Опыт

Автор сидит за рабочим столом, уставившись на пустой лист. Его пальцы забираются в шевелюру и массируют кожу головы. Автор боится пустого листа: его нужно было срочно чем-нибудь заполнить. Автор обращается к своей Фантазии, и она создаёт буквально из пустоты столько замечательных идей! — Что, если написать историю о Человеке? — Предлагает Фантазия. — Да, о Человеке, который прошёл трудный путь, и в конце он делает мир лучше? — Пфф, банальщина. Эта идея не нова, — говорит Внутренний критик. — Кто будет это читать? Люди прочитали уже тысячи подобных историй, и они просто пройдут мимо нашей, потому что она будет выглядеть как тухлое яйцо. — Ничего не тухлое! — Возразил Автор. — Ладно, а что, если поместить Человека в интересный мир? — Рассуждает начинающий писатель, всё ещё гипнотизируя пустой лист. — Может, выживание? Зомби-апокалипсис? Да, этот жанр сейчас как Дикий Запад — есть, где разгуляться. — Ага, встретишь первую же Трудность и после дуэли с ней упадёшь лицом в лужу, — продолжил Внутренний критик. — Это же Дикий Запад, а не романтизированный вестерн. Поверь мне, я знаю, сколько историй ты начинал, а потом сюжет стопорился, и ты вместо того, чтобы преодолеть Трудность, просто берёшь и уничтожаешь эту историю. — Не так-то легко писать новую историю абсолютно с нуля, знаешь ли, — огрызнулся Автор и расправил плечи. Всё же долгое сидение в кресле было утомительным занятием. — Но другие же написали, причём очень неплохие! — Стала поддерживать Автора Фантазия. — Гарри Поттер, Перси Джексон, Властелин колец... — Ага, Толкин, вообще-то, прошёл войну, выучился на филолога и лингвиста и был профессором в университете, так что у него был очень большой багаж опыта, — Внутренний критик загибал пальцы, приводя контраргументы. — Джоан Роулинг окончила университет с курсами и пережила кучу всего перед тем, как начать писать, а Рик Риордан был вожатым в лагере и у него был опыт, на котором он основал свою историю. Во всех случаях у писателей с хорошими произведениями имеется жизненный и профессиональный опыт. А у нашего Автора есть опыт сидения в четырёх стенах и прокрастинации. Увы и ах, с таким набором не получится ничего годного. — Но ведь Автор всегда может обратиться ко мне, — заявила Фантазия. — Он может придумать всё что угодно! — Не так быстро, — вставил Внутренний критик. — Автор не сможет написать сцену боя, если не будет знать технику нанесения ударов. Он не сможет описать работу прокурора, если не будет знать, что он должен делать. И Автор ни за что не напишет нормальную постельную сцену, если не будет знать строение человеческого тела и не будет иметь никакого представления о коитусе. — А вот и не правда! Я смогу! — Возразил Автор. — Ага, как же. Я уже читал про эти "вращающиеся бёдра", подобные лопастям вертолёта и про десятиметровую руку, которой девушка тянется из одного конца комнаты в другой, чтобы дотянуться до мужика. Смех да и только! — Внутренний критик вспомнил ещё больше смешных моментов и откровенно засмеялся, пока Автор краснел от стыда и смеялся за компанию, потому что сейчас его старые работы тоже казались ему смешными. — Эй, перестань! Ты сейчас так Автора достанешь своими речами, что он вообще писать не будет! — Прикрикнула Фантазия. — Да ладно, вам обоим смешно, — хихикнул Внутренний критик. — Ой, вспомнить только те старые "рассказы", которые ты писал, когда фанател по "Крипипасте". Они были такие "страшные", что я в своё время чуть не задохнулся от смеха. Я всегда ржал с этих литров крови, которые никогда не кончались, будто персонаж шёл с ограбления больницы, обвешанный этими пакетиками для реципиентов. И тут, откуда не ждали, ему на встречу вышел маньяк, перед прогулкой дважды помывший голову шампунем и намазавший волосы бальзамом, расчёсанный, почистивший зубы и одетый в чистую выглаженную одежду! Хотя он, вообще-то, по лору давным-давно убежал из дома и живёт на улице, а это значит, что он выглядит и пахнет как бомж. — Эй, это был кумир его отрочества! — Заступилась за Автора Фантазия, — А кумир не может быть, как ты выразился, "бомжом", поэтому я его слегка приукрасила. — Ага, ты