Часть 6

      За длинной барной стойкой, сгорбившись, сидел молодой мужчина. На голове его был вытянутый капюшон, умело скрывающий запоминающиеся черты лица, а длинные пальцы обвивали полупустой стакан. От малейших движений янтарная жидкость переливалась в свете тусклых фонариков, расположенных над баром, очевидно, завораживая незнакомца. Лишь приглядевшись, можно было заметить, что и руки посетителя по первые фаланги пальцев были закрыты длинными рукавами всё той же тёмно-серой толстовки. По правде говоря, он кардинально отличался от завсегдатаев сомнительного заведения, из-за чего слиться с толпой было практически невозможно. По крайней мере, так считал сам Фрэнк.        По спине то и дело пробегали мурашки, словно кто-то пристально за ним наблюдал, а сердце в груди колотись, как бешеное. Впрочем, темп его не превышал того, что был прошедшей ночью. Было ли изменение пульса следствием драки, спросите вы? Определённо, нет. Кулаками Касл машет слишком часто, чтобы получать от подобных потасовок сильные разряды. Дело тут было в другом, а точнее, в другой. Эмили Даллес, та самая загадочная девушка, зацепившая жестокого линчевателя своей харизмой и рвением к правосудию. Хотя, о каком правосудии могла идти речь после того злосчастного выстрела, заставившего врага слечь на сырую землю? Вспоминая это, Фрэнк каждый раз самозабвенно улыбался. Да, было в этой девчонке что-то, что делало его… живым? Вспоминая их первую встречу, Касл испытывал весь спектр эмоций – от раздражения и тревоги до того тёплого всем известного чувства под названием симпатия. О любви речи пока не шло. Какая тут может быть любовь? Он знает её всего несколько часов! Да сердце навеки принадлежит погибшем детям с женой. Но вот сердце ли это было? Быть может, Мария завладела лишь разумом солдата, не более?        Так, подвергаясь внутреннему самобичеванию, Фрэнк лениво потягивал из стакана самый дешёвый виски, что был в этом баре, и ждал. Чего, спросите вы? Он и сам не знал, просто чувствовал, что на этот раз за барной стойкой надо задержаться чуть дольше, даже если ему этого жутко не хотелось. Впрочем, решение это оказалось верным. 

***

      Сбегая по крутой лестнице, Эми продолжала крутить в голове их с Мэттью диалог, момент раскрытия его главной тайны и щенячьи глаза, проникающие глубоко в душу. О, как же девушка не любила этот приём! Едва не оступившись, сходя с последней ступени, она покинула помещение, желая привести мысли в порядок прежде, чем вернётся к теме о линчевателях. В связи с последними новостями и внезапными знакомствами, мнение о них отчего-то поменялось, пусть и не кардинально. Теперь образы вершителей справедливости для Даллес не были игрушками, выполненными из крепкого металла, теперь реставраторша поняла, что ни Сорвиголова, ни Каратель ничем не отличаются от обычных людей, в число которых входит и она сама. У них были, есть и будут собственные травмы и слабые места, даже мелкие проблемы по типу повышения аренды за квартиру. Герои города всё это время ходили среди других горожан, контактировали с ними, проживали одну жизнь. Они не супергерои, они – обычные люди, созданные Богом, созданные, чтобы просто быть. Их с рождения не готовили к подвигам, не навязывали рискованный образ жизни. Стать праведниками герои решили сами, без чьей-либо помощи, не считая, кончено, собственную совесть и неутолимое рвение к свободе.        Самым тихим местом, по мнению Даллес, был ближайший к офису адвокатов бар. Конечно, в нём круглосуточно отдыхали люди и неприлично шумели, вот только ни одному из них не было дела до девушки, а это значило, что мысли её впервые за долгое время останутся в полном покое. Сегодня на них посягнуть не могла даже сама Эми. Так, решив взять выходной от паранормальщины по типу слепца в супергеройском костюме, реставраторша направилась в бар и, надо признать, добралась до него без приключений, не считая незамеченной на пути неглубокой луже, в центр которой она благополучно попала носком новых кроссовок. Тихо выругавшись, Даллес быстро забыла о случившемся, гонимая навязчивыми мыслями в омут алкоголя, позволющего забыться хотя бы до утра.        