4/?

Алая, почти тёмная почва земли, что будто была пропитанна всей той ненавистью и мраком от здешнего населения, медленно под восходом огромного ярого шара начинала приобретать более яркие оттенки. Следуя по солнечным лучам, маленькая, ещё совсем юная печенька кралась по полям и лесам. Утекло много воды с тех пор как всё живое в этом месте погибло. Здесь, среди завявшей сакуры и самого яркого из всех мест где можно было встретить солнца, когда-то процветала самая прекрасная из всех жизнь.

Но сейчас... Кроме почти рассыпавшихся полумёртвых тел что-то живое найти было сложно. Как и что-то съедобное.

Маленькая девочка держала сильно, но настолько же почти невесомо в обеих руках фрукт. Он был не сочный, и явно не самый сладкий. Но она, найдя его среди множества трупов под единственным не до конца сгнившим деревом, загорелась радостью, впервые за долгое время, что сможет накормить свою маму. Её мама... Такая хорошая, такая всегда красивая и очаровательная... Они обе были истощены после нападения злых братьев по крови. Её мама только и делала что повторяла последние дни то, как она хочет есть. Наконец-то, спустя долгое её вновь похвалят! Она так скучала по дому, так скучала по временам когда не нужно было прятаться и скитаться по незнакомым местам, так скучала по своим друзьям..

Но из всего что погубили им войны, она больше всего соскучилась по ласке родной матери. По тому нежному, чудному голосу, который она ни с кем не спутала бы. По тем объятиям, по тому смеху который она знала и обожала.

***

По рукам, размякшими в собственной желейной структуре, таяло мягкое, едва сумевшее ощутить всю тяготу жизни тесто. Её дочь, была на вкус такой же безвкусной, как и она.. Но как же сладок был вкус персика, обмокшего в чужой жизни. Она, не могла справиться с жаждой. Она не могла справиться с голодом. Она, была так чертовски голодна, и была проклята быть вечно в этом голоде. Чтобы она не ела, кого бы она не ела, ей всегда, будет мало. Мало, и больно. Боль, которая будет исходить от неутолимого голода. Боль, которую ничто, никогда не затмит.

Алые как клюквенный джем глаза засияли в солёной влаге. Осознание приходило постепенно, но не имело ни шанса на то, чтобы перекрыть чары проклятья и желание. В горле затаился комок, она едва глотала плохо пережёванные куски, когда по румянным щекам начинал течь ручеёк слёз.

Где-то из-за спины послышались шаги по траве. Старые позапрошлые листья неприятно аппетитно хрустели, и девушка, впервые спустя долгое время поедания всякой всячины смогла ощутить рвотный позыв.

– О моё дитя, как же-.. Я сочувствую тебе.

В местечке укрытом густыми деревьями, развился по воздуху словно стая птиц яркий запах кисло-сладкого граната.

Агар-Агар затаила дыхание. Кто, эта женщина?

– Должно быть, весьма ужасно когда еды настолько мало, что приходится идти на жертвы?..

Желейная громко в последний раз проглотила. Что от неё хотели? Почему ей интересовались? Ей помогут?..      

***

Попытавшись сделать вид будто она вновь при обмороке, ей почти прилетел огненный ожог, не будь Фаер слишком уставшим для того чтобы над кем-либо измываться.

Что-ж. Ладно. Так тому и миновать. Всё же, как он впервые и подумал когда увидел желейную в побеждённом состоянии, из неё могла бы сгодиться слуга. К тому же, зелёный нудник мог ещё одуматься. Быть может, попрощается он с Агар-Агар быстрее чем думает. И чего он так всполошился только в тот момент, когда начал думать о её благополучии. О том, что что-то страшное может случиться с той, кто едва его не размазала.

Слава великому счастью, что тот успел одуматься прежде, чем она очаровала его красивыми глазками. А вот лучнику, кажется не помешало бы встряхнуть мозги, если он думает что сможет вынести с неё что-то полезное. О, как он сказал, «Помергранат», которую огненный хранитель не знал, и знать не хотел, слушая о том какая репутация была у данной особы. Слишком много нынче озлобленных женщин у него на пути.

Между тем, они были уже у магмовых ворот, что переливаясь красно-ярыми цветами так и манили к себе чтобы прикоснуться. Сонные красные глаза поднялись на знакомый дворец. Перед выходом Агар успела только мельком оглядеть его внешний наружный вид. Сейчас, Фаер Спирит выглядел более расслабленно, и уже никуда её не гнал. Но и у неё, сил так же уже не оставалось на прогулки и осмотр территории. Всё чего ей хотелось, это еды и энергии полученной из этой еды. Как, в целом, и всегда. Хотя, возможно, ещё сна. Та кровать в которой она пробудилась, была прекрасной. Мягкой, уютной, такой где она никогда не спала за всю жизнь. Казалось, словно только в ней она сможет поймать, наконец-то нормальные сны, без чего-то жуткого что заставляло бы её просыпаться, и в немом вопросе глядеть в звёздное ночное небо.

Без тех дурацких снов-воспоминаний, которые возвращали в прошлое, и напоминали о том, в какое будущее она могла бы попасть, если бы не проклятье.

– Эй-эй! Поспишь когда войдём внутрь! Мне ещё комнату тебе подготавливать, слизистый монстр,

Хранитель огненного элемента безболезненно, но довольно грубо подтолкнул девушку ногой вперёд, вырывая её из своих мыслей, и оберегая ту от того чтобы свалиться на колени.

Закатные лучи, были едва заметны в таком месте как Долина Драконов. Агар-Агар не обращала внимание на то сколько сейчас было времени. Зато Фаер Спирит отлично знал то, что они потеряли весь день на прогулки до туда и обратно. Нет, пусть в следующий раз зелень сам приходит, если надо. Много чести таскаться до того места, где ты ещё и будешь виноватым из-за хрупкости здешних земель. Зазвенел небольшой серебряный колокольчик, когда хозяин потянул дверь на себя. Вот так просто?.. Даже без замков и ключей? Даже без охраны?... Хотя.. о какой охране может идти речь.

– Значит так, сидишь там куда я тебя посажу, и ешь то, что я тебе дам. Будешь крутить носом, останешься голодной.

Войдя уже в сам дом, в нос залетели облака множества разных жжёных запахов. Дерево, вулканическая лава, уголь, и много чего другого. Этот дворец, полностью олицетворял огненный элемент природы.

А ещё, откуда-то среди множества запахов с комнат, ей вновь почуялся запах чего-то вкусного.