Часть 38

Оказавшись в своей палатке, Малфой рухнул на кровать и закрыл руками глаза. Он впервые в жизни оказался в миллиметре от смерти, пульс до сих пор бешено стучал у него в висках. Снейп бесцеремонно вошел в палатку следом и встал над ним, загородив свет. -Чего тебе надо? -сдавленным от страха голосом спросил Люциус зельевара. -Дело ещё не окончено. Ты теперь мой должник, Малфой. -Мне плевать на тебя и твою Эванс. -Думаешь, ты так легко от меня отделаешься? Люциус убрал руки и с раздраженным недоверием посмотрел на Северуса. У него не было ни сил, ни желания о чем-то договариваться или торговаться. Больше всего на свете он мечтал сейчас оказаться в Малфой-мэноре под защитой родовых чар. -Только посмей о чем-то заикнуться Темному Лорду или Пожирателям! — это и всё, что он смог гневно прошипеть. -Нет, Люциус, мы доведем твой план до конца, - голос Северуса звучал твёрдо и уверенно. Малфой побледнел. Сейчас он напоминал мышь, которую хотят скормить голодному удаву. -Теперь ты расскажешь мне, что за темная магия ослабила Лорда. И что за блокнот он отдал тебе на хранение. Я хочу знать всё, Люциус. *** Спустя непоторое время в лагерь аппарировал Рабастан. Осмотрев тело Родольфуса, он со скорбью прикрыл глаза почившему брату. -Соболезную, мистер Лестрейндж, - выдохнул Люциус. К тому времени он успел протрезветь, но ещё не отошёл от стресса и зябко кутался в мантию. -Примите мои соболезнования, мистер Лестрейндж, - сухо сказал Снейп. - Корбан Яксли выстрелил в вашего брата. Его обезвредили новобранцы. Рабастан молча кивнул. Подробности уже не имели для него значения. Брат был единственным его кровным родственником, поэтому утрата ощущалась особенно остро. -Темный Лорд передал распоряжения? -Люциус вновь заговорил. -Продолжайте миссию, - равнодушно сказал Лестрейндж. - И без результата не возвращайтесь. «Снова этот чертов единорог!» *** Несколько дней Малфой безрезультатно гонял новобранцев по лесу и порядком извёлся. Снейп с неприкрытым злорадством наблюдал за его нервными метаниями. -Может, перестанешь уже сверлить меня глазами?! -Малфой перевёл злой взгляд на Северуса. -Просто реши эту проблему. -Как?! -Не знаю. Коль уж мы теперь равноправные партнёры, придумай сам. Малфой в этот момент ненавидел Снейпа. Когда-то он нашел этого забитого, но чрезвычайно одаренного школьника, оплатил ему учёбу, дал ему работу, поспособствовал его карьере среди Пожирателей. А теперь этот мерзкий полукровка в открытую насмехается над ним и раздаёт указания! Люциус судорожно соображал, и, наконец, в его глазах проблеснула некая идея. -Кровь единорога очень редкая. Какова вероятность что кто-нибудь хоть раз её видел? -М? -Ты знаешь, какая она? -Не знаю. -Вот и я не знаю, хотя я прочитал сотни книг о единорогах. И нигде не было описано, как выглядит их кровь, - Люциус посмотрел Северусу в глаза. -Что ты хочешь сделать? -Мы возьмём кровь у фальшивого единорога. «Да, пожалуй, за такое представление тебя надо номинировать на театральную премию, Люциус Малфой! Но ты и представить не можешь, насколько упрощаешь мне задачу.» *** Малфой основательно подготовился к шоу. Эльфы тайно доставили в Беркшир выставочного коня-альбиноса какой-то элитной породы, предварительно напоив зельями, от которых на лбу у него вырос рог, а шерсть начала переливаться серебром и излучать свечение. Бедное животное беззаботно паслось на воле, пока ночью один из Пожирателей его не заметил и безжалостно не атаковал Септумсемпрой, едва не сорвав грандиозные планы Люциуса. К счастью, кровь удалось собрать и разлить по флаконам. Этот день в лагере Пожирателей отмечали с поистине неслыханным размахом, но Малфой поспешил аппарировать домой. Он все ещё боялся, что кто-нибудь уличит его в обмане и хотел поскорее оказаться под защитой чар родового поместья. *** Молнией пронесясь по коридору в направлении ванной, Люциус заметил Нарциссу, сидящую у камина, и мимоходом бросил ей: -Распорядись, чтобы эльфы накрыли на стол. Малфой так долго пробыл в лагере Пожирателей в лесу, что уже давно грезил о том, чтобы наконец-то понежиться в горячей воде и смыть с себя неприятные запахи. Когда он осуществил желаемое, настроение его значительно улучшилось, и он направился в столовую, предвкушая сытную трапезу. Но стол был пуст. Пройдя вновь по коридору, он нашел Нарциссу в той же комнате, где она была до этого. -Почему ничего не готово? -раздраженно спросил он, подозревая, что жена вновь напрашивается на воспитательные меры. Нарцисса молча обернула на него голову и посмотрела в глаза. Её взгляд не выражал ни раскаяния за то, что она его ослушалась, ни коварства, как бывало, когда она провоцировала его нарочно. Люциус искренне не понимал, что происходит. -Как ты мог?.. Этот вопрос застал его врасплох. Он столько всего сделал за последнее время, да и за всю свою жизнь, что выбрать что-то одно, что могло бы расстроить Нарциссу, было невозможно. Заключив про себя, что лучшая защита — это нападение, он резко подлетел к ней и заставил встать, больно вцепившись ей в волосы на затылке. -С какой стати ты со мной разговариваешь таким тоном, Нарцисса? -он её встряхнул. Она осталась крепко стоять на ногах и посмотрела на него со смесью злобы и осуждения. -Убери от меня свои руки, Люциус. -Забыла, как я велел тебе меня называть? -Сам не забывай, с кем разговариваешь, - она впилась ногтями в ту руку, которой он её держал. Нарцисса никогда не делала ему больно и не огрызалась. Люциус не знал, как реагировать на такую перемену в её поведении. Он отпустил её волосы и отошёл на шаг назад. -Я все знаю о проклятии, - сквозь зубы сказала она. - Как ты мог мне все это время лгать? До Люциуса дошло, о чем она говорит. Беспокойство ушло, он расслабленно уселся в кресло у камина. -И где же я тебе солгал? -Я перечитала наш контракт. В нём сказано, что я должна родить тебе наследника, но ни слова нет о возможных дочерях и том, что им положено в качестве приданого. Ты знал, что их не будет! -Дорогая, род продолжается по мужской линии. Кого волнует наличие дочерей? Нарцисса старалась держаться уверенно и с достоинством, но в её глазах стояли слёзы. Она хотела что-то сказать, но не могла разомкнуть предательски дрожащих губ. Люциусу даже стало её жаль. -Прекращай истерику и распорядись насчет стола. Жена развернулась и быстрым шагом направилась вон из комнаты, но вдруг внезапно застыла в дверях. В ту же секунду над головой Люциуса пролетела и разбилась о каминную полку хрустальная ваза с цветами. Капли воды попали на горящие поленья и зловеще зашипели. Малфоя осыпало смесью осколков, воды и лепестков. -Из-за твоей подлой лжи я думала, что со мной что-то не так, что я больная! Я ненавидела и обвиняла себя все эти годы за то, что не могу родить тебе ребенка! Люциус встал с кресла и стряхнул с себя осколки. Один из них оцарапал ему щеку и теперь он явно ощущал неприятное жжение. Малфой коснулся пореза пальцем, размазав проступившую кровь по белоснежной коже, и тихо ругнулся. Увидев, что даже в такой напряженный момент муж занят только собой, Нарцисса, наплевав на все правила и протоколы, подхватила первое, что попалось ей под руку и кинулась на Люциуса, нанося ему побои. Ещё никогда в своей жизни Малфой с позором не уносил ноги от женщины и не чувствовал себя таким униженным. Он пожалел, что беспечно оставил палочку в спальне, и не знал, куда скрыться от гнева Нарциссы. Жена беспощадно наносила удар за ударом по его спине и ребрам до тех пор, пока он не оступился о загнувшийся край ковра, а она следом не повалилась на него. Но даже тогда Нарцисса продолжала отчаянно с ним бороться и рвать его волосы. Потасовка закончилась лишь когда Люциус, навалившись на неё всем телом, заблокировал её руки. Нарцисса пыталась пинаться, но из-за длинного платья её ноги были ограничены в движении. Наконец, она выбилась из сил и перестала под ним барахтаться. Какое-то время она смотрела в стену и беззвучно плакала. Люциус никогда не видел её такой. В нём клокотала злоба, но он боялся шелохнуться, будто лежал на мине. Наконец, Нарцисса повернула голову и посмотрела ему в глаза. Малфой нервно сглотнул, морально настраиваясь на второй раунд битвы и ожидая, что же она выкинет на этот раз. Но она только сказала хриплым заплаканным голосом: -У нас могло быть пять дочерей… пять прекрасных девочек… Он устало выдохнул. -У нас может быть только сын. И только один.