Глава 2. Преступление

      За окном достаточно небольшой кофейни была не самая приятная погода. Сегодня пасмурно, и в любой момент мог пойти дождь. Но несмотря на это, людей на улицах было много. Они все суетились, куда-то спешили, бежали, боялись опоздать... Двумя словами —обычная суматоха.       Уэнсдей Аддамс сидела за маленьким столиком и наблюдала за всем этим. Она пила свой любимый напиток, наслаждаясь его вкусом. Девушка уже привыкла к этой вечной суете на улицах города. Чаще всего она просто не обращала на это внимание. Но иногда было очень интересно наблюдать за отдельными людьми. Например недавно она стала свидетелем очень интересного инцидента.       Уэнсдей ехала в метро, и рядом с ней сидела молодая девушка и её друг. Девушка ему жалуется: ”Меня эти экзамены скоро до гроба доведут!”, а друг ей отвечает в шутку со смешком в голосе: ”Не переживай, гроб я уже заказал. Тебе тратиться не придётся”. Девушка слегка смеётся и отвечает: ”Спасибо, но боюсь тебе придётся отменить свой заказ. Я ещё не собираюсь уходить на покой”. Тут начинает метро останавливаться и друг ей говорит: ”Ну всё, твоя остановка. Пока, желаю удачи на экзаменах!”. Она быстро встаёт и отвечает с пафосом: ”Удачи желай неудачникам, а мне и успеха хватит. Пока”. Девушка подходит ко входу и собирается спускаться, но неожиданно спотыкается и прямо плашмя падает на платформу. Такой грохот стоял! Все стоявшие рядом побежали к ней, а парень сидит и тихо говорит: ”Вот и заказ отменять не прийдëтся”.       Вспоминая это, Уэнсдей слегка усмехнулась. Ей ничуть не было не жаль эту фифу. Она слишком высокомерной казалась. Можно сказать, эта девушка ещё мягко отделалась.       Из воспоминаний её вытащил телефонный звонок. Ох и не любила Уэнсдей эти телефоны! Прошло уже много лет с того периода жизни, когда она считала, что не является рабой технологий. Но Уэнсдей уже выросла, и ей пришлось научиться пользоваться телефоном хотя бы ради работы. Но ей самой нравился больше ноутбук.       На экране высветился незнакомый номер. Уэнсдей без лишних раздумий взяла трубку. Все номера в её телефоне были не подписаны, кроме номера Тайлера. Он сам же и подписал его.       — Здравствуйте, вы Уэнсдей Аддамс? — послышался мужской голос из трубки.       — Верно. По какому поводу звоните? — спросила Уэнсдей. Конечно, она догадывалась зачем её тревожит незнакомый человек.       — Вы ведь один из лучших детективов нашего города. Мне вас посоветовал мой друг — Теодор Уайт. Вы, кажется, расследовали дело по его просьбе, — в памяти Аддамс сразу всплыло последнее её дело. Дело Грея Алского. И Теодора она определённо помнила. — Так вот, я хочу предложить вам работу. Сегодня утром убили моего отца — Фреда Берга. Я думаю, вы о нём слышали. У него своя компания по производству алмазов. Так что, вы согласны? Я хорошо заплачу.       — Я согласна, — так как у Уэнсдей было достаточно много свободного времени от расследований с момента последнего дела, она согласилась незамедлительно. Тем более она слышала о Фреде Берге. Он очень богат, а значит, на этом деле она сможет хорошо заработать. — Вы ему кто?       — Я его сын — Роберт Берг.       — Отлично. Вы уже вызвали полицию?       — Да, я сделал это сразу же, как обнаружил тело.       — Почему вы решили, что его убили?       — У него наживное ранение прямо в сердце! Он не мог сделать этого сам! У него не было ножа!       — Хорошо, я поняла. Называйте адрес, я скоро буду, — Роберт сказал адрес, и Уэнсдей положила трубку. Кажется намечается новое расследование.       Девушка допила свой кофе, убрала телефон в карман чёрного пальто и покинула кафе. Выйдя на улицу, она направилась в метро, которое находилось поблизости.       