Часть 1

В самых лучших 700 с лишним страницах всего цикла ОЭ (пять частей, написанных, по моему мнению, не ВВК, а другим автором), Ричард Окделл развивается, меняется, прекрасно учится новым хорошим вещам. (Согласно моей теории 2, 3, 4 части "Красное на красном" и 1, 2 части "От Войны до войны" написаны не ВВК, а другим автором, которого я называю Хорошим Автором). Из очевидного: один раз проигрался в карты — больше не играет. С ним вообще происходят кардинальные перемены за примерно годичный период. Начало: Вот он просыпается в доме Первого Маршала. Конец: и вот (год спустя) он пьет вместе с Алвой и Савиньяками. В начале: Я должен убить Рокэ Алву, он зло во плоти, враг. Надо вернуть на трон Раканов, возродить Великую Талигойю. Алва - подлец и мерзавец без совести. Это место (особняк Алвы) не могу назвать своим домом Роскошь это позор. В конце (2 часть «От войны до войны»): я готов отдать жизнь за Роке Алву и все что угодно, чтобы плохое знамение о двух мертвых птицах не оказалось правдой (и в огонь готов шагнуть за ним). Раканов на трон можно и не возвращать, если на престол взойдет сын Рокэ Алвы от Королевы. Рокэ — самый лучший воин и полководец страны. И человек совести. «Дорак умен, он подгадал, когда в городе не осталось никого из сторонников Олларов, в которых не умерла совесть. Нет ни Савиньяков, ни фок Варзова, ни Салины, ни Рокэ…» Дом на улице Мимоз ему дом больше, чем Надор. Роскошь это не плохо. Хочу жить хорошо. «Матушка гордится тем, что в гнезде Окделлов «все, как при Алане святом». Ричард раньше любил повторять эти слова, а сейчас понял, что это глупо. Глупо мерзнуть, когда можно согреться, глупо носить белье из деревенского полотна, ездить на плохих лошадях, разводить овец с короткой жесткой шерстью, пить кислое вино, и все только потому, что так делали предки. Предки много чего делали, но даже матушка не требует, чтобы капитан Рут носил двуручный меч и доспехи…» С 3 части «От Войны до Войны» Ричард становится картонкой, застывшей в своем развитии и довольно-таки неприятным персонажем. Я объясняю это не тем, что автор вдруг решил писать его иначе, а тем, что автор просто поменялся. Со 2 части «Красное на красном» до 2 части «От Войны до Войны», то есть на протяжении целых пяти частей (если их вычленить из цикла, то они сами по себе потянут на хороший такой том из 700 плюс/минус страниц), Ричарда Окделла прописывала (согласно моей теории) не ВВК. У Камши Окделл это террорист-смертник, который ради Идеи, вложенной ему в голову манипуляторами, готов пойти и самоубиться. Но что интересно, при этом Камша пытается опираться на то, что было прописано и создано, по моему мнению, другим автором (у которого явно были другие планы на героя и его арку развития). В частности так называемые отношения Ричарда и Катари прописаны в эти самые 5 частей. И прописаны они очень интересно, я бы сказала весьма двусмысленно с психологической точки зрения. Камша же, вернувшись в 3 части «От войны до войны» дописывать абсолютно игнорирует иной смысл кроме поверхностного — Ричард якобы любит Катари как мужчина любит женщину. Именно этим она обосновывает то, что ее камше_Ричард решается на убийство своего эра. Как по мне это еще одна подмена и на самом деле очень грубая манипуляция, но как оказывается для многих людей, читавших ОЭ, она сработала. Для многих, но не для всех. Цель этой заметки в том, чтобы сказать, что для меня она не сработала. И вот почему. Главный тейк моей заметки: в 5 частях Хорошего Автора Ричард и его отношение к Катари прописано таким образом, что понятно, что Ричард не относится к Катари как мужчина к женщине, не говоря уже о любви. Прежде всего, когда Ричард впервые видит Катари вблизи (в день рождения Королевы) у него не возникает реакции мужчины на красивую женщину. Вовсе нет. Происходит нечто очень странное. Ричард буквально отождествляет Катари с собой. Он буквально видит ее так: она как я, она