Часть 3

– Какого хуя!   Питер побелел как мел, увидев отражение тети Мэй в зеркале. Она несколько раз открывала и закрывала рот, пытаясь вымолвить слова от шока, вызванного тем, что ее племянник одет как Человек-паук.   «Почему я не проверил, дома ли Мэй?», – спрашивал себя Питер, стоя с отвисшей челюстью. Он ненадолго задумался о том, чтобы назвать это костюмом, но понял, что это не слишком убедительно. Кроме того, ложь становилась утомительной, придумывать оправдания тому, где он был, когда выходил на патрулирование, было сложно, он не мог утверждать, что находится в башне семь дней в неделю, в конце концов.   – Одевайся. Поговорим... в гостиной, – заикаясь, обратилась Мэй к племяннику, едва успевая произносить слова, так быстро проносились мысли.   Питер кивнул, когда она отвернулась, казалось подслушивая, и рухнул на потертый диван. Ему стало не по себе: он не знал, как она отреагирует на это. Запретит ли она ему быть Человеком-пауком? Будет ли он ее слушать? Выгонит ли она его? О боже, что скажет мистер Старк?   «Как я мог быть таким глупым?», – подумал он. Он просто был взволнован и хотел проверить новые возможности, которые добавил мистер Старк. Похоже, в последнее время он часто так делал: по средам, когда Питер приходил в башню, костюм оставался у него в руках, а в четверг, когда он возвращался из школы, он уже лежал у него на кровати. Обновления обычно были очень крутыми: теперь у него были цветные веб-опции и режим камуфляжа. Правда, переустановленный протокол радионяни был куда менее крут, но мистера Старка было не переубедить. Он пытался спорить с ним, но это не принесло ему никакой пользы, и в итоге он просто простоял в углу его кабинета минут двадцать, чтобы «остыть». Он не думал, что когда-нибудь переживет смущение от того, что мисс Поттс зашла поговорить с мистером Старком, а он стоял, уткнувшись носом в угол, как ребенок.   Накинув выцветшие голубые джинсы, которые начали истираться на лодыжках, и случайную футболку, он поспешил присоединиться к Мэй на случай, если она еще больше разозлится, и решил, что лучше покончить с этим. Как с отрыванием пластыря. Пройдя в комнату, он сел на другой конец дивана, подтянув ноги, и уперся подбородком в колени, как ребенок.   – Питер, пожалуйста, объясни, – прошептала она.   И Питер объяснил, что его укусил Паук во время поездки в Оскорп, а потом он проснулся с липкими руками и ногами, усиленными чувствами и быстрым исцелением. Он знал, что его поймали с поличным, и, как только он заговорил, остановиться было слишком сложно.   – Ладно, я понимаю, что это твои способности, Питер, с которыми ты ничего не мог поделать, но почему ты не сказал мне или Бену? Почему ты начал выходить на улицу и вступать в опасные стычки с преступниками?   – С большой силой приходит большая ответственность, – ответил он, грустно улыбаясь.   Мэй кивнула сквозь слезы: в конце концов, она слышала, как Бен говорил это бесчисленное количество раз на протяжении всей своей жизни.   – Питер, это небезопасно... – начала она. Она понимала логику Питера, но она уже потеряла мужа и не могла потерять еще и племянника. Это сломает ее.   – Нет! – Перебил он, – я в безопасности настолько, насколько это возможно, Мэй.   – Как?... Питер, ты один, что случится, если ты не справишься с преступником или получишь травму? – От одной мысли о том, что ее маленький мальчик истекает кровью в переулке после ненужной стычки, ей стало плохо, а от мысли, что это уже могло случиться, в горле поднялась желчь.   – Мистер Старк, – пробормотал подросток, не поднимая глаз от своих ног.   – Что! Он знает об этом? Позовите его сюда. Позвоните ему. Мне нужно поговорить с этим человеком. – Ее голос становился все громче и громче с каждым словом, слезы беспокойства быстро сменялись слезами гнева и разочарования. Кем возомнил себя этот человек? Пришел в их жизнь и лгал ей в лицо о стажировке. А это уже совсем другое дело. Она так гордилась Питером, когда узнала о стажировке, а теперь, узнав, что все это ложь, почувствовала себя обманутой. Тони Старк был взрослым человеком. Он не должен поощрять такие вещи. Ради всего святого, она была законным опекуном Питера!   Питер открыл было рот, чтобы возразить, но один лишь яростный взгляд заставил его достать из кармана потрепанный телефон и набрать номер того, кто, как могла предположить Мэй, и был Тони Старком. Кровь запульсировала в ушах, гнев переполнял ее, злость на человека, который по глупости побудил ее племянника, последнего члена семьи, рисковать своей жизнью. В голове проносились воспоминания о Германии, о том, как она бесчисленное количество раз видела Человека-паука в местной газете, о тех двух стажировках в последнюю минуту и об инциденте на пароме. Авиакатастрофу. Этот человек позволил ее Питеру ввязаться в катастрофу на пароме и оказаться рядом с падающим самолетом! Он мог погибнуть!   – Привет... нет, я в полном порядке... нет, не спрашивайте Карен... я не ранен... ну да, спросите ее, но я совсем не ранен... нет, я бы ничего не скрывал... видите, я же вам говорил! Спасибо за костюм... да, я его получил... нет, все еще... вот что я пытаюсь вам сказать... Нет, моя оценка по истории – 4+... – Мэй слушала, как Питер быстро говорит по телефону, похоже, отвечая на шквал вопросов. Почему он говорит о своей оценке по истории? Ей нужен Тони Старк здесь, а не по телефонному разговору с ее племянником, она хотела видеть его здесь еще пять минут назад. Она уставилась на Питера и, привлекая его внимание, начала постукивать по запястью. Она видела, что мальчик пытается что-то сказать мужчине, но он явно не очень старался!   Питер кивнул, пытаясь остановить болтовню мистера Старка на другом конце. Вскоре он бросил попытки быть вежливым и прервал вопрос мистера Старка о том, что он сегодня ел (самое время прервать его – он наверняка не впечатлится, да и что поделать, если в квартире нет лишних закусок).  – Мэй знает, – выпалил он, когда старший мужчина сделал паузу, чтобы перевести дух, после того как ему показалось, что прошла целая вечность.   – Да... хорошо... я скажу ей, увидимся через десять минут. – Он кладет трубку и убирает телефон обратно в карман. Он посмотрел на Мэй, озабоченно покусывая нижнюю губу. – Он будет здесь через десять минут, – прошептал он, теперь очень боясь того, что она скажет мистеру Старку. Ему нравилось проводить время с ним, они не всегда занимались Человеком-пауком, в конце концов, лаборатории были такими классными, и он не хотел терять это. Стал бы мистер Старк заботиться о нем и пускать его в лаборатории, если бы он не был Человеком-пауком?   Мэй кивнула, и следующие десять минут молчания затянулись для них обоих. Через некоторое время Питер забрел на кухню и вскипятил воду для кофе для двух взрослых людей в его жизни: мистер Старк говорил, что от кофе все становится лучше. Он мог только надеяться, что сегодня так и будет. Он добавил молока в кофе Мэй, как вдруг услышал стук в дверь. Надо же... он и не подозревал, что мистер Старк имел в виду буквально десять минут.   Тони успокаивающе вздохнул, ожидая, когда откроется дверь, пытаясь придумать, что сказать Мэй, как успокоить ее тревогу. «Что я буду делать, если она запретит мне встречаться с Питером? Она может...», – конечно, она его опекун, но он не может смириться с мыслью, что не сможет видеться с мальчиком, он стал светом в его жизни, он с нетерпением ждет их совместных вечеров по средам и выходных. Каждый раз, когда он упоминал Пита, у Пеппер появлялось странное выражение лица, и это заставляло его любить свою невесту еще больше. Дверь открылась, и перед ним предстала Мэй, такая же молодая и красивая, как и в прошлый раз, но сегодня по ее щекам бежали слезы, а глаза были опухшими от них.   Мэй провела его в небольшую квартиру, и его взгляд сразу же обратился к Питеру, который только что вошел в гостиную с чашкой кофе в каждой руке. Он пробормотал «спасибо», когда ему принесли его чашку – крепкий черный кофе, как всегда, и Питер это заметил, если честно.   Питер нервно наблюдал за двумя взрослыми, которые некоторое время сидели молча, потягивая кофе. Мистер Старк не мог выглядеть более неуместно в их устаревшей квартире с сыростью на потолке и выцветшими занавесками, но ему все равно удается выглядеть совершенно непринужденно и спокойно, пока его глаза рассматривают многочисленные фотографии, развешенные по комнате.   Мэй наблюдает за тем, как миллиардер осматривает комнату, и его взгляд смягчается, когда он смотрит на многочисленные фотографии Питера за все эти годы: от снимка, на котором он весь в мороженом в возрасте трех лет, до мальчика без передних зубов в шесть лет и его последней школьной фотографии. – «Может быть, он действительно заботится о Питере больше, чем я думаю? Может, мой племянник – нечто большее, чем тело со способностями?»   – Питер говорит, что вы знали о том, чем он занимается, несколько месяцев, мистер Старк, – заявляет Мэй, глядя мужчине прямо в глаза.   – Да. Я знаю уже, наверное, полгода, я знал о нем месяц или около того до Берлина, видел, как он бегает в пижаме, и знал, что мне придется это исправить, особенно когда узнал, сколько ему лет. – Он мягко улыбается, видя, как Пит хмурится на его слова: мальчик всегда настаивал, что его первый костюм – не пижама, и это только заставляло его называть его так еще чаще.   – И ты не попытался его остановить! – Крикнула Мэй.   – Какое у меня было право? Он бы все равно не остановился, он слишком упрямый, слишком правильный. Я решил, что если он собирается идти и делать то, что делает, то должен быть в максимальной безопасности. Вот почему я дал ему обновление, через него он имеет прямую связь со мной, и я могу видеть, где он находится и что делает, каждый раз, когда он надевает его.   Мэй кивнула, немного успокоившись: она заметила, что костюм, в котором она видела Питера, выглядел гораздо более высокотехнологичным, чем просто пижама. Пресса тоже отметила это после Берлина. Она открыла рот, чтобы расспросить его подробнее о средствах защиты, но ее прервал племянник.   – Я не остановлюсь, Мэй, я не могу.   – Питер, уважай свою тетю, не перебивай ее. – Тони сделал замечание.   Мэй, удивленная этим, повернулась, чтобы посмотреть, как отреагирует ее племянник, и была потрясена, увидев, что мальчик покраснел и опустил взгляд на свои руки. Она знала, каким спорщиком порой может быть Питер, и была удивлена, что он так хорошо воспринял это замечание.   – Прости, тётя Мэй, это было грубо с моей стороны.   – Все в порядке, Питер, я не заставлю тебя остановиться... но я хочу знать все протоколы безопасности, чтобы ты не пострадал. Я хочу знать об этой стажировке и быть уверенной, что она не повлияет на твою учебу. А еще расскажи мне о том, что случилось с паромом и ходили слухи о самолете!   Тони тут же принялся объяснять, какие меры безопасности он предусмотрел в костюме и как Питер может связаться не только с собой, но и с Хэппи и даже с Пеппер, если попадет в беду. Он рассказал ей о новых правилах, которые он ввел три месяца назад после встречи выпускников, и о последствиях падения оценок. Он рассказал о стажировке и о том, что на самом деле им двоим нужно обновить костюм, провести спарринг или иногда просто посидеть в его лаборатории, возиться вместе.   Она кивнула, когда он замолчал, довольная тем, что он заботится о безопасности ее племянника и гарантирует, что его ночные развлечения не повлияют на учебу. Она также почувствовала облегчение от того, что мужчина убедил его вернуться в Декатлон – она была в замешательстве, когда он бросил это занятие, но для мальчика это значило очень много. Она видела нежность в глазах Тони, когда он говорил о Питере, и обожание мальчика миллиардером невозможно не заметить.   – А паром? – Спросила она. При этом она заметила, как они оба покраснели.   – Это была моя вина, – быстро сказал ей Питер, – я ввязался в то, чего не должен был делать, после того как мне сказали этого не делать, и мистер Старк спас меня.   – Питер, ты мог умереть! Ты понимаешь это?   Он кивнул, его уши покраснели, когда он посмотрел на свои ноги: – Да, мистер Старк позаботился об этом.   Она подняла бровь, побуждая мужчину объяснить.   – Я отшлепал его. – Он сказал, избегая ее взгляда. – Я не знал, как еще реагировать, извините, если я перегнул палку, но я должен был убедиться, что он понимает всю серьезность своего поступка.   Ее глаза смягчились. – Я бы поступила так же, все в порядке. Я понимаю. Я даю тебе свое благословение поступать так, как ты считаешь нужным, если такой случай представится снова.   – Мэй! – Простонал Питер. Он знал, что она согласится с тем, что он заслужил порку за инцидент на пароме, но он не ожидал, что она даст мистеру Старку свое благословение сделать это снова!   Тони скривил губы и кивнул женщине.   – Надеюсь, мы больше не будем повторять эту ситуацию.   – Питер явно ваш первый подросток, мистер Старк. – Она слегка рассмеялась.   Не зная, что ответить, Тони слегка усмехнулся и допил остатки теплого кофе. – Я всегда буду рядом с ним, Мэй, не стоит беспокоиться, я не позволю ему пострадать.   Питер снова покраснел, когда оба взрослых повернулись и с нежностью посмотрели на него. Не зная, что делать, он слегка поёрзал в кресле и вздохнул с облегчением, когда звон часов вдалеке вернул всех в настоящее.   – Вы останетесь на ужин, мистер Старк. – Мэй скорее заявила, чем спросила миллиардера.   – Конечно, – усмехнулся он, – позвольте мне принести нам что-нибудь, это меньшее, что я могу сделать.   Он остановил их протест одним взмахом руки. – Я настаиваю. Пит, что ты хочешь? И если ты еще раз скажешь «пицца», я взорвусь. Мы ели ее последние четыре раза, и теперь я на 50 % – пицца.   – Тайская?   – Хороший выбор, Чувачок, – ответил он, ласково потрепав подростка по волосам и доставая из кармана телефон.