Часть 5

***

Прошёл месяц с приезда семьи Эспиноза в Энканто. Площадь деревни по-прежнему гудела жизнью: дети гонялись за Антонио и его зверями, Пепа вызывала случайные радуги, когда Феликс слишком уж её смешил, а Исабелья экспериментировала с цветами, которые теперь пели, если к ним прикасались. Но для Камилло и Лии этот месяц стал временем, когда их жизни переплелись так естественно, что брачный договор казался лишь далёким эхом. Сегодня был особенный день. Альма и Кармен назначили встречу, чтобы окончательно обсудить будущее договора. Камилло и Лия сидели на крыльце Каситы, ожидая вызова. Лия нервно теребила край своей юбки, а Камилло, как всегда, пытался разрядить обстановку. — Если они решат нас поженить прямо сейчас, я превращусь в Луизу и убегу в горы, — пошутил он, но его голос был чуть напряжённым. Лия фыркнула, но её глаза были серьёзными. — Не смей сбегать без меня, Мадригаль. Если уж бежать, то вместе. Он посмотрел на неё, и его сердце сделало знакомый скачок. За этот месяц они стали ближе: Лия научила его варить кофе по рецепту Эспиноза, а он показал ей все тайные тропы Энканто, включая пещеру за водопадом, где они однажды застряли на час из-за его "гениальной" идеи проверить, не прячется ли там сокровище. Они спорили, смеялись, танцевали на каждом празднике, и Камилло всё чаще ловил себя на мысли, что не хочет, чтобы она уезжала. — Лия, — начал он, но его прервал голос Мирабель, высунувшейся из окна. — Эй, влюблённые, вас зовут! Бабушка и Кармен готовы! — она подмигнула и исчезла. Лия закатила глаза, но улыбнулась. — Пойдём, мастер перевоплощений. Пора решать нашу судьбу.

***

В гостиной Каситы Альма и Кармен сидели за столом, перед ними лежал свиток с договором. Семья Мадригаль собралась вокруг: Пепа нервно теребила платок, Феликс подбадривающе кивал, Луиза скрестила руки, а Долорес прислушивалась к каждому шороху. Мирабель и Антонио сидели на полу, сияя от предвкушения, а Исабелья лениво крутила в руках цветок, но её взгляд был внимательным. Альма посмотрела на Камилло и Лию, её лицо было спокойным, но тёплым. — Дети, мы с Кармен долго обсуждали этот договор. Он был задуман как способ укрепить наши семьи, но мы видим, что вы уже нашли общий язык. Мы хотим знать, что вы сами думаете. Кармен кивнула, её серебристые волосы блеснули в свете свечей. — Лия, Камилло, мы не хотим навязывать вам будущее. Этот договор может остаться лишь символом дружбы наших семей, если вы так решите. Лия взглянула на Камилло, её рука невольно сжала его ладонь под столом. Он почувствовал тепло её пальцев и набрал воздуха, решив говорить первым. — Бабушка, Кармен, — начал он, его голос был твёрже, чем он ожидал. — Я не знаю, что там написано в этом свитке, но я знаю, что Лия… она мне важна. Не потому, что вы так решили, а потому, что она заставляет меня быть собой. И я… я хочу, чтобы она осталась. Не из-за договора, а потому, что я не представляю Энканто без неё. Комната затихла. Пепа всхлипнула, вызвав над собой крошечное облачко, а Мирабель широко улыбнулась. Лия посмотрела на Камилло, её глаза блестели, но она быстро взяла себя в руки. — Мама, сеньора Альма, — сказала она, её голос был спокойным, но тёплым. — Я приехала сюда, думая, что буду бороться за свою свободу. Но Энканто… и Камилло… они изменили меня. Я не хочу подписывать договор только ради традиций. Но я хочу остаться. Хочу узнать, что будет дальше. С ним. Камилло почувствовал, как его лицо расплывается в глупой улыбке, и сжал её руку в ответ. Альма и Кармен переглянулись, их лица озарились удовлетворением. — Тогда, — сказала Альма, сворачивая свиток, — этот договор больше не нужен. Вы сами выбираете свой путь. И я горжусь вами. Кармен кивнула, её глаза были мягкими. — Лия, ты всегда была нашей гордостью. А ты, Камилло, — она улыбнулась, — береги её. — Обещаю, — Камилло подмигнул, но его голос был искренним.

***

Вечером на площади Энканто гремел праздник. Феликс и Пепа устроили танцы, Исабелья украсила всё светящимися орхидеями, а Луиза с Антонио затеяли игру, где дети пытались поймать Камилло, который превращался то в одного, то в другого члена семьи. Лия стояла в стороне, смеясь, когда он, притворившись Мирабель, чуть не споткнулся о корзину с фруктами. — Ты безнадёжен, — сказала она, когда он, вернувшись в свой облик, подбежал к ней. — Но ты всё равно меня любишь, — Камилло ухмыльнулся, но его глаза были серьёзными. Лия прищурилась, но её губы дрогнули в улыбке. — Может, чуть-чуть. Но только если ты перестанешь проливать мой кофе. Он рассмеялся, протягивая ей руку. — Танец, Эспиноза? Она приняла его руку, и они закружились под музыку, окружённые светом, смехом и магией Энканто. Мирабель, наблюдая за ними, шепнула Исабелье: — Они идеальны вместе, правда? Исабелья кивнула, её цветок в волосах мягко засветился. — Да. И, похоже, Энканто только что стало ещё ярче. Под звёздами, среди семьи и друзей, Камилло и Лия танцевали, зная, что их история только начинается — не из-за договора, а из-за них самих.