Глава 101

Когда Каори влетела в тройку шиноби, она была ещё частично невидима. Только врезавшись в центрального, она окончательно сбросила с себя мою технику. И не просто врезалась — с размаху ударила по лицу. Лицо смялось, отлетело, наверное, с десяток зубов. Сам шиноби улетел куда-то вправо. В этот момент из проёма вылетели остальные преследователи. Больше я никого не чувствовал. Итого девятнадцать, — отметил я. Каори тем временем только разогналась. Быстро провела серию ударов по торсу второму, зарядила ногой в голову третьему, сложила печати и схватила того за грудки. На жилете бедолаги тут же появилась фуин-печать. Перехватив неудачника поудобнее, Узумаки со всего маху швырнула его в сторону прибывших. Второй начал очухиваться — ту же процедуру она проделала и с ним. Со стороны прибывших тут же прилетела техника ветра, похожая на воздушный таран. Двоих шиноби, которых Каори отправила в полёт, сдуло обратно. Узумаки отпрыгнула, и в какой-то момент эти двое начали светиться изнутри. Ещё в полёте они принялись расширяться и примерно в середине пути… БУУУУУФ! БУУУУУХ! …прозвучало два сильнейших взрыва. Это рванули те двое бедолаг, которыми только что сыграли в очень большой теннис. Живая бомба всегда пугала меня наравне с иссушением, — подумал я. Есть в этом что-то особенно мерзкое. Превратить человека в снаряд, в мешок с чакрой, который сдетонирует через пару секунд. Бррр, — меня даже передёрнуло, когда я на секунду поставил себя на место этих бедолаг. Узумаки приземлилась на землю, но передохнуть ей не дали. В неё тут же полетел огромный кусок камня, подгоняемый техникой ветра. Она вновь отскочила, но наперерез ей бросилось сразу шесть марионеток. Они начали атаковать её с разных сторон. Двигались они слаженно, как единый организм. Видимо, кукольники, что управляли ими, своё дело знали. Одна заходила слева, отвлекая, вторая била справа лезвиями-руками, третья страховала снизу. Поначалу Каори старалась уворачиваться и защищаться — отбивала металлические конечности предплечьями, уходила перекатами, ставила короткие воздушные толчки. Но, поняв, что марионеток становится всё больше, заскочила на ветку дерева и вновь сложила печати. Уже приготовившись атаковать, она вынуждена была прерваться — в её сторону летела огромная и очень быстрая огненная стрела. В этот раз пришлось прыгать ещё выше, просто в воздух. Тем временем стрела врезалась в дерево и взорвалась трёхметровым адски горячим огненным шаром. Взрывная волна отбросила разорванные и горящие останки дерева в разные стороны. Одна горящая ветка чуть не врезалась в меня, но я успел сместиться. Аккуратнее там, — мысленно проворчал я, понимая, что Каори меня всё равно не слышит. — Я тут, между прочим, тоже сижу. Тем временем Узумаки, находясь в воздухе, сложила печать концентрации и отправила в нападающих огромную струю пламени. Хотя нет, не так. ОГРОМНУЮ СТРУЮ ПЛАМЕНИ. На преследователей обрушился страшнейший огненный шквал. Это было похоже на кару господню, будто кто-то послал на грешников с неба геенну огненную. Огромный столб пламени быстро распространился по земле и деревьям, поджигая растительность и буквально плавя весь снег на своём пути. Биджу. Вот это да, — только и подумал я, глядя, как от жара плывёт воздух. Извергнув всё пламя, Узумаки приземлилась и сложила другую серию печатей. В этот момент прямо из гаснущего огня в неё влетело около десятка огромных каменных глыб, подгоняемых ветром, и сотни мелких каменных игл. Чёрт! — уже проклинал я про себя преследователей. Но Каори смогла меня удивить. В последний момент