Глава 4

      Утро в башне Гриффиндора никогда не бывало тихим.       Где-то хлопнула дверь спальни, по лестнице с топотом промчались чьи-то ноги, из-за стены донёсся недовольный голос одного из портретов, требовавшего соблюдать тишину, а уже через мгновение всё утонуло в привычном гуле просыпающегося замка.       — Карина! — донёсся снизу голос Гермионы. — Если сейчас не выйдешь, Рон действительно опоздает на завтрак!       — Я не опоздаю! — тут же возмутился Рон. — Я просто не вижу смысла приходить первым.       — Конечно. Потому что тогда придётся ждать, пока подадут еду.       — Именно!       Карина невольно улыбнулась.       За эти несколько дней она уже успела понять, что спорить эти двое могли практически обо всём. Причём чаще всего оба были уверены в собственной правоте. Она быстро застегнула мантию, подхватила сумку и ещё раз посмотрела в окно. Утреннее солнце золотило башни Хогвартса, над Запретным лесом медленно поднимался лёгкий туман, а Чёрное озеро казалось совершенно неподвижным.       Странное чувство.       Ещё неделю назад она и представить не могла, что будет просыпаться здесь. Не на базе Ночного Дозора, не дома, а в старом шотландском замке, где по коридорам бегают ученики, портреты обсуждают чужие дела, а привидения считают себя полноправными обитателями школы. И что самое удивительное… Ей здесь было удивительно спокойно.       — Карина! — уже громче крикнула Гермиона. — Если ты сейчас не выйдешь, мы действительно останемся без завтрака!       — Иду! — засмеялась она и выбежала из спальни.       Стоило им переступить порог Большого зала, как навстречу хлынул привычный утренний гул.       Под заколдованным потолком лениво проплывали лёгкие облака, почти не отличимые от настоящих. Совы одна за другой влетали через высокие окна, сбрасывая письма и свёртки прямо в руки хозяевам. Где-то радостно вскрикнула девочка с Пуффендуя, получив долгожданную посылку из дома. За столом Когтеврана несколько учеников, не обращая внимания на еду, уже успели уткнуться в книги. Слизеринцы переговаривались вполголоса, время от времени обмениваясь едва заметными усмешками, словно весь мир существовал исключительно для того, чтобы дать им очередной повод для язвительного замечания.       А за столом Гриффиндора, как всегда, царил самый настоящий хаос.       — Я тебе говорю, это был не я! — возмущался Рон.       — Конечно не ты, — невозмутимо кивнул Фред. — Просто кто-то очень похожий на тебя ночью пытался пробраться на кухню.       — Причём настолько похожий, что даже носил твою пижаму, — добавил Джордж.       — Очень смешно.       — Нам тоже понравилось.       Карина не удержалась и тихо рассмеялась.       — Не слушай их, — сказал Гарри, присаживаясь рядом. — Они уже третий день пытаются убедить Рона, что домовые эльфы ведут на него личное дело.       — Потому что ведут! — с серьёзным видом заявил Фред.       — Просто пока не хотят показывать материалы расследования.       — Очень смешно, — повторил Рон, но уголки его губ всё равно дрогнули.       — Иногда мне кажется, что вы никогда не повзрослеете. — Гермиона покачала головой.       — Зачем? — искренне удивился Джордж.       — Это же так скучно.       Карина снова улыбнулась.       Она ещё не успела привыкнуть к тому, что обычный завтрак здесь мог превратиться в маленькое представление. И, что удивительно, никто не пытался казаться серьёзнее, умнее или сильнее, чем был на самом деле. Каждый просто оставался собой. И именно это почему-то нравилось ей больше всего.       — Карина, а ты на чьей стороне? — неожиданно спросил Фред.       Она удивлённо подняла голову.       — В каком смысле?       — Мы пытаемся объяснить Рону, что ночью он хотел пробраться на кухню.       — А он всё отрицает, — трагично добавил Джордж.       — Потому что это неправда! — возмутился Рон.       — Конечно, неправда, — с самым серьёзным видом согласился Фред. — Просто у нас коллективная галлюцинация.       — Очень подробная коллективная галлюцинация, — кивнул Джордж. — Мы даже видели твою пижаму.       