Часть 13

      Почти тонущий в белой толстовке Ло, Сеймур придерживал её подол рукой, чтобы не наступить на него и не чебурахнуться вниз по лестнице, пока спускался. Сегодня он остался дома со своим дядей Ло! И почти выздоровел! Горло уже не болело, но папа говорил, что у него всё ещё была температура, даже если он её не чувствовал. После завтрака дядя Ло сделал ему чай, который на прошлой неделе принёс дядя Джодах, а потом с пол часика поиграл с ним в Монополию, продул, и, насколько Сеймур понял, немного расстроившись, пошёл вниз. Сказал, что ему нужно ещё нужно закончить дела в подвале... И Мур не мог устоять, чтобы не пойти за ним. Потому что он ещё ни разу, ни разу не видел подвала! Сначала ему просто не было интересно, ему было больше интересно изучать мир вне стен дома, потом ему было весело просто облазить весь дом, кроме чердака, куда залезть сложно и даже немного страшно, потому что там высоко... А теперь, после слов своего дяди он понял, что ни разу не видел подвала.       И теперь он, понятное дело, хотел увидеть подвал. А как не хотеть? Там, наверное, ужас как интересно, если дядя Ло пошёл туда что-то делать.       Обычно у него были максимально интересные занятия! Он ведь столько всего делал своими руками: и игрушки ему из глины лепил и из дерева вырезал, и подмосток сделал, чтобы там можно было сидеть и рыбачить, и санки ему новые сделал после того, как они с папой старые сломали... И, самое главное, дом он сам построил! Всего за несколько месяцев, которые они жили в этом мире! В Архее они жили во сне папы, пока они с мамой, дядей Ло и остальными не уничтожили достаточно монстров, чтобы они могли вернуться в мир, и жили они тогда не в домах, а в палатках - плотных, на стенах которых с помощью свечи дядя Альфред показывал им теневой театр, когда не тренировался с мечом... А после переезда сюда дядя Ло сделал ему деревянный меч с четырёхконечной звёздочкой на ручке, которым Сеймур сломал ровно один куст вечером перед тем, как заболел. Меч этот сейчас лежал у него под кроватью, в коробке с игрушками, и, вспомнив о них, Сеймур подумал, что потом можно будет с ними поиграть, когда он поднимется обратно.       Спрыгнув с предпоследней ступеньки на пол, Сеймур отпустил подол толстовки и закатал рукава, чтобы те ему не мешали, а после осмотрелся, вспоминая, где может быть спуск в подвал. Его не было под лестницей - там находилась кладовка, в которой лежали вышеупомянутые санки, корзина с яблоками, два мешка - картошка и лук, бутылки с маслом, которые достают во время готовки... И всякое разное, что Сеймур не рассматривал. Поэтому нужно было думать о другом месте.       Взгляд мальчика упал на дверь в гараж, что находилась в конце коридора. Точно, гараж! Где ещё может быть спуск, если не там? Он сам туда почти не ходил, а в других частях дома этого спуска быть не могло, иначе бы он его уже видел.       Натянув носки повыше и навострив уши, эльфёнок глянул на часы, висящие на стене в гостиной, выглянув из дверного косяка. До приезда родителей у него было ещё около двух часов, а потому, зная, что даже если его заметят, то дядя Ло ничего им не расскажет, Сеймур развернулся на 180° и почти вприпрыжку побежал в сторону гаража, скользя пушистыми шерстяными носками по лакированному деревянному полу в коридоре, мимо лестницы и ванной комнаты. Пройдя в тамбур он сразу повернул направо, пройдя мимо входной двери к двери в гараж. Надавив на ручку, Сеймур толкнул дверь от себя, и, спрыгнув вниз по двум ступенькам, прикрыл за собой дверь, перед тем, как осмотреться. Вот оно! Рядом с котельной находился люк для спуска в подвал. Открытый.       Тихонько скользнув к люку, Сеймур ещё раз огляделся, будто кто-то мог быть рядом и увидеть его. Пусть запрета на спуск не было, но он предполагал, что родители будут не слишком рады, если он спустится вниз... Тем не менее, интерес был важнее, чем факт того, что его могут отругать.       