Глава 16

По возвращению из Аликанте у меня состоялся не очень приятный разговор в Джованни. Он почему-то подумал, что Бароне искал меня, потому что я накосячила с проектом, но, во всем разобравшись, Джованни успокоился и даже назвал клиента «самым дотошным человеком Италии». И я с ним согласилась, вспоминая бесконечные разборы сметы. У самого заказчика начались концерты после Феррагосто, поэтому он колесил по Италии и ближайшим странам вместе с коллегами. После того разговора в отеле мы больше не контактировали, и я терялась в догадках, почему Пьеро оставил меня в покое. Разозлился так, что видеть меня не может? Или понял, что все его усилия по предотвращению похода в клинику напрасны? Я записалась в дорогущий медицинский центр, так как в нем единственном было свободное время у врача на ближайшие пару дней, и после работы сразу помчалась туда. Нельзя было оттягивать аборт, так как время летело со скоростью света, и проблему нужно было решать здесь и сейчас. Я была в каком-то непонятном состоянии: вроде и решимости было хоть отбавляй, но, когда я переступила порог кабинета, внутри что-то шевельнулось. Может, совесть проснулась? Если да, то ох как невовремя. Меня приветливо встретила синьора Франческа Сассоли, тот самый доктор, который «будет вести вашу беременность», как сказала мне администратор на первом этаже. Доктор была очень деликатной, внимательной, и когда я сказала о желании сделать аборт, то и глазом не моргнула, хотя я знала, что в глубине души она меня осуждает. Конечно, последовала лекция о том, что это неэтично, что я могу пожалеть и есть риски возникновения бесплодия, но я почему-то была морально готова к шантажу и угрозам, поэтому стоически перенесла эту беседу. -У вас пятая неделя, -смотря на экран, произнесла синьора Сассоли, орудуя датчиком УЗИ. -Эмбрион закреплен, состояние органов удовлетворительное, патологий не наблюдаю. Я повернула голову и посмотрела на крошечную точку, находящуюся внутри меня. Сердцебиения пока не наблюдалось, но и оказалось достаточно, чтобы вечером дома, сидя на полу в ванной, я крутила результаты УЗИ в руках и теряла свою решимость. Одна часть меня кричала о том, что эта беременность не нужна, последствия будут терзать всю оставшуюся жизнь, груз ответственности ляжет на мои хрупкие плечи, но другая часть медленно, но верно рисовала те картины, о которых так мечтают многие женщины. Пребывая в полном раздрае, я позвонила Пьеро, не надеясь на то, что он мне ответит. Но мне хотелось поделиться с ним всеми мыслями, которые витали в моей голове, с каждой секундой еще больше запутывая меня. -Слушаю, -мужской голос вырвал меня из потока размышлений, и я даже вздрогнула. -Ой, я думала, что ты не ответишь. Привет. Ты где сейчас? -Привет, -тон Пьеро был сухим, будто он был не особо рад меня слышать. -Я в гримерке, через час концерт. Что-то срочное? -Я сегодня была на УЗИ и записалась на аборт, -я вновь вперилась взглядом в листок с результатами и тяжело вздохнула. -Но у меня закрались сомнения насчет следующего похода к доктору. Как будто что-то меня останавливает от этой затеи. Не знаю. Я что-то в таком раздрае… Ответом мне послужили короткие гудки, и внезапно для себя я разрыдалась. Ну вот, теперь я точно осталась наедине со своими проблемами. Да, именно своими, потому что Бароне не считал своей обязанностью разделить со мной эти мучения. Через секунд пятнадцать я с удивлением обнаружила, что Пьеро звонит по видеосвязи. Плюнув на потекший макияж, я приняла звонок. -Я тут уединился… Кэрол, ты что, плачешь? -округлил глаза тенор, ютясь в какой-то каморке. -Господи, прекрати, ты