Зайдя в заведение, где даже в разгар рабочего дня сохранялись приятная атмосфера и приглушённый свет, девушка приземлилась на один из свободных стульев за барной стойкой. По правую руку от неё располагалась постоянная клиентка, секундой ранее приветливо кивнувшая новой гостье, по левую – незнакомый мужчина, чьё лицо было скрыто капюшоном пыльной толстовки. Был ли он таким уж незнакомым? Лишь спустя долгие двадцать минут, проведённые в непринуждённой беседе с барменом, по совместительству являющимся хорошим другом двух адвокатов, Даллес стала замечать со стороны "соседа" частые взгляды, которые он, конечно, старался скрывать. Выходило это откровенно паршиво. Бармен с сохранившейся на лице широкой улыбкой вскоре ушёл к новым клиентам, а вот напряжение между молодыми людьми лишь нарастало. В итоге Эмили попросту не выдержала, резко повернулась к мужчине и вопросительно вздёрнула бровь.        Понять, кто перед ней сидит, Даллес не составило труда. Глаза, под которыми залегли тёмные круги, сохранили тот же блеск, что она запомнила прошлой ночью. Да, на Касле более не было того бронежилета, в руке его, вместо оружия, покоился всё тот же полупустой стакан – с приходом Эмили он не сделал и глотка обжигающего напитка –, но вот взгляд, хранимый в себе миллиарды скрытых от посторонних чувств девушка ни с чем спутать не могла. Перед ней сидел Каратель, сомнений в этом не было. Стало ясно, что отдохнуть от приключений у реставраторши не получится, по крайней мере, точно не сегодня.        — Так смотришь, будто приведение увидела,- с толикой осуждения в голосе произнёс Фрэнк, первым нарушая неловкую паузу.       — Ну, знаешь…- неуверенно протянула девушка, — Не каждый день встретишь героя.        Мужчина брезгливо поморщился. Отставив стакан в сторону, он неприязненно поёжился, неосознанно скидывая с головы капюшон. Теперь, при хорошем освещении, Эми могла рассмотреть многочисленные рубцы и царапины, скрывшиеся в коротких смоляных волосах. Врачей Фрэнк, очевидно, не любил, это Даллес поняла по некоторым кривым линиям и швам, которые мужчине накладывал явно не профессионал. Рассмотреть также удалось и черты лица линчевателя, оказавшиеся, собственно говоря, довольно выразительными и запоминающимися. Вероятно, любой человек, единожды увидевший Касла на экране своего телевизора, с лёгкостью смог бы узнать его в прохожем или даже очередном посетителе бара. Например, такого, как тот, в котором и находилась пара.        О, чёрт! Лишь спустя несколько мгновений Даллес осознала, что без маскировки мужчине попросту небезопасно появляться на людях – на телевидении он прославился далеко не своими праведными поступками, а потому любой мог с лёгкостью сдать его полиции, что повлекло бы за собой уйму проблем, а за ними и жертв. Потянувшись к Карателю, Эмили сосредоточенно поджала губы, словно боялась, что мужчина может укусить её за пальцы, подобно дикому зверю, а он, в свою очередь, вздрогнул, резко отшатываясь от прикосновения. Лишь установив зрительный контакт и убедившись в том, что опасности девушка не представляет, замер, позволяя ей сделать задуманное. Даллес же, аккуратно подхватив кончиками пальцев край капюшона, медленно надела его обратно на собеседника, в конце случайно касаясь волос. На ощупь они оказались шелковистыми и мягкими, хотелось зарыться в них всей пятернёй. Хотелось, но возможным не было. Лениво вернув руку на собственное колено, Эми на секунду отвела взгляд, очевидно, посчитав, что линчеватель способен считать её мысли по одному лишь неосторожному взгляду.       Он, конечно, мог, но точно не сейчас. На данный момент в растерянности был и сам Фрэнк. Мужчина не мог понять той заботы и нежности, что дарила ему реставраторша вот уже второй раз. Сначала спасла жизнь, теперь переживает, что его может кто-то увидеть. Складывалось стойкое ощущение, что Эмили знала его не первый год. Внутри Касла разрасталось странное чувство, которое, вообщем-то, вызывало исключительное удовольствие.       — Спасибо,- тихо, почти шёпотом произнёс брюнет, неотрывно глядя на собеседницу, — Мне кажется, ты не совсем понимаешь, кем я являюсь на самом деле,- продолжил он, стараясь забыть невесомое прикосновение, доставившее давно забытое чувство удовольствия, — Я совсем не герой, я…       — Человек,- просто закончила за собеседника Даллес, — И этого достаточно для того, чтобы я тебя уважала. Мне кажется, не все заслуживают этого звания.        