Часть 1

Я нашёл его среди льдов. Его глаза были полны бесконечной зимы. Существо. Создание. Его позор. — Он мёртв? — спросил я, глядя на тело Франкенштейна, лежащее в ледяной пещере, обрамлённой инеем и безмолвием. Существо кивнуло. Его голос был хриплым, почти человеческим: — Он был моим творцом. А теперь я остался один, как дитя среди пустоты. Я, капитан Роберт Уолтон, был свидетелем финала истории, в которую не мог бы поверить ни один человек на земле. Я пришёл сюда, ведомый жаждой открытий, но нашёл лишь шрамы чужой амбиции. Существо сидело у тела Виктора, осторожно держа в руках пожелтевший лист бумаги. Я не видел в нём монстра. Только страдание. — Что это? — спросил я. Он протянул мне письмо. «Если кто-то прочтёт это, знай: я хотел быть человеком. Я молил о сострадании, искал любви, но нашёл лишь страх. Виктор дал мне жизнь, но не дал цели. И всё же… он был моим отцом. Если в аду есть место для тех, кто просто хотел быть любимым — я прошу его для себя.» Он больше не плакал. Слёз в нём не осталось. *** Существо рассказало мне многое. Больше, чем написал Франкенштейн в своих исповедях. О ночах, когда он учился речи, наблюдая за семьёй через щель в хижине. О надежде, что его примут. О ярости, когда его оттолкнули. — Я убивал, — сказал он. — Не потому, что хотел, а потому что это была моя единственная сила. Ответ на равнодушие. Он говорил об одиночестве, что следовало за ним, как тень, и о любви, которую он никогда не знал. — Даже она… та, кого он должен был создать для меня… — он замолчал. — Он разрушил её, как будто у меня не было права на счастье. Я не знал, что сказать. Во мне боролись страх и жалость. Но больше всего — осознание, что человек может быть чудовищем, а чудовище — человеком. *** Когда мы покидали лёд, он отказался идти с нами. Он остался в пещере. Я видел, как он лег рядом с телом Виктора. — Он был всем, что у меня было, — сказал он. — И я - всем, что осталось от него. Снег начал падать с неба, словно закрывая занавес. Я уходил, зная, что больше никогда не встречу никого похожего. Он был создан из мёртвых, но чувствовал живее многих. *** Позже, в журнале, я написал: «Я встретил существо, от которого отвернулся весь мир. Оно не просило жизни, но боролось за неё. И, возможно, в сердце монстра жила душа человека, которого в нём никто не увидел.»