16. 1990 год: доктор Джекилл и санта-барбара

«Джекилл и Хайд», Великобритания, 1990 год. Режиссер: Дэвид Уикс. В главной роли: Майкл Кейн.

      Об этой британской телеверсии вряд ли смогу говорить беспристрастно. У меня от нее бомбило несколько дней. Да и до сих пор бомбит настолько, что изменю своему принципу не спойлерить и просто перескажу сюжет — а вы, дорогие читатели, уже сами решайте, насколько мое возмущение обосновано.       Больше всего меня здесь поразило вопиющее несоответствие формы и содержания.              Я бы не протестовала и, может, даже получила бы удовольствие, будь это хоррор. Или триллер о враче-психопате и глубоко нездоровых отношениях.              Однако мистер Уикс увидел в истории доктора Джекилла мелодраму о большой любви. И трагедию благородного прогрессивного ученого, затравленного косным обществом. Вот от того, как он понимает благородство и большую любовь, я и улетела за пределы Солнечной системы.       Но обо всем по порядку.

***

      Чисто внешне этот фильм производит очень приятное впечатление. Хоть и неожиданное. На страшную историю он не похож совсем, а похож на классические экранизации Джейн Остин или Шарлотты Бронте. Или на сериалы про Пуаро и мисс Марпл: хоть там уже другая эпоха, но настроение то же.       Неторопливо, симпатично, уютно. Очень тщательно воспроизведена материальная культура — костюмы, интерьеры, улицы, по которым ходят люди в цилиндрах и ездят экипажи. Сцены насилия сжатые и вегетарианские, практически без крови (тогда на телевидении с этим было строго) — зато балы, приемы, поход в оперу, семейные ужины мы видим во всех подробностях. Мельком появляется даже королевская семья. :)       Наконец, очень хорошие актеры. Сэр Майкл Кейн — человек чрезвычайно известный и заслуженный; но и главная героиня, Черил Лэдд, ему не уступает.       И во всем узнаваемый дух: добротность, интеллигентность, уют, некоторая старомодная сентиментальность — все то, за что мы любим старые британские сериалы.       Тем поразительнее то, что, собственно, там происходит.

***

      Для начала эта версия удивляет тем, сколько здесь у Джекилла родственников.       У него есть престарелые родители. Прежде была жена, теперь он вдовец. Есть тесть — не кто иной, как стивенсоновский доктор Лэньон. Есть свояченица Сара: они с Джекиллом любят друг друга, но судьба разделяет их. Сара замужем: мужа, правда, нет в доступе, но ее папа, доктор Лэньон, ненавидящий Джекилла, охраняет честь дочери так, как мужу и не снилось. Все это неуловимо напоминает мексиканские сериалы.       Даже зачин как будто из «Санта-Барбары». Через несколько лет после всех ужасных событий имущество доктора собираются распродавать с аукциона, но вдруг вбегает адвокат Аттерсон и кричит:       — Стойте, не продавайте! Джекилл ведь в завещании назвал своей наследницей Сару Кроуфорд — так вот, мы ее нашли! Она сменила имя и живет в провинции, и у нее есть сын!       — Сын? — восклицают все и понимающе переглядываются.       Аттерсон едет в провинцию к Саре, а она рассказывает ему свою печальную историю, из которой он знал, так сказать, только внешний контур. Эта история и составляет сюжет.

***

      Доктор Генри Джекилл — прогрессивный врач, разрабатывающий лекарства, которые мы бы сейчас назвали психотропными. Он считает, что со временем люди научатся не только лечить таблетками меланхолию, но и с помощью лекарств разительно изменять свои характеры, уровень интеллекта и даже тела. Его противники, консервативные врачи, которых возглавляет доктор Лэньон, говорят, что подобные исследования опасны, и что нельзя человеку играть в Бога. А Джекилл отвечает, что можно и даже нужно. Значительная часть фильма посвящена этой научной дискуссии.       У Лэньона с Джекиллом не только идейная, но и личная вражда. Несколько лет назад Джекилл лишился жены (старшей дочери Лэньона) при трагических обстоятельствах: она заболела, а он принялся ее лечить своими экспериментальными препаратами. С тех пор Лэньон считает Джекилла виновником ее смерти и не упускает случая его опорочить или навредить. (Этот Лэньон, суровый викторианский джентльмен, здесь вообще выглядит главным злодеем. По крайней мере, Хайда точно затмевает.)       Мало того: теперь Джекилл положил глаз на его вторую дочь! А она, между прочим, замужем. Правда, муж ее капитан дальнего плавания и сейчас служит Империи где-то в Сингапуре, пишет оттуда письма жене и просит приехать. Но Сара не хочет к нему ехать, потому что мужа не любит, а с детских лет любит только Джекилла. Когда она самому Джекиллу об этом сообщает, даже он немного удивляется: «Зачем же, — говорит, — ты тогда вышла замуж за этого своего капитана?» — «Но ведь ты был уже занят!» — логично отвечает она.       Итак, Лэньон стережет свою дочь как дракон, а Джекиллу всячески пакостит. Вокруг шныряют журналисты, которым платят за сплетни, и светские дамы, сплетничающие бесплатно. Джекилл с Сарой еще и поцеловаться не успели, а уже весь Лондон обсуждает их скандальный адюльтер. Как видите, жизнь у Джекилла сложная даже без всякого Хайда.       А тут еще Хайд.

