Глава 1. Возвращение

Зал слепил своим богатством и украшениями, шампанское лилось рекой, а женщины ослепляли драгоценностями и улыбками. Множество людей в центре большой залы танцевало. Вальбурга стояла в окружении стайки матрон и перемывала косточки людям, ничего для нее не значащим, скорее за компанию. Она особо не вникала в смысл беседы и ни о чем не беспокоилась. Плыла по течению светской болтовни и наслаждалась окружающей ее картиной. К одной из собеседниц подбежала запыхавшаяся девушка и быстро залепетала по-французски: — Мадам, мне обязательно танцевать с мистером Селвином? Он ведь просто ужасен! Вальбурга, склонив голову набок, с насмешкой посмотрела на спешащего вышеупомянутого мистера Селвина. Малец был еще юн и достаточно неуклюж, чтобы распугать всех молодых дев поблизости. — Пожалуй, я окажу тебе услугу, девочка, — также на французском ответила Вал. Собеседницы удивленно захихикали, впрочем, понимая всю прелесть развлечений взрослой замужней дамы. Вальбурга преградила путь неудачливому кавалеру и не оставила ему выбора. Музыка играла радостная, ритмичная, а Вальбурга так давно не танцевала. Кавалер, конечно же, растерялся. Несколько раз оступившись и получив от Вальбурги парочку наставлений, он достаточно быстро освоился, и вот они уже лихо раскалывали зал, заставляя другие пары расступаться. Под конец танца Вальбурга не выдержала и рассмеялась. — Что ж, мистер Селвин, неплохо, неплохо, — все еще хихикая, сказала она, протягивая руку за шампанским. — Возможно, в следующий раз я не обделю вас вниманием. Юнец лишь немного покраснел, поблагодарил за танец и поспешил ретироваться. — Развлекаешься, я смотрю? Удивленный голос был смутно знаком. Обернувшись, Вальбурга увидела перед собой красивую женщину с медными крупными локонами. — Ну надо же, прекрасно выглядишь, — усмехнулась Вальбурга, отворачиваясь от собеседницы в сторону танцующих гостей. — Я тебя даже и не узнала, — добавила она ехидно, продолжая их старую, горячо любимую игру. Однако Кассиопея фразу не оценила. Сощурив гневно глаза, она прошипела в ответ: — Ты зарываешься! Настал черед Вальбурги удивляться. Касс всегда поддерживала эту их дружескую перепалку. Что с ней не так? Вал, не скрывая удивления, посмотрела на собеседницу и хотела было что-то сказать, как их прервали: — Дражайшая тетушка, прекрасно выглядишь! Сестрица, ты что, увидела маггла и забыла проклясть? Вальбурга замерла. На нее смотрел Альфард — молодой, улыбающийся Альфард. Вал не понимала почему, но ощущение неправильности было почти физическим. Он не мог здесь находиться. Просто не мог. Вальбурга знала это. Но не могла оторваться от его лица. И не могла вымолвить ни слова, просто глядела на брата с раскрытым ртом. Альфард напрягся: — Все в порядке? Вальбурга, ты меня пугаешь. — Я… все в порядке, прошу прощения. Вальбурга взяла себя в руки, улыбнулась формальной улыбкой, всучила Альфарду бокал с шампанским, развернулась и быстрым шагом направилась прочь, не глядя по сторонам, полностью поглощенная своими мыслями. Альфард не мог быть здесь. Она так давно его не видела. Но он не мог… И вообще, здесь это… — Вальбурга, вот ты где. Я слышал, ты без меня прекрасно проводишь время. Вальбурга, не веря, обернулась. Орион стоял и улыбался, придерживая ее за плечо. — Все в порядке? — он быстро понял, что с ней что-то не так. Он всегда это понимал. Но его здесь быть не могло — тем более! Вальбурга так по нему горевала! Она думала снова сбежать, но сердце защемило. — Это что, сон? — недоверчиво усмехнулась она. — Что происходит? Орион удивленно поднял бровь и шагнул к ней поближе, наклонился и прошептал на ухо: — Ты что-то заметила? Эта непосредственная близость сводила с ума. Так давно она не чувствовала его рядом. Так давно была лишена его внимания. Сама не ожидая от себя подобных слов, Вальбурга прохрипела: — Потанцуй со мной. Орион отстранился и с удивлением посмотрел на супругу. Мгновение замерев, он предложил ей руку — и они закружились в танце. Вальбурга двигалась легко, не замечая ничего вокруг. Она не отрываясь рассматривала Ориона, будто бы пытаясь впитать каждую мельчайшую деталь. — Ты расскажешь мне, что происходит, Вал? Ты ведешь себя странно. Вальбурга помолчала, словно не слыша. — Вал? — Где мы сейчас находимся, Орион? — На благотворительном балу у Малфоев. — В честь дня рождения наследника? — Нет, Люциус родился в январе. Сейчас же март. — Люциус? А его сын? — Но у них с Нарциссой нет детей. Вальбурга, что происходит? Женщина лишь улыбнулась, и слезы потекли