***

Обращаться в существо иного рода и формы мне уже было не впервой. Я была и человеком, и тенью, и птицей, и привычным глазу белым волком… Вот и сейчас у меня новый облик. Единственное, что никогда во мне не меняется: белые одеяния, белая шерсть, волосы, красные глаза… Сложно быть альбиносом, когда даже твой собственный сын выглядит как пятно бензина на твоей кристально чистой шерсти. К нему я сегодня и пришла. За окном сияло кровавое небо. Мне бы хотелось, чтобы хотя бы иногда я появлялась на этот свет без военного траура. На этот я обошлась только этим мёртвым небом. Сегодня не особо хочется кого-то пугать. В красных глаза отсвечивало уходящее на спячку солнце. Оно ещё не пропало совсем, кидает на меня тусклые лучи. Прощается и желает удачи. Я киваю ей и оглядываю комнату. Подоконник тёплый… Я слезаю на стол, прохожу мимо лежащих на нём очков, спрыгиваю на стул, на спинке которого так спокойно висел белый халат и падаю на пол. Мягкий ковёр облегчил приземление. Я всё ещё слегка неловка в теле кошки, мне стоит почаще ей обращаться. Коридорный мрак окутывал меня с ног до головы. В этой пелене меня невозможно заметить. Я могла бы опять притворится тенью для ещё лучшей маскировки, но они двигаются не так быстро и аккуратно. Поэтому выбрать облик белой кошки – для меня был лучший вариант из всех предложенных. В доме темно, лишь редкие блики окон освещали мне дорогу до нужной комнаты. Как казалось, я здесь совсем одна. Но и ежу было бы ясно, что они здесь. Прячась в тени от проходящих мимо силуэтов, я старалась найти того, кто мне нужен. Знакомая тень скользнула рядышком, выходя из комнаты, в которой тихо кто-то плакал. Этот плачь я вряд ли могла перепутать. Это был ребёнок. Я несколько секунд смотрела на дверь в надежде, что мне просто показалось. Я ведь пришла к сыну! Почему меня заботит какой-то там маленький червяк? Но внутри что-то ёкнуло. Малыш закричал громче, надрывистее. Тень сына металась по всей кухне, в поисках чего-то. Такой плачь обычно бывает, когда начинают резаться зубы. Кедамоно в тот период кричал не замолкая, я знаю, что это. Я вздохнула. Сердце сжалось до невозможности, я не могла больше стоять здесь без дела. Тихонько, блуждая среди чужих ног, я зашла в комнату. Ребёнок истошно кричал и плакал, кажется, вот-вот срывал себе голос. Я и сама была готова расплакаться, слушая этот вой. Я запрыгнула на тумбочку и аккуратно заглянула в колыбель. На спинке лежал, как мне тогда показалось, полугодовалый малыш. У него и вправду резались зубки, от того и ныл. Он прижимал к себе розового плюшевого зайца и кричал ещё громче с каждой минутой. Я залезла в кроватку. Дитё продолжало кричать и кричать. Я легла рядом. И так выглядит мой внук…? Ох, я ожидала чего-то получше… Но, не мне судить. Я ткнула кошачьей мордочкой его в плечо. На мгновение малыш замолчал, поднял на меня большие тёмные глаза и захихикал. Такой маленький, а уже смеется… Ещё один Кедамоно, значит? Мне уже начинает казаться, что эта традиция была лишней… А тем временем малыш продолжил плакать, спустя минуту затишья. Я подползла ближе и облизнула его румяную щёку, с которой катились крокодильи слёзы. Потом ещё раз и ещё. Со временем он стал затихать, пока вовсе не перестал кричать и не посмотрел на меня. По-детски наивно, удивлённо, а потом снова улыбнулся, похлопал милыми глазками и закрыв их уснул. Так спокойно, как не спал ни один ребёнок на мой памяти, которого я видела хотя бы раз. Милый, совершено беззащитный и такой спокойный… Ему может навредить кто угодно, кто угодно может сделать плохо… Снаружи кто-то ходил, говорил, что-то искал. Два голоса что-то обеспокоенно обсуждали и время от времени подходили к двери, от чего я слегка вздрагивала. Но не поднималась. Боялась разбудить внука. Он ведь так тихо спал… Даже не сопел, маленький ангел. Немного необычно делать такие сравнения, вспоминая, кто я и кто его отец. Но, мой сын полная моя противоположность, так что ничего удивительного. Мальчик был до ужаса похож на новоявленного папашу. Как две капли воды. Вспоминая, как выглядел в детстве Кедамоно, я бы даже не смогла бы их отличить. Настолько всё в них похоже. Услышав шаги из коридора, я оживилась. Так, всё. Хватит нежностей. В самом деле, я Бог Войны! С каких это пор меня так трогают дети? Даже если это мой собственный внук… О боже, я и в параду старею. Я выскользнула из колыбели, подбирая по пути остатки своей немногочисленной гордости. Забралась на подоконник, к открытому окну, и ещё раз взглянула на покидающее смой пост солнце и уступающее его луне. Выдох покинул мои лёгкие. Обернулась белой вороной и вылетела в открытое окошко, на встречу небосводу. Ветер взвивал мои перья. Золотое светило махало мне лучами на прощание, а полумесяц молча приветствовал. Громкая трель разразилась по всей округе. Начиналось тёплое лето. Завтра уже будет новое время и новый сезон. Сквозь облака я поглядывала на мерцающую вдалеке лабораторию. Купол отсвечивал последним мерцанием, перед тем как уйти в ночное забвение. Передо мной только небо, облака и печальный странник ночи, отдающий белым светом. Спустя секунду уже и меня не видать. Я растворилась в звёздах и ушла на покой до следующего раза, когда понадобится моё присутствие в вашему мире. Спокойной ночи, милый крошка. Спи сладко и не просыпайся до самого утра. Не плачь и не кричи, всё будет хорошо.