На секунду мужчина задумался. Он продолжал всматриваться в черты лица Эмили, пытаясь найти в её словах подвох или скрытый смысл, однако на самом же деле всё лежало на поверхности. "Человек" – что для девушки означало это слово? Звание, а не вид? Такую точку зрения линчеватель считал довольно интересной, а ещё частично схожей с собственной. Казалось бы, это бред, однако смысл в словах Эми всё же был. Для каждого он разный, но вот у молодых людей мнения, на удивление, сошлись. Не все люди достойны жизни, тем более такой хорошей, каковой она является у многих поганцев, чьи туши носит наша планета. Да, этот пункт, пожалуй, Фрэнк слегка приукрасил, но вот оспаривать данную поправку Эмили ничуть не желала. Иногда она и вправду не понимала, как Земля носит тех подонков, что насилуют детей и издеваются над беззащитными животными. Случалось и такое, что девушка была готова пристрелить обидчиков невинности собственноручно (впрочем, в последнюю их встречу это почти получилось). Теперь же она может просить об этом двух небезызвестных линчевателей, при том на свой выбор. Удобные знакомства, что тут сказать.        — Что ж, приятно знать, что я для тебя… человек,- хмыкнул мужчина, неопределённо помотав головой из стороны в сторону.        — Да… Знаешь, я тоже хотела тебя поблагодарить,- уже не так уверенно продолжила Даллес, — Тогда, в переулке, ты закрыл меня. Не каждый способен на такой смелый шаг.       Коротко кивнув в знак принятой благодарности, Фрэнк задумался. Смелым шагом девушка назвала один лишь шаг в её сторону ради защиты, в то время как она сама накинулась на угрозу с голыми руками и, что самое удивительное, справилась с ней. Что он сейчас должен сделать, в очередной раз выразить свою безграничную благодарность? Бред. Ситуация начинала выглядеть чересчур комично, пожалуй, отчасти даже глупо. Нет, здесь нужен иной подход, но вот какой именно, брюнет не знал. Почесав затылок через грубую ткань капюшона, он отвёл взгляд к своему полупустому стакану. На мгновение в глазах мужчины загорелись едва заметные огоньки, с которыми он вскоре взглянул на соседний бокал с ярко-розовым содержанием. Ножку его сжимали тонкие девичьи пальчики, принадлежащие Эмили. Предлагать заплатить за напиток девушки Касл не стал. Каратель решил, что сделает это без разрешения, всё, как он любит. Однако на этом проблемы не закончились, ведь покидать заведение ни один из молодых людей не планировал, а между ними тем временем повисла тишина, давящая на головы тяжёлым пластом, состоящим из стеснения и неловкости.        — И часто ты здесь бываешь?- тихо прокашлялся Фрэнк.       — С недавних пор начала ходить в этот бар регулярно,- медленно кивнула девушка, — На самом деле, эту привычку мне привили мои друзья. Они как раз работают неподалёку, после тяжёлого рабочего дня бывает полезно пропустить пару шотов…        — Говоришь, их офис находится где-то рядом?- с интересом наблюдая за собеседницей, выгнул бровь Касл, — Не об адвокатской ли фирме идёт речь?       Кончено, никаких других фирм вблизи этого бара не было, из-за чего Фрэнку не составило труда догадаться о том, какие друзья окружали Эми. Да и кто, кроме них, приходил сюда каждую пятницу после рабочей смены? Всё стало слишком очевидно.       Даллес же инстинктивно прищурилась, распознав в голосе собеседника странные нотки, отличные от банального любопытства. Хотелось спросить, что стало причиной резкой смены его настроения или, в крайнем случае, просто отмолчаться, однако портить ту атмосферу, которую они с трудом создали вокруг себя, не хотелось. Да и что случиться, если самый жестокий борец за справедливость узнает, что друзья девушки, попавшей в потасовку, являются адвокатами? Впрочем, ничего страшного, однако звучало это всё же сомнительно.        — А ты их знаешь?- решившись на ответный вопрос, реставраторша закусила щёку с внутренней стороны.       — Да, встречались несколько раз,- неуверенно подтвердил мужчина, словно боялся сказать что-то лишнее, — Их кампания вела моё дело,- объяснил он, выдержав небольшую паузу.       — Ах да, точно!- заёрзала Даллес, — Я читала об этом несколько статей. Ситуация, конечно, у вас была скользкая…        — Не то слово,- горько хмыкнул мужчина, вернув потухший взгляд к своему стакану.       