Осенний каннибализм

Слова чашечки для Шримпо оказались подобны когтям по письменной доске. Да как ей духу хватило подумать,что он, величайший из величайших, чем-то обеспокоен?! Это удел слабаков! Его ярости не было придела, и только он собрался с духом, вздымая грудь, высказать ей всё и промыть каждую косточку, как тут же замер в оцепенении. Мягкие пухлые губы касались его щеки, оставляя после себя лёгкий след помады. Все мысли смешались в кашу, и тот забыл, что хотел сказать.