чего? Тебе доктор что-то ужасное сказал? -Нет, -я шмыгнула носом, вытерев слезы тыльной стороной ладони. -Все хорошо. Просто я подумала, что ты скинул звонок, потому что тебе это все осточертело, и я должна справляться со всем одна. А я не могу, не могу! Утром я была готова хоть в ту же минуту лечь под нож, но это гребанное УЗИ все испортило. Это действительно наш ребенок, и он во мне, такой маленький и беззащитный. И вот что я должна делать сейчас? Пьеро закусил губу, опуская глаза в пол. Я знала, какой ответ получу на свой вопрос, но если бы он сказал нужные и важные для меня слова сейчас, я бы без раздумий сохранила беременность. -Какой срок? -голос Пьеро звучал мягко, без злости и надрыва. -Пять недель. Вот, -я показала снимок УЗИ, и мужчина закрыл ладонью нижнюю часть лица, скрывая… улыбку? -Вот эта точка – эмбрион. Развивается согласно сроку. -Это все как-то… необычно для меня, -мужчина оторвал руку от лица и провел пятерней по темным волосам. -Даже и не знаю, что сказать. -Говори как есть, -я вздохнула, переводя камеру на свое лицо. -Тогда, наверно, я попрошу тебя еще раз подумать: может, стоит оставить этого ребенка? Я не давлю на тебя ни в коем случае, -мужчина замахал рукой и округлил глаза, -но я был бы рад, если бы смог тебя в этом убедить. Я молчала. Внутри меня что-то шевельнулось, и это было не чувство вины, а что-то пока непонятное, пугающее и приятное одновременно. Видя мои колебания, Пьеро продолжил, понизив голос. -Да, Кэрол, я не люблю тебя как хотел бы любить мать своих детей. Но ты умна, красива, с тобой интересно проводить время, -на этой фразе я не сдержалась и хмыкнула, а тенор закатил глаза, поняв намек, но продолжил. -Поэтому я еще раз предлагаю тебе: давай оформим брак. Ребенок родится в полной семье, до его совершеннолетия я готов обеспечивать вас обоих, и обещаю, что не буду препятствовать построению твоей личной жизни и разводу, если ты этого захочешь. -А ты что получишь взамен? -я нахмурилась. Выглядело все идеально, но только для меня. Пьеро вообще в этой схеме казался третьим лишним. -Ребенка. Я все равно уже не женюсь, слишком многого я жду от своей потенциальной супруги, да и характер с годами портится, а брать из детдома я пока никого не готов. Я ведь постоянно в разъездах – кто следить будет за детьми? Няни? Совершенно чужие ему люди? И что они с ним смогут в теории сделать? А тут я знаю, что есть человек, его родная мать, которая весьма ответственна и не допустит того, чтобы с маленьким ребенком что-то случилось. Я прикрыла глаза, осмысливая все то, что сказал мне Пьеро. На словах это выглядело сказочной песней, но где гарантия, что она не превратится в таз лапши, развешанной на ушах? -Я близка к тому, чтобы согласиться, -я прикрыла глаза, ухмыляясь. -Умеете вы убалтывать, синьор Бароне. Мужчина тихо рассмеялся, поправляя воротник черной рубашки. -Кэрол, подумай о моем предложении, ладно? Я через пару недель вернусь в Болонью на пару дней, и мы сходим к юристу и все оформим. Я честный человек, поэтому готов тебе помогать взамен на то, что стану отцом. Все финансовые и другие обязательства пропишем в договоре. Я не настаиваю, но… нет, настаиваю, -тенор лукаво улыбнулся. -В этом случае ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете. -Прекрати манипулировать, -я махнула рукой и подперла голову рукой, поставив локоть на колено. -Я подумаю, но ничего не обещаю. Мы наскоро попрощались, так как менеджмент потерял часть трио прямо перед концертом, и я погрузилась в тяжелые раздумья, которые кончились около полуночи лишь кратким сообщением. «Я согласна. Но замуж я не пойду».