Карина перевела взгляд с одного близнеца на другого, потом посмотрела на Рона, который отчаянно пытался сохранить возмущённый вид.       — А можно я сначала позавтракаю? — осторожно спросила она.       За столом дружно рассмеялись.       — Нельзя, — покачал головой Фред. — Это вопрос государственной важности.       — От твоего ответа зависит честь семьи Уизли, — с самым серьёзным видом добавил Джордж.       Карина задумчиво посмотрела на тарелку Рона. Тот уже успел положить себе столько еды, что хватило бы ещё на двоих. Она не выдержала и улыбнулась.       — Тогда… я всё-таки на стороне завтрака.       На несколько секунд за столом повисла тишина. А потом первым расхохотался Рон.       — Вот! — довольно воскликнул он. — Хоть один разумный человек!       — Предательница, — сокрушённо покачал головой Фред.       — Мы возлагали на тебя большие надежды, — театрально вздохнул Джордж.       — И теперь глубоко разочарованы.       — Очень глубоко.       — Настолько глубоко, что, пожалуй… простим тебя после обеда.       — Если поделишься десертом.       Карина уже не могла сдержать смех. Даже Гермиона, обычно пытавшаяся сохранять серьёзность, тихо усмехнулась, качая головой.       — Вы неисправимы.       — Зато счастливые, — философски заметил Джордж.       Карина покачала головой, всё ещё улыбаясь, и машинально подняла глаза.Через весь Большой зал. За слизеринским столом Драко уже смотрел в её сторону. Улыбка медленно исчезла с её лица. Она не отвела взгляд. И он тоже. На несколько коротких секунд шум вокруг будто растворился.       — Карина?       Голос Гарри заставил её вздрогнуть.       Она быстро повернулась к друзьям.       — Что?       — Я спрашивал, ты сегодня идёшь смотреть тренировку?       Карина моргнула, словно возвращаясь в реальность.       — Прости… задумалась.       — Это мы уже поняли, — усмехнулся Рон.       — Неужели испугалась домашнего задания? — с притворным сочувствием спросил Фред.       — Нет, — рассмеялась Карина. — До такого ещё не дошло.       — Ну и правильно, — важно кивнул Рон. — До завтрака думать вообще вредно.       Карина улыбнулась и потянулась за чашкой с чаем.       А за слизеринским столом Николь медленно закрыла книгу. Она уже несколько минут смотрела на одну и ту же страницу и не могла вспомнить ни строчки. Карие глаза сами собой поднялись к гриффиндорскому столу. Карина снова смеялась. Гарри что-то рассказывал, размахивая руками. Рон спорил с близнецами. Обычное утро. Обычный завтрак. Николь перевела взгляд чуть левее. Драко уже разговаривал с Блейзом Забини. Спокойно. Как будто ничего не произошло. И всё же… Что-то было не так.Она сама не смогла бы объяснить, что именно. Но странное, неприятное чувство уже тихо поселилось где-то внутри. Николь раздражённо захлопнула книгу.       — Глупости… — едва слышно произнесла она. Но открыть её снова почему-то так и не смогла.             Большой зал постепенно пустел.       За длинными столами оставались лишь самые неторопливые ученики. По каменному полу застучали шаги, загремели отодвигаемые скамьи, над головами лениво кружили несколько сов, опоздавших к утренней почте.       — Ну что, идём? — Гарри первым поднялся из-за стола. — Если сейчас задержимся, Макгонагалл решит, что мы решили прогулять её урок.       — Макгонагалл? — Карина сразу подняла голову.       — Ага. Трансфигурация.       — Тогда действительно лучше поторопиться. — Её лицо заметно оживилось.       Они вышли из Большого зала вместе с остальными гриффиндорцами.       — Ты сейчас выглядишь так, будто тебе сообщили, что урок будет вести сам Мерлин, — усмехнулся Рон.       — Не Мерлин, конечно. — Карина тихо рассмеялась.       — Откуда такая уверенность? — с любопытством спросил Гарри. Она лукаво улыбнулась.       — Поверь, если бы в Хогвартсе преподавал Мерлин, папа давно бы мне об этом рассказал.       Несколько секунд Гарри и Рон молча смотрели на неё. Потом Рон пожал плечами.       — Логично… наверное.       — Теперь мне ужасно интересно, откуда у твоего папы такие знакомства. — Гермиона улыбнулась.       — Когда-нибудь расскажу. — Карина лишь загадочно улыбнулась и, поправив сумку на плече, первой направилась к движущимся лестницам.       Рон привычно шагнул на ступени.       — Только не отставайте, — бросил он через плечо. — Иногда они любят менять направление в самый неподходящий момент.       Карина осторожно поставила ногу на движущуюся лестницу. Та плавно поплыла вверх. Она невольно улыбнулась. Каждый раз Хогвартс умудрялся удивлять её снова. Не громкими чудесами. Не опасностями. А такими мелочами: живыми лестницами, разговаривающими картинами, доспехами, которые ворчали друг на друга по ночам. Замок словно… дышал. Карина подняла голову. Где-то высоко под потолком медленно проплывал Почти Безголовый Ник. Из соседнего коридора донёсся смех первокурсников. Солнечный луч скользнул по старому камню, на мгновение осветив стены тёплым золотом. «Красиво…» Так странно. Она всю жизнь прожила среди магии. Видела Сумрак. Общалась с вампирами. Знала, что сказки иногда оказываются правдой. Но сейчас чувствовала себя маленькой девочкой, впервые попавшей в огромный музей, где хотелось рассмотреть буквально всё.       — Ты опять отстала, — улыбнулся Гарри.       — Простите… — Карина словно проснулась.       — За что? — удивился он.       — Засмотрелась. — Она смущённо улыбнулась.       — Так и думал. — Рон тихо рассмеялся.       — Просто… — Она снова обвела взглядом коридор. — Этот замок невозможно не разглядывать.       — Я тоже такой была на первом курсе. — Гермиона понимающе кивнула.       — Нет. — Карина покачала головой. — Мне кажется… я и на седьмом буду такой же.       Гарри невольно улыбнулся. Почему-то эти слова прозвучали удивительно искренне. Без желания понравиться. Без восторженного преувеличения. Будто она действительно говорила то, что чувствовала.       Несколько минут они шли молча. Карина достала из кармана палочку. Покрутила её между пальцами. Тонкая. Лёгкая. Совсем чужая. Пальцы сами собой начали складываться в привычный знак. Она вздрогнула и тихо вздохнув быстро перехватила палочку поудобнее.       — Опять? — заметила Гермиона.       — Уже который раз. — Карина виновато улыбнулась.       — Всё ещё не привыкла?       — Пока нет. — Она немного помолчала. — Забавно…       — Что именно? — спросил Гарри.       Карина посмотрела на палочку так, словно пыталась найти ответ именно в ней.       — Всю жизнь делаешь что-то одним способом. И тебе кажется, что иначе просто невозможно. А потом попадаешь в другое место… И понимаешь, что люди сотни лет прекрасно обходились совсем другой системой. — Она тихо рассмеялась. — И самое удивительное — она тоже работает.       — Конечно работает, — хмыкнул Рон. — Мы же не взрываем Хогвартс каждый день.       — К счастью, — не удержалась Гермиона.       Все четверо рассмеялись.       Карина почувствовала, как напряжение, не отпускавшее её с самого приезда, понемногу исчезает. Ещё несколько дней назад ей казалось, что здесь всё будет чужим. Теперь же она вдруг поймала себя на мысли, что рядом с этими тремя идти удивительно легко. Будто они знакомы гораздо дольше.       — Наверное, поэтому тебе здесь так нравится, — неожиданно сказала Гермиона.       — Почему? — Карина вопросительно посмотрела на неё.       — Потому что ты смотришь на всё так… будто перед тобой огромная загадка.       Карина тепло улыбнулась.       — А разве это не так? — Она обернулась вокруг. Высокие своды. Старинный камень. Замок, которому больше тысячи лет. Магия, совершенно не похожая на ту, среди которой она выросла.       — По-моему, Хогвартс и есть одна большая загадка.       — Знаешь… — Гарри невольно усмехнулся.       — Что?       — Кажется, замку ты тоже понравилась.       — Надеюсь. — Карина тихо рассмеялась.       Они свернули за угол. Справа уже виднелась открытая дверь кабинета трансфигурации.       Карина сделала ещё несколько шагов… И вдруг остановилась.       