Ухх йоба

Барсук и Чокопай любили друг друга, но скрывали свою любовь от других, насколько могли. Они знали, что если об их тайном союзе кто-нибудь узнает, то им предстоит не сладко, поэтому они решили отстраниться друг от друга, но Барсук не мог так. Он не мог и минуты провести без своей любимой – Чокопай. Барсук решился на отчаянные меры. И вот, Барсук подходит к Чокопай с вымученным лицом. Было видно, что он долго терпел, будто каждую секунду их разлуки его пронзало миллионы мечей прямо в сердце. Чокопай спросила с ноткой недоумения: «Барсук, что случилось?» – приподняв бровь, ибо тот прекрасно знал, что об их тайне не должен знать никто, но безответная тишина стояла камнем на душе обоих. Чокопай переспросила Барсука, взяв за плечо по-дружески: «Все хорошо?» Но Барсук уже не мог молчать, столько боли и переживаний таилось в нем, что тот не мог передать словами свои чувства. Тишина. Глаза покраснели, скатилась слеза по щеке. И резкое движение заменило ответ, который ждала Чокопай, но не такого она ожидала. Произошло то желанное, спустя долгое время их разлуки – поцелуй. «Наконец» читалось в мимике. Чокопай ошеломлённо, не ожидав такого резкого действия, так ещё и при всех, отстранилась от Барсука после некоторого времени. «Какого черта?» – недоуменно спросила та. «Извини» – ответил тот, продолжая в слезах шепотом – «Я знаю о том, что это должно было оставаться только между нами и таиться от всех, но я больше так не могу…» И вот, пока остальные вокруг отходили от увиденного – кто-то постарался сделать вид, что ничего не видел, кто-то в мыслях радовался, а кому-то было все равно. Раздался голос Барсука, четко, выражая всю искренность в улыбке, мягким тоном – «Чокопай, я тебя люблю». Чокопай замерла, словно громом пораженная. Слова Барсука эхом отдавались в ее голове, смешиваясь с хаосом чувств, бушующих внутри. Стыд, страх, смущение – все это боролось с давно похороненной нежностью, которая вдруг прорвалась сквозь броню осторожности. Она смотрела в заплаканные глаза Барсука и видела в них не только признание, но и отчаяние, мольбу о понимании. Ее сердце сжалось от жалости. Сколько боли ему пришлось пережить, скрывая свои чувства? Чокопай осознала, что и сама, боясь общественного осуждения, могла лишить их обоих возможности быть счастливыми. Но Чокопай также поняла, что возможно ее чувства были ошибочными, или этот вечный страх перед всеми изменил ее отношение к Барсуку. Люди вокруг затихли, ожидая ответа Чокопай. В воздухе повисла напряженная тишина, прерываемая лишь сбивчивым дыханием обоих. Чокопай опустила взгляд, словно ища в земле подсказку, как поступить правильно. Она чувствовала на себе взгляды окружающих, ощущала груз общественного мнения, давивший на плечи...