похожа на меня, она в такой же ситуации как и я. И затем у Ричарда возникает сильная эмоция к Катари: нежность и сочувствие. Именно потому что он ей сочувствует, потому что считает, что ей также плохо как и ему. Где тут влюбленность? Где тут страсть? Где тут отношение как у мужчины к женщины? Он скорее видит ее как свою сестру, подругу по несчастью. "Королева торопливо поднялась, заняв место рядом с Фердинандом, который мог бы сойти за ее отца, если не деда. Дик знал, что Катарине Ариго исполняется двадцать пять лет, а Фердинанд Оллар на четырнадцать лет старше жены, но ей нельзя было дать больше восемнадцати, а ему меньше пятидесяти. Когда венценосная чета проходила мимо Дика, королева вздохнула, и у юноши сжалось сердце от сочувствия и нежности — она была так же одинока и связана с ненавистным человеком, как и он, но Ричард Окделл через три года будет свободен, а Катарина навеки Создателем и людьми отдана сидящему на краденом троне жалкому толстяку". Если вчитаться в этот абзац, то возникает очень странное ощущение. Ричард буквально ставит знак равно между собой и Катари. Вот вам и влюбленность. Это совсем не напоминает влюбленность. Это могло бы быть скорее началось дружбы или общения тех, кто похож, кто в одной лодке находится. Ричард сочувствует Катари, испытывает к ней нежность, потому что «она как я». Она одинока, как я. Она несвободна, как я. Чуть далее упоминание об этих чувствах повторяются, поддаваясь вот так: "Король бубнил, а Дикон смотрел на точеную шею Ее Величества, слегка склоненную то ли под тяжестью перевитой жемчужными нитями прически, то ли под тяжестью одиночества и тоски". Я считаю, что тот кто прописывал Ричарда целых 5 частей (и это не Камша) был отличным психологом и отличным автором и в тексте этого автора нет ни одного просто так брошенного слова или подвешенного на стену «ружья», выстрелить из которого не предполагалось. Поэтому все это прописано не случайно. Еще текст этого Хорошего автора не разжевывает, кто хороший, кто плохой, а предлагает самому разгадать этот квест, подумать, а что на самом деле происходит. Так вот я подумала и пришла к выводу, что никакой влюбленности у Ричарда в Катари не случилось. Автор показал нам, что Ричард нашел Катари похожей на себя. Он с ней отождествился. Для чего автор так прописал это все? Мои выводы таковы: Первое, для того чтобы показать, что Ричард влюблен не в Катари, он ставит знак равно между ней и собой. Между прочим это подтверждается и странными ревнивыми мыслями Ричарда, когда он видит взаимодействие Алвы с Марианной (он буквально думает: зачем Алве розы, если есть гиацинт?) и затем во время ночи в бакранском селе (ревнующий Ричард думает в стиле: да как он может так опускаться? У него же есть лучшая женщина в мире). Это очень странные мысли для Ричарда, если бы он и вправду был бы влюблен в Катари. Влюбленный в женщину мужчина при виде того, как любовник этой женщины уделяет внимание другим женщинам (куртизанке, свояченице губернатора, бакранке) скорее радовался бы и думал что-то в стиле: о, да, это очень хорошо, значит у меня есть шанс, потому что любовник моей любимой ей изменяет. Так бы думал Ричард, если бы и правда был влюблен в Катари как мужчина влюбляется в женщину. Но совсем не так это дело описывается в книге. И как по мне это указание на продолжение этой линии отождествления Ричарда с Катари. Он как будто бы за нее обижается — когда видит как Рокэ целует руку пышногрудой Марианне (типа, а как же я? Ой, тьфу, Катари? Почему ты розу предпочитаешь, когда у тебя есть гиацинт?) Я могла бы понять такие мысли Ричарда, если бы это ему Марианна протягивала руку и улыбалась (а Ричард, влюбленный в Катари, думал бы, что да, роза прекрасна, но гиацинт лучше, как может думать стандартный мужчина, сравнивая прелести двух женщин). Но у нас же совсем другая сцена. Ричард как будто оскорбляется за Катари, как будто бы он и есть Катари. Тоже