Металлическая лестница с деревянными проступями пару раз тихо скрипнула в тишине гаража, пока Сеймур спускался вниз, в подвал, однако его это особо не волновало. С последних пары ступенек он съехал вниз, перекинув руки через единственное перило, и вскоре стоял на бетонном полу, оглядываясь по сторонам. Посмотреть, на самом деле, было на что. Подвал по своим размерам, судя по всему, не уступал и самому дому, а потому тут было, где разгуляться. Приглушённый тёплый свет от лампочки под потолком напоминал Сеймуру палатку или шалаш, закрытое пространство без окон, где можно было почувствовать себя в удивительной безопасности. Представляя подвал, Сеймур думал о том погребе, что был у дяди Беренгария - неглубокое помещение по типу землянки, где он хранил травы и всякие скляночки, чтобы дети до них не доставали и не просыпали или не пролили на себя ничего. Этот подвал, с толстыми бетонными стенами, поверх одной из которых была какая-то мягкая оранжевая штука, которую Сеймур удачно помацал, с отдельными комнатами, напоминал почти что целое подземелье. Он, правда, никогда в них не был, но и дядя Валин, и дядя Ло рассказывали, что подземелья и пещеры находятся под землёй, и в них можно найти очень много полезных или редких вещей или руд. На самом деле Сеймуру было немного грустно, что все остальные дети, что были постарше, прекрасно знали о мире за стенами сна его папы, в то время как ему приходилось узнавать о мире только из рассказов взрослых, что очень било по его желанию исследовать мир... Потому что его миром был до определённого момента только лабиринт сна Джона, в котором всё было абсолютно одинаковым, куда не пойти, и к пяти годам он уже запомнил большую часть поворотов и проходов, через которые можно было сокращать путь, в то время как некоторые ребята всё ещё путались. По крайней мере в прятки там было весело играть.       Покружившись вокруг своей оси немного, Сеймур двинулся вглубь подвала, наблюдая за проводами на потолке, что вели от одной лампочки к другой, создавая причудливые пути из кабелей и их переплетений, что были прикреплены к потолку металлическими креплениями. Тем не менее, то, чего или, скорее, кого он тут не видел, так это дяди Лололошки. Ему казалось, что тот должен был находиться здесь, но пока что он не увидел и следа его клетчатого шарфа.       Ненадолго, правда. Сеймур, не смотря на то, что не видел своего дядю, он вполне себе хорошо услышал его. — Ай! Ах ты... Крысюк хренов...       Сеймур выглянул из-за дверного проёма в комнату, откуда прозвучал голос, и пронаблюдал за Лололошкой - тот, держа небольшую крысу за хвост, посадил её в клетку, что стояла на полу, а после повернулся к вентиляционному отверстию, прикручивая к ней металлическую сетку, а следом принялся устанавливать решётку поверх неё - тоже металлическую, судя по звуку металла о металл, но покрашенную в чёрный. — Дядь Лошка?       Лололошка, который не ожидал того, что к нему со спины приблизится маленький наблюдатель, дёрнулся назад на табуретке, на которой стоял, и чуть не выронил из рук отвёртку, однако, наклонившись вперёд, опёрся о стену, чтобы не навернуться на пол. Да, конечно, Лололошка мог жить в Архее на протяжении пяти лет, будучи постоянно начеку и прислушиваясь к окружающим звукам, да, он мог быть максимально осторожным... Но маленький длинноухий проныра, который был его племянником, всегда как-то заставал его врасплох. Вздохнув он повернулся к племяннику и, спустившись с табуретки, присел на неё, опустив руки свои колени. — Сеймур... Не пугай меня так, пожалуйста. Мы уже говорили об этом, малыш.       