Несмотря на то, что она была одета в тёплое пальто, холод пробирал до костей. Но Уэнсдей любила это ощущение, поэтому пальто по-прежнему оставалось незастëгнутым.       До метро она дошла быстро и поехала в частный сектор, где и был дом Фреда Берга. Прибыв на место, Уэнсдей без особого труда нашла нужный ей дом. И вот она уже стоит напротив огромного двухэтажного дома. Он был сделан из красного кирпича.       Уэнсдей подошла к воротам, слегка толкнула их рукой, и они с небольшим скрипом открылись. Во дворе росло очень много деревья, поэтому это чем-то напоминало парк. Также было много построек. Наверное бани, бассейны и что-то в этом роде.       Уэнсдей обошла здание и увидела рядом с главным входом в дом полицейские машины. На крыльце стоял следователь и беседовал с молодым парнем. На вид ему 19-20 лет. У парня чёткие черты лица, светло-русые волосы, аккуратно уложенные, тонкие губы и густые брови. На лице его, кажется, застыл то ли страх, то ли растерянность. Обычное состояние человека, который ещё не полноценно понял, что случилось. Уэнсдей была уверена, что одежда на нём брендовая, недешёвая. Она даже выглядела богато. Наверное, это и был Роберт Берг.       Парень поднял взгляд и заметил Уэнсдей. Он махнул ей рукой. Следователь, который стоял рядом, тоже поднял глаза. Теперь две пары глаз рассматривали её с интересом и даже оценивающе. Она выдержала их взгляд и подошла ближе.       Уэнсдей вынула из кармана пальто удостоверение личности и показала следователю. Тот взглянул, и она убрала его обратно. Сама же облокотилась о перила лестницы.       — Вы — Роберт Берг? — обратилась она к парню.       — Да, это я, — на секунду он даже растерялся, как будто забыл своё имя. Но быстро пришёл в себя. — Это следователь Гадриэль Карлов. А это Уэнсдей Аддамс. Я думаю, вы знаете её. Я нанял её, чтобы дело пошло быстрее.       — Что ж, приятно познакомиться с вами вживую, — следователь протянул ей руку, и Уэнсдей слегка её пожала. — Будем работать вместе.       — Я предпочитаю работать одна, — спокойно произнесла девушка. Она поднялась по ступенькам и поравнялась с Робертом и Гадриэлем. — Вы уже закончили свою работу?       — На сегодня — да.       — Тогда, Роберт, проводите меня на место убийства.       — Проходите в дом, я сейчас, — сказал он.       Уэнсдей зашла в дом и осмотрелась. Её взгляд сразу устремился на женщину лет 45, может, больше. Она сидела на диване в зале, закрыв лицо руками. Наверное это жена Фреда Берга. Кажется, её зовут Эвелина. Но этого Уэнсдей точно не помнила.       Через несколько секунд за ней следом зашёл сам Роберт Берг. Он выглядел озабоченным и слегка потерянным. Но парень старался скрыть свой страх. Наверное, он из тех парней, которые не любят показывать лишних эмоций, ведь их могут посчитать за слабость.       — Я уладил несколько вопросов с полицией, теперь полностью в вашем распоряжении, — он слегка поклонился.       — Отлично. Для начала я бы хотела осмотреть место преступления, — уверенно сказала Уэнсдей. С этого всегда и надо начинать.       — Конечно, пойдёмте, — Роберт жестом пригласил её к лестнице, ведущей на второй этаж. — В этом доме два этажа. Но даже не смотря на это, он огромный. Мы часто теряемся в комнатах, и порой тяжело найти кого-то, не кликнув.       Уэнсдей действительно дом показался огромным. Когда они оказались на втором этаже, первым, что она увидела, был большой коридор и много комнат. Они завернули в обратную сторону. То есть не туда, где был огромный коридор, а как бы за лестницу. Там было всего две комнаты.       — Вот, это уборная комната или простыми словами, туалет. Отец специально построил его здесь, чтобы далеко не ходить из своего кабинета, — Роберт открыл дверь в кабинет отца ключом и пропустил Уэнсдей вперёд. — Ну а это кабинет моего отца. Он здесь и спал, и работал. В общем, жил.       Уэнсдей зашла внутрь и оглядела комнату. В ней было достаточно просторно и уютно. В дальнем углу, рядом с окном, стояла не очень большая кровать, а ближе к двери стоял рабочий стол. Кроме кровати, стола, стула, в комнате было и кресло. Оно стояло практически по центру, спиной к окну.       — Тело увезли ещё с утра. Но я могу подробно рассказать, что и как здесь было, — Уэнсдей слегка кивнула, и Роберт продолжил. — Тело нашёл я сегодня утром. Он лежал вот здесь, — Берг младший указал на кровать своего отца. Уэнсдей, не торопясь, подошла к ней и осмотрела. На кровати остались следы крови. — Они лежал на спине, а из левой части груди, ну где сердце, торчала рукоятка ножа.       Роберт слегка поморщился. Да, картина, которую он видел, явно была не из приятных.       — Дверь была закрыта на ключ? — спросила Уэнсдей, поворачиваясь к парню лицом.       — Да. Отец всегда на ночь закрывает дверь на ключ.       — У вас был дубликат?       — Конечно. Ключ от его комнаты есть у всех, кто живёт в этом доме.       — То есть каждый мог сюда зайти?       — Ну вообще… э… Да, пожалуй.       — Хорошо, — взгляд Уэнсдей медленно переместился на окно. Оно было закрыто. — А это окно открывается только с внутренней стороны?       — По-моему, да, — закивал Роберт.       Девушка ещё раз осмотрела комнату. Ничего интересного больше не обнаружилось. На первый взгляд обычная комната. Даже не скажешь, что здесь убили человека. Хотя сказать, конечно, можно. По следам крови на кровати. Она молча отправилась к выходу. Роберт следовал за ней.       — Убийство произошло ночью?       — Да. Врачи ещё не готовы сказать точное время смерти. Но вчера вечером его видели живым.       — Кто был в доме на предполагаемый момент убийства?       — Я, Коди, Николас и, наверное, мама, — задумчиво произнёс он.       — Я бы хотела побеседовать с каждым, кто был в этот вечер дома.       — Хорошо. Пойдёмте в зал.       Они спустились на первый этаж и вошли в просторную комнату. Уэнсдей села на стул, который стоял напротив дивана. Их разделял маленький столик. Роберт сел на диван, напротив неё.       — С вас мы и начнём, — сказала Уэнсдей, доставая блокнот для важных заметок. — Вы весь вечер были дома или уходили?       — Меня весь день не было дома. Я был на гонках. Понимаете, очень люблю мотоциклы. Это моя страсть. И вот недавно начал участвовать в гонках. Но вы ничего не подумайте, они легальные. Иначе меня отец бы прибил, — Берг очень старательно вспоминал события прошлого вечера. И в то же время он нервно перебирал пальцами. — В семь часов я вернулся домой. У меня сломалась очень важная деталь от мотоцикла, и я хотел сразу пойти и попросить денег у отца на новую.       — Хорошо, продолжайте.       — Я зашёл к отцу, но он явно был не в духе! Сказал что очень занят, и чтобы его не трогали сегодня вообще.       — Он вас как бы выгнал?       — Можно и так сказать, — согласился Роберт. — Потом я вернулся в свою комнату. Она на втором этаже, в самом конце коридора. И смотрел сериал.       — Кто это может подтвердить?       — Наш слуга — Николас. Он ближе к 11 принёс мне плед, и я уснул.       — Вы выходили из комнаты?       — Нет. Я очень устал и хотел отдохнуть.       — Хорошо, — задумчиво произнесла Уэнсдей. Твёрдого алиби у него пока нет. — Во сколько вы проснулись и что делали утром?       — Утром я проснулся рано. Кажется, в семь или восемь. Понимаете, я плохо спал. У меня болела стопа. А когда я проснулся с утра, она вообще опухла сильно! — Роберт быстро снял ботинок, разбинтовал эластичный бинт и показал стопу. Она и правда была распухшей и красной. Уэнсдей сразу поняла, что это растяжение. И довольно сильное.       — Где вы получили травму?       — Честно, сам не знаю, — пожал плечами Берг. — Возможно, подвернул ногу на гонках. Но побаливала она со вчерашнего дня.       — Что вы делали дальше?       — Я еле как спустился на первый этаж..       — Дверь в кабинет вашего отца была закрыта?       — Эм… да. Точно была закрыта.       — Продолжайте.       — Я доковылял до кухни и там встретил Коди, это наш старый слуга. Я попросил его достать из аптечки эластичный бинт. Но почему-то в аптечке бинта не оказалось. Я сам проверял. Коди ещё тогда удивился, потому что он много лет работает здесь, и в этой аптечке всегда всё было. И бинты, и пластыри и марли. Да и брать некому, — Роберт на секунду задумался и продолжил. — В итоге он перемотал мне ногу марлей с ватой и всё.       — Что Коди делал на кухне?       — Он готовил завтрак. Я как раз после этого поел и решил вновь идти к отцу. Он обычно всегда просыпается в семь. И с утра у него хорошее настроение. Поэтому я решил еще раз зайти и попросить. Мне очень нужна была эта деталь. Но она дорогая!       — Как ваш отец относился к вашему увлечению?       — Ему не совсем нравилось то, чем я занимаюсь. Он говорил, что это опасно. Но папа любил меня и не сильно противился.       — Вы могли на второй этаж к отцу и что было дальше?       — Я встретил Николаса. Он шёл по длинному коридору к лестнице. Николас мне сказал, что отец ещё не выходил из комнаты.       — Откуда он мог это знать?       — Николас отвечает за уборку на втором этаже. И как раз в этот день он мыл полы в коридоре и во всех комнатах. Поэтому и видел прекрасно кабинет отца.       — Он пошёл с вами?       — Нет. Я зашёл в комнату один. Ну, и увидел труп… крикнул, ко мне прибежали слуги…       — Хорошо. А Николас и Коди, я так понимаю, слуги, которые работают здесь давно?       — Да. Николас работает, по-моему, три или четыре года, а Коди уже больше десяти лет. Я был совсем ещё маленький, когда его приняли на работу.       — Отлично, — Уэнсдей сделала себе несколько по меток в блокноте. Рассказ Роберта ей показался весьма правдоподобным. Но это не снимает с него подозрений. — Тогда на сегодня с вами всё. Можете звать свою маму.       Роберт кивнул и вышел из зала. Через несколько минут в дверях появилась та женщина, которую Уэнсдей видела ранее. Женщина была очень красивой. Тёмно-русые волосы, подстриженные под каре, аккуратное круглое лицо, большие карие глаза, в которых виднелись слёзы. Она выглядела испуганной и удрученной. Её даже немного шатало из стороны в сторону.       — Вас нанял мой сын, верно? — сразу уточнила она, садясь на диван напротив Уэнсдей.       — Да, всё верно. Меня зовут Уэнсдей Аддамс.       — О, я наслышана о вас. Дело Алского такое ужасное! — женщина закрыла лицо руками. — Никогда не думала, что с нашей семьёй произойдёт что-то подобное! Я ведь до этого ни разу в жизни не имела дело с полицией.       — С каждым может случиться, — холодно сказала Уэнсдей и перевернула страницу своего блокнота, написав “Эвелина”. — Итак, когда вы в последний раз видели мужа?       — В обед на ланче. Мы стараемся обедать всей семьёй. Правда, в этот раз не было Роберта. Он, кажется, на гонках был.       — Что вы делали вечером?             — Я с шести часов работала за компьютером над проектом. Я ведь дизайнер-архитектор. А в восьмом часу отправилась в магазин.       — Вы сами ходите по магазинам? — слегка удивилась Уэнсдей. Это ведь богатейшие люди. Обычно они такими делами сами не занимаются.       — Вы не удивляйтесь, мы с Фредом любим жить жизнью обычного человека. Стараемся сами убираться и ходить по магазинам. Лично мне это нравится, — объяснила Эвелина. — Я пошла в магазин часов в восемь или раньше.       — Вы не видели своего сына?       — Нет. Я вообще его в этот день не видела, — пожала она плечами. — У нас закончилось молоко, и я решила сходить, прогуляться.       — Когда вы вернулись домой?       — Ох, я вернулась очень поздно. Дело в том, что после магазина я решила прогуляться по набережной. Свежий воздух успокаивает! И когда я вернулась домой, сразу уснула.       — Кто это может подтвердить?       — Наверное, никто. Я никого не видела. Возможно, меня видели слуги.       — А что вы делали с утра?       — Я спала до тех пор, пока меня не разбудили крики Роберта, — Эвелина тяжело вздохнула. Слёзы вновь покатились по её щекам. — Я так испугалась, когда выбежала из комнаты и увидела Роберта таким испуганным! Сначала я даже не поверила.       Женщина заплакала. Наверное, она действительно сильно любила своего мужа. Хотя это мы узнаем скоро.       — У вас пока всё? Можно я пойду прилягу? Мне что-то нехорошо.       — Идите. Выпейте успокоительного, — сказала ей вслед Уэнсдей. Пожалуй, сегодня она проведёт только первичный допрос. Потому что все на эмоциях, все в шоке и не способны полноценно рассказать всё то, что ей нужно. — Позовите одного из ваших слуг.       Через несколько минут зашёл невысокий мужчина, лет 50. Он был наполовину лысым, а на лице виднелись первые морщины. Мужчина сел на диван.       — Меня зовут Уэнсдей Аддамс, и сейчас я задам вам несколько вопросов, — уверенно произнесла она, написала в блокноте “слуга 1” и поставила прочерк. — Как вас зовут?       — Я — Коди Вонг. Работаю здесь уже 15 лет.       — Что вы делали вчера вечером и во сколько легли спать?       — Вчера вечером я отдыхал в своей комнате на первом этаже. За день сделал все свои обязанности, помыл пол на первом этаже, вытер пыль и подобное.       — Вы видели как Роберт приезжал домой?       — Да. Он приехал кажется… В семь часов! Я видел, как он идёт на второй этаж. Я тогда ещё подумал, наверное, к отцу.       — Отлично. Вы можете сказать, он выходил из своей комнаты в этот вечер?       — Не могу. Я всё время был здесь и больше никого не видел. Вторым этажом занимается обычно Николас, — озабоченно пожал он плечами.       — Во сколько вы легли спать?       — В десять часов. Я всегда ложусь рано.       — Хорошо. Что вы делали утром? — Уэнсдей внимательно следила за его эмоциями. Сейчас он выглядел очень задумчиво.       — Я встал рано… Часов в шесть, по-моему.       — Что вы делали?       — Я сначала с Николасом поливал цветы, а потом он пошёл мыть пол на втором этаже, а я готовил завтрак. И кажется в это время спустился Роберт. У него болела нога, и мы не могли найти бинт. Поэтому перемотали марлей с ватой.       — Потом Роберт позавтракал и пошёл к отцу?       — Да, — кивнул Коди. — Ну а что было дальше, сами знаете.       — Хорошо, на этом пока всё, — на слове “пока” Уэнсдей сделала акцент. — Зовите Николаса.       Коди ушёл. Уже буквально через минуту в зал зашёл Николас. Уэнсдей едва успела перелистнуть страницу своего блокнота и написать “слуга 2 — Николас”. Это был очень красивый парень. Ему было на вид больше двадцати. В отличие от Коди, он был очень высоким и широкоплечим.       — Здравствуйте, вы Уэнсдей Аддамс? — поинтересовался он. Мужчина с интересом разглядывал её.       — Верно. А вы Николас? Подскажите фамилию.       — Витни. Николас Витни.       — Отлично. Что вы делали сегодня вечером?       — Я отдыхал. Мы с Коди вечером обычно отдыхаем. Только он в своей комнате на первом этаже, а я на втором.       — Вы кого-нибудь видели?       — Как вернулся Роберт я не слышал. А вот Эвелину я видел. Она ближе к одиннадцати вернулась домой и пошла в свою комнату.       — Роберт просил вас что-то ему принести?       — Да. Я как раз выходил с пледом из своей комнаты, и видел Эвелину.       — Когда вы легли спать?       — Я отнёс плед Роберту и сразу пошёл спать.       — Ничего не слышали ночью подозрительного?       — Абсолютно ничего. Я крепко сплю.       — Что вы делали утром?       — Я встал в шесть часов и пошёл на первый этаж к Коди. Мы поливали цветы, и я ушёл мыть пол на второй этаж. А потом увидел Роберта, ну и труп...       — Хорошо. Скажите, окна в комнате Фреда Берга открываются только с внутренней стороны?       — Дайте подумать... Кажется, да, только с внутренней. А что?       — Интересуюсь, — ответила Уэнсдей. — Тогда на сегодня всё, можете идти.       Николас пожал плечами и ушёл. Уэнсдей дописала в блокноте пару заметок и, встав, направилась к выходу. В дверях она встретила Роберта.       — Вы уже закончили? — поинтересовался он.       — Да, пока хватит. Я завтра вернусь ещё. Примерно в два часа. Вас устроит?       — Конечно, будем ждать, — Уэнсдей заметила некое волнение на лице парня.       — Что-то случилось?       — Ничего такого... Просто маме плохо очень.       — Скорую вызвали?       — Да. Она просто очень любила папу… — Роберт приложил руку ко лбу.       — Держитесь, — коротко сказала Уэнсдей. Вот что-то, а поддерживать людей так и не научилась. Она считала, каждый сам должен справляться со своими проблемами. И вот эти пустые слова не помогут.       — Вас проводить?       — Нет, я сама, до завтра, — она развернулась и пошла к выходу.       Уэнсдей вышла на улицу. Ей в лицо сразу подул холодный ветер. Забавно, но в доме Бергов было достаточно прохладно. Ей даже не было жарко в своём пальто. Но это ладно.       Она не сразу пошла к выходу. Девушка для начала обошла дом и встала на против окна кабинета Фреда. Теперь Уэнсдей отчётливо видела заднюю часть окна, которая выходит на улицу. И она могла с точностью сказать, что окна открываются и с внешней стороны, и с внутренней. А это ещё больше усложняет дело. Получается, убийца мог выйти через окно, и вернуться в дом, а дверь кабинета закрыть с внутренней стороны. Второй этаж этого дома был низким. Падать из окна было не так уж и больно. Даже без травм можно было обойтись.       Она отошла немного и посмотрела под ноги. Уэнсдей стояла на бетонной дорожке, которая шла прямо вдоль дома. А чуть дальше от этой дорожи была трава. И вот эта трава была в одном месте очень хорошо примята. По очертанию это напоминало след.       Получается, убийца ушёл через окно. Спрыгнул, и когда приземлялся, оставил след одной ногой, той, на которую приземлился. Но также это могло быть сделано специально.       Больше ничего интересного на сегодня Уэнсдей не обнаружила и поэтому направилась к выходу. У неё есть уже несколько фактов и выводов.       *Убийца, вероятно, ушёл через окно, оставив след. Но в панике забыл его примять. При падении он так же мог получить травму. Отсюда следует, что Роберт — самый главный подозреваемый на данный момент.*       *Ни у кого из жителей этого дома нет твёрдого алиби. После одиннадцати Фреда мог убить любой из них. А значит, нужно искать мотивы и, возможно, копаться в прошлом.*       Да, интересное дело.