Часть 1

      Ты поднималась по лестнице на второй этаж. Дом встречал тебя густой тишиной, что скиталась по пустым комнатам. По коленям, до которых не могла достать клетчатая, фиолетовая мини-юбка тенниска, спускалось оранжевое, закатное солнце. Никогда в доме Харгривзов не было так тихо, как сегодня, словно они вдруг стали нормальной семьей. Верить же в это ты отказывалась до последнего, так что, поднявшись на верхний этаж, начала свои поиски кого-нибудь. Но, увы, в комнатах, что ты успела открыть, никого не было. Словно провалились все разом пол землю.       Внезапно тишину разрезали приглушенные стенами крики и веселые присвистывания. Звуки шли из комнаты Эллисон, и ты прямиком направилась туда. Дверь была чуть приоткрыта, из нее в коридор бил мягкий солнечный свет. Толкнув дверь ладонью, которая с легким скрипом распахнулась, тебе предстала следующая картина: все шесть Харгривзов, рассевшись по комнате в какое-то подобие круга, улыбались, присвистывали Диего, что с гордым видом отбросил снятую черную футболку, откидывая ее в угол.       — Шулеры вы все, вот что, — заявляет он, падая на ковер и собирая карты в одну колоду.       — Теплый семейный круг с приторными азартными играми? Харгривзы, сдаете позиции, — ты усмехаешься, опираясь на дверной косяк.       — О, дорогая Т/Ишечка вернулась. Шикарный наряд, — проговаривает Клаус, взмахивая полупустой бутылкой. Его зеленый, улыбчивый взгляд разглядывал тебя пол секунды. — Присоединяйся.       На нем, кроме шляпы и черных клеш-штанов ничего не было. Цветастая рубашка валялась подле него, прижатая парой бутылок.       — Нет спасибо, я лучше буду в первом ряду и смотреть за этим представлением, — проходя в глубь комнаты, ты обводишь ее глазами. На середине кровати ты видишь знакомый силуэт. — Ты тоже здесь, Пятый?       — Как видишь, — парень поднимает зеленые глаза, улыбается своей саркастической, привычной улыбкой.       Пока недовольный, но через чур заинтересованный выиграть Диего раздавал карты, попутно опуская едкие замечания Клаусу, что успел пару раз опрокинуть и свои, и чужие бутылки на пол, ты высматривала себе место, откуда будет видна игра и лица участников. И твой взгляд упал на пустующее место возле Пятого, что «скромно» заграбастал себе всю кровать. Не раздумывая ни секунды, падаешь туда, обнимая парня за шею и укладывая голову ему на плечо, как бы всматриваясь в его карты. Все встречают это смешками и загадочными улыбками, только лишь Пятый, оставаясь при своем серьезном лице, продолжил следить за игрой, лишь слегка выпрямившись. Ты не могла заметить, как в его глазах на секунду мелькнула победная искорка.       Партия была в самом разгаре. И, как оказалось, Диего был прав: каждый считал своим долгом обхитрить соперников, даже миролюбивая и честная, на первый взгляд, Ваня, что старалась незаметно выкидывать неподходящие карты на «стол». Только Лютер не мог незаметно проделывать такие шалости, уж слишком его лицо выражало его мысли. И стоило Диего заметить это, как тот с победным кличем указывал на шулерство. Только Пятый не учувствовал в этой апогее веселья, холодно и отстраненно, как и всегда, следил за игрой, лишь изредка все-таки позволяя себе поиздеваться над братом. Как-то получилось, что его сосредоточенная игра дала сбой и целый веер карт попал к нему в руки, награждая проигрышем.       — Да неужели наш Пятый не уследил за ходом карт, — ехидно, по лисьи проговаривает Эллисон, выбрасывая последние две карты на «поле боя», полностью сокрушая брата. — Снимай свою тупую жилетку, братец.       Парень проворчал себе под нос что-то непонятное, пытаясь освободиться от твоих рук. И тут в твоей голове возник отличный план, как вывести этого серьезного парня хоть на какие-либо эмоции.       — Ребят, как вам идея, что я буду раздеваться в место Пятого?       И, кажется, всем идея пришлась повкусу, кроме, собственно, самого Пятого. Он, с какой-то непонятной смесью эмоций, повернулся к тебе, задавая немое: «Что ты творишь?». Но отвернулся, закатив глаза, как только ты сняла сиреневый кроп-топ, откинув его назад под смех Харгривзов.       — Скажи спасибо, что хоть кто-то прикрыл твою задницу, — усмехнулась Эллисон. — Обалденная фигура, Т\И.       — Полностью поддерживаю! Хорошо вписываешься в нашу семейку, — Клаус широко улыбается, бросает тебе пачку сигарет, на которые сам тебя и подсадил.       По комнате расходился плотный сигаретный дым, но даже через него ты видела, как неровно вздымается грудь Пятого, на плечах которого ты продолжала виснуть. Кажется, он не особо следил за ходом игры, все больше и больше обрекая себя на проигрыш.       — Пятый, если и дальше так будешь играть, мне нечего снимать будет, — совершенно невинно, шепчешь ему на ухо. — И почему ты так неровно дышишь?       — Не переживай, солнышко. Просто следующий раз одень что-то еще кроме короткой юбки и лифчика.       И комната, что секунду назад была перед глазами, растворилась во вспышке, на смену ей пришла знакомая тебе комната парня, который без слов развернул тебя к себе лицом.       — Выкинь эту дрянь, — процедил Пятый, выкидывая в окно дымящуюся сигарету. И грубо целует в губы, пока ты не успела сказать хоть что-нибудь из разряда сарказма.       — Только потише, прошу вас! — кричит из-за стены Клаус и громко хохочет.