Сеймур ненадолго замер, смущённо глядя на Лололошку. Да, они действительно это уже обсуждали - однажды он испугал Ло в момент того, когда тот тренировался, и это тогда закончилось плохо для них обоих - Лололошка, обернувшись, провёл одним из клинков практически над самой головой Сеймура, напугав их обоих, но за пару месяцев он совсем об этом забыл. Немного покачавшись с носочков на пятки, мальчик опустил взгляд на пол, а после всё же поднял голову, и, подойдя ближе к Лололошке, обнял его. Тот, выдохнув, приобнял младшего члена семьи одной рукой, похлопав его по спине. — Всё нормально, просто... Не забывай о таких важных вещах, ладно? Я не хочу что-то сломать или нечаянно навредить тебе самому... Плюс твои мама с папа убили бы меня, если бы что-то этакое случилось.       Ло снял перчатки и потёр глаза большим и указательным пальцами, прежде, чем опустил ладонь на голову племянника, скользнув пальцами между прядей, наблюдая за тем, как ребёнок уютно устроился на его коленях, слабо прижимаясь щекой к его груди. В отличии от Джона и Сайриссы, которые не слишком любили прикосновения, Сеймур был очень прилипчивым. Джон уверял, что в какой-то момент большинство детей ведут себя так, а потом перерастают, однако Лололошке казалось, что он и сам не хотел, чтобы его сын вырастал из маленького комочка тепла и энергии, что обожал ластиться к взрослым. Это было такое простое, тихое удовольствие - просто держать его у себя на коленях, пока он дремлет, опустив голову на грудь, плечо или колени, сопит, словно маленький дикий зверёк, спокойно, расслабленно, доверяя. — Давай я закончу, мы поднимемся наверх и попьём чай, м? Я не хочу, чтобы ты дышал бетонной пылью, когда я буду сверлить стену, так что иди-ка сейчас наверх.       Сеймур на секунду надул губы, переведя взгляд на коробку с инструментами и удлинитель, которые он не заметил сначала, однако всё равно послушно покивал, и, поднявшись с колен дяди, встал на ноги, снова надев на упавший на пол правый тапочек, прежде, чем направился к лестнице, один последний раз оглянувшийся на Лололошку, который уже успел подключить дрель и надел респиратор, прежде, чем подвинуть табуретку к другой стене, на которой уже были нарисованы очертания мест, где нужно было сверлить.       Сеймуру было жутко скучно. В доме было почти нечего делать. Конструктор он уже сложил, и он стоял на полке в его комнате. Кушать не хотелось, чай они с дядей попьют позже. С игрушками играть сейчас тоже не хотелось. Поднявшись наверх, он немного полежал на ковре в гостиной, глядя на потолок, а после вспомнил о той вещи, что могла помочь ему подбодриться. Книжки! Как он мог забыть про книжки?       Взяв из своего книжного шкафа несколько книжек, Сеймур залез на кровать и разложил их вокруг себя, начав чтение с "Волшебник Изумрудного Города". Сеймур не знал, из какого мира, или из каких миров его дядя принёс все эти книжки, но он был в восторге от того, что у него есть возможность немного скоротать время за чтением.       Не смотря на то, что они вместе с отцом читали книги, что стояли на его полках, обычно это были одни и те же несколько книг, которые Сеймуру очень нравились, если только он не читал какую-то книгу сам и после не просил отца перечитать эту книгу вместе с ним, спрашивал о тех моментах, которые не понимал до конца. Как бы он не гордился тем, что был сообразительным не по годам, многие вещи ему всё ещё необходимо было объяснять, а иногда и по несколько раз, поскольку он иногда делал неправильные выводы, или не до конца правильные выводы, что не всегда сходились с реальностью... Или не всегда сходились с общественным мнением, особенно в этом мире. Он всего несколько раз вышел вместе с отцом и дядей в город, и это место было ужасно громким и непривычным. Совсем не то, к чему он привык, живя в относительно тихом месте, которым был сон его отца в Архее.       