самое можно сказать и о его мыслях в бакранском селе, когда он видит, как Алва уходит с бакранкой, чтобы провести с ней ночь. Влюбленный в Катари мужчина бы подумал — ну и прекрасно, вот как расскажу ей как ты тут ей изменяешь или подумал бы — вот и прекрасно, значит не все так уж и хорошо у вас с Катари, значит я могу ее утешить. Или хотя бы так: ну и зараза же этот самец Алва, все девки под него ложатся, вот бы под меня тоже так штабелями укладывались. Но нет же. Он обижен, он ревнует, как будто герцог Алва ему изменяет, а не Катари. А разгадка проста — Катари не возлюбленная для Ричарда, она для него та, с кем он отождествляется, она ему как сестра и одновременна заместительный объект, любовь к которому он себе выдумал, чтобы прикрывать им свои настоящие чувства к своей настоящей любви. Кстати во время своей побывке в Надоре Ричард даже думает о том, что Катари похожа на Айрис. Второе (зачем Хороший автор прописал Ричарда думающего, что он и Катари похожи): чтобы показать через Катари то, что на самом деле Ричард думает о Рокэ Алва. То есть, в начале своей арки Ричард будет думать буквально: Катари (то есть я (отождествление, помните?) не может любить такого мерзавца как Рокэ, она заложница на троне, а в конце своей арки Ричард будет думать: да, она любит Маршала и более того, пусть будут счастливы (это в каком-то смысле разрешение самому себе любить Маршала). Ричард, который уже отождествился с Катари, испытывает потребность в самом образе Катари, потому что этот образ Катари (а позже и выдуманная любовь к ней как к Прекрасной Даме) помогает ему безопасно любить своего эра, не признаваясь себе в этом, а заменяя эра на Катари. Буквально размещать все те чувства, которые Ричард испытывает к своему эру в безопасную область — все, что я чувствую это конечно любовь, ведь я люблю Катари, ах, Катари, да, Катари, не моего эра, а Катари. Я уже анализировала момент в Варасте, где Алва предлагает Ричарду присоединиться к Роберу Эпинэ, а Ричард отказывается. И последним аргументом становится якобы то, что если он уедет, то никогда больше не увидит Катари. Но до того, как эта мысль у него возникает, там много интересного. Сначала он думает, что эр Рокэ отсылает его, потому что Ричард ему надоел, потом думает, что ну и хорошо, ведь эр Рокэ так обижает Ричарда, смотрит мимо него, задает странные вопросы, оскорбительно высказывается обо всем, что дорого истинному таллигойцу, и лишь в конце он вдруг хватается за спасительную мысль о том, что о, Катари, я же окажусь в разлуке с ней, точно, не, не хочу. Я считаю, что Катари здесь не причем. Она просто удобный инструмент для пока что не решенного Ричардом конфликта — он любит того, кого любить нельзя и что с этим делать, пока не представляет. Думать, что я люблю Катари очень удобно и безопасно, хотя совершенно очевидно, что она лишь заместель и что в действительности у него чувства к Рокэ. То есть то чувство, которое испытывает Ричард — настоящее — невозможная любовь, любовь, которая не возможна в силу определенных причин, но в своих мыслях Ричард подменяет имя Рокэ на имя Катари — тогда можно безопасно страдать. Ведь любовь к Рокэ невозможна и даже не столько потому что он враг, убийца отца, подлец и так далее, а потому что он же не обращает внимания на своего оруженосца, и думать забыл о своем оруженосце, общается с кем угодно, но только не с Ричардом, вообще о Ричарде не думает и прочее и прочее (надо как-то собрать в одном месте все эти ревнивые и обиженные мысли Ричарда о своем эре — получится внушительная коллекция). Но Ричарду можно посочувствовать и понять его. Ему всего 16 (17) лет — он подросток! Причем из разряда таких подростков, которые мечтательные, тихие, уносящиеся мыслями в сказки (Ричард любит сказки и интересные истории), добрые, наивные, чистые как горный хрусталь. Не Колиньяр он или какой-нибудь более ушлый и шустрый подросток. Это мальчик, который с детства был под прессом своей волевой и жестокой матери, давящей на него со всей присущей Мирабелле Окделл фанатизмом. А затем этот пресс сменился манипуляциями отвратительного паука Штанцлера, который продолжает трындеть Ричарду о том, что он и кому должен и чего не должен (а еще и Катари присоединилась и в их разговоре в саду тоже хорошенько потопталась на мозгах Ричарда). А тут еще ….