не воровка же она, в конце концов?..       Как только Дивия положила коробку с ампулами в карман своей джинсовой куртки, дверь подсобки издала неприятный скрип. Повернувшись в ее сторону, девушка ошарашенно вскинула брови и тут же выпрямилась, как натянутая струна. Под пронзительным взглядом карих глаз ей захотелось как можно скорее исчезнуть. Более реальным вариантом было бы просто убежать, но непрошеный гость был едва ли менее широким, чем проход.       — Что-то я не помню тебя среди персонала, — вдруг сказал вошедший мужчина. Его низкий голос не отдавал враждебностью, лишь легким интересом. — Новенькая?       Деви опустила настороженный взгляд на его ничем неприкрытый торс: загорелая кожа немного блестела в тусклом свете помещения. Потом она заметила, что из одежды на нем были лишь шорты, какие обычно бывают у бойцов... И поняла, кого встретила. Мужчина невозмутимо глядел на нее, поправляя бинты на своих запястьях. В программе клуба сегодня было два боя, один уже должен был кончиться. И вот перед Деви стоял герой второго. Высокий, широкоплечий, всего в двух шагах — мечта, а не компания в этой тесной подсобке.       — Н-нет, — наконец ответила она, подняв взор к его лицу. — Камал знает меня... И я ищу тут вещи его сестры.       Лицо незнакомца на мгновение приобрело удивленное выражение, и Деви заметила, что его левый глаз был украшен вертикальным шрамом, задевающим бровь. В мочке уха с той же стороны блестело простое золотое колечко, чем-то похожее цветом на его глаза. Деви внутри вся дрожала от их пристального внимания, но сдвинуться с места не могла, что-то словно удерживало ее на месте. Легкое удивление на лице мужчины сменилось тенью любопытства и даже... дружелюбием?       — Тогда ты ищешь не там. — Он указал на верхние полки стеллажа, перед которым она стояла. — Я закинул их наверх, чтобы не мешались.       Мужчина откинулся своей широкой спиной на дверь и скрестил руки на груди, остановив взгляд на Деви. Что-то в нем показалось ей странным: так заинтересованно на первых встречных обычно не смотрят. Может, он знает ее?.. Боец — значит, знаком с Камалом, а тот не то чтобы держит свои личные дела втайне. Отбросив эти навязчивые мысли, от которых в кончиках пальцев скопилось вибрирующее напряжение, Дивия глянула на верхнюю полку и увидела торчащий оттуда край ящика.       — Я не достану... — шепнула она скорее себе, чем ему.       Не прошло и пары секунд, прежде чем ее непрошенный компаньон приблизился и оказался прямо за спиной. Не желая терять бдительность, Деви сразу же обернулась к нему, но увидела только, как он потянулся куда-то выше ее головы... Прежде она уже была близко к бойцам "Ареса", и от них всегда пахло жестокостью, потом и даже кровью: необъяснимо неприятный запах так въедался в память, что Шарма предпочитала каждый раз обходить этих мужчин стороной. А от этого пахло свежестью с едва уловимой горечью. Кажется, мятой и чем-то потяжелее, Деви в запахах разбиралась несильно.       Она вновь отвернулась, рассудив, что ему не стоит видеть откровенного замешательства на ее лице. Как и неприкрытого опасения, плещущегося в глазах. Он стоял слишком близко, едва ли не вжимаясь в нее, и уж слишком долго искал нужные ей вещи.       — Не трясись так. — Шепот вдруг раздался над самым ухом. — Я не кусаюсь.       Деви сама не поняла, откуда взялась эта смелость, но в следующую секунду спросила:       — На ринге тоже?       — Там мы с тобой не встретимся, — хмыкнул мужчина тихо.       А в голове у девушки уже возникла неприятная мысль: его и вправду стоило бояться. Однако помимо очевидной опасности вокруг него витало что-то еще... Оно и заставило обычно трусливую Деви загореться жгучим пламенем интереса и потерять всякий страх. Иначе быть просто не могло, потому что она вновь, вопреки здравому смыслу и пронзающей тело дрожи подала голос:       — И это к счастью.       Ответ показался ей до неприличия насмешливым, даже издевательским:       — Несомненно.       Мужчина наконец достал с верхней полки стеллажа нужные ей вещи и, не дожидаясь, пока она протянет руки, отпустил их. Деви неуклюже поймала одежду и хмурость ее сделалась скорее озлобленной, чем настороженной. Тогда на лице бойца расцвела широкая ухмылка, а глаза блеснули непонятно откуда взявшимся азартом. На его лоб упало несколько непослушных волнистых прядей, когда он чуть склонил голову, теперь практически нависая над ней в тесном пространстве между стеллажами, и медленно проговорил:       — Надо же, какая ты трусиха… А на льду смелее казалась.       Сердце девушки мигом застучало в десяток раз быстрее, и она даже не заметила, как осталась в подсобке одна. За мужчиной протянулся лишь легкий шлейф свежего, приятного аромата, возникший и исчезнувший так же быстро, как его обладатель. Он сказал про лед... Значит, действительно узнал ее. Иначе как догадался, что она бывшая фигуристка?       В смешанных чувствах Деви прижала вещи подруги к себе и устало вздохнула. Ее будто прокатили на дурацких американских горках с множеством петель: хотелось осесть на пол и зажмуриться, чтобы совладать с пережитым ужасом, смешанным с... восторгом?

────𑁍────

      — А сейчас, дорогие господа и прекрасные дамы... Будет настоящее зрелище.       Громкий голос рефери отозвался в Доране лишь усталой усмешкой. Он быстро сунул в рот капу для защиты зубов, и слегка тряхнул головой, пытаясь отогнать от себя навязчивый образ девушки. Конечно, он узнал ее сразу. Просто не мог не узнать эти глаза после того, как она посмотрела на него.       Это действительно была она. Младшая сестра его погибшего друга, выдающаяся фигуристка, трижды чемпионка на мировой арене... С недавних пор поломанная и забывшая о профессиональном спорте.       Доран соврал бы, если б сказал, что она не развеселила его. Редко встретишь такой контраст: вроде трусливая, но все равно почему-то неумело храбрится... Жаль, что они вряд ли встретятся снова: Камал упоминал, что она не жалует "Арес".       Глянув в сторону, Доран заметил побежденного Костоломом новичка, которого наконец привели в чувство. У парня на вид был сломан нос и разбиты обе скулы, но он получит свои десять процентов от ставок, за которые должен будет поблагодарить именно Дорана. Если б не он, Камал как обычно решил бы, что мясо для зрелищ не нуждается ни в чем, кроме медицинской помощи. Старый циник, что с него взять? Даже удивительно, что девушки вроде Дивии не боятся его так же сильно, как бойцов.       Доран зашел в клетку первым под громкие овации толпы и успел увидеть, как дверь подсобки под лестницей распахнулась. Деви покинула комнату, сжимая в руках найденные им вещи, и на мгновение обратила свой взгляд на октагон.       В ее глазах он прочел нечто, чего не заметил несколько минут назад. Скрытую заинтересованность, предвкушение, может быть... Всего на несколько секунд, пока она не отвернулась и не пошла к выходу.       "Интересно... Может, я поспешил с выводами?"       По конечностям разлилось знакомое предвкушение скорой схватки, а забурлившее в крови искреннее любопытство по отношению к девушке только раззадорило Дорана перед боем. Деви исчезла в толпе, но вот ее образ застыл где-то на краю сознания, безмолвно обещая возникнуть перед глазами снова.

────𑁍────