***

      В этой версии, правда, Хайд на редкость невыразительный и неинтересный. Создателей фильма интересует именно Джекилл, а Хайда они воспринимают как чистую функцию.       Он, как выразился какой-то англоязычный критик, «похож на бугристую луковицу с дурным характером». Здоровенный, лысый, весь в каких-то буграх и шрамах. Внешность настолько нестандартная, что, как только его начинает разыскивать полиция, Хайду становится сложно по улице ходить — его все сразу узнают и пытаются задержать. Но он очень силен и ловок, поэтому ему каждый раз удается всех расшвырять (даже десяток полицейских, подстерегших его в засаде) и уйти.       Не разговаривает, только рычит — мы даже удивляемся, ближе к концу обнаружив, что говорить он все-таки умеет. Внутреннего мира, похоже, нет совсем. Мрачная злобная тварюга, на всех кидается, все вопросы решает кулаками, с женщинами насильник и садист, а больше о нем сказать нечего.       История Хайда начинается, так сказать, с середины. Нам так и не объясняют, что привело доктора именно к такой конфигурации «второго я», почему такой результат эксперимента он счел удачным, и как вышло, что до поры до времени его ничего не беспокоило. Просто такова жизнь: на улице перед домом Джекилла Хайд калечит маленькую девочку и скрывается — через десять минут из дома выбегает взъерошенный Джекилл и начинает девочку самоотверженно спасать — а спасши девочку и утерев трудовой пот со лба, возвращается в лабораторию и снова пьет свое зелье. Ведь на лондонских улицах еще много девочек осталось.