эр Рокэ. Такой красивый и такой....недобрый. Хотя это же не правда. Эр Рокэ был добр к Ричарду, руку ему вылечил вон и мальчик это прекрасно понимает. Но при этом Рокэ совершенно вдребезги разбил прежнюю мировоззренческую платформу Ричарда. Потому что центральной осью этой платформы была вера в то, что Рокэ Алва чудовище и мерзавец. Но Ричард, впервые встретившись с Алвой на близкой дистанции, обнаруживает, что Алва не чудовище, а совсем наоборот — он такой, такой, такой... В общем, как мне видится, Ричард слету и очень сильно влюбился в того, в кого влюбляться никак нельзя. Уже через несколько дней после встречи (во время похода в королевский дворец) Ричард начинает безоговорочно следовать за своим кровным врагом, которого должен ненавидеть и сторониться. "Смотреть по сторонам расхотелось. Теперь Ричард шагал вперед, не отрывая взгляда от украшенного сапфирами кинжала за спиной своего эра, которого следовало называть монсеньором". Более того он начинает пытаться подражать мужчине, который убил его отца. Он пытается копировать его улыбку, его походку, его поведение. Это же ужас что такое. Это глубочайший внутренний конфликт. "Юноша твердо решил перенять походку Рокэ и его манеру держать голову. Именно так должен ходить человек, которому нет дела до того, что о нем подумают, презирающий тех, кто пытается презирать его самого". "Когда заключали пари, Ричард слегка скривил уголки губ, как это делал его эр, и поставил на вернигероде". (и так далее и тому подобное, там много таких цитат можно найти). А мальчику всего лишь 16 лет и его тюкали всю жизнь и сейчас продолжают (спасибо, товарищ кансильер, чтобы тебя крысы сожрали). А тут Рокэ Алва, который вылечил руку, и так принял его в своем доме, и рядом с которым безопаснее, чем вдали от него, и который безумно красив и "загадочный, как десяток демонов" и умеет так жить как будто ему все равно, что о нем подумают или скажут и еще умеет столько всего, что хотел бы уметь Ричард ...."но это не любовь! Не любовь!...." Да просто, если внимательно почитать внутренние монологи Ричарда — это же прелесть что такое. Это такое внутреннее бурчание на Алву, такие обиды. Откуда же они взялись? Да все оттуда же. Ричард влюблен, но ведь ничего не происходит. Алва его никак к себе не приближает и не выделяет (как кажется Ричарду) и в тоже время.... «От мысли, где и с кем сейчас его эр, стало больно". Ричард очень часто называет Алву в своих внутренних монологах — мой эр, мой эр, ммой эр....и очень много думает о нем. И пытается сопротивляться своим чувствам. Он реально как между молотом и наковальней. И что делать? Ну надо, по крайней мере, придумать себе любовь к Прекрасной Даме, вот тут Катари есть, можно говорить себе, что я люблю Королеву, а на эра злиться и обижаться. И как много в этом всем страсти. Вот к Катари у Ричарда страсти ноль целых, ноль десятых, а к его эру — ух....все пылает и горит. И так обидно, ведь кажется эр Рокэ Ричарда не замечает, не учит ничему (так думает Ричард), а если помогает, то как опять же Ричарду кажется, это он в насмешку. Это мы, читатели, знаем (ну или начинаем догадываться), что герцог Алва похоже оказался в ситуации «не знала баба хлопот, купила порося» и все время оберегает Ричарда, пасет как не знаю кого, все видит и замечает, и оказывается в нужное время в нужном месте и вообще совершает такие действия в отношении своего оруженосца, которые вряд ли считаются нормальными для эра по отношению к оруженосцу. Например, дарить дорогих лошадей, убивать за него на дуэли, делиться