по ее щекам. — Это все сон, верно? Просто очень хороший сон… Она остановила танец, приподнялась на цыпочки, мягко обняла мужа за шею, уткнулась ему в плечо и тихо заплакала. Орион, обескураженный таким поведением — настолько не свойственным Вальбурге, наконец принял решение. Он подхватил рыдающую жену на руки и направился к камину. За ним поспешили Альфард и Кассиопея. *** Вальбурга просыпалась медленно, ворочаясь в постели. В комнате было душно, волосы прилипли к потному лбу. Ей снилось что-то вязкое, липкое, неприятное. Она пыталась вырваться, и никак не получалось, пока, наконец, не проснулась. Отдышавшись, женщина еще какое-то время лежала на белых вымокших простынях и приходила в себя. Она поднесла ладони к лицу, прикрыла глаза. Набравшись сил, с тяжелым вздохом медленно села на кровати. Она была в своей спальне. Тяжелые портьеры закрывали окна, лишь тонкая полоска света пробивалась сквозь них. Вальбурга махнула рукой — и портьеры разъехались. Хорошо. Было приятно ощущать магию на кончиках пальцев. Еще раз вздохнув, Вальбурга поднялась с кровати и направилась к большому зеркалу в полный рост. Белая длинная сорочка промокла, облепляя стройное тело. Черные кудри в хаосе сыпались на плечи. Изможденное бледное лицо по-прежнему оставалось красивым, хоть и видно было — женщина нездорова. — Кикимер, — тихо позвала Вальбурга. Эльф появился с мягким хлопком. Далее последовали стандартные утренние процедуры. Но внутри Вальбурга чувствовала, что что-то не так. Она не совсем понимала, что именно происходит. Она помнила бал. Или это все-таки был сон? Помнила Альфарда и Ориона — и свои чувства. Их не могло быть там, но они были. Она чувствовала себя магически сильной, молодой… Хоть и не должна была. Почему? Ответа не было. В какой-то момент женщина не выдержала. — Кикимер, я умерла? Эльф испуганно прижал уши. — Госпожа, не шутите так! Госпожа проживет долгую счастливую жизнь вместе с господином Орионом и младшими господами… В голове у Вальбурги что-то щелкнуло. Зрачки расширились. Женщина резко вскочила со стула. Эльф, который расчесывал госпожу, остался с клоком ее волос в руках и в ужасе на них смотрел. Вальбурга не заметила. С помощью беспалочковой магии она призвала халат и бросилась из спальни. «Регулус Арктурус Блэк» — табличка на двери блестела. Не удержав магии и собственного порыва, женщина послала импульс — дверь с оглушительным грохотом распахнулась. Комната была пуста. В ней царил идеальный порядок. Казалось, владелец вышел ненадолго и скоро вернется. Вальбургу затрясло. Она попятилась назад. Слезы подступали. Она начала хватать ртом воздух. Дверь захлопнулась. Вальбурга, схватившись руками за голову, опустилась на корточки и тихонько заскулила. — Что здесь происходит?.. В коридоре появился Орион. Увидев Вальбургу на полу, он подбежал к ней, опустился рядом. — Вал, что случилось, Вал? Она лишь продолжала покачиваться и скулить. Рыдания захватили ее. Когда наконец увидела Ориона, она с невероятной силой вцепилась в его запястья. Он попытался ее поднять, но женщина оказалась неожиданно сильной. — Где Регулус? Где он? Мой мальчик, где Регулус?! Орион сперва опешил, но быстро взял себя в руки. — Он в Хогвартсе. Он в безопасности, слышишь? Регулус в Хогвартсе! Вальбурга застыла, вглядываясь ему в глаза. — В Хогвартсе?.. — Да. Регулус в Хогвартсе. Как и Сириус. Они живы, Вал. Оба в порядке. — Сириус… — прошептала она. — Сириус в Хогвартсе? — Да, Вальбурга. Оба наши сына в Хогвартсе. И оба живы. Орион смотрел на жену твердо. Вальбурга краем сознания отметила, что он редко так на нее смотрел. Обычно соглашался, уступал, был мягким. А сейчас — как скала. Держал ее. Поддерживал. «Надо же… — подумала она. — Стоило только начать срываться, и он стал… таким». Мысль была неуместной — и потому она рассмеялась. Высоко. Истерично. Смех вырвался сам собой, заливаясь, как набат. Орион снова не знал, что делать. Вальбурга резко замолчала. — Сириус вернется домой? — Что? — Скажи, Сириус вернется домой?! — ее голос становился все громче. — Пусть вернется домой! Верни его домой, Орион, я прошу тебя, я молю! Пусть Сириус вернется! Если бы не подошедшая сзади Кассиопея и не оглушающее заклинание, магического выброса было бы не миновать. Вальбурга долго не могла пошевелиться, ее тело налилось тяжестью, ей казалось, всю ее заковали. Где-то на границе сознания плыл голос Кикимера. Кто-то хлопотал рядом, приподнимал ей голову, вливал что-то в рот. Бальзам был горьким и терпким, но Вальбурга не сопротивлялась. Она и