вокруг неё образовался небольшой, два на два метра, барьер. ШИИИК! ШИИИК! ЩИИИК! ЩИК! ЩИК! ЩИК! Каменные глыбы и иглы попросту разлетелись, натолкнувшись на этот, казалось бы, небольшой барьер. Выглядело это довольно сюрреалистично и… сильно. Фух, надо же. Вспомнила всё-таки о своём детище, — подумал я и на всякий случай сместился ещё чуть в сторону. Пламя тем временем рассеялось. Казалось, в этом аду не мог выжить никто, но сквозь дым я увидел очень большую, плотную глыбу камня, возвышающуюся метра на три. Там, под оплавленным и текущим камнем, и укрылись почти все. Ещё одного точно задела, — понял я, выкрутив сенсорику. Из этой глыбы вылетели и распределились по периметру все ещё могущие стоять шиноби. Ками, да они почти все токубецу или полноценные джонины, — подумал я, просканировав их через сенсорику. На ногах сейчас стояло восемь человек. Двое из них до сих пор оставались в полуразрушенной глыбе камня, защищая раненых, которых сейчас было трое. Пятеро, включая двух стоящих, скорее всего, были чунинами. Ещё один был, пожалуй, просто очень сильным чунином. А вот сигнатуры пятерых гигантов было ни с кем не спутать. Три не такие плотные и опасные — может, токубецу-джонины. А вот две других… Да они на уровне Сакумо, не меньше, — подумал я. — Кто у вас тут главный? — крикнула Каори из барьера. — Поговорить бы. Обсудить… всё произошедшее. — Так и знал, что мы ещё встретимся, — прозвучало со стороны одного из джонинов. Знакомый голос, — подумал я. А потом сконцентрировал на нём свой взгляд. — Да это же… — Юкан, если не ошибаюсь, — прищурилась Узумаки и упёрла руки в бока. — И правда. Да уж, не ожидала я тебя тут встретить. Тем временем Юкан вышел чуть вперёд, рассматривая Каори и её барьер. Всё вокруг ещё горело и дымилось. Лужи, образовавшиеся от растопленного снега, начали потихоньку испаряться под воздействием царящего на этом небольшом куске земли буйства огня. — Значит, мы не ошиблись? — спросил второй джонин, в форме Ивы. — Это они? — Верно. Это они, — ответил тому Юкан и вновь обратил внимание на барьер. — А это тот самый барьер, да? — В смысле? — спросила Каори, приподняв одну бровь. — Тот, с помощью которого в прошлую нашу встречу вы трусливо прятались. Вместо того чтобы принять бой. — Ааа, так ты об этом, — сказала Каори, и на её лицо наползла злорадная улыбка. — Да. Это он. Моё любимое творение. А что? Решил поговорить о вашем поражении? Кстати, а каково это — терять половину своих людей, сражаясь с клонами? Тут челюсть Юкана сжалась. Он с яростью посмотрел на Каори и выпустил убийственную ауру. Я хоть и находился далековато, но всё равно её почувствовал, покрепче вцепившись в дерево, на котором сидел. Дыхание перехватило, пульс участился, а зубы сжались так, будто я зажимаю в них все свои оставшиеся годы жизни. Продлилось это недолго. Лицо Юкана в секунду приобрело более холодное выражение, а потом он и вовсе улыбнулся. — Нет, не об этом. Я хотел поговорить о другом, — сказал он, подойдя ещё чуть ближе. — Каково это — постоянно бегать? Сверкая пятками, сбегать от боя. Что, боитесь проиграть? Страшно? — Этим ты можешь разозлить и заставить потерять самообладание только сопливого генина, — ответила ему Каори, закатывая глаза. — Задача у нас такая, понимаешь? Похищать жён казекаге и бесить своей силой и превосходством их братьев. — Она тянет время, — встрял в разговор ивовец. — Мы и так потеряли время, уходя от ловушек. Теперь ещё и это нападение. Раненые появились. Чем больше вы говорите, тем дальше уходит Белый Клык и Подрывник. А это кто? — подумал я, рассматривая джонина. Одет