куртизанкой — ну это как то слишком, вы не находите? Вот Киллеан стал бы такое делать ради своего оруженосца? Я как-то сильно сомневаюсь. А Алва делает. Я уже не говорю про его страдания в те дни, которые Ричард провел у Марианны, к которой сам Рокэ его и отправил. И о пьяных песнях под гитару, которые он поет конечно же не оруженосцу, нет, хотя как бы кому еще? И его упреки — ну почему вы все время падаете в лужи и идете туда, где опасно, вам там что медом намазано? "У добра преострые клыки, зло (то есть я, Рокэ Алва) оно как-то добрее". И ведь это действительно так. И кстати в ту ночь (после пьяных песен (рвущих сердце) под гитару) и после знакомства Ричарда с телесным аспектом отношений, Дикону впервые снится сон, странный сон. И вроде бы в нем фигурирует женщина, одна или две, то ли Катари, то ли Марианна, но при этом говорит то она ту фразу, которую сказал Ричарду Алва «Возьми от ночи все». "Если знаешь, что утром будет плохо, возьми все от ночи". "Пейте, юноша. Утром вам так и так будет худо, так постарайтесь вытянуть побольше из вечера". Похожая история случится и в Варасте, когда Ричарду снова будет сниться кто-то, пахнущий туберозами (ими пах Алва после свидания со свояченицей губернатора и мы четко это видим в ПОВе Ричарда). И третье (зачем Хороший автор прописал Ричарда думающего, что он и Катари похожи): чтобы подчеркнуть некоторую символическую похожесть Ричарда и Катари...даже внешне. Во второй книге Ричард выбирает таверну «Таллигойская Звезда» с вывеской, на которой изображена Октавия «девушка в окошке». Есть упоминание о том, что она изящная и невинная, юная и тихая. Ричард думает, что она напоминает ему Катари (или Катари напоминает Октавию). Хотя по контексту мы понимаем, кто там настоящая «девушка в окошке». Это сам Ричард — тихий мечтательный мальчик. А вот Катари, на самом деле, та еще шлюха, которая лишь притворяется невинной овечкой. Об этом довольно недвусмысленно говорит Алва во время их совместного ужина с Ричардом. И таверну эту Алва выбрал потому что ее выбрал Ричард и у герцога это вызвало определенные чувства, потому что для Алвы Ричард его «девушка в окошке». То есть, вот такие намеки разбросаны в тексте Хорошего Автора и я считаю, что они там не случайны. Но безусловно это не конец в том, какую еще роль играет Катари в процессе Ричарда. Следующий этап случился, когда Катари организовала встречу с Ричардом в монастырском саду и там буквально (как весьма искусный манипулятор) начала лезть ему в душу. Она предложила Ричарду называет ее на «ты», они говорили о похищенной и изнасилованной Ринальди Беатрис. Во всем этом есть один интересный момент. Так называемые "грязные" мысли Ричарда. Косвенно автор указывает нам, что Ричард не так невинен как можно подумать. Есть упоминание, что он снова и снова перечитывал строки, в которых говорилось, что Ринальди творил с Беатрис. При этом у меня нет ощущения, что Ричард ассоциирует себя с насильником. Гораздо более сильное ощущение возникает при мысли, что Ричард ассоциирует себя с Беатрис, с той, которая стала объект страсти Ринальди. После этой встречи в сознании мальчика, раздираемом подсознательными новыми и очень сильными чувства к его эру, Катари окончательно закрепляется как, в сущности, придуманная им Дама Сердца. Катари — всего лишь заместительная фигура для Ричарда, помогающая ему справляться с пока что неподъемной для него ситуацией влюбленности в того, к кому такие чувства непозволительны. В сущности — это химера, а чувства к ней иллюзия. Когда она выполнила свое предназначения, то есть когда Ричард начал думать, что Королева и Первый Маршал любят друг друга, что пусть будут счастливы, то есть внутренне разрешил себе любовь к Рокэ, должен был последовать следующий этап — осознание мальчиком, кого он на самом деле любит и кому уже принял решение служить всю жизнь, отказавшись от мести за отца и Талигойю. И чьего сына он готов признавать на троне как законного короля. И это скорее всего и случилось бы, когда Штанцлер поставил бы Ричарда перед выбором: убей эра Рокэ, чтобы спасти свою любовь. Ричард не смог бы выбрать убить Рокэ, потому что именно его он любит, а не Катари. Вот так просто. Это все выстраивалось с самого начала...