The sunrise here in my arms/Восход солнца здесь, в моих объятиях

— Я рада, что ты жив, — выдохнула она, не отрывая от него взгляда. — Я тоже. — Его слова вырвались быстро, без его разрешения, но они были правдой. У него была причина снова быть живым. Он, к сожалению, заботился о ком-то. Нет, не о ком-то. О ней.