На преподавательском столе сидела большая полосатая кошка. Не лежала. Не умывалась. Не оглядывалась по сторонам. Она просто спокойно наблюдала за входящими учениками. Карина нахмурилась. Что-то было не так. Совсем не так. От животного исходила магия. Сильная. Очень сильная. «Перевёртыш?..» Нет. Она слишком хорошо знала перевёртышей. Их магия ощущалась иначе. На оборотня тоже не похоже. Карина сделала ещё один шаг, не сводя глаз с кошки. Та тоже смотрела прямо на неё. И от этого взгляда почему-то становилось не по себе.       Карина ещё раз посмотрела на полосатую кошку. Та сидела на краю преподавательского стола так спокойно, словно была здесь хозяйкой. Ни одного лишнего движения. Только внимательный взгляд зелёных глаз.       — Карина? — тихо позвала Гермиона.       — А… да. — Она вздрогнула. Села рядом, автоматически достала учебник, пергамент, чернильницу. Пальцы привычно потянулись сложить знак. Карина тут же одёрнула себя и вместо этого взяла палочку. «Да что же такое…» Она тихонько выдохнула. До сих пор не привыкла. Рядом Рон уже шептал Гарри что-то смешное. Гарри едва сдерживал улыбку. Когтевранцы напротив оживлённо спорили о домашнем задании. Жизнь шла своим чередом.       И только Карина то и дело поднимала взгляд на кошку. Она никак не отпускала. Что-то в ней было… Неправильное. Нет. Не неправильное. Незнакомое. Такое чувство возникало у Карины всего несколько раз в жизни — когда она сталкивалась с магией, о существовании которой даже не подозревала. Сердце почему-то забилось быстрее. «Кто ты?..»       Прозвенел звонок. Разговоры смолкли почти одновременно. Дверь кабинета закрылась. Наступила тишина. Кошка мягко спрыгнула со стола. Карина невольно подалась вперёд. Животное коснулось лапами пола. И… Мир словно на мгновение перестал существовать. Не было ни кабинета. Ни учеников. Ни голосов. Только полосатая кошка. И вдруг… Её силуэт дрогнул. Будто кто-то невидимый одним движением перечеркнул привычную реальность. Лапы вытянулись. Шерсть исчезла. Хвост растворился в воздухе. Всего один миг. Перед классом уже стояла профессор Макгонагалл.       Карина застыла. Воздух застрял где-то в груди. Она даже не моргнула. Не смогла. Пальцы ослабли сами собой. Палочка выскользнула из руки. Тихий стук дерева о парту показался неожиданно громким. Она всё ещё смотрела вперёд не веря собственным глазам. «Нет…» Этого не могло быть. Она совершенно точно видела кошку. Настоящую. Живую. Не иллюзию. Не морок. Не игру света. Самую обычную кошку. И теперь… Перед ней стоял человек. Карина медленно вдохнула. Слишком медленно. Будто разучилась дышать. По спине пробежали мурашки.«Как?..» Всего одно слово. Но другого не находилось. Она растерянно посмотрела на Гермиону. Та спокойно открывала учебник. Гарри уже доставал перо. Рон лениво потянулся. Никто даже не удивился. Совсем никто. Словно подобное происходило каждое утро.       Карина снова перевела взгляд на профессора. В груди вдруг вспыхнуло знакомое чувство. Такое же, какое она испытывала в детстве, открывая новую страницу старой книги о магии. Восторг. Чистый. Искренний. Почти детский. Она улыбнулась раньше, чем сама это поняла. «Похоже…» Сердце всё ещё билось быстро. «…мне действительно есть чему здесь учиться.»       — Доброе утро, — спокойно произнесла профессор Макгонагалл.       — Доброе утро, профессор, — дружно ответил класс.       Карина повторила вместе со всеми, но взгляд всё ещё невольно возвращался к преподавателю. Точнее… К тому месту, где всего несколько секунд назад сидела полосатая кошка. «Невероятно…»       Макгонагалл словно почувствовала её взгляд. Всего на мгновение их глаза встретились. Карина поспешно опустила свои.       «Не сейчас. Потом.» Когда-нибудь она обязательно спросит Гермиону. Обязательно. Но не сейчас.       — Откройте учебники на двадцать шестой странице.       По кабинету сразу раздался знакомый шорох. Захлопали крышки сумок. Зашелестели страницы. Рон, как всегда, долго не мог найти нужный разворот.       — Да где же…       — На две страницы дальше, — вздохнула Гермиона, даже не глядя в его сторону.       — Откуда ты…       — Потому что ты каждый раз открываешь раньше.       Рон недовольно что-то пробормотал. Карина невольно улыбнулась. Ещё пару дней назад она чувствовала бы себя здесь чужой. Теперь же эти маленькие перепалки казались… уютными.       Макгонагалл тем временем подошла к столу. Одним лёгким движением палочки перед каждым учеником появилась небольшая деревянная шкатулка.       Карина осторожно провела пальцами по гладкой крышке. Тёплое дерево. Совсем простая вещь.       Профессор коснулась своей шкатулки палочкой. Раздался тихий щелчок и крышка медленно приоткрылась. Кабинет наполнила спокойная, удивительно красивая мелодия. Несколько учеников восхищённо переглянулись. Даже Рон перестал возиться с учебником.       Карина же смотрела не на шкатулку. На Макгонагалл. Точнее… На её руку. Ни одного лишнего движения. Никакой спешки. Будто палочка была продолжением пальцев. Не инструментом. Частью её самой.       — Сегодня вы должны добиться такого же результата, — сказала профессор. — Не пытайтесь торопиться. Трансфигурация не любит суеты.       По кабинету прокатился шелест. Десятки палочек поднялись одновременно.       — Мута…       — Нет, не так…       — Ай!       У кого-то крышка громко захлопнулась. В другом конце кабинета шкатулка неожиданно подпрыгнула и свалилась на пол. Несколько человек тихо засмеялись.       — Мистер Финниган. — Голос Макгонагалл прозвучал негромко, но смех исчез мгновенно. — Попробуйте ещё раз.       — Да, профессор…       Карина всё это почти не слышала. Она по-прежнему смотрела на свою шкатулку. Потом медленно подняла палочку. Замерла. Пальцы сами собой едва заметно дрогнули. «Нет…» Она тихо усмехнулась самой себе. «Опять.» На одно короткое мгновение ей до боли захотелось отложить палочку. Освободить ладонь и сложить привычный знак. Сделать так, как получалось всю жизнь. Карина глубоко вдохнула. Нет. Она приехала сюда именно для этого. Учиться. Она осторожно коснулась пальцами крышки. Гладкая. Холодная. «Что должно произойти?» Не движение. Не заклинание. Музыка. Она почти слышала её. Ещё до того, как шкатулка открылась. Карина медленно подняла палочку. На этот раз рука уже не казалась такой чужой. Короткий, аккуратный взмах. Тихий щелчок. Она замерла. Ничего. Сердце ухнуло вниз. «Не получилось?..» И вдруг… Крышка дрогнула. Совсем чуть-чуть. Приоткрылась. Изнутри одна за другой поплыли первые чистые ноты. Карина даже не заметила, что задержала дыхание. Она выдохнула так тихо, что сама едва услышала этот звук. Получилось. Не идеально. Не так легко, как у Макгонагалл. Но получилось. На губах сама собой появилась улыбка.       Именно в этот момент над её партой прозвучал спокойный голос:       — Мисс Городецкая…       Улыбка исчезла. Карина медленно подняла голову. Профессор Макгонагалл стояла совсем рядом. И смотрела не на шкатулку. На неё. Их взгляды встретились. Несколько секунд в кабинете стояла полная тишина.       — Повторить ещё раз? — спокойно спросила Карина.       — Нет. — Профессор едва заметно покачала головой. — Когда я показывала выполнение задания вы наблюдали за движением моей палочки?       Карина моргнула. Такого вопроса она точно не ожидала.       — Нет. — Ответ прозвучал сразу. Макгонагалл молча ждала продолжения. — Я… смотрела на шкатулку.       — Почему?       Карина нахмурилась. Почему? Разве могло быть иначе? Она осторожно коснулась крышки пальцами.       — Потому что палочка… — Она запнулась, подбирая слова. — Палочка — это всего лишь способ.       В кабинете стало заметно тише. Макгонагалл не перебила.       Карина глубоко вдохнула и продолжила:       — Мне было важно понять… что именно должно измениться. — Она легко провела пальцами по деревянной крышке. — Если представить, какой она должна стать… дальше уже проще.       — Значит, сначала вы представляете результат? — Макгонагалл несколько секунд внимательно смотрела на неё.       — Да. — Карина кивнула.       — А затем ищете способ его добиться?       Карина задумалась. Никогда раньше ей не приходилось объяснять собственные мысли.       — Наверное… — Она чуть смущённо улыбнулась. — Я никогда не разделяла это так.       Профессор медленно кивнула.       — Большинство учеников начинает с движения палочки. — Она подняла свою палочку — Они стараются запомнить жест. - Затем перевела взгляд на шкатулку Карины. — Вы же начали с предмета.       Карина удивлённо моргнула. Она действительно не видела в этом ничего необычного.       — Это хорошая привычка, мисс Городецкая.       В классе повисла тишина. Даже Рон перестал ёрзать на скамье. Макгонагалл спокойно обвела взглядом остальных учеников.       — Запомните одну вещь. Трансфигурация требует не только точности движений. Она требует понимания. Если вы не представляете, что именно хотите получить, никакое, даже самое безупречное движение палочки не даст идеального результата.       — Благодарю, мисс Городецкая. 10 очков Гриффиндору. - Её взгляд снова ненадолго остановился на Карине.       — За что, профессор? - Карина едва заметно растерялась.       — За наглядный пример. - Уголки губ Макгонагалл почти незаметно дрогнули.       Она спокойно направилась дальше между рядами.       Лишь когда профессор остановилась у следующей парты, Карина поняла, что всё это время почти не дышала. Она медленно опустилась на скамью. Пальцы осторожно положили палочку рядом со шкатулкой. Сердце всё ещё билось быстрее обычного.       Рядом Гермиона едва заметно улыбнулась.       — Видишь?        — Что? - Карина повернулась к ней.       — Я же говорила.       — Что именно?       Гермиона коротко взглянула вслед Макгонагалл.       — Если профессор Макгонагалл заинтересовалась учеником… - Она не договорила. Рон тихо наклонился вперёд.       — …значит, этот ученик сделал что-то очень необычное.       Карина опустила взгляд на музыкальную шкатулку. Потом — на палочку. И впервые за всё утро подумала не о том, как непривычно ей с ней работать. А о другом. Кажется… она заметила не палочку. Она заметила меня.       Звонок прозвенел неожиданно резко. По кабинету заскрипели скамьи. Ученики начали собирать вещи.       Макгонагалл закрыла журнал.       — Не забудьте закончить работу с музыкальной шкатулкой. На следующем уроке мы продолжим.       По классу прокатился негромкий гул. Карина осторожно убрала шкатулку в сумку. Следом — палочку.       "Это хорошая привычка, мисс Городецкая." Слова профессора всё ещё звучали в голове. Странно. Ещё вчера Амбридж выставила её за дверь. Сегодня Макгонагалл похвалила за тот же самый способ мыслить. Карина до сих пор не понимала, как два преподавателя одной школы могли настолько по-разному смотреть на одну и ту же вещь.       — Карина?       Она подняла голову.       Гермиона уже стояла у двери.       — Идём?       — Да.       Они вышли в коридор.       Замок жил своей обычной жизнью. Кто-то спешил на следующий урок. Первокурсники толпились у движущихся лестниц, пытаясь понять, какая из них всё-таки довезёт их до нужного этажа. Почти Безголовый Ник приветственно кивнул проходящим гриффиндорцам. Из-за приоткрытого окна тянуло прохладным сентябрьским воздухом. Рон догнал друзей через несколько секунд.       — Ну что, — тяжело вздохнул он, — снова к Амбридж.       — К сожалению, — спокойно ответила Гермиона.       — Может, сегодня она хотя бы перестанет читать нам учебник вслух?       Гарри невесело усмехнулся.       — Не рассчитывай.       — Я и не рассчитываю. - Рон обречённо поправил сумку на плече. — Просто мечтаю.       Карина невольно улыбнулась. Похоже, нелюбовь к профессору Амбридж объединяла факультет не хуже победы в квиддичном матче.       Через несколько минут они подошли к кабинету Защиты от тёмных искусств. Возле двери уже собралась почти вся группа.       Николь стояла чуть в стороне, спокойно листая учебник. Услышав шаги, она подняла голову.       — Доброе утро.       — Если сейчас откроется дверь и мы снова будем два часа читать эту книгу, добрым оно уже не будет, — проворчал Рон.       — Боюсь, именно так и будет. - Николь перевела взгляд на учебник.       — Я начинаю скучать даже по Снейпу. - Гарри тихо вздохнул.       Гермиона бросила на него удивлённый взгляд.       — Гарри!       — Что? По крайней мере, у него мы хоть чему-то учились.       