начиная со 2 части первой книги, когда Ричард просыпается в доме Алвы и тот приветствует его словами «Вы, юноша, видимо, принадлежите к почтенному племени сов?», а потом приглашает его в кабинет с кабаньими головами, в котором прежний мир Ричарда Окделла разбивается вдребезги на мелкие кусочки. Каков подлец, Рокэ Алва, а? Почему он такой хороший? Хороший Автор кусочек за кусочком прописывала (тонко, изящно, красиво, искренне и с большой любовью к персонажам) эти сложные отношениях обоих — Ричарда к эру Рокэ, и эра Рокэ к его юноше. Потому что Ричард глубоко ошибается, когда думает, что он тут один страдает. Страдают оба. Потому что: Откуда ты на мою голову взялась со всех сторон одновременно? Нежданная и неизбежная пришла, Взяла и потекла по венам. (с) Они могли бы спеть эту песню дуэтом. И, по сути дела, каждый по своему, они и поют ее все 5 частей прекрасного, хорошего текста. Но, увы, выползла Камша (неожиданная как раковая опухоль) заканчивать вторую книгу и начала писать ерунду. В принципе, мне даже неинтересно что там по ее мнению думал ее камше_Ричард и почему так реагировал ее камше_Алва, потому что я не признаю в них тех героев, о которых я читала предыдущие 5 частей. На другой бусине Ожерелья или в другой, настоящей вселенной, Ричард, конечно же, никогда бы не выбрал травить своего любимого эра Рокэ (если кто-то не видит, как Ричард его любит, что ж, примите мои соболезнования), а эр Рокэ никогда бы не подвел своего юношу и никогда бы с ним не расстался по доброй воле (потому что Рокэ Алва, конечно, человек железный, стальной и даже кремень вообще, но всему же есть свои пределы). ВЫВОДЫ: Еще раз: мог бы Ричард при таких изменениях попытаться убить Рокэ Алву? Нет. Мальчик любит своего эра (хотя и подавляет все время эти чувства, рассказывая себе придуманную историю любви — я, мол, люблю Катари, по ней тоскую и все такое). Но внимательный читатель прекрасно понимает, кого на самом деле любит Ричард Окделл. Камша, планируя свое литературное преступление в конце 2 книги, прокололась на ОЧЕВИДНОМ. Интересно, с чем это было связано. Может быть с ее эмоциональной эээ....туп...ладно, будем вежливы и скажем - нечувствительностью? Хороший Автор прописывал Ричарда так, что было понятно, что Дик выдумал свою любовь к Катари, что он не любит Королеву, вернее то чувство, которое он испытывает, имеет реального адресата, но это не Катари, это его эр. Даже если отбросить в сторону такую УЛИКУ как резко поменявшийся стиль, язык (это сделать трудно, потому что изменение стиля и вайба текста это то, что бросается в глаза) - Хороший Автор никогда бы не придумал такую глупость как Ричард решает убить Алву потому что любит Катари и хочет ее спасти. Камша просто подменила понятия. Но лишь прокололась. В очередной раз. То, то сюжет с отравлением выстроен так, что Ричард выбирает убить Рокэ, чтобы спасти Катари — это как раз прокол. Тут или штаны надо натягивать, или крестик снимать. Почему я и говорю, что слово не воробей. По хорошему, чтобы сцена с отравлением и все что последовало дальше, выглядело верибельным и аутентичным, Камше надо было переписывать предыдущие 5 частей. Или уж дописывать книгу так как изначально и планировалось. Короче, Хороший Автор никогда бы не написал глупое: Ричард потащился травить эра, чтобы спасти любимого человека, потому что это нонсенс. Для Ричарда эр любимый, а не манипуляторша Катари. А если бы предыдущие 5 частей писала бы Камша, она бы никогда не написала так тонко и изящно этот самообман Ричарда. У нее бы скорее всего было бы прямолинейно и пафосно (она по другому писать не умеет) — да, Ричард