он был в форму шиноби Ивы. Чёрные короткие волосы, серые глаза и сильно обожжённое лицо. Думаю, примерно треть — почти всё от подбородка и до лба. При этом видно, что обожжён был и правый глаз, потому что ожоги, в отличие от левой стороны, добрались и туда, но каким-то чудом сам глаз не пострадал. Так же было и со всем его телом. Большая часть его видимой кожи с правой стороны была серьёзно поражена ожогами. И вот теперь, всмотревшись в него повнимательнее, я вспомнил. Да это же тот самый джонин, который чуть не засёк меня на самой первой миссии! — вскрикнул про себя я. Да, он же тогда бросил кунай в мою сторону, но, подумав, что ему показалось, пошёл дальше ещё с одним джонином. Та миссия до сих пор иногда снилась мне. Крепость Ивы, заложенные печати, расчёт времени до детонации. Тогда всё прошло чисто. Ну, насколько это вообще возможно. Да и нам тогда сказали, что не выжил никто из командования. Похоже, кто-то из штаба всё-таки преувеличил мой успех. И что он тут делает? Зачем вообще собрался такой отряд из суновцев и ивовцев? Я понимаю, зачем наш отряд выслеживает Суна — мы у них в тылу нашумели так, что не заметить было нельзя. Но Ива? Ива то тут что забыла? И тут в моей голове все пазлы встали на свои места. Сводный отряд двух стран. Шиноби, которого я видел на первой своей миссии по подрыву крепости Ивы. Его почти полностью обожжённое лицо и тело… Я ещё думаю — а о каком подрывнике речь? Это они меня так называют? Они пришли… за мной? В этот момент стало особенно не по себе. И даже немного страшно. Одно дело — когда за тобой охотятся как за частью отряда. Безличный враг, безличная цель: вот ДРГ Конохи, надо перехватить. Это понятно, это работа, ничего личного. И совсем другое — когда у кого-то к тебе счёт. Когда человек носит на лице память о том, что ты сделал. Когда целая великая деревня выделила силы для твоего поиска или устранения. Ну а лично для этого джонина это что? Точно уже не просто работа. Это месть. А мстителя бесполезно отговаривать или пугать. Он пойдёт до конца. Это они, получается, из-за меня сводный отряд создали? — мысль ворочалась тяжело, неприятно. — Нет, естественно, они охотятся на весь наш отряд. Но если бы не я, то шиноби Ивы тут бы не было. В груди засело противное, липкое чувство. Не вина — для вины я слишком хорошо понимал, что иначе было нельзя. Скорее ощущение, что моё прошлое, которое я считал закрытой страницей, догнало меня здесь, в совершенно другой стране, и встало напротив в облике джонина с обожжённым лицом. Конечно, я предполагал, что на меня у других деревень может быть зуб. Что при любом удачном случае, если меня опознают, попытаются убить или захватить. Но я-то думал, что пока они понятия не имеют, кто я, где нахожусь и чем занят, а тут такое… Я что, стал настолько важен? Да быть не может. Эта информация так меня шокировала, что я чуть не пропустил серьёзное изменение в обстановке. — И в правду, — сказал Юкан и погрозил пальцем в сторону Каори. — Нехорошо так делать, Узумаки-сан. Отвлекать людей от дел — это святотатство. — Я вас не пропущу, — сказала она, указывая на свой барьер. — Если вы попробуете просто уйти, я вас догоню, и вы ещё отведаете знаменитого гостеприимства моего клана. Ну а если попытаетесь разрушить барьер… — тут она не сдержала улыбку и усмехнулась. — Что ж, милости прошу. Повисло недолгое молчание. Обе стороны смотрели друг на друга очень внимательно. Юкан. Джонин из Ивы. Остальные шиноби, распределившиеся вокруг барьера. Все ненадолго замерли. Даже огонь немного успокоился, почти перестав гудеть. — Хахахахах, — рассмеялся