Он всё думал, стоит ли говорить Эми об их связке, в которой молодые люди работали буквально прошлой ночью. Фрэнк хотел знать и то, известно ли самой девушке о второй профессии Мёрдока. Внутри отчего-то становилось жутко неприятно от одной лишь мысли о том, что Мэттью водит подругу за нос, не рассказывая о нюансах общения с ним. А ведь эти нюансы, наверняка, вскоре всплывут, если уже не показались на глаза наивной, но такой смелой Эмили. И с чего вдруг эта девчонка начала его так волновать?        Тряхнув головой, Касл попытался скинуть с себя наваждение, что застало его в компании Эми и отпускать, судя по всему, не намеревалось. Пара знала друг друга менее двадцати четырёх часов, а доверие уже доходило до метки "хорошие друзья". Бред, иначе это назвать нельзя. Конечно, рисковать Фрэнк не хотел, а потому, закусив кончик языка, лишь шумно выдохнул, заставляя девушку странно на него покоситься. Брюнет знал, сколь глупо и нелепо выглядел со стороны, однако мысли продолжали сбиваться в одну кучу, не уступая место здравому рассудку. Впрочем, тему, затрагивающую Дьявола Адской кухни, мужчина решил более не поднимать, из-за чего в будущем будет себе крайне благодарен. Творить глупости он был не намерен. Только не сегодня.       Залпом осушив стакан, Каратель с громким стуком вернул его на барную стойку, привлекая к себе внимание всех близ сидящих посетителей. Одни тут же нахмурились, другие – начали шептаться между собой, очевидно, осуждая "буйного" человека, и только Эмили смотрела на собеседника по-доброму, ласково. В голове крутились известные одной лишь ей мысли, касающиеся, вероятно, ни громкого звука, ни миссий линчевателя, а того, кто скрывался за маской чёрствого, бесчувственного морпеха. Глаза никогда не лгали, а тёмно-карие зеркала Фрэнка не давали на жестокость и безразличие ни единого намёка. Зная, что мужчины боится весь город, не считая безрассудных глупцов и самоубийц, Даллес почему-то сидела с ним рядом и чувствовала себя в полной безопасности. С Фрэнком она могла не беспокоиться о собственной жизни, с ним она могла быть собой и не бояться осуждения со стороны. Будет ли осуждать человек, чьи руки по локоть испачканы в крови, чьё рвение к жизни давно убили, как и всех, кто был ему дорог? Такому человеку было не до осуждений.       Да, критиковать Эмили Касл и не думал, однако всё ли в его жизни приобрело серый оттенок? Вероятно, ещё вчера мужчина согласился бы с этим утверждением, но вот сейчас, когда возле него сидит девушка, способная понять его и принять таким, каков он есть на самом деле, всё в голове перевернулось. Даллес не пыталась привязать к нему образ, что был навязан обществом и СМИ, она рвалась изучить его лично, найти общий язык и попробовать войти в непростое положение. Девушка, по правде говоря, была сумасшедшей. Любой другой на её месте не решился бы на этот опрометчивый шаг, сравнимый с выстрелом в самое сердце. То, что знакомство молодых людей и их дальнейшее общение закончиться слезами, смешанными с кровью, можно было гарантировать. Но вот была ли эта гарантия такой уж достоверной?       — А кем были те парни, что напали на тебя ночью?- дождавшись, пока люди вокруг снова сосредоточатся на себе и своих мелких проблемах, шёпотом продолжила разговор реставратор.        — Это сейчас так важно?- хмуря брови, лениво протянул мужчина.        Эмили же в ответ лишь устало выдохнула, давая понять собеседнику, что от вопроса он не уйдёт. Любопытство девушки было слишком велико.       Закатив глаза, Касл поёрзал на кожаной сидушке стула, устраиваясь поудобнее для длительного рассказа, а реставраторша, в свою очередь, едва сдержалась, чтобы не показать свою фирменную хитрую ухмылку. Да, девушка привыкла добиваться целей, даже если при этом ей приходилось стоить глазки таким жестоким линчевателям, как Каратель. Впрочем, долго уговаривать Фрэнка и не пришлось, что обрадовало Эмили вдвойне.        — Эти подонки продавали наркоту в самом центре города,- крепко сцепив зубы, начал брюнет, — Пойми, на такие мелочи я не распыляюсь, но вот этот случай покоя мне не давал…       От внимания Эмили не скрылись покрытые тонкими корочками запёкшейся крови пальцы рассказчика, что сжали стакан едва ли не до хруста. Казалось, стекло вот-вот треснет под напором, и это, очевидно, заметила и барменша, ведь уже в следующую секунду женщина практически вырвала пустой сосуд из цепкой хватки нервного посетителя, при том одарив Касла самым грозным взглядом, на какой она только была способна.        