***

      Но однажды ситуация выходит из-под контроля.       Узнав, что его дочь согрешила с Джекиллом (хотя они еще не, только поцеловались разок), доктор Лэньон выгоняет Сару из дома. В ночь, под проливной дождь. Не знаю, почему замужняя женщина живет не в доме мужа и даже не у родных мужа, а у своего отца.       Отец Сару выгнал, ей некуда идти — и она приходит к Джекиллу. Тот устраивает ее у себя, а сам, как джентльмен, не желая окончательно губить ее репутацию, хочет уйти и переночевать в клубе. Но вместо этого, о ужас, самопроизвольно оборачивается Хайдом. Всю ночь где-то шляется и зверствует, а уже под утро возвращается домой, вламывается в спальню к Саре и жестоко ее насилует.       На крики Сары прибегают слуги. Она лежит вся избитая и истерзанная, Хайд уже скрылся — а через пять минут появляется взъерошенный Джекилл. «Ну надо же, — говорит, — какое несчастье! Как этот негодяй проник в дом? Должно быть, через разбитое окно в моем кабинете!» И начинает за Сарой ухаживать, обрабатывать ее раны и поить успокоительным.       Когда она немного приходит в себя, Джекилл решает объясниться с ней начистоту.       — Понимаешь, Сара, — говорит он со сложным лицом, — тот человек, что на тебя напал… Во-первых, его не существует. Во-вторых, я его знаю. В-третьих, полиция никогда его не найдет…       Бедная покоцанная Сара слушает его с крайним недоумением.       — Видишь ли, Сара, — продолжает Джекилл с мукой на лице, — я должен тебе признаться… у меня сейчас большие неприятности…       Ээээээ… мужик… она точно сейчас о ТВОИХ неприятностях должна думать?       Дальше их объяснение уходит за кадр: даже авторы понимают, что такое показывать как-то неловко.       В общем, Джекилл признается, что это он ее изнасиловал.       То есть не он, а Хайд. То есть на самом деле все-таки он. И девочку затоптал, и проституток мордовал, и полицейского пришил, и все вот это вот, о чем пишут в газетах — тоже он. Но теперь он осознал, что что-то пошло не так, и твердо решил прекратить эксперимент. Если Сара прикроет его от полиции, то он уничтожит свой волшебный порошок и сожжет все записи.       Негодование и протест у Сары вызывает только последний пункт.       — Что ты! — говорит она. — Как можно все уничтожать? Это же двадцать лет твоей работы!       Но Джекилл готов всем пожертвовать ради любви к ней! (и еще ради того, чтобы его не повесили).       Ну хорошо. Сара говорит полиции, что насильника не разглядела и вообще ничего не видела и не знает; Джекилл уничтожает свои материалы, прощается с Хайдом — и наступает у них почти-семейная идиллия.       Джекилл с Сарой вместе сидят у камина, гуляют на природе, фотографируются, ездят в театр. Жизнь их прекрасна, они безмятежно счастливы. Правда, в свете смотрят косо, но что им до мнения света? Да и не все смотрят косо, вон принц Уэльский даже одобряет…       Но недолго длился их квази-медовый месяц. Хайд, все это время тихо сидевший внутри Джекилла, не выдержал такой концентрации розовых соплей (тут я его очень понимаю!) и начал рваться наружу.       Однажды, когда Джекилл заехал проведать родителей, из него внезапно вылез Хайд и пристукнул его папу, а маму привел в недееспособное состояние.       (Почему-то в этом фильме Хайд очень бурно реагирует на родителей Джекилла, хотя на вид они вполне милые люди.)       После этого он еще как-то сумел вернуться в Джекилла. Но ясно было, что повторить это уже не удастся.       Ситуация становится пугающей. Хайд никуда не делся и пытается взять тело под контроль — а порошка-то больше нет! И записей нет, Джекилл все уничтожил! Чтобы восстановить все по памяти, понадобится много времени и труда — но времени ему явно не хватит, счет идет на часы. К тому же вокруг дома бродят полицейские, которые помнят, что Хайда регулярно видели в этом квартале, и не теряют надежды…       Джекилл ищет помощи и утешения у Сары. Но что она может сделать? «Ну, — говорит, — дорогой, ты как-нибудь того… держи себя в руках! Я верю, ты справишься!»       Джекилл до того дошел, что ищет помощи даже у Лэньона, своего злейшего врага. Признается ему во всем и просит помочь — у него должен был остаться образец препарата, найденный в квартире Хайда. «Да ты охренел, чувак!» — явно хочет ответить Лэньон, но он викторианский джентльмен, поэтому отвечает сдержанно:       — Препарата у меня больше нет, я провел анализ и передал его в полицию. А вам, сударь, теперь может помочь только Бог!       — Правда? — говорит Джекилл с трагически-гордым видом Прометея на скале (это кульминация, очень трагический момент). — Если так, почему же Он мне не помогает?!       Что ж, хотя бы выяснили, кто во всем виноват.       Дело близится к финалу. Джекилл заперся в лаборатории. Сара рыдает под дверью. Снаружи в лабораторию рвутся полицейские, изнутри рвется Хайд. Последним усилием воли Джекилл, пока он еще Джекилл, успевает застрелиться.       Что тут сказать? Лучше поздно, чем никогда.       И эпилог. Значит, рассказала Сара Аттерсону всю эту историю.       — М-да… — говорит Аттерсон. — Надо же… Вот оно как в жизни-то бывает… А ребеночек ваш, — и кивает на мальчика, играющего неподалеку в куче песка, — он, значит, от Джекилла?       — А… ну… да, — отвечает Сара. — Конечно. Сын у меня от Генри. Само собой.       Тут мальчик, все это время державшийся поодаль от камеры, вдруг поворачивается к ней личиком —       ............................................................................................................................       ............................................................................................................................       ............................................................................................................................       …и по его Жутко Стремному Ебл… пардон, по нестандартной внешности мы понимаем, что ребеночек-то от Хайда!

КОНЕЦ.

      А муж-моряк вообще куда-то исчез из этой истории.       Впрочем, я стремлюсь во всем искать хорошее: так что добавлю, что в этом фильме неожиданно впечатляет превращение Джекилла в Хайда и обратно. Превращение показывают подробно, он при этом весь идет какими-то волнами и буграми, и выглядит это и вправду довольно жутко.       Приложение:       Иллюстрации: https://vk.com/wall136603561_16661       «Джекилл и Хайд», 1990 год: https://vk.com/video-198602434_456240349