бы ему ещё бусики из хрусталя навешала и косметикой бы его размалевала! Ладно, проехали, — вздохнул Внутренний критик, но потом он вспомнил ещё кое-что. — Автор, помнишь, как ты описывал эти "ужасные" коровавые сцены? — Коровавые? Может, кровавые? — Поправил его Автор. — Не, там больше от слова "корова", которая размазала по листу бумаги свою лепёшку. Ой, как же я смеялся с "кусков мяса", которые выпадали с жертв этого благоухающего маньяка-красавчика, будто бесконечные лутбоксы. Причём выпадали они из тех мест, где "мяса", то есть мышц, либо нет, либо их там очень мало. Учи анатомию, сосунок! — Бурчишь как какой-то старик, которому всё не так! — Обиженно сказал Автор. — Ты меня опозорил! — Ты сам опозорился. И ты понимаешь, что я прав, — заметил Внутренний критик. — Без меня ты бы не замечал своих ошибок и не старался бы их исправить. А ещё у всех своих старых работ ты запорол концовки. — Из всего того, что ты сказал, я понял, что я сейчас не могу писать рассказы! Зачем тогда мне вообще их писать, если у меня нет опыта? — Выпалил Автор. — Где мне вообще этого опыта набраться? — В книгах, — ответил Внутренний критик. — Чем больше будешь читать, тем лучше будешь писать. Когда ты прочтёшь хотя бы одну хорошую книгу, у тебя появится понимание того, какой должен быть слог, какое должно быть строение у рассказа, как нужно прописывать персонажей и мир, в котором они живут, какие литературные приёмы можно использовать, а какие нельзя. Можешь также смотреть хорошие фильмы, сериалы, мультфильмы, и обзоры на них, чтобы иметь разносторонне представление о них. — То есть, я должен читать и смотреть только хорошее? — Задал вопрос Автор. — Не всегда, — ответила Фантазия. — По началу тебе действительно нужно читать хорошие книжки и смотреть хорошее кино, чтобы сформировать вкус и выцепить оттуда то, что тебя больше всего цепляет: сюжета, драма, тайна. А потом, когда у тебя появится опыт, ты сможешь начать читать плохие книжки и смотреть плохое кино, подмечая, что другой Автор сделал не так, почему это отталкивает и как это исправить. Ну и подмечать, что он сделал правильно. Возможно, ты даже мысленно сможешь сделать обзор или разбор произведения. С этим я тебе очень сильно помогу! — Так, получается, опыт можно почерпнуть не только из практики, — произнёс Автор, встав с кресла, — но и из книг? — Конечно, — ответил Внутренний критик, — знаешь, в книгах можно почерпнуть много всего полезного, но это не отменяет того, что практический опыт тоже важен. Прочитав книгу по плаванию, ты не сможешь сразу прыгнуть в воду и проплыть через какой-нибудь Ла-Манш. Практика не менее важна, чем теория. Например, ты не сможешь в полной мере описать вкус того, чего не пробовал или запах, который не чувствовал. Ну и, конечно, неправильно опишешь чувства, которые ты сам не испытывал. — Ясно, — согласился Автор. — Но стоит ли мне писать, пока я набираюсь опыта? Не будет ли это... плохо? Я имею в виду, первые строки рассказа будут хуже, чем последние и это факт. Мне же придётся заново переписать начало, и окажется, что оно получилось лучше конца... это же замкнутый круг! — А ты не замыкай его, — подсказала Фантазия. — В первом классе ты, например, сделал ошибку в примере, а сейчас ты без ошибок решаешь более сложные. Ты же не вернёшься в первый класс и не исправишь этот пример. Решив его плохо, ты узнал, какую ошибку ты допустил и в следующих уже не допускал её. Так же и в писательстве: твои первые произведения всегда будут не такими хорошими, как ты хочешь. Ошибки нужны, чтобы на них учиться. — Ты не ответила на мой вопрос, — Автор выгнул бровь, сделав серьёзное лицо. — Стоит ли мне исправлять эти ошибки? — А ты сразу хочешь стать всемирно известным и попасть на первую строчку "Форбс"? — Спросил Внутренний критик, тихо посмеявшись. — Чтобы хорошо писать, тебе также нужен опыт. Опыт грамотного написания текстов. И ты нарабатываешь его, пока пишешь свои маленькие неказистые рассказики. Чем больше ты их пишешь, тем качественнее они становятся. Начни пока с онлайн-площадок, выложи свою писанину, пусть читатели скажут, нравится им это или нет.