Часть 8. "Изъятые" и нестабильна

Клиника была пуста, как и прежде. Полицейские ходили по коридорам, что теперь казались обычными — со стандартной мебелью, однотипными палатами. Никаких витрин. Никаких бабочек. — Где пациенты? — спрашивал один из офицеров. — Тут вроде только медперсонал, но они ничего не помнят. — Мы нашли девушек, — сообщила Джехи, — но… они как будто не здесь. Тела — да. Но они похоже… долго были под чем-то.

***

Позже, у выхода, среди арестованных, она увидела настоящее лицо доктора Чхве. Но теперь он был просто… мужчина в очках. С усталым лицом и слегка расфокусированным взглядом. Он поймал её взгляд и улыбнулся. — Не всё нужно помнить, — мягко произнёс он. — И не всё нужно доказывать. — Кто вы? — прошептала она. — Я? — он слегка наклонил голову. — Я лишь… собираю красивые вещи. И иногда — возвращаю их.

***

Сидя в фургоне скорой, Бомгю прижимал к себе спасительное одеяло и говорил вполголоса: — Он приходил каждую ночь… Говорил, что я сумасшедший. “Если ты — безумен, ты не наследник.” — ... говорил, что я помогаю. Что они спят, и я… забочусь. Что я красив, "тише, чем реальность" — он обхватил голову ладонями. — Кто же я тогда? — Ты — Бомгю. И ты не виноват, — тихо произнес Тэхён. — Я… должен был уберечь тебя, Джехи… ты ведь не должна была… сюда прийти. Она вздрогнула. Он знал её? Откуда? — Я видел тебя во сне и всегда хотел поговорить с тобой… по-настоящему.

***

Тэхён продолжил расследование, начал копаться в старых архивах клиники и нашёл статью двадцатилетней давности. «Доктор Чхве Чхольмин — талантливый нейропсихолог, внезапно исчез после громкого инцидента с массовым гипнозом пациентов. Предполагается, что он использовал недопустимые методы погружения в трансовые состояния и…» В записях клиники «Лунный путь» значилось, что все исчезнувшие девушки были "добровольно направлены на обследование". Только никто из них не помнил, чтобы соглашался. Потом Джехи нашла карточку: «Пациент Чхве Б., диагноз — шизоаффективный эпизод. Нарушение памяти, навязчивые галлюцинации.» И рядом — лист с предписанием: «Стереть последнюю неделю. Подменить когнитивную схему. Установить обрыв реальности в точке входа.» Они нашли в архивах фрагменты видеозаписи, где Бомгю ведёт девушку по коридору. Он улыбается, говорит что-то ласковое. А за дверью — доктор Чхве. На кассете — склейка. После — та же девушка в бреду, отвечает на вопросы, которые никто не задаёт. "Кто я? Он сказал, что я теперь другая… Что моя боль — это дар." В личных записях доктора Чхве: “Привлекательный объект. Глубокое доверие. Краткий контакт — и они входят сами. Подавление памяти эффективно.” Тэхён смотрел в экран ноутбука, не веря себе. — А это я… — шептал он. На видео он стоял у входа в клинику. Дежурная улыбка. Вежливый тон. А за ним — Чха Юнхи, пропавшая 2 года назад. Обернувшаяся, будто что-то почувствовала, но пошла следом. — Это 15 марта, — сказала Джехи, сидя рядом. — В день её «исчезновения». Тэхён сидел, не двигаясь. — Я ничего не помню. Я думал, что тогда был дома. У меня были… записи. — Были, — хмуро поправила Джехи. — Твой жёсткий диск отформатирован. А блокнот — написан одним почерком. Не твоим. Позже они нашли записи пациентов. Имен почти не было — только даты исчезновений, галочки, и пометка "успешно изъята". Он не просто манипулировал сознанием. Он… извлекал часть их личности, вытягивал самое хрупкое — эмоции, мечты, травмы. И сохранял, как коллекционер. В последней папке значилось: Объект: КИМ ДЖЕХИ. Состояние: неполное присоединение. Статус: нестабильна.