3. Лололошка — не ребёнок (почти)

— Так, раз уж ты тут застрял, придётся устанавливать правила, — заявил Джон. Лололошка сидел на столе, болтая ногами. Ему, конечно, не очень нравилась идея с "правилами", но выбора не было. — Ладно, какие? Джон скрестил руки. — Первое. Ты не лазишь, куда не надо. — Какой конкретный запрет… — Второе. Ты не устраиваешь беспорядок. — Так ты сам живёшь в хаосе! — Третье. Ты не лезешь в магию. Лололошка надулся. — Ну уж нет. Я хочу вернуть себе нормальное тело, так что я буду помогать. — Нет. — Да! — Тебя даже книга раздавить может! Лололошка хотел возразить, но посмотрел на тяжёлые фолианты и понял, что Джон прав. — …Ладно, но я всё равно буду помогать! — В пределах разумного, — добавил Джон, садясь обратно за книги. — Ну хоть что-то, — пробормотал Лололошка, спрыгивая со стола. Но стоило его ногам коснуться пола, как раздался громкий стук. — Ой. Джон медленно поднял голову. — Что ты уронил? — …Ничего важного. — Рома. Лололошка невинно улыбнулся. — Джон. Джон посмотрел на пол и увидел, что Лололошка опрокинул чернильницу. — ТЫ… — ЭТО БЫЛО СЛУЧАЙНО! — ТЫ ТОЛЬКО ЧТО ИСПАЧКАЛ ВЕСЬ ПОЛ! Лололошка сделал единственное, что мог в такой ситуации. Он побежал. — СТОЙ, МЕЛКИЙ, Я ТЕБЯ…! И понеслось.

***

Через двадцать минут пол был очищен, но Джон всё ещё был злым. — Слушай, — Лололошка потёр шею, — я правда не хотел… — Ага, конечно, — Джон уселся в кресло. — Ну не злись, пожалуйста. — Я не злюсь. — Ты вон как брови нахмурил! — Я всегда так делаю. — Ну, может, пора расслабиться? — Расслабиться? — Джон устало посмотрел на него. — Я сижу с тобой, мелким, у меня теперь забот в два раза больше, а ты говоришь "расслабиться"? Лололошка задумался. "Блин, а ведь он правда меня не бросил. И даже не выгнал. Хотя мог." — Слушай… Спасибо. Джон удивлённо приподнял бровь. — За что? — За то, что ты… ну, не бросил меня. Джон только фыркнул. — Я бы ещё подумал об этом. Но, несмотря на слова, в его голосе не было злости. Лололошка улыбнулся. "Ну, кажется, я не так уж и мешаюсь."

***

Жить в теле ребёнка оказалось сложнее, чем Лололошка думал. Он не мог носить свою одежду — она была огромной. Джон кое-как нашёл для него старую рубашку и какие-то штаны, но выглядело это… странно. Есть стало сложнее — ложка была слишком большой. А самое худшее — он не мог дотянуться до полок. — Джоооон, мне нужна чашка! — Встань на стул. — Я могу упасть! — Тогда подожди. — Я умру от жажды! — Ты ребёнок, но не на столько. Лололошка закатил глаза, но смирился. Джон, конечно, бурчал, но постепенно привык, что у него под боком шебутной мини-Лололошка. Как-то утром он даже забыл, что тот был взрослым, и сказал: — Давай-ка сюда, тебе шнурки завязать. И только когда увидел какой бешеный взгляд кинул на него Лололошка, понял, что что-то не так. — Джон, — сказал рыжик медленно, — ты только что сказал это ТАКИМ ТОНОМ, БУДТО Я ТВОЙ МЕЛКИЙ БРАТ. — …Ну, если подумать… — НЕЕЕЕЕТ! Но Джон только ухмыльнулся. — Ну-ка, повернись, воротник поправлю. — НЕЕЕЕЕЕЕТ!

***

Однажды вечером Лололошка сидел на подоконнике и задумчиво смотрел в окно. — Ты чего такой тихий? — спросил Джон. — Просто… — Лололошка опустил взгляд. — А если мы не найдём способ вернуть меня обратно? Джон немного помолчал. — Найдём. — А если нет? — Тогда… — Джон вздохнул. — Тогда приспособимся. Лололошка замер. — Ты серьёзно? — Ну, не брошу же я тебя. В этот момент Лололошка понял, что Джон, несмотря на своё ворчание, правда заботится о нём. И что бы ни случилось дальше, он будет рядом. Конец? Нет, только начало.