Часть 9. Финал (наконец-то)

Пол вагонного отсека был залит кровью, стены, исполосованы ударами, будто прошёл вихрь, несущий смерть. Воздух был тяжел и пах металлом и гарью. Это был один из сотен вагонов Синклита, такой же гигантский, как футбольное поле, но теперь больше похожий на бойню. Среди разрушений, среди трупов, трое стояли почти в тишине. Зуб, присев у тела странного солдата, с интересом осматривал его. У мёртвого были перья за ушами, и за спиной торчали четыре подбитых крыла, тёмных и сизых. Вроде бы человек, но в то же время нет. - Найти обычного человека в этом балагане... всё равно что искать иголку в стоге сена - бросил он, вытирая пальцы об мёртвого. - Если где-то говорят, что парень петух... - пробормотал Даниил - видимо, в этом мире это стоит понимать буквально. Лололошка ничего не ответил. Его взгляд задержался на потолке, где тускло мигала камера наблюдения. Он просто взмахнул пальцем, и в следующую секунду от камеры остался только дымящийся металл, вбитый в потолок. - Хм, - Даниил чуть усмехнулся и дважды постучал указательным пальцем по виску. - Следующий вагон казарма. Готовьтесь. Они двинулись вперёд, в направлении автоматических дверей, которые уже начинали слабо гудеть, реагируя на приближение. Автоматические двери открылись, и тройка шагнула внутрь. Вагон-казарма встретил их гулкой тишиной, но в этой тишине чувствовалась тяжесть, не сонная, а затаившаяся, как перед бурей. Центральная часть отсека была заставлена аккуратными рядами двухэтажных кроватей четыре ряда, в каждом по двадцать спальных мест. - Предупреждаю, - Даниил шепнул, не оборачиваясь. - Каждая кровать не просто койка. Это карманное измерение. У каждого штурмовика свой отсек внутри. И выйти из него можно в любую секунду. Он не дал времени на ответ и просто исчез, буквально испарился из поля зрения. Через мгновение сухой хруст, затем ещё один. Где-то дальше по проходу раздался глухой стон и звук падения тела, кто-то из солдат даже не успел вылезти полностью, как лезвие Даниила вошло под его челюсть и вышло в затылке. Зуб же пошёл другим путём, прямым. Он шагал между рядами, словно танк, и одним взмахом руки сносил сразу по три-четыре кровати. Металл гнулся, искры сыпались, внутренние измерения разрывались с хлопком, как перегретые капсулы. Иногда из кроватей в последний момент выскакивали штурмовики в панике, со сбившимся дыханием. Их головы встречались с кулаком Зуба и сразу теряли форму. Лололошка стоял у края прохода. Он молчал и не двигался, словно наблюдая. Его руки были опущены, фиолетовая броня на них переливалась мягким светом в слабом освещении вагона. Глаза Ло следили за каждым движением и союзников, и врагов. Пока Даниил и Зуб устраивали бойню, Ло спокойно шагал между рядами кроватей. Он не вмешивался, не спешил. Вместо этого, прикладывал ладонь к каждой из рам, и исчезал на мгновение, перемещаясь в карманные измерения. Одно за другим. Десять штурмовиков. Десять разных миров. Один был полон зеркал, другой туманной пелены и шорохов. Где-то стоял вечный дождь, а в одном вообще не было ничего, кроме белого света и черного кресла. Но одиннадцатая комната была другой. Ло шагнул внутрь и тут же ощутил что здесь что-то не так. Комната была просторнее прочих, стены и потолок сложены из песчаника, тёплый оттенок, будто солнце высушило каждый кирпич. В углу кровать с занавесами, полки, заваленные книгами, а рядом две двери. Он открыл первую: пустая комната, полумрак, коврик и несколько зажжённых свечей на низком столике. Место для медитации. Вторая комната это простой спортивный зал: гантели, стойка для мечей и ванна в глубине. Внимание Ло привлекло не это, на кровати лежала маска, маска Междумирца, ео узоры на ней не фиолетовые, как надо, они пульсировали кроваво-багряным светом. Маска будто дышала, и в тот момент, когда Ло протянул к ней руку, она исчезла, рассыпавшись в воздухе. - Что это было? - прошептал он сам себе. Он знал, такие маски не появляются просто так, и уж точно не в комнатах рядовых бойцов. Да и цвет... быть такого не должно, или должно? Мысли перебил запах. Он уловил его не сразу но теперь, ощутил отчётливо: гвоздики. Пряный, глубокий аромат, он окутывал комнату, заполнял лёгкие, будоражил воспоминания. Где-то в уголках сознания всплыла Лайя. - Это... - Ло оглянулся. Он заметил по углам, у стен, в трещинах между кирпичами гвоздики. Живые, свежие. Он коснулся одной, лепестки мягкие, словно только что распустились, но откуда? Он понял, это её комната, и тут он увидел ещё кое-что. На прикроватной тумбе была тиара, искусная, из серебра, с вкраплениями драгоценных камней, он поднял тиару, аккуратно спрятал под плащ, помолчал, а затем, сорвал несколько гвоздик, сплёл венок неловко, по-мужски грубо, но с душой. Его тоже спрятал. Он покинул комнату Лайи, вышел обратно в вагон, где уже почти не осталось ничего от прежней казармы. Тела, обломки кроватей, пыль, и тихо, удивительно тихо, как будто всё происходящее здесь лишь сон, короткий и тревожный. У дальней стены стояли Даниил и Зуб. Первый стряхивал кровь с клинка, второй утирал с лица сажу и чёрную гарь, испачкавшуюся, когда одна из кроватей, подбитая им, взорвалась изнутри. Ло подошёл к ним. - Спасибо вам - тихо произнёс он. Даниил кивнул и улыбнулся устало. - Дальше справишься? - Да, я пойду один. Зуб скрестил руки, но не спорил. Просто посмотрел Ло в глаза. Там был намёк на сожаление или уважение, а может, и то и другое. - Тогда удачи - сказал он. - И смотри не сдохни - добавил Даниил, чуть хрипло, но по-доброму. Они исчезли почти сразу, вспышка, белая и чистая, как мгновение между ударами сердца. Пустой вагон снова стал тише. Ло остался один, он подошёл к окну, снаружи пустота, но не просто чернота, как ночью. Нет. За стеклом простиралась бесконечная, вязкая реальность, переливающаяся оттенками жёлтого и оранжевого. Как будто солнце растеклось по воздуху, ослепительное, мёртвое, неподвижное. Пути Миров. Опасное место, очень опасное. Он опустил взгляд, под плащем венок и тиара. Ло пошел к следующей двери.