Отсек Второй: Жилой

- ЭЙ, ТЫ НАХРЕНА ЭТОГО БОМЖА ПРИТАЩИЛ?! Первое, что услышал сквозь сон Трафальгар Ло, был недовольный детский крик. Он резал слух своей ненавистью и презрением, выдергивая мужчину из цепких объятий больного дурного сна, такого липкого и терпкого, словно скисшая слива, закатившаяся под прилавок на ярмарке. Ло протер лицо руками. Голова гудела, словно об неё разбили бутылку, а бог горел огнем. Но открывать глаза он не спешил, продолжая лежать и прислушиваться к диалогу, в попытках осознать происходящее: где он, кто вокруг и что с ним стало. - Он не бомж! - попытался возразить ребенку бас в ответ, но его тон был настолько неуверенным, что вызывал у слушателя лишь жалость. Было ясно, что в этом словесном споре, он был точно не на стороне победителей. - ... Возможно, он не бомж... не знаю... Просто... Просто я не смог пройти мимо него. - Ох, - раздражение малыша почувствовалось даже в соседней комнате, - так ты теперь каждую собаку будешь подбирать?! - Нет.. но .... Но Трафальгар уже больше ни о чем не думал. Он лишь лежал, чувствуя, как по его щекам текли слезы. Его сердце сжималось от боли, и казалось, что воздуху просто не хватает места, чтобы проникнуть в его грудную клетку. Эта тяжесть была настолько сильна, что мужчина даже на миг позабыл про настоящую рану и про боль в боку. Он лишь лежал и плакал, не в силах поверить, что снова в своей жизни слышит этот голос, этот бас, ласкающий уши своими неловкими интонациями и виноватым дрожанием, которое ранее казалось таким бесячим, таким раздражающим... а сейчас... неимоверно приятным. Но за стенкой продолжались волнения. - Эй, Длинный, ты опять горишь! - вдруг закричал ребенок не то напугано, не то недовольно, словно это была теща, отчитывающая своего непутевого зятя. Тут же следом растерянно вскрикнул бас, а следом послышался топот, звук бьющейся посуды и грохот падающего на пол тела. - Ай-яй-яй-яй... - зацокал упавший, и слушающий это Ло не сдержал улыбки. - Ты такой неуклюжий.... Как тебя вообще взяли в пираты?... - ребенок был жесток. Но тут же лицо пирата стало хмурым и он, поджав недовольно губы покачал головой. "Я всегда был таким злым? Боже, как раздражающе..." - подумал он и наконец-то открыл глаза. Комната в которой лежал мужчина была маленькой и темной. Высоко под самым потолком было крохотное окошко, а плесень по стенам явно намекала на то, что эта лачуга давно не протапливалась. Краска, отвалившаяся от стен, лежала белыми кучками у пола, а деревянный пол своей кривизной и выпуклостью напоминал лицо несчастного, пережившего оспу. Место было бедным, но солнечные лучи казалось облагораживали его чувством надежды. Трафальгар попытался встать с койки, но тут же вспомнил о ранении, почувствовав тянущую боль в боку. Рефлекторно приложив к нему руку, он вдруг осознал, что перевязан и удивленно приподнял бровь. Пусть это была немного грубая и не очень ловкая работа, но она была выполнена грамотно. Рассмотрев повнимательнее, Трафальгар разобрал завязанный узел, которому его научил в свое время отец и не смог не почувствовать укола горести.... Отбросив эти горькие воспоминания, мужчина, держась за бок, встал. Первые шаги давались ему с трудом, поскольку прошитая обычными нитками кожа болела сама по себе. Но, сжав своё мужество в кулак, он похромал к двери, прямиком туда, где творился хаос — такой забытый, но родной ему, словно детский сон. Хотя почему? Это ведь и были позабытые детские дни. - Мальчик, ты должен быть более уважительным к взрослым, - с этой фразой он облокотился об дверной косяк и оглядел действующих лиц. Взгляд его сразу упал на мальчика с болезненным и истощенным видом. Почти всё его тело было покрыто белыми пятнами, а вокруг глаз виднелись тёмные круги. Хотя ему было уже полных 13 лет, он был настолько тощим и хрупким, что казалось, будто ему не больше 10. "Белая смерть" - подумал про себя Ло, внимательно осматривая ребенка с ног до головы. Сейчас он смотрел на свое же собственное детское тело взглядом взрослого и не смог не оценить, насколько оно было в ужасном состоянии... Хоть он и видел эти пятна на самом себе в зеркале в течение трех лет, только сейчас, глядя со стороны, он впервые осознал, как же по-настоящему он выглядел, покрытый ими. А о том, какую мучительную боль они доставляли и насколько истощали их носителя, даже не хотел вспоминать. Но сейчас он — Трафальгар Ло, капитан Пиратов Сердца и обладатель дьявольского фрукта Опе-опе но Ми стоимостью в пять миллиардов — больше не был ребенком. Ему было 26. Он был врачом, он был Хирургом смерти, пережившим эту Белую Смерть и собственноручно убившим одного из четырех Императоров. Он мог спасти этого малыша, как спас самого себя 13 лет назад, как спас тех детей из лаборатории, выведя из клеток в их организме