Без уделённого внимания не осталась и Эми. Коротко взглянув на неё, барменша досадно поджала губы. Вероятно, женщина боялась за свою приятную в особо тяжёлые дни собеседницу – всю историю знакомства молодых людей и их подноготную она знать просто не могла. Иногда Даллес вовсе казалось, что её затылок кто-то буравит заинтересованным взглядом. А вот сзади, собственно говоря, кроме самой барменши, никого уже и не было.       — И что же в тех парнях было такого особенного?- в предвкушении кульминации рассказа, девушка понизила голос на несколько тонов.       — Новые смеси этой дряни они проверяли на молодых девушках, что отлавливали в местных барах,- понизив голос, продолжил Фрэнк, — Многих потом находили жестоко убитыми в подворотнях. Каждый раз под ногтями жертв находили частицы чужого ДНК, а в крови сильно действующие наркотики.        — Погоди, эти девушки пытались защититься, верно?- на удивление, история не отпугнула девушку, напротив, разожгла больший интерес, — Неужели их пытались силой увести из людного места? Как окружающие не воспрепятствовали этому…       — Всем плевать на чужие жизни,- пренебрежительно фыркнул Касл, — Оглянись, ни один в этом баре и пальцем не двинет, если прямо сейчас тебя кто-то принудительно уведёт отсюда. И это далеко не потому, что они посчитают незнакомца твоим ревнивым мужем, нет…- протянул мужчина, — Они просто не захотят марать руки.       На секунду девушка задумалась. Её ярко-зелёные глаза вперились в профиль Фрэнка, словно в попытке разглядеть в его словах фальшь, хотя бы намек на ложь или, быть может, преувеличение. Нет, девушка не хотела верить, что все люди превратились в бессердечных роботов, которым попросту безразличны чудие судьбы. Как может человек печься лишь о своём будущем, даже не задумываясь о благополучии ближнего? Этого Эми понять не могла, да и не хотела. Вера в лучшее сопровождала её всю жизнь, что сейчас должно было измениться?       — Что на счёт тебя?- вдруг, подала голос реставратор.        Фрэнк поднял на неё вопросительный взгляд, очевидно, не понимая суть вопроса. Даллес, в свою очередь, придвинулась ближе.        — Ты когда-нибудь бездействовал в подобных ситуациях?       Эмили прищурилась, внимательно всматриваясь в лицо собеседника, в то время как его брови медленно приближались к переносице. Вопрос Каслу пришёлся явно не по душе.        — Нет,- сухо ответил мужчина.        — Знаешь, я и не сомневалась,- легко улыбнулась девушка, возвращаясь в исходное положение, — Не могу представить ситуацию, в которой ты позволишь навредить людям. Ну, не считая правонарушителей, конечно…        Спустя лишь мгновение зубы Фрэнка сомкнулись до едва различимого скрипа, а желваки начали ходить ходуном. В глазах мужчины проскользнула тень тоски, и тут Эмили поняла, что задела одну из его, пожалуй, самых глубоких ран. Девушка знала, что произошло с семьёй Карателя. Она прочитала о трагедии десятки статей, однако сейчас всё равно умудрилась ударить по слабому месту Фрэнка. За это она себя возненавидела. Возненавидел её, вероятно, и сам Касл.        Выудив из заднего кармана джинсов несколько смятых купюр, покрывающих оба счёта, он с громким стуком положил их на барную стойку, привлекая к себе при этом внимание каждого посетителя. Косые взгляды, казалось, не волновали мужчину. Резко встав, он в очередной раз заглянул в глаза собеседницы, после чего коротко кивнул в знак прощания и, хлопнув дверью, вышел из помещения. Девушка успела лишь приоткрыть губы в немом протесте. Кому, спросите вы? Самой себе. Правильно говорят, что слова ранят хуже любого оружия.        — Ох, неужели он ушёл!- облегчённо выдохнула барменша, — Как тебя вообще угораздило связаться с этим бандитом?       Девушка проигнорировала вопрос. Она знала, что любые попытки оправдать Касла обернутся полным провалом, более того, на неё посыпятся осуждения вкупе с никому не сдавшимися советами, которые лишь раздражали Даллес. В тот день, глядя вслед удаляющемуся линчевателю, она гадала, была ли эта их встреча последней. Не знала Эмили и того, почему воспротивилась собственным чувствам и не пошла следом…