не могла. Вокруг гулко шептались голоса. Словно сквозь воду она слышала: — …похоже на истерический срыв… — Или на проклятие, Касс. — Ликвидаторов уже вызвали, — спокойно заметил кто-то. — И целителя тоже. В последнее время гуляет странная зараза. Вальбурга чуть шевельнулась, но быстро снова погрузилась в вязкую, сонную тишину. Когда она снова что-то уловила, пространство вокруг было уже другим. Она лежала на мягком диване в большой гостиной. Тяжелые шторы препятствовали свету, пахло зельями и магией. В комнате толпились родственники. Отец — Поллукс Блэк — стоял у камина с каменным лицом. Рядом Сигнус о чем-то тихо спорил с главой семьи — Арктурусом. Кассиопея скрестила руки на груди и бесстрастно наблюдала за всеми, как старая кошка — за беспокойными птенцами. Альфард нервно прохаживался вдоль стены. Мать, Ирма, сидела с ровной спиной на краешке огромного мягкого кресла и читала книгу. Орион сидел рядом с Вальбургой, крепко держа ее за руку. Лицо его было напряженным. — Я же говорил, она вела себя странно еще на балу, — шептал Альфард. — Надо было сразу… — Меньше болтай, больше думай, — оборвала его Кассиопея. С мягким хлопком появился Кикимер, держа в руках еще один пузырек с зеленой жидкостью. Дверь в гостиную открылась, впуская двух незнакомых магов в строгих темных мантиях — ликвидаторов. За ними вошла женщина в целительской униформе. — Господа Блэки, — холодно кивнула она. — Прошу соблюдать тишину. Нам нужно осмотреть пациентку. Ее палочка мягко засветилась. Вальбурга почувствовала легкий толчок магии, будто ветерок прошел по коже. Веки задрожали. Сознание начало возвращаться. И вместе с ним — липкая тяжесть страха. Вальбурга полулежала на диване. Поверх сорочки на нее надели домашний халат, однако нижняя ткань неприятно липла к коже. Влажные волосы сбились в беспорядочные пряди. Лицо было бледным и безжизненным, но веки дрожали. Где-то рядом кто-то тихо говорил, шаги скрипели по паркету. — Пульс стабилен, — произнесла женщина-целитель, не отрывая палочку от шеи Вальбурги. — Давление в норме. Следов внешнего проклятия нет. — А отклонения? — спросил Поллукс глухим голосом. — Магическая аура нестабильна, — задумчиво протянула целительница. — Я бы сказала — словно заново собирается. Такое бывает при глубокой эмоциональной травме… или при работе с памятью. — Проклятие памяти? — тихо бросил Арктурус. — Маловероятно, — вмешался один из ликвидаторов. — Следов насильственного внедрения нет. Но… — он замялся. — Есть ощущение… искажения. Будто кто-то вмешался очень тонко. Не через заклинание, а иначе. Орион крепко держал руку Вальбурги. Его пальцы побелели. — Она может говорить? — спросил он. — Лучше не торопить, — ответила целительница. — Она под действием успокоительного бальзама. Сознание само вернется, если не мешать. Вальбурга чуть пошевелилась. Ее губы дрогнули. В комнате сразу воцарилась тишина. — Вал… — Орион наклонился ближе. Вальбурга с трудом приподняла голову. Ее глаза были мутными, но взгляд понемногу фокусировался. — Где… — прошептала она хрипло. — Дома. Ты дома, Вальбурга, — быстро ответил Орион. Она моргнула. Попыталась сесть — целитель осторожно придержала ее за плечи. — Тише. Все хорошо. Вальбурга осмотрелась. Лица. Шторы. Диван. Родственники. Все смотрели на нее, как на проклятую. — Регулус… — прохрипела она. — В Хогвартсе, — тут же ответил Орион. — Все хорошо. Он там. Слезы выступили у нее на глазах. — Сириус… — И Сириус тоже. Оба в Хогвартсе. Они живы. Она медленно опустилась обратно на подушки и сжала кулаки. Целитель переглянулась с ликвидаторами. — Ее эмоциональное состояние нестабильно, — тихо сказала она. — Я бы рекомендовала временные успокаивающие чары и мониторинг ауры. — Вы подозреваете воздействие? — ледяным тоном поинтересовалась Кассиопея. — Я подозреваю, что имеем дело с чем-то нестандартным, — ответила целитель, отступая. — Мы вызовем старшего мага диагностики, — сказал один из ликвидаторов. — И, возможно, эксперта по структурам памяти. Нужно провести полную проверку. — Что же вы сразу их не вызвали?! — возмутился Арктурус. — Мистер Блэк, существует регламент, и мы не в праве… — Вам стоит пересмотреть свой регламент, учитывая пожертвования от нашей семьи, — Кассиопея вмешалась в разговор, поддерживая кузена. — Вы единственная семья во всей Британии, которая имеет возможность вызвать нас внеурочно, господа! Вальбурга закрыла глаза, пропуская спор мимо. Лишь одна мысль горела в ее разбитом сознании: «Регулус жив. Сириус жив. Они в Хогвартсе. Я еще могу все исправить».