Ответить никто не успел. Дверь кабинета распахнулась.       — Входите, дети, — раздался приторно-сладкий голос Амбридж.       Разговоры стихли. Ученики молча вошли в кабинет.       Ученики молча заняли свои места.       Амбридж дождалась, пока последний стул перестанет скрипеть, и с привычной улыбкой оглядела класс.       — Очень рада видеть, что сегодня никто не собирается отвлекаться от программы Министерства.       Карина заметила, как Гарри едва заметно сжал челюсти.       Амбридж открыла книгу.       — Страница сорок седьмая.       По кабинету снова зашелестели страницы.       — Продолжим изучение тёмных существ. Сегодня — вампиры.       Карина почувствовала, как рядом почти неслышно выдохнула Николь.       Амбридж начала читать:       — «Вампиры — опасные тёмные существа, лишённые способности испытывать искренние человеческие чувства. Представляют постоянную угрозу обществу, склонны к нападению на людей и практически не поддаются перевоспитанию...»       По классу пробежал тихий шёпот. Карина невольно перевела взгляд на Николь.Та внимательно читала тот же самый абзац. Потом тихо произнесла:       — Вот ведь...       Амбридж мгновенно подняла глаза.       — Вас что-то смущает, мисс Саушкина?       Николь спокойно посмотрела на преподавательницу. На лице — ни раздражения, ни насмешки. Только искреннее удивление.       — Да нет, профессор. - Она снова опустила взгляд в книгу. — Просто всю жизнь считала себя вполне нормальным вампиром. - девушка чуть усмехнулась — А оказывается, чувств у меня нет.       В кабинете кто-то тихо фыркнул. Сидящая рядом с ней Панси чуть улыбнулась. Рон поспешно закрыл рот рукой. Гарри отвернулся к окну. Даже Гермиона на секунду перестала читать. Амбридж поджала губы.       — Министерские учебники содержат исключительно проверенную информацию.       — Тогда любопытно, — всё так же спокойно ответила Николь. — Получается, последние пятнадцать лет я очень убедительно притворялась.       Сдержать смешок смогли уже далеко не все.       Амбридж резко захлопнула свою книгу.       — Достаточно.       Тишина наступила мгновенно.       — Возможно, вы считаете, мисс Саушкина, что знаете о вампирах больше авторов данного учебника?       Николь слегка пожала плечами.       — Не знаю. - Она произнесла это совершенно серьёзно. — Но я действительно вампир.       На несколько секунд кабинет словно замер. Карина едва заметно улыбнулась. Вот теперь она наконец узнала Николь. Ту самую. Спокойную. Невозмутимую. Способную одной фразой разрушить чужую уверенность сильнее любого спора.       Амбридж медленно вдохнула.       — Личный опыт не заменяет утверждённую Министерством научную литературу.       — Конечно, профессор. - Николь легко кивнула. — Просто в следующий раз, когда учебник решит объяснить мне, что я чувствую, я постараюсь внимательно его выслушать.       Рон всё-таки не выдержал и издал странный звук, больше похожий на кашель. Гермиона локтем ткнула его в бок.       Амбридж бросила на гриффиндорский стол ледяной взгляд.       — Если мистеру Уизли настолько весело, он может продолжить урок стоя.       — Нет, профессор. - Рон мгновенно выпрямился.       — Прекрасно.       Амбридж снова открыла книгу. Но теперь её голос звучал заметно холоднее.       Карина перевела взгляд на Николь. Та уже спокойно читала следующую страницу. Будто разговор только что происходил вовсе не о ней.       Оставшаяся часть урока прошла в тишине. Амбридж больше не обращалась к Николь. Николь больше не произнесла ни слова. Лишь изредка переворачивала страницы. Когда наконец прозвенел звонок, по кабинету словно пронёсся общий вздох облегчения.       Ученики поспешили собирать вещи. Амбридж ещё что-то говорила о домашнем задании, но её почти никто уже не слушал. Карина застегнула сумку.       На выходе она невольно оглянулась. Николь шла позади них вместе с Пенси Паркинсон. Спокойная. Невозмутимая. Словно сегодняшний урок был для неё самым обычным. И только теперь Карина поняла одну простую вещь. Николь никогда не спорила ради спора. Она просто не умела молчать, когда слышала неправду.