Часть 1

Он шел по дороге поздним вечером. Музыка, звучавшая в его наушниках уже давно перестала играть нужные строки. После работы в полную смену не осталось ни малейших сил. Уже представлялась такая любимая кровать, темная комната с синими ночными шторами и несколько часов сна. Такого желанного, по ощущениям, единственного спасения. Хотя для него сон уже давно не оставался полным спокойствием. Почти каждую ночь его преследовало и заставляло просыпаться в холодном поту одно сновидение. Сон, от которого просыпаясь, оставалось чувство, что еще ничего не закончилось. Реальность словно не хотела спасать его от той угнетающей и страшной атмосферы, от тех ночных невидимых демонов, гонявшихся за ним в течение невыносимо долго тянущихся минут. Смотря на вечерний закат, отражающийся в лужах солнечными бликами, он думал о куче дел, которых накопилось слишком много. С которыми нужно было разобраться именно ему - этому уставшему и поникшему человеку. «Не так я представлял себе взрослую жизнь. Я то думал, что это как пыльные крылья расправить, а здесь их подрезают, чтобы денег срубить.», подумал он. Неожиданно в мыслях промелькнул до боли знакомый образ. Силуэт, который он видел далеко не единожды. Силуэт, который в такие дни спасал его от абсолютно всех проблем и безмолвно отвечал на все возникшие вопросы. Утонченная фигура, которая отражалась в ночи, когда они ложились спать. Маленькие, чаще всего с голубым цветом гель-лака, пальцы, которые гладили его по лицу. Глаза, цвета зеленого изумруда, способные перенести тебя в атмосферу восхода на поляне в лесу. Прямые черные локоны, которые без должной укладки никогда не ложились ровно, и по утрам их владелец недовольно отзывался на шутку о взрыве на макаронной фабрике. Но этот силуэт также быстро исчез из мыслей, как и появился. Не осталось ни малейших сил предаваться настольгии и пытаться снова восстановить образ. Сейчас единственной целью этого замученного человека являлось поскорее добраться до дома. Без мыслей, без понимания решения проблем, без желания жить. Ведь так проще – отложить трудности. Тут он вспомнил как в 17 лет возвращался со своей первой, в его понимании, «миссии». Были точно такие же ощущения усталости и желания уснуть и не проснуться. Болело все тело, но эта была приятная боль. Она словно подтверждала его стремление и приложенные всевозможные силы. Когда сонные глаза закрываются на ходу, а ноги путают маршрут и косятся в другую сторону. Хорошее было время. Кто же знал, что таких дней будет еще очень много. Наконец –то заслуженный отпуск. По-человечески оформленный, с выплаченными отпускными и рабочей униформой в рюкзаке, которую он нес для стирки домой. Он чувствовал себя уже старым, так как всерьез задумывался во время отпуска облагородить у себя на заднем дворе частного дома небольшой огородик. Посадить понемногу всего самого необходимого. «Почему бы и нет, -подумал он,- за кактусами получается ухаживать и за этим получится». Ключи от дома потихоньку звенели у него в кармане, словно напоминая, что до дома осталось всего ничего. Мысли перестали формироваться в единое целое, а взгляд отказывался фокусироваться на чем-то конкретном. Ноша, в виде рюкзака на плече, уже перестала чувствоваться. Вес медицинского халата в основном и не должен чувствоваться в рюкзаке, но когда ты надеваешь его на свои плечи – он становится неподъемный. Головная боль пронзила голову уставшего человека. Словно ее сдавили тесками. Мир перед глазами стал мутным. Уставший человек упал на колени, испачкав свои серые джинсы. Он схватился за голову обеими руками и уже тогда знал, что это означает. Дыхание сбилось, а из глаз потекли горячие слезы. Появилось ощущение утраты и огромного горя. Искреннего переживания за другого человека. Ему вдруг захотелось защитить того человека, за которого так переживали и волновались. Он не знал кто это, не знал почему за него волнуются. Уставший человек и не хотел знать. Хотелось просто поскорее добраться до своего дома и не проживать все это. «У нее пропал сын», -пронеслось в его запутанных мыслях. - Молодой человек, с вами все в порядке? Скорую вызвать? Сквозь слезившиеся глаза он пытался разглядеть источник звука. Все эти неподходящие ему ощущения начали потихоньку отступать. Он обернулся и увидел женщину, одетую в зеленое платье и теплую, несвойственную этой адской жаре, кофту. Человек осмотрелся вокруг себя. Он стоял на коленях, которые из-за резкого падения были