Храм на пепле

Ее продали как парчу на рынке — но разве мог купец предвидеть, что товар воспылает к покупателю? Ирония висела в воздухе гуще ладана: право любить не входило в брачный контракт. Счастье оказалось запретным плодом с древа познания — сочным гранатом, чьи рубиновые зёрна оставляли на губах сладость искупления и горечь первородного греха.