любит Катари, а не эра, которого просто терпит. Она бы еще и что-нибудь пошлое впендюрила бы (куда же Камша без ее фирменной пошлости). Но вероятно у Камши просто не было времени и технической возможности переписывать, а заканчивать надо было быстро. Поэтому слепила на скорую руку свою ерунду, возможно, надеясь, что и так схавают. Ну, в тех условиях, когда книги выходили, конечно, схавали, потому что надеялись, что это просто ход такой, что как-то это все логически объяснится. Ну а потом как завертелось - форумы зеленой скверны, моральная аллергия, сливы и выпиливания и проч. и проч. Дальше все становилось лишь тупее и тупее. А Камша вообще открыла травлю на Ричарда Окделла — может для отвлечения? Чтобы не в ее косяки смотрели, а спорили до хрипоты дурак Окделл или нет. Но не туда надо смотреть. Дело в том, что тут два разных Окделла. Окделл Хорошего Автора, который не дурак (а прекрасный добрый, живой, чувствительный мальчик) и эра не отравил бы никогда. И камше_Окделл — странное создание, террорист-смертник, но даже его дураком не назовешь, он жертва заговора. О нет, дураком тут является не Ричард, а та, кто заговор и возглавила. Это над ней надо судилища устраивать. И выносить безжалостный приговор. Потому что то, что проделала ВВК не просто глупо, но и подло, низко и тошнотворно. И это единственное объяснение почему «От Войны до Войны» написана с такими косяками — начал писать другой человек, который украл (присвоил себе) написанное ранее и задался целью обмануть всех и разрушить то хорошее, что было создано не им. Умом и писательским талантом этот человек оказался обделен (не говоря уже о каких-то морально-нравственных качествах), поэтому сделал свое дело крайне топорно, в ущерб логике, здравому смыслу и, в конечном итоге, всей своей бесконечной графоманской «опупеи». Ну и в качестве P.S. Краткое изложение написанного в 5 частях лучшего текста 1 и 2 книги. Ричард слету влюбляется в Рокэ. Видит Катари и жалеет ее. Она как я, думает он. Прикована к ненавистному человеку. Одиночество и тоска — наши с ней эмоции. Потом Ричард сопротивляется своему чувству, думая, что Катари (я) не может любить Рокэ, это не любовь. Но уже ревнует Алву к Марианне, туберозе, бакранке так, как будто он и Катари одно (потому что отождествляется), как будто герцог ему изменяет, а не Королеве. После встречи с Королевой в саду придумывает себе любовь к ней и прячется за этой выдумкой в любой опасной ситуации. Например, когда Алва предлагает ему разлуку с собой и путешествие с Робером, Ричард отказывается, рассказывая себе, что это, конечно же, из-за Катари. Испытывая настоящие чувства, например, тоску и любовь, что кружила над Ричардом подобно черной птице и будет кружить пока он жив, он заменяет в своем сознание имя Рокэ на имя Катари. Невозможная любовь к Рокэ — невозможная любовь (ну как бы) к Катари. Решив внутри себя конфликт — да, Рокэ самый лучший, его можно и нужно любить, я не буду ему мстить, я не буду восстанавливать Раканов, потому что сын Рокэ — законный монарх, буду служить всю жизнь Первому Маршалу и его сыну, Ричард говорит себе об этом так: Непобедимый Воин и Прекрасная Дама — пусть будут счастливы. Ричард находит Катари (с которой отождествляется и придуманную любовь к которой использует как заместительный объект) похожей на Октавию, не подозревая о том, что сам в глазах Рокэ похож на Октавию. И, тем не менее, в тексте есть сравнение Ричарда и Октавии напрямую. Вот в этой цитате. «Распахнулись ворота, и блистательная кавалькада потянулась по радостно вопящей улице. Заворачивая за угол, Ричард бросил прощальный взгляд на «Талигойскую звезду». Юная Октавия задумчиво смотрела вдаль, она ждала свою любовь и надеялась на счастье, а Ричард Окделл на него не надеялся, потому что был счастлив здесь и сейчас». "Октавия ждала свою любовь и счастье, а Ричард не ждал (потому что дождался и прямо сейчас уезжает с ней из таверны).