Тем не менее, что действительно было хорошо тут, так это по-настоящему великолепное количество книг, а помимо них такая великолепная вещь, как мультфильмы. Да, он смотрел их не так часто, как читал книги, но телевизор в их доме всё-таки был. Он мог бы занимать его время не хуже книг, однако... Книги всё же были для него куда привычнее, чем пяленье в экран, где двигаются картинки. К ним он постепенно привыкал, но это всё ещё было что-то в районе "мэ".       Лёжа на кровати он закинул ноги на стену, рядом с которой оная стояла, вытянув руки над собой и читая в такой позе, прикрывая книгу для того, чтобы перевернуть страницу. Как он и ожидал, "я сейчас закончу", когда это говорил его дядя, затягивалось не на несколько минут, а как минимум на два нудных часа. Не смотря на то, что Сеймуру нравилось читать, он предпочитал это делать в чьей-то компании, даже если другой человек, эльф, мироходец или бог просто были заняты своими делами и не обращали на него внимания. Чужое присутствие было просто более приятным и уютным, чем полное отсутствие кого бы то ни было в той же, или в ближайших комнатах. После того, как они жили в общине, где все были близко друг к другу и где постоянно было шумно и весело, ну, по крайней мере по мнению Сеймура это было весело, большой дом, в котором обычно не было так много многолюдно, но ощущалось пусто и не слишком приятно.       Он очень хотел завести новых друзей, но у них с детьми из этого мира был ТАКО-О-ОЙ культурный разрыв, что довольно быстро он бросил эту затею и решил дождаться возможности пообщаться с другими эльфами, поскольку именно это его родители обещали ему, когда он пойдёт в школу. Было немного неприятно, что теперь ему было не с кем играть, но, как говорил папа, "когда кажется, что все идет против вас, помните, что самолет взлетает против ветра"... Первые пару лет он не понимал, а что это за зверь такой, самолёт, но вот недавно, до начала болезни, у него получилось увидеть один такой - они с дядей Лололошкой гуляли, и в небе он увидел то, что сначала Сеймур принял за какую-то гигантскую птицу, но как оказалось, это была механическая штука, которая позволяла людям летать внутри, чтобы видеть мир с неба.       Всё это он обычно выговаривал либо своим плюшевым игрушкам, либо дяде Джо... Точнее дяде Джодаху. Он не очень любил, когда его звали Джо, но это прозвище уже приелось, так что он, не смотря на вспушенные от недовольства перья, терпел и не слишком часто поправлял Сеймура. Он сам, тем не менее, всё же старался переучиться и говорить полное "Джодах" вместо сокращения. — Мур? Чайник уже кипит! Иди сюда, будем чай пить!       Навострив уши, Сеймур быстро встал с кровати, опрокинув книгу на пол, и, пробормотав что-то о том, что "гравитация иногда совсем не помогает в великих свершениях", он опустился на колени, чтобы поднять книгу. Заметив краем глаза резную ручку деревянного меча, что выглядывала из-под кровати, Сеймур вспомнил, что этот меч у него всё ещё есть. Вытащив деревянное оружие из-под кровати, юный эльф сунул книгу обратно на кровать, и залез под кровать, чтобы достать кожаные ножны, которые для него сделали, поняв, что без них в руках эту штуку вечно таскать сложно и изматывающе. Закрепив ножны на себе, Сеймур поднял меч над собой, глядя на него в свете потолочной лампы, а после сунул его в ножны и быстренько выбежал из комнаты. Подбежав к лестнице он зацепился за перила и залез на них, скатываясь по ним к низу лестницы и спрыгнув на деревянный пол с тихим стуком. — Уже бегу-у-у!       Добравшись до кухни, Сеймур запрыгнул на угловой диванчик за столом. Это было его любимое место, потому что, не смотря на то, что члены его семьи обычно садились по сторонам от него и закрывали обычные выходы, он всё ещё был достаточно маленьким и ловким, чтобы пролезать под столом и убегать, когда наедался и больше не хотел сидеть за столом. Заметив растрёпанный вид племянника, Лололошка устало вздохнул и снял с запястья одну из нескольких резинок, и, подозвав Сеймура к себе, принялся завязывать его русые волосы в низкий хвост. Он постоянно носил с собой резинки - Ло и сам успел отрастить волосы, и при том, что постоянно рвал или терял резинки для волос, он носил две-четыре в качестве браслетов, что в какой-то мере всё же было удобно. Поправив волосы, которые для него привели в порядок, Сеймур вернулся на своё место и с улыбкой принял чашку с чаем.       