Часть 1

Она сидит верхом на нём, её идеальные бёдра сжимают его расползшееся тело. Она худая, изящная, прекрасная, и её бёдра плавно покачиваются над ним. Она ещё не опустилась — он не внутри неё. Но когда она наклоняется вперёд, её лобковая кость скользит по его животу, и он чувствует, как напряжение нарастает. — Ну и хряк же ты стал, — её пальцы скользят по его груди, щипля соски, заставляя их напрячься. — Целый день объедаешься, да? Раньше ты так хорошо сидел на диете. Такой худой, что рёбра можно было пересчитать. Она сжимает складки на его боках, и он ёрзает, но не слишком сильно. Его отяжелевший живот затрудняет движения. — Перестань меня кормить, — говорит он, но она уже достаёт пончик из коробки, обмакивает его в тёплый шоколадный соус и держит над его лицом, пока сладкая масса не капает ему на кожу. Он извивается, умоляет, его пухлые щёки краснеют, а член твёрдый, как камень, пока он просит её оставить его хоть с каплей достоинства. — Ешь, — приказывает она, и он покорно проглатывает пончик, облизывая её пальцы, пока она проверяет упругость его живота двумя пальцами. Тугой, полный, но он может принять ещё. Она кормит его снова и снова, играя с верёвками, которыми он связан. Его располневшая плоть начинает выпирать из-под узлов, а верёвка у лобковой кости почти полностью скрывается под слоем жира. В коробке ещё остаётся дюжина пончиков.