Взгляд не туда.

Дерпи уже давно смирилась с тем, как на неё смотрят. Как будто она — ошибка. Как будто она — бракованная. Кто-то сдержанно улыбался ей, кто-то едва заметно морщился, кто-то даже не пытался скрыть насмешку. Её считали глупой, рассеянной, будто она не может сложить два и два. Но она могла. Конечно, могла. Просто... сложно сосредоточиться, когда один глаз живёт своей жизнью. Она привыкла. Привыкла к взглядам, к шёпоту за спиной. Привыкла, но не приняла. Лишь близкие знали, что у неё не "тупой взгляд", а медицинский диагноз: косоглазие, ленивый глаз, аномалия. Красивых названий хватало — но ни одно из них не спасало от клейма "странной", от тяжёлого ощущения, что она чужая среди своих. Порой казалось, что взрослые пони ведут себя воспитаннее — они не называли её глупой вслух. Они лишь обменивались взглядами, полными жалости или раздражения, когда думали, что она не видит. Но Дерпи видела. Или, по крайней мере, чувствовала. Эти взгляды прожигали кожу. А детвора и вовсе не стеснялась: "У тебя глаза как у камбалы!", "Глупое имя — Дерпи!", "Почему ты всегда такая... кривая?" И она не выбирала себе это имя. Это сделали её родители. Возможно, даже не задумываясь, насколько жестоко оно может звучать. Наверное, им казалось, что это мило. Но каждый раз, услышав своё имя, она будто снова и снова сталкивалась с насмешкой, вшитой в саму суть её личности. Она старалась игнорировать всё это. Жить дальше. Работать. Доставлять письма. Быть полезной. Работа почтового пегаса подходила ей идеально. Никакой болтовни, минимум контактов, максимум свободы в небе. К тому же, ей повезло — её маршрут ограничивался Понивиллем и Кантерлотом. Ни тебе холодных пиков Якистана, ни бурь за Гриффонстоуне. Всё просто. Вот и сегодня она, как всегда, доставляла утреннюю почту. Подлетела к одному из домов, открыла ранец, взялась зубами за газету и направилась к почтовому ящику... как вдруг её взгляд зацепился за первую страницу. Крупная фотография занимала половину полосы. Она знала, что там должно быть нечто важное — первая страница всегда для главного. Но для неё это было размытое пятно, сливавшееся в одно пятнистое облако. Дерпи вздохнула, закрыла один глаз копытом — как делала всегда, чтобы лучше сфокусироваться. Теперь изображение стало чётче. На фото — здание. Больница? Похоже на то. Перед лестницей стоял пони — высокий, худой, будто вытянутый. Его глаза скрывались за стёклами очков, отражающими свет так, что лицо казалось почти лишённым черт. Только улыбка… слабая, едва заметная, но почему-то от неё Дерпи стало не по себе. Заголовок гласил: "Новая клиника в Кантерлоте обещает чудеса современной медицины" Странно… Больница — почти на окраине города. Обычно такие заведения строят ближе к центру, чтобы любой пони мог быстро добраться. Почему именно там? И почему это фото вызывает у неё такую странную дрожь? Она не знала. Но взгляд доктора с газеты будто следил за ней… даже через очки. И почему-то казалось — он уже знал, что она прочтёт эту статью. Что она придёт.