Часть 7

Глава 2 «На холме».

      Лес поредел, и за деревьями открылось что-то огромное.

Холм.

      Его крутые бока поросли соснами с яркой, почти красной корой, а вершина была лысой, как темя монаха.       Лизу поразила царившая у подножия тишина. Здесь не пели птицы, не стрекотали кузнечики, и только сосны шелестели, но как-то совсем тихо, точно из-за тяжёлой завесы. Воздух дрожал, и очертания холма немного расплывались.       Лиза вспомнила фильм, который видела давным-давно. В нём огромная черепаха лежала неподвижно много лет, отчего на спине у неё выросли деревья. Люди думали, что это обычная гора, пока однажды из пещеры не выползла голова со сверкающими, будто фары, глазами. В детстве Лиза очень боялась этой сказки, хотя теперь уже не могла понять, что именно её пугало: страшная черепашья голова или то, что земля под ногами может оказаться живой и обернуться чудовищем.       От странных, тревожных мыслей её отвлёк Игорь. Ему наскучило снимать холм, и он принялся фотографировать жену почти в упор.                   — Та-а-ак! — протянул он. — Что у нас здесь? Что за создание? Похоже, какой-то барсук… Щёки-то вон как надула!                   — Сам такой! — Лиза заслонялась руками, отмахивалась, а потом бросила в Игоря шишкой, но промахнулась.                   — Да и барсуки не надувают щёки, — добавила она, метнув ещё один снаряд.                   — Осторожнее! — крикнул Игорь со смехом. — Камеру ведь разобьёшь!                   — Давно надо было разбить. Ещё до свадьбы. Только ей интересуешься. А до меня дела нет. Обзываешься!       Лиза бросила ещё шишку, снова мимо.                   — Ну извини!                   — Не-а! — Очередной снаряд попал наконец Игорю в лоб.                   — Ах так? Ну ты за это ответишь! — Он убрал камеру в рюкзак и принялся кидаться в ответ.       Лиза смеялась, но чувство тревоги не отпускало. Холм почему-то пугал, а дрожащий воздух делал его похожим на мираж.       Наконец Игорь крикнул: «Всё, всё сдаюсь!» — и поднял руки.                   — Красиво, правда? — сказал он. — Хоть картину пиши: красные сосны, небо и этот холм. А давай на него заберёмся?       Лиза отряхнулась.                   — Может, не надо? Смотри, какие там корни. Ногу ещё сломаешь — как я тебя домой нести буду?                   — Ладно тебе. Мы осторожно. А если хочешь, подожди здесь. Я быстро.       мужа совсем не хотелось, как и оставаться одной на этой тихой опушке.                   — «Да что не так? — подумала она с раздражением. — Это же просто куча земли».                   — Хорошо, я с тобой. Только пожалуйста, осторожней.                   — Ты тоже.       Подъём был трудный: приходилось цепляться за корни, то и дело случались обвалы, а земля набивалась в кеды. Лиза быстро устала.                   — Погоди, — сказала она. — Давай отдохнём.       Игорь и сам запыхался, присел на камень и обмахивался полой куртки, точно веером. Лиза грохнулась рядом.                   — Интересно, почему мы раньше это место не замечали? — сказала она. Сколько раз здесь ходили.                   — Да уж… непонятно. А ещё вот странно: в лесу ни одной сосны, а здесь прямо целый… выводок.

Словно неприятно резануло слух. Выводок.

      Глядя на сосны, на вывернутые из земли кривые корни, Лиза подумала, что деревья могли бы ползать, как пауки или осьминоги.       Немного отдохнув, они собрались уже продолжить путь, когда внимание Лизы привлёк какой-то блеск ниже по склону. Она осторожно спустилась и подняла находку: старую «Мотороллу» с круглым дисплеем. В ямке, что отпечаталась в земле под ней, лениво шевелился белый червяк.                   — Ничего себе! — сказал Игорь. — Вот это техника… Древняя!       Лиза понажимала на клавиши, но ничего не произошло. Даже если телефон ещё работал, батарея, конечно же, села.                   — Хочешь домой забрать?                   — Нет. — Держать телефