Часть 1

Эйтар Гриффитс в этом городе довольно знатная персона. Монах и воин, амулет и меч всей светлой общины, в частности Ордена. Занимает там одну из руководящих должностей. Каждый знает, что лучше ему не попадаться. Особенно, если вы как-то связаны с Тьмой. Ещё с самого начала Эйтар подозревал, что Исрафель Мун, их лекарь — неспроста выносит из библиотеки множество книг опасной секции, не зря игнорирует собрания светлой диаспоры в храме. И в день исполнения наказания за драку все его опасения подтвердились. И этот ребёнок, Аякс, которого притащили в Орден вовсе не из побуждений благодетели, а из-за необходимости пополнять учебные классы детьми, мог стать угрозой в будущем, если сейчас не оградить его от порочного влияния наставника. Эйтар это понял, потому и обратился в Совет за помощью в решении вопроса. И несколько дней назад, в итоговом решении было объявлено, что магистр Мун понижается в должности и лишается права на столь тесное общение с мальчиком за халатность в отношении тёмной магии и за нарушение правил наказаний учеников Ордена, единых для всех. Когда лекарь выносил ребёнка с поля и излечил его за несколько минут. Спасая жизнь несчастного, невиновного во многом, подопечного. Эйтар Гриффитс суров, суровее многих, ибо он на личном опыте знает, к чему приводят связи с Тьмой. Даже если всё начинается с простой вырезки страницы из запретного трактата. Они обыскали хибару лекаря Муна, найдя неопровержимые доказательства того, в чём его обвиняли. Аякс теперь знает, что такое твёрдая рука взрослого мужчины — он настолько сильно вырывался, когда следующим утром после показательной порки его силой поймали — что до сих пор болят руки и бока, за которые его грубо хватали. Не успел мальчик ещё толком открыть глаза, как в хижину вломились какие-то люди в форме. Сначала скрутили учителя, а потом и его забрали. Исрафеля просто не допустили, не дали разобраться, хотя он в отчаянии метался и кричал на стражников. А его мальчика уже вывели из хижины. Лекарю выдали аж целое постановление Совета, по которому он отныне не имел прямого влияния на Аякса, а основные полномочия по воспитанию мальчика до "исправления" деятельности Муна передавались учебному орденскому совету. Иса знал, ещё один лишний выпад от него, и прав его вообще лишат и выгонят из Ордена. А его бедного мальчика загоняют по сиротском домам. Или того хуже, отправят в крыло Роджа. К сожалению, потом так и случилось. Мальчик даже сорвал голос от того, как яростно бился и ревел от страха и гнева, в первый раз оказавшись в изолированной комнате. Хватило его на два дня. Два дня отказов от еды, воплей, проклятий и слëз. На третий день он согласился не бросаться на любого вошедшего. И всё это время Исрафеля допрашивали в отделении рыцарской полиции. На предмет прямых связей с Тьмой. А потом... Задержали на временном аресте в той самой городской управе. Как какого-то вора или убийцу. Истощенный долгой борьбой, Аякс всё же не сдался, он забился под стол и выжидал, пока можно будет отсюда сбежать. Но вместо глупых охранников в очередной раз проверок пришёл старший рыцарь Гриффитс. Пришёл без хлыстов, ножей и меча — в облачении монаха, со звездой праведности на груди и с корзиной в руках. Без опаски зашёл в комнату и присел на стул, ничего не говоря. Аякс не покидал своего укрытия, практически скалясь. Ожидая подвоха. И боли. Больше комната похожа на тюремную камеру. Окно высоко, пыльная кровать в углу, стол, стул и пара полок для книг. Из под стола на рыцаря смотрят два янтарных глаза, в полумраке стен довольно пугающие. Раздаётся осипший от долгих криков голос, пропитанный ненавистью: — Почему вы меня заперли? Эйтар даже не двигается. Только задумчиво напевает мотив какой-то песни, берëт в руки кусок хлеба. И откусывает. Прекрасно зная, что этот ребёнок не ел два дня. — Лишь так можно избавить тебя от зла внутри, от этого уродства... — Где мой учитель? - сразу следующий вопрос, более провокационный. — Там, где он тебе больше не навредит. Нет нужды противиться, мы все хотим помочь, мальчик. Помочь? Как? Аякс заперт без учителя, в отдельном крыле, от пола до потолка пропитанного ненавистью к Тьме, к самой тёмной магии. Ко всему, что напоминает не светлое. И самое ужасное, что та жестокая драка — плод ненависти мальчика к плохим словам о его умершей матери. Но никто особо не разбирался в первопричине. Крыло поделено на классы, в одном — ученики с видимыми увечьями, в другом — с такими, которых не видно, а в третьем самые серьёзные случаи — прокажëнные. Именно сюда и направили девятилетнего Аякса. Всех детей в крыле зовут "роджа"(болезнь). Потому и дали зданию такое название По сути, всех лечат похожими способами. Через усилия физические. Ну и походы в храм. — Я хочу к нему! Отпустите, я уже исправился...