в небольших садинах. Солнце почти полностью скрылось за горизонтом. Но тут его попытку ориентироваться в пространстве прервал снова ее голос. - Мужчина, вы меня слышите? Я могу вам дать попить, держите. - Я конечно понимаю, что это память о вашей сестре, - человек устало вздохнул, - но необязательно одевать эту теплую кофту в такую жару. Не хватало, чтобы вы ушли вслед за ней. Столь неподходящие и абсолютно неожиданные слова повергли незнакомку в шок. Женщина, до этого искренне желая помочь незнакомцу, отшатнулась от него, словно увидела призрак покойной сестры. Пока он пытался подняться, что выглядело очень жалко, она не могла оторвать от него взгляд. Этот странный человек, сначала идущий от нее в нескольких метрах, а затем резко упавший на колени, сказал то, что никто не мог знать. Женщина решила озвучить свои мысли вслух, поддерживая этот странный диалог: - Откуда ты узнал? Этого никто не мог знать, даже своим не рассказывала. «Блять, - подумал он, - я опустился до этого второсортного шоу из телика про медиумов, когда родственники в один голос тараторят, что такое никто не мог знать, хотя всю информацию выливают в сеть. Интересно там принимают только шарлатанов? А настоящих ясновидящих выгоняют, как в старых фильмах вышвыривали из бара?». Ему срочно нужно было подняться на ноги, но подумать об этом было намного легче, чем сделать. Женщина, до этого подававшая ему руку, смотрела на него широко раскрытыми глазами. - Вы меня неправильно поняли, - сказал он, прекратив свои неудачные попытки подняться. Ужасно хотелось пить. Она вроде что-то говорила про воду, - Я просто знаю вас. Вы живете недалеко от меня, на соседней улице. Вы же сами знаете, как быстро расходятся слухи. Лидия Ивановна, я правда не имел ввиду чего-либо плохого. Простите, ляпнул, не подумав. Лидия Ивановна так и стояла, не сдвинувшись с места. Она смотрела на этого рыжеволосого худого парня и никак не могла его вспомнить. Возможно, никогда его даже не видела. Но что-то в нем было необычное. Его голубые глаза на солнце буквально светились, и в этом взгляде невозможно было точно определить эмоции. Словно за ними находилась невидимая стена, защищающая этого сидящего на асфальте парня от постороннего анализа. Его рюкзак валялся недалеко от него на траве и тоже не вызывал никаких подозрений. Самый обычный, теперь уже грязный из-за мокрой травы, темно-серый рюкзак. Лидия Ивановна не могла оставить его здесь одного. Она решила оборвать этот странный диалог также резко, как его начал этот парень. - Вы где живете? Вы случайно не диабетик? А то у меня Лизка также иногда падает. -Нет, я не диабетик, - проигнорировав первый вопрос сказал он, - Просто из-за жары голова закружилась. Такое со мной бывает, не о чем волноваться. Лидия Ивановна протянула ему свою руку, за которую он ухватился. Пока уставший человек стоял и пытался оценить ущерб своего неожиданного падения, она подняла его рюкзак, но отдавать не стала. Нацепив темно-серый рюкзак на плечо, Лидия Ивановна достала из своей сумки полуторолитровую бутылочку уже теплой воды. Поспешно открыла, протянула ему и пока человек пил, отряхнула его рюкзак. Выпив больше половины бутылки, он протянул ее обратно и забрал протянутый рюкзак. -Спасибо вам за все, Лидия Ивановна. Мне теперь намного легче. Я наверное пойду домой. - Ну и куда ты собрался, а? Ты еле на ногах держишься. Ежели упадешь где-нибудь, то уже точно не встанешь. Давай помогу тебе до дома добраться - сказала настойчиво Лидия Ивановна, смотря на то, как парень достает из рюкзака свой телефон. Уставшему человеку сейчас было точно не до знакомства, как недавно выяснилось, с соседкой. Голова отзывалась пульсирующей болью в висках, а тело до сих пор не до конца подчинялось. Он знал, что если дотронется до нее еще раз, то ему станет хуже. Пытаясь вести с Лидией Ивановной осмысленный диалог, при этом не упав вновь на грязный асфальт, уставший, теперь уже упавший человек, разблокировал свой телефон, пытаясь воплотить только что родившийся план. Иначе Лидия Ивановна не отстанет от него. - Я сейчас другу позвоню, - слегка улыбнувшись, проговорил парень, - Он тут недалеко живет, поможет мне. Парень листал телефонную книгу, прекрасно понимая, что звонить было некому. Он подумал, если бы произошло что-нибудь серьезнее, кому бы ему пришлось позвонить. Побеспокоил ли он вообще хоть кого-то. Номеров в контактах хватало, но при этом ни один из них парень бы не использовал. -Ты