У каждого специалиста, борющегося со смертью — своя врачебная тайна.

К горячему горлу подкатывал ком, уже предвещая поворот разговора. Август всегда был чересчур эмпатичным. — И всё-таки, ты медик. Ещё зеленый, но уже такой амбициозный. У каждого врача, соревнующегося со смертью, есть свое кладбище. Скоро и ты будешь идти со своим рука об руку. Ком достиг крайней точки, окончательно перекрыв дыхание. Такой намёк от учителя, специалиста в психотерапии, её мог восприниматься иначе, как удар под дых. "Я не могу с этим мириться, я должен сделать хоть что-то, пусть и в ущерб себе". — Спокойно. Приучи себя к этой мысли, но не падай духом. Не позволяй умирать другим из-за тех, кого не успел спасти. — Он все ещё жив! У него сердце бьётся, да вы видели, вы разговаривали с ним вчера! Он может улыбаться, он держится, да нельзя же так опускать руки... – Август уже срывался на крик. — Коллега, я вижу, как тебе важен этот парень, – профессор ловко подавил свое смятение, перестав бегло просматривать полотна документов на собственном столе и насильно сосредоточив взгляд на собеседнике, — но поверь знающему человеку, он уже не жилец. К слову, Август и эту попытку учителя казаться специалистом, а не человеком, тоже сходу уловил. Вот так, всю жизнь, как собаку, дрессировать своего внутреннего ребёнка внимательности, а после плакать на глазах у своего авторитета. Даже на анекдот походит, есть что-то в этом комичное. — Позволь объяснить. Павел встретился взглядом с Августом. Тот едва слезы сдерживал, что уж говорить про готовность выслушивать лекции и объяснения. Вероятно, сам поймет, не глупый, просто нужно время. "Как бы и этого гения не потерять, ей Богу. Какие же вы, дети, однако, сложные." — Нет. Нет, не стоит, не нужно. Потом зайду, ладно? Завтра. Я не могу. Ему приходилось несколько раз замолкать и подавлять свой жалкий скулеж. Впервые разговор перестает быть конструктивным и наполненным профессионализмом и дотошной вдумчивостью. Поймёт, не дурак. Август срывается с места, в спешке и истерике задевает собой шкаф и наваливается на входную дверь кабинета, уже после поворачивая ручку. Грубый щелчок и небрежный хлопок закрывающейся советской двери. Профессор не двигался с места, только направив пустой взгляд куда-то между нижней полкой шкафа напротив и ковром. Парнишка‐то напоминает кое-кого. Где-то неподалеку, в безлюдном коридоре за дверью, послышался глухой грохот и неритмичные удары. Похоже, о какую-то случайную деревянную поверхность... 03.06.25 Автор: fedr.es