Смерть

Он устал. Этот проект высосал все силы до капли, а тихая ненависть к себе, снидающая изнутри не улучшает состояния ни разу. Но он проходит дальше по конкурсу на очередной грант. Рацио очень молод, все им восхищаются, но он этого не хочет. Все желания что есть касаются способов исчезнуть из этого мира. Рацио действительно молод, но он на виду. просто так уйти не выйдет. Уже. Эоны, он даже не помнит зачем все это начал. Когда-то это было важно? Он был влюблен в науку, стремился к общество гениев? Оно его сломало. Веритас слаб и жалок, а Рацио наблюдает за ним со стороны, не позволяя остановиться. Ондолжендолжендолжендожлен. Кому? Не важно. Новое исследование? хорошо. Грант? Замечательно. У него много денег. Он почти не ест, только когда может себя заставить. Выглядит как все привыкли лишь когда выходит из лаборатории, но в ней всегда один. Все что в нем ценят - ум. Нельзя позволять ему зачахнуть, а если это требует довести себя до состояния, в котором случайно увидевший его помощник звонит в скорую, дабы не дать умереть гению, признанному везде, кроме общества самих одаренных эрудицией, ибо после недели с лишним голодовки его виду ужасаются даже врачи. К (не)счастью его спасают. Восстанавливают. Теперь кто-то (Веритас пытался запомнить кто. Не смог. Для Рацио это неважно) регулярно шлет ему еду, а тот самый помощник заходит раз в два дня, справляясь о состоянии ученого, хотя этого вовсе не требуется. После второго отказа он совершает крупное открытие в течение месяца, кажется, ни на минуту не переставая работать. Потом как-то оказывается в ванной, вода в которой порозовела от крови. Это его? Как это случилось? Больше Веритас не трогает ножи. Но остаются бритвы. Рацио, кажется, его ненавидит. "Я забочусь о тебе", как же. Заботится. Не дает умереть. Он не хочет умирать? Все жалкие слезы остаются внутри. Он пишет девятую докторскую. Блестяще. Как всегда. После третьего отказа он вновь уходит в работу с головой. Кажется, кто-то беспокоится о нем, но это неважно. Стоит на минуту остановиться, задуматься и даже Рацио его не спасет. И отсутствие всего почти что может навредить. Он действительно не глуп. Горе от ума, да? Похоже, правда. Он заставляет себя смириться. Рацио не помогает. Исследование не идет почти год. В научном сообществе его потеряли, ибо признаков жизни (даже свидетелей того, что Веритас Рацио просто где-то появляется) нет. Но вот снова он. Пишет статью по невероятно сложной стеме, что, по общему мнению, является предупреждением его нового открытия. Рацио начинает учить. Веритас почти умер. Внутри ничего нет. Он вновь активен, восхитителен и хорош. Просто холодно. Невозможно холодно.