уверен, парень? -Да, все нормально. Я смогу его дождаться, - ответил он, смотря в телефон и делая заинтересованный вид, - Спасибо вам большое за помощь, Лидия Ивановна, но вам лучше поторопиться, а то мясной магазин закроется. -Ой, совсем забыла про него. Шла туда мяса купить, а то мой муж только мяса и требует. Совсем уже зажрался. А тут ты появился. Давай, здоровья тебе, парень. Не хворай. Дождавшись, пока женщина отойдет на достаточное расстояние, парень потихоньку пошел вперед. Голова во время ходьбы начала кружиться еще сильнее, но мутило немного меньше. То короткое расстояние, что осталось до его дома, теперь казалось вечностью. Уставший человек нес свой рюкзак в руках. Сквозь гул в ушах он услышал звонкий хруст стекла. Оглянувшись, он увидел, что его телефон выпал из открытого рюкзака и сейчас лежал на асфальте стеклом вниз. При осмотре телефона выяснилось, что тот оказался разбитым вдребезги. Осколки стекла рассыпались на асфальте, некоторая часть которых осталась на самом экране. Разбираться с этим у него не хватало сил и, закинув пострадавший телефон в рюкзак, человек пошел дальше. Сейчас его волновал ни его краткий обморок, ни подозрения его соседки и даже ни разбитый телефон. Он думал о том, что у нее пропал ребенок. Ни его ребенок, как она ему злобно заявила пять лет назад. Сын, за которого она волновалась, как когда-то ей приходилось волноваться за него. Стоило ли ей позвонить по этому поводу? С другой стороны, как бы он начал диалог? «Привет, как жизнь, сын потерялся?». Слишком глупо было бы звонить ей именно ему. Расстались они после ужасного скандала, во время которого в основном говорила она. Та самая девушка, которая высказала обо всех проблемах, о которых умолчала во время отношений. Та самая девушка, которая заявила, что устала от него, от его странностей, мутного прошлого, которое иногда навещало их. Та самая девушка, которая заявила, что у нее появился другой и она беременна от этого мужчины… Его любимая, которая клялась в вечной любви, планировала с ним их будущую свадьбу, скидывала список покупок для их ужина, начала курить вместе с ним, подолгу разговаривала с ним на их маленькой кухоньке. Уже не его любимая. Всего лишь девушка, которая подарила ему целый мир. Наконец-то в поле зрения появилась дверь его небольшого дома. Для одного человека этот дом был довольно большой, и некоторыми комнатами он не пользовался. Но ведь предназначался этот дом для двух или, в идеале, для двух человек и двух человечков. Об этом не было сил думать. Ни об этом, ни об отпуске, ни об отдыхе. Хотелось сейчас получить в подарок пустую голову, вот только за какие заслуги? Уставший человек полез рукой в рюкзак и почувствовал резкую боль. Разбитый телефон, который стал причиной этой боли, до сих пор лежал в рюкзаке. Порезанной рукой он продвинулся дальше и на самом дне обнаружил то, что искал – связку ключей. Пять лет назад она оставила такие же на его пороге. Когда уставший человек перебрал ключи и нашел нужный, он остановился. Ему впервые за весь день не хотелось домой. Воспоминания, которые стали появляться с неумолимой скоростью, стали доставлять боль. Спустя столько лет он научился не связывать каждый угол в своем доме с воспоминаниями о ней. Но уставший человек знал, что именно этот вечер может пройти так. К сожалению, в его состоянии он бы не дошел даже до ближайшей лавочки. В конечном счете, он вставил ключ в замочную скважину и открыл входную дверь. Дом встретил его темнотой. Не расслабляющей и дарящей ощущение спокойствия, а удручающей, вызывающей бессоницу и ощущение, что из темноты на тебя смотрят чьи-то глаза. Уставший человек зашел, не разуваясь, прошел к выключателю и включил свет. Тусклые лампочки сразу же зажглись, но даже это доставило его глазам боль. Его светобоязнь глаз она тоже упоминала в том скандале. «Ты вечно ходишь в темных очках, как ебанный агент из людей в черном». У него была целая коллекция очков, которую она любила, и ей нравилось перед выходом выбирать их под его сегодняшний образ. Когда он прошел в затемненный зал, сразу упал на диван. У уставшего человека не было ни желания, ни сил дойти до своей спальни на втором этаже. С закрытыми глазами он чувствовал, как свежая кровь тонкой струйкой стекала по его руке. Рюкзак валялся в прихожей, а ботинки после включения света валялись хаотично там же. Не имея сил даже открыть глаза, несмотря на его ожидание провести вечер в муках, человек сразу же заснул.