яд, разрезав их на сотни мелких частей, а затем собрав воедино обратно... Он мог спасти этого ребенка, но только мальчишка еще не был готов к спасению... - Это же ты меня перевязал, малыш? - усмехнулся он уголками губ. Мужчина не мог не испытывать презрение и одновременную гордость за этого малыша, который все таки помнил знания своего отца и был готов применить их даже к незнакомцу, - Хорошая работа. - Ха? Не от такого бомжа как ты это слышать. - презрительно хмыкнул мальчишка, и кивком головы указал на поднимающегося с пола Коразона. - Благодари этого придурка. Это он тебя притащил, иначе ты бы там и сдох. Взрослый Трафальгар бросил взгляд на высокого неуклюжего, чутка корявого мужчину в дурацкой шубе и неосознанно улыбнулся, задержав взгляд несколько дольше чем планировал, рассматривая линии грима, украшающего его лицо и бордовый взгляд, после чего, не сдержав легкой ревности и гнева, изменился в лице и уже с холодом посмотрел обратно на дерзкого и неблагодарного мальчишку, не ценящего какое сокровище он имеет. - Я врач, поэтому знаю о чем говорю. И не будь слишком самонадеян, малыш, ты еще только начинаешь свой путь. Ребенок, не ожидав такой дерзости, полученной в ответ (а как иначе, когда тебя ставит на место более взрослый, сильный и нахальный человек), схватил ртом воздух и тут же решил попытаться возразить... Как вдруг внезапно выражение его лица сменилось гримасой боли, и он, схватившись за грудь, начал стремительно оседать вниз. Коразон, заметивший это, тотчас же подбежал к ребенку и, умудрившись споткнуться о собственную ногу, упал лицом об пол, но тут же вскочил и подхватил падающего малыша на руки. Обернувшись, он бросил ледяной взгляд на брюнета. - Что ты ему сказал?! - в его тоне промелькнула угроза, а выглядел он так, словно готов в любой момент бросится на врага. - Только правду. - равнодушно ответил Ло и, поняв, что ситуация приняла неправильный поворот, обреченно вздохнул. После этого, игнорируя напряжение и затаенную агрессию блондина, он, превозмогая боль, сделал несколько шагов и присел перед мужчиной с ребенком. - Позволишь? - протянул руки брюнет, - Я могу облегчить боль. Коразон хотел возмутиться, но раздавшийся тут же болезненный стон хрупкого малыша и дрожь.... сменили его недовольство на отчаяние. И когда он увидел уверенный взгляд в глазах напротив, говорящий: "Все будет хорошо. Я знаю, что делаю." - тотчас же передал своё сокровище. В руках Трафальгара оказалось его собственное детское тело. Это было так странно, так невозможно. Но времени думать об этом не было. Мальчик дрожал и сознание, казалось, почти покинуло его. Отодвинув личные мысли на второй план, он окинул профессиональным взглядом ребенка и тут же нахмурился. Что-то было в его состоянии неправильное. Как врач, как человек, который пережил это на собственном опыте и знающий об этой болезни лучше всех, глядя на крохотное тельце, он мог сказать одно: мальчик умирал слишком быстро. По какой-то причине его отравление было сильнее предполагаемого изначально уровня, и это означало одно: до своего запланированного срока смерти в течение трех лет с обнаружения отравления, до получения дьявольского фрукта Опе-Опе но Ми этот малыш Ло мог не дожить. - Выйди, - не глядя на Коразона, приказал Ло. - Я сказал уйди. - Но... - попытался возмутиться блондин, но тут же был заткнут. Выбора у Трафальгара не было. Ему нужно было использовать это - способности своего фрукта. И он собирался сделать это, но лишних глаз, особенно ЕГО взгляда, он не желал. Нет, мужчина никогда не стеснялся своей силы и не боялся её кому-либо показывать. Но сейчас был другой случай. Совсем другой. Дьявольский фрукт Опе-Опе но Ми был единственным в своем роде и дело было в том, что Коразон, уже несколько месяцев как искал способ его отыскать, чтобы спасти малыша Ло. Поэтому тот факт, что тот узнает или увидит, что этот фрукт уже съеден кем-то другим.... Мог бы полностью изменить ход истории, как его собственной, так и в целом мировой. - Я сказал, выйди, - грубо рявкнул он на вздрогнувшего от напора Коразона и, проследив взглядом за тем, как блондин покорно окончательно покинул комнату, еще раз взглянул на ребенка. Внутри мужчины бушевала гамма эмоций, но в первую очередь ревность и зависть — этот мальчик, наивный и глупый, не ценил такую радость, дарованную ему свыше... Не ценил того единственного, кого должен был любить до конца, для кого он был дороже собственной жизни... Это было больно, но, как бы то ни было, этим мальчиком был он сам - Трафальгар Ди Ватер Ло - и точно так же, как и этот малыш, много лет назад он тоже делал то же самое — вел себя как полный придурок. Глубоко вздохнув, Ло потер переносицу и протянул руку. - Room, - его приказ нарушил тишину, и комната погрузилась в синий цвет.