- детское заявление, даже жалобное. Но крыло Роджа создано, чтобы находить проблемы в учениках и лечить их. Всеми средствами, которые кажутся нужными. — Это решит Совет. А пока я займусь тобой. Хочешь есть? Если да, то ты выйдешь и сделаешь, как я велю. Тогда дам тебе поесть. Если нет, то можешь голодать. Морить голодом особенно стойких детей? Сколько уже пройдено подобных упрямцев? Не пересчитать. И этого удастся излечить. Так и думал Эйтар. — Что вы сделали с учителем? - тон голоса мальчика немного меняется. Страх. — Он жив. Но под давлением руководства. Встречи с родственниками здесь только по выходным. По два часа в день. Не более. Ты готов ждать? Для того, чтобы дождаться, надо есть...чтобы просто жить. А уж тем более ему необходимы силы на сопротивление. "Учитель иногда злился, но ни за что на свете не отнял бы у меня еду даже за серьёзную пакость... Где же он?" — Тебе придётся выйти. Рано или поздно. Уверенный в своей правоте, рыцарь показательно складывает хлеб обратно, мол, вот последняя возможность согласиться сотрудничать. Аякс колеблется. Если он сделает вид, что будет слушаться, ему позволят отсюда уйти? Он увидит учителя, если станет хорошим? Ему всего девять, а такое давление со стороны совершенно чужих людей... со временем может сломать упрямого мальчика. Здесь никто не будет мягким как лекарь Мун, прощая проступки. Он попал на территорию тех самых угрюмых преподавателей. За драку. За то, чего можно было не делать. И теперь ощутил, как просто можно потерять поддержку учителя. Не по своей воле. — Ну что? Как поступим? - неторопливо спрашивает Эйтар, не скрывая своего превосходства. И не таких исправляют. Аякс поëжился не то от страха, не то от холода и вылез из под стола. Он согласен? — Только попробуйте сделать учителю больно. Я буду слушаться, если отпустите его. Грозное заявление. Но не более чем пустой звук для Гриффитса. Такого как Исрафель опасно выпускать, но ради цели излечить упрямца можно и приврать...ребёнку не проверить. — Так и быть. Отпустим. Но ты клянëшься исполнять мою волю. *** — Назови три светлые благодетели. — Вера, упорство, смирение... Ответ правильный, поэтому Эйтар захлопывает книгу. — На этом сегодня закончим. А теперь выпивай свой отвар и повторяй содержание молитвенника. Доброй ночи. Прошло четыре дня. Опытный в таких делах рыцарь взялся за дело основательно, не дав проявиться огненному норову мальчика. Для себя мужчина выделил несколько рычагов влияния — еда, в силу понятных причин необходимая и, конечно же, учитель, которого до сих пор содержат под стражей. Так возиться самому Эйтару с каким-то мальчишкой, не затратно ли и не напрасно? Однозначно, нет. Для хорошей репутации рыцаря он должен доказать, что даже такие дети под его твёрдой рукой исправляются. Не обошлось без вспомогательных средств. Чтобы уж наверняка, вместо воды Аяксу дают отвар из трав, имеющих седативное действие — после них он спокоен, скорее даже подавлен. И не реагирует на многие раздражители. Будто привыкает к такой ужасной жизни. Но ни один человек не сумеет привыкнуть к подобному. Особенно ребёнок. Ребёнок, ожидающий выходных для встречи с учителем как второго сошествия богов в мир смертных. И, видят сами божества, его ожидания вполне могут быть реальны. Эйтар, закончив, не успевает выйти из комнаты, слыша, как в коридоре раздаётся глухой звук удара и испуганные крики охраны. Мужчины хмурится, оглядываясь на ребёнка, неподвижного. Пугающе. Но не это сейчас главное. А то, что, точнее, кто сейчас направляется прямиком к Эйтару. Это Исрафель. Где охрана, чёрт возьми? Как вообще сюда попал арестант? Как назло, коридор пуст, а дверь в комнату Аякса открыта. Гриффитс успевает вовремя среагировать и достать меч — направляя его на безоружного лекаря. Исрафель выглядит ужасно — грязные лохмотья вместо одежды, загнанный, но суровый взгляд уставших глаз. Решимость, почти кажущаяся смешной, если бы не одно большое "но" — он достаёт из под халата клинок! — Отдай мне мальчика, и мы уйдём из Ордена. — Во имя светлых богов, нет. Только через меня. Скрестить оружие с арестантом, которого обвиняют и не планируют вообще выпускать из тюрьмы? Хорошая затея. Плюс к заслугам рыцаря. И начинается схватка. Клинок не может быть равным острому мечу, но имеет ряд больших преимуществ — в опытных руках Исрафеля его удар почти ничем невозможно перекрыть. Лезвие, легко маневрируя, отбивает все лязги рыцарской стали. В какой-то момент, когда кажется, что уже оба противника выдохлись, звук металла о металл прерывается коротким мигом, когда клинок рассекает кожу сквозь одежду. Появляется кровь. Раздаётся болезненный крик. Рыцарь падает на колени, не в силах справиться с агонией от рассеченных рук. Исрафель роняет оружие и, не теряя времени, толкает стонущего от боли в руках Эйтара в сторону, а сам бросается в открытую дверь. Действуя быстро, маг хватает Аякса на руки и спешно выбегает из комнаты! Нужно укрыться быстрее, пока не догнала стража!