Юкан, упёршись руками в колени. — Хахахаха. Ох, Узумаки-сан, хватит. Я сейчас умру. Охохо. Прекращайте! Каори застыла в недоумении. Как и я. Как и все стоящие на образовавшейся поляне. — Что, думаете, смеяться будете только вы? — сказал Юкан сквозь смех и начал успокаиваться. — Думаете, встретив такую задачку, я не принялся её решать? Тут Юкан поднял руки и начал складывать печати. — Я, знаете ли, горжусь тем, что ни одна защита не сможет устоять перед моими техниками. Встретившись с вами, я был удивлён и ошарашен. Если честно, даже немного посрамлён. Но теперь… Закончив складывать печати, Юкан поднял руку. Под его ладонью начало образовываться огромное воздушно-огненное копьё. Весь окружающий поляну огонь начал стягиваться к его ладони, вихрясь и колышась, словно живой. Стягивался всё быстрее и быстрее. Потоки воздуха усилились, атмосфера разрядилась. Вдруг стало будто нечем дышать. Вокруг руки Юкана закрутился настоящий вихрь из ветра и огня. Округа резко потемнела. Если раньше огонь освещал всё вокруг равномерно, то теперь, будто один большой фонарь во тьме, светилось, переливаясь всеми оттенками красного и оранжевого, копьё Юкана. В моменте мне показалось, что техника аж трещит от силы. Не как трещит огонь или как порывы ветра ломают ветви деревьев. Нет. Будто это, переламывая костяшки, готовится к бою сама концепция силы. Я и сам, сидя на ветке в сотне метров, почувствовал, как от этого копья по коже бегут мурашки. Сенсорика буквально вопила. Концентрация чакры в нём была такой плотной, что на её фоне сигнатуры остальных шиноби казались тусклыми свечками рядом с пожаром. Я повидал немало техник. Видел, как Сакумо вспыхивает белым. Видел гендзюцу, от которых мутится рассудок. Видел много сильных дзюцу. Но это было что-то иного порядка. Это была сила, которой просто не должно быть у человека. В итоге копьё, около трёх метров в длину, сконцентрировав в себе огромную силу, сверкнуло, будто оповещая всех вокруг, что готово. Я так засмотрелся, что и не заметил, как подальше отошли остальные преследователи. Все они встали за спиной Юкана и так же, как я, наблюдали за этой величественной и страшной картиной. Даже свои, а они наверняка видели эту технику не впервые, смотрели на неё с опаской. Это говорило о многом. — Как я и сказал, — начал Юкан, приподняв левую руку. — Нет такой защиты, которую я бы не мог сломать. Тут он сложил последнюю печать, и копьё, сверкнув сильнее прежнего, понеслось в сторону барьера. Каори не была дурой, поэтому была готова. Она стукнула по земле, и на пути копья встала очень толстая каменная стена. Но эта яркая красно-оранжевая сила будто и вовсе не заметила препятствия. Пройдя сквозь толстенную стену, словно не почувствовав её крепости, она через мгновение врезалась в барьер. Боже, как же… красиво… — подумал я. Странно, наверное, думать о красоте, когда смотришь на то, что вот-вот кого-то убьёт. Но это было правдой. В этой технике была жуткая, нечеловеческая красота. Так, наверное, красива лавина за секунду до того, как забирает чью-то жизнь. В первое мгновение была только вспышка ослепительно яркого света. Этот свет, кажется, осветил всё в радиусе пары километров. Тени просто перестали существовать. Каждая мышка. Каждая белочка. Любая божья тварь была освещена этим светом. А в следующее мгновение я почувствовал взрывную волну. Да такую, что сам еле удержался на ногах. БУУУУУУУУУУХ!!! И пришёл звук. Это был даже не взрыв. Это был рёв огня и песчаных бурь. Казалось, что сам ифрит спустился в мир, чтобы зажечь в этом медвежьем уголке своё неистовое и всепоглощающее пламя. А потом я увидел. Увидел столб огня. Увидел, что всё, что было позади барьера метрах в ста, просто исчезло. Перестало существовать. Превратилось в прах и пепел, которые быстро уносил вдаль воющий ветер. Но было и то, чего я не увидел. Не было клона. Не было барьера. Будто и не существовало их вообще. Через пару секунд всё стихло. Юкан, всё это время стоявший с поднятой рукой, опустил её и упал на колени. — Получилось, — сказал он и посмотрел в небо. — Получилось. — Не стоим на месте. Обрабатываем раненых и готовимся выдвигаться, — не растерялся ивовец и принялся гонять всех ещё стоящих на ногах после нашей диверсии шиноби. — Юкан-сан, вам бы тоже собираться. Всё-таки вы у нас командир. — Да-да. Я сейчас, — всё ещё пытаясь прийти в себя, сказал Юкан. — Конечно, скорее всего, это был клон. Но я всё-таки это сделал. Сломал барьер. Вы же видели? — Странный вопрос, — сказал ивовец, но, внимательнее взглянув на Юкана, улыбнулся. — Да, мы все это видели. Это было великолепно. И я согласен. Вряд ли они бы послали сюда оригинал. Тем более это Узумаки. У них у всех чакры — карьер и несколько больших тележек. Ей этот клон создать почти ничего не стоит, в отличие от остальных. — Спасибо. И согласен, — сказал Юкан и встал с земли. — Вы правы. Нужно собираться. Задержала она нас знатно. Ваш следопыт цел? — Нет, к сожалению, — ответил ивовец. — Он был одним из тех, кого она в нас кинула. — Ну, их уже, скорее всего, было не спасти, — сказал Юкан, оправдываясь. — А если бы мой человек не сдул их с нашего пути, мог бы пострадать ещё кто-нибудь. — Согласен, — нехотя признал ивовец. — Но как мы пойдём дальше? Ваш сенсор их уже чувствует? — Да, как раз перед тем, как мы начали напарываться на первые ловушки, он их почувствовал. — Ну хоть что-то, — ответил ему джонин Ивы. — Значит, догнать их шансы ещё есть. — Раненых немного, — осмотревшись, сказал Юкан. — Кто-то даже сможет идти сам, так что да. Надеюсь, шанс ещё есть. Ну уж нет, — подумал я, подбираясь всё ближе. — Уж я-то позабочусь о том, чтобы вы задержались как можно дольше. В этом можете не сомневаться. Каори своё дело сделала. Некоторых ранила, убила ещё больше, заставила потратить время, силы и нервы. А главное — заставила Юкана разрядить эту чудовищную технику впустую, в клона. Теперь, если он и захочет это повторить, ему понадобится время на восстановление. Это хорошо. Это очень хорошо. Теперь моя очередь. Моя задача проще и сложнее. Я не Сакумо и не Каори. У меня нет огромной взрывной силы, но я могу помотать им нервы по своему. Ловушка тут, растяжка там. Сенбон в голову из темной чащи отстающему. Гендзюцу — чтобы кто-нибудь свернул, шарахнулся от шорохов или сбил всем ритм и скорость. Я не собирался ввязываться в открытый бой с двумя джонинами уровня Сакумо. Так я просто потрачу чакру оригинала впустую. Но измотать, замедлить, посеять панику и паранойю — это я смогу. Главное — найти сенсора. Без него они ослепнут. Будут идти по нашему следу куда медленнее, а то и потеряют его вовсе. Они сказали, что следопыт уже умер. Мне же легче. Следопыта было бы вычислить, наверняка, сложнее. Сенсоров я знаю. Мы с этой братией, можно сказать, одной крови. Вычислю. Я в последний раз окинул взглядом разорённую поляну — обугленные деревья, оплавленный камень, растопленный снег, витающий в небе пепел — и бесшумно скользнул в темноту между стволов, уцелевших в этом небольшом филиале ада, деревьев. Добро пожаловать в гости, — подумал я. — Я, конечно, не Узумаки, но тоже кое-что могу. Постараюсь, чтобы вам тут не понравилось.