Он обожал ягодные чаи. Самым его любимым занятием за чаепитием было вылавливать ягодки клубники и земляники, есть их, а после запивать их чаем, ибо чай всего был исключительно сладким, а ягоды иногда наоборот, кисленькими. Попадались, они, конечно, немного реже чем сладкие, и из-за них в принципе эта "рулетка" с ягодками и затевалась. Там было скорее 60 на 40 - чуть больше сладких, чуть меньше кислых, из-за которых он, по словам взрослых, "смешно кривился". Как там папа говорил? У разных детей разные причуды? — Сейчас печенье достану, погоди секунду.       Это не было неожиданно, но было очень приятно. Лололошка всегда имел какие-то заначки со сладостями, не смотря на то, что никто не замечал, откуда он, чёрт возьми, их брал... Ну, как никто? Сеймур-то знал, что он их либо покупал, либо сам готовил, но чаще всё же второе. В последнее время Ло всё чаще оставался дома, что не могло не радовать Сеймура... Тем не менее, это означало, что его мать всё чаще была занята чем-то вне дома. Да, было не очень приятно, что теперь он видел её реже, но так же это означало, что у них было больше свободы. И у него, и у Лололошки... Хотя Лололошку не так контролировали, за ним, как говорили его родители, нужен был глаз да глаз. За ними обоими, но он не мог принести таких же убытков и проблем, как это мог сделать Ло, что было для него смешно, будто Ло был его старшим братом, а не дядей. Если бы так и было в реальности, то, наверное, он был бы самым весёлым старшим братом на свете.       Мур хотел бы старшего брата, наверное. Если бы, конечно, у него не было дяди Ло. С дядей Ло ему никакой брат и не нужен был... Хотя он немного и ревновал к тому, что Лололошка был братом его отца, а не его. Он не мог себе это объяснить, однако это в какой-то мере было. — Мур, ну ты что застрял? Чай готов, а ты где-то в космосе летаешь.       Сеймур опустил взгляд на стол, заметив две чашки чая и открытую круглую коробку с печеньем. Он даже и не заметил, как и откуда Лололошка выудил её. Песочное печенье в виде кленовых листочков с наполнением из джема тут же оказалось в руках молодого эльфёнка, который сначала отправил его в рот, откусив часть, а после запил это тёплым ягодным чаем, чувствуя, как в горле и по щекам растекается приятное тепло. Мысли ребёнка вернулись к блужданию в черепной коробке, пока он наконец не пришёл к мысли о том, что так-то он до сих пор не знает, а где сейчас Сайрисса. Когда он проснулся её уже не было в доме, и он сначала думал, что она просто в своей комнате для изучения, но, как оказалось, нет - её просто не было дома. — Дядь Ло, а мама где?       Его взгляд вернулся к Лололошке, который неспешно помешивал свой пряный облепиховый чай. Ло тихо постучал ложечкой по краю чашки и отложил её, да и сам потянулся за печеньем, отправляя его в рот полностью и прожевав за пару движений челюстью. Запив печенье чаем он опустил взгляд на племянника, подперев голову второй рукой. — Поехала сегодня с твоим отцом к нему на работу. Захотела посмотреть, как там у него всё. У меня сегодня дел вне дома всё равно нет, так что я тут с тобой остался. Если бы мне пришлось уехать, то Сайрисса, конечно, осталась бы. Мы бы тебя одного не оставили, котёнок.       Мироходец улыбнулся и протянул руку к Сеймуру, зарывшись пальцами в его короткие, кудрявые волосы, взъерошив их и приводя в состояние ещё большего хаоса, чем они уже были. Сеймур не возражал, на самом деле. Ему было приятно, когда к его голове кто-то прикасался, и в их семье это было большой частью жизни был именно физический контакт. Мур часто замечал, что они не слишком часто прямо говорили друг с другом о чём-то, но вот пообедать или поужинать все вместе они всегда садились! Лично Сеймур считал, что присутствие - это тоже вид физического контакта. Они могли не общаться прямо, но было приятно, когда кто-то просто находился рядом и делал что-то своё, а он - что-то своё. Например когда мама что-то изучает, а он сидит рядом с ней и читает. Или когда папа занимается расчётами, а он, например, собирает паззлы или конструктор. Или когда они с дядей Ло вместе сидят в мастерской, и он делает... Что угодно, что делает, потому что делает он много всего одновременно, и Сеймур... В этом случае Сеймур чаще забывает то, о чём делал, и просто наблюдает за тем, как дерево, камень или металл в руках у Лололошки превращается в что-то совершенно иное.       С течением времени молчание в кухне сменилось сначала тихим шёпотом помех, а после и какой-то волной радио, которое Лололошка стащил с полки на стол. Несколько минут он крутил то правую, то левую ручку радио, прежде, чем по комнате разлилась тихая музыка. Между песнями ведущие вставляли свои комментарии, говорили о суровой зимней погоде или о последних новостях Алотерры. Чашки и коробка с печеньем постепенно пустели, Сеймур почти лежал на столе, опустив голову на сложенные руки, слушая голос ведущего из шипящих динамиков радио.       «13:36 по Альт-Сити, температура днём стабильно -8°C, к ночи опустится до -12°C, переменная облачность, вероятность осадков 78%, ветер - 9 км/ч в юго-восточном направлении. Синоптики передают, что в ближайшие дни температура снова упадёт, нижние значения днём будут достигать -16°C, ночью - до -23°C. Мороз хорошо схватит снег, и его хруст будет всё чаще разноситься по улицам городов и поселений. Дорожные службы стараются расчищать дороги до менее крупных поселений и колоний, дабы тамошние жители могли без проблем добираться до городов. Причина этого проста: ранее упомянутый мороз на пару с порывами западного ветра за последние сутки оборвали линии электропередач, ведущие к нескольким поселениям, и теперь их жители вынуждены заправлять генераторы топливом, дабы не остаться без удобств в виде электрообогревателей, электропечей и прочего. Я, ваш покорный слуга Марсель, как раз родом из одного такого поселения, и я прекрасно знаю, как сложно и неприятно бывает, когда случаются непредвиденные ситуации, связанные с погодными явлениями. Наш перерыв на новостную сводку заканчивается, и сейчас снова настало время для зимних хитов этого года - только не переключайтесь, чуть позже к нам в эфире присоединится интересный гость, который поднимет ваш дух после таких неприятных новостей. Радио «Ласточка» не улетает от вас на время холодов - мы остаёмся с вами каждый день, с 5 до 22. Услышимся!»       Сеймур разлепил сонные глаза только после того, как прошло две или три песни, и заиграл какой-то весёлый, бодрящий мотив. Лололошки уже не было за столом: его вымытая чашка стояла на сушке, клетчатый шарф, испачканный в побелке, лежал сложенный на столе. Мур постепенно поднялся со стола и потянулся, чувствуя, как с плеч сползал плед. Видимо, заметив, что Сеймур засыпает, Ло укрыл его и вернулся к каким-то своим делам. Протянув руку к своей чашке, с успевшим почти остыть чаем, Сеймур притянул её обратно к себе и в пару глотков допил его, потирая ладонью заспанные глаза. Двигаться с кухни никуда не хотелось, так что Сеймур просто подтянул к себе одну из диванных подушек, за ней вторую, устроившись между них, и укутался в плед сильнее, решив просто продолжить прослушивание радио.       «И-и-и ваш любимый ведущий Марсель снова в эфире! 14:20 по Альт-Сити, и, как я обещал вам раньше, к нам присоединился гость! Встречайте Марию, великолепную писательницу и не менее чудесную создательницу радиостанции «Небесная Мелодия», с которой мы уже ранее сотрудничали и устраивали розыгрыши. Наши давние слушатели должны помнить, как мы в прошлом году разыгрывали радиоприёмники новой серии десяти победителям, что присылали в студию свои письма со стихами на тему зимы в течении недели Фестиваля Зимних Огней.»       Слушать разглагольствования взрослых Сеймуру не хотелось, так что он высунул одну руку из-под пледа, и, найдя пальцами одну из ручек радио, начал неспешно прокручивать её по часовой стрелке, пока не нашёл другую станцию, на которой шла музыка. Поспешно вернув руку под плед, Мур с улыбкой вернулся к тому, чтобы уютно дремать в тепле.       Из-под пледа его заставила вылезти жажда выпить ещё чаю - он спустился и дивана на пол, и, пройдя к кухонному гарнитуру, открыл крышку чайника, налив туда воду из фильтра, а после снова закрыл крышку и щёлкнул по кнопке чайника. Ожидая, пока вода закипит, он забрался обратно на диван, сев на его край, и начал жевать одно из оставшихся в коробке печений, прикрыв глаза. И всё же папа был прав - он всё ещё болел, судя по тому, как сильно его тянуло спать. Обычно он был куда более энергичным, а теперь ему хотелось просто лечь где придётся и уснуть... И в тоже время спать совсем не хотелось: хотелось делать что-то другое, что-то интересное, а не просто валяться на диване. Этот диссонанс приятным не был, в первую очередь потому, что быть больным Мур не привык. Он видел, как до этого и дядя Ло, и его папа переносили свои болезни, по большей части лёгкие простуды, на ногах... А вот он так не мог. И это очень бесило. Он тоже хотел быть крутым и переносить всё вот так, на ногах, а не валяться постоянно на кровати, не имея возможности бегать, как он того хотел. До его юного мозга, конечно, не доходило, что взрослые бы тоже хотели поваляться, когда болеют, когда по факту они вынуждены переносить болезнь на ногах, но не волнуйтесь - когда-нибудь до него дойдёт... Будет лучше для него же, когда до него дойдёт.       В третий раз за день он проснулся тогда, когда его чувствительные уши уловили, что музыка то-ли остановилась, то-ли стала очень тихой. Приоткрыв глаза он взглянул на Лололошку, который возвращал радио на место, на полку. — Ты уже проснулся? Чудно. Пора обедать, малыш.       Сеймур негромко что-то бормочет, когда Лошка гладит его по голове, и садится ровно, укрывая пледом теперь не плечи, а ноги. Вскоре на столе оказалась тарелка с горячим сырным супом и небольшая тарелочка с бутербродами с маслом. Мур, конечно, не был так уж голоден, но спорить с дядей Ло было себе дороже, тем более что они с папой постоянно говорили о том, что сытый организм лучше справляется с болезнями, а кем был Сеймур, чтобы не верить в это? Если уж папа это говорил, то, должно быть, так и было. Отец был умным, он бы чуши от балды говорить не начал... Ну, Сеймур на это надеялся, поскольку точно он не знал, а проверять эту информацию пока было не у кого, кроме дяди Ло, который в большинстве своём с Джоном соглашался. В общем, в этом плане у ребёнка не было кого-то, кто помог бы ему избежать принудительного кормления, если бы он слишком часто отказывался от трапез. Не то, чтобы это было проблемой - почти всё, что готовили дядя Ло или мама в любом случае было очень уж вкусно.       Первые пару ложек супа вскоре оказались внутри Сеймура, однако в процессе он немного замедлился и перестал жевать, наблюдая за тем, как сам Лололошка греет себе тарелку с супом. Продолжил есть он только после того, как его дядя сел напротив него и принялся за еду. Это сильно повысило Муру и аппетит, и настроение. Сам он это объяснить не мог, но это было для него важно: поскольку вся его семья так или иначе большую часть дня были заняты своими делами, и в общем-то вели себя обособленно и где-то пропадали, оставляя его раньше на Беренгария, как и некоторых других детей, поскольку этот добродушный мужичёнка был любимым нянькой среди всех людей там, а после, когда они уже перебрались а Алотерру, иногда на дядю Джодаха, когда тот был свободен от своих, как папа это называл, "божественно-пернатых дел", Сеймуру было важно проводить время со всей своей семьёй одновременно, для чего прекрасно подходили приёмы пищи. У них так-то было мало общих занятий, которые подходили бы для всех вместе, кроме, разве что, настольных игр, которые его маме с недавних пор нравились не меньше изучения разных травок-муравок, так что просто видеть их всех вместе, разговаривать с ними и делиться какими-то важными вещами, что происходили за их день, было очень, очень важной частью его дня. Было, конечно, весело рассказывать каждому из членов семьи по отдельности о том, что и как он делал, но некоторые вещи он мог банально забывать, так что лучше было рассказать всё и сразу. Не менее важным было и ощущение самого присутствия: для Мура день тянулся невозможно долго, когда он не спал, и непрерывно побыть пол часика рядом с теми, кого он любил, рядом с членами его семьи, было очень приятно. — Очень вкусно, дядя Ло! Очень вкусно.       Ло на секунду поднял взгляд на лицо Сеймура, что с улыбкой поедал суп, и улыбнулся в ответ, медленно отправив первую ложку супа в рот, теперь глядя в окно, за которым ветер гонял снежную крошку рядом с домом. Лишённые листьев ветви деревьев, припорошённые снегом, двигались на ветру - тем не менее, он не был достаточно сильным, чтобы двигать сами кроны. У него были свои мысли, что яростно крутились в черепной коробке, и Мур решил не мешать дяде Лошке думать - у него бывали такие моменты, когда его нужно было оставить в покое и не мешать. Сеймур и не хотел. И не собирался. Ему нравилось то, как приятно было просто молчать рядом с Лололошкой. В его молчании было... Что-то. Тёплое, нежное. Даже если он не говорил, было что-то, что Сеймур просто ощущал - его любят. Его лелеют. Он не мог объяснить это чувство, но обожал его, и чувствовал, как нечто безусловное. От этого тепла хотелось обратно спать, но теперь уже на руках у дяди - там было бы тепло, уютно... Доев содержимое своей тарелки, Сеймур встал, вымыл тарелку, и, пока сам Лололошка ел, забрался к нему на колени, обнимая его. Опустив взгляд на ребёнка, Ло улыбнулся, опустив одну руку на спину племянника, похлопав его по середине спины, чтобы подвинуть ближе к себе и чтобы он не упал. — Снова спать будешь?       Лололошка зачерпнул суп ложкой и отправил в рот, пока Мур устраивался поудобнее и зарывался носом в его грудь, крепко обнимая его. — Мгм. — Хорошо.       Вот и весь разговор. Им особо и не нужно было чего-то большего. Доев и отодвинув тарелку в сторону уже через пару минут, Ло осторожно подхватил задремавшего Сеймура на руки и направился в коридор, а оттуда - на второй этаж, в комнату племянника. Уложив его на кровать и укрыв, невозможный мироходец тихо сел на край кровати, наблюдая за крохотной фигурой на постели, пока не отвёл взгляд в сторону, на небо за плотно закрытым окном. Уже темнело, день подходил к концу. Дни вообще стали бежать уж слишком быстро за рутиной, что не была наполнена сражениями со врагами или спасением миров, и... Лололошка был в восторге от этого. Это как раз было то, чего ему не хватало - спокойствия, умиротворения и стабильности. Он мог защитить тех, кто был ему дорог, даже если защита заключалась лишь в том, чтобы заниматься домом, чинить то, что могло сломаться. Бытовая защита - тоже защита.       А ещё скоро он должен был пойти к новому психологу. После событий Архея ему действительно был нужен хороший психолог. И, если не получится сделать это нормальным образом, возможно, понадобится и медикаментозное лечение... Он этого не хотел, но увы и ах. Если он хотел быть стабильным не только финансово и материально, но и ментально и духовно, то нужно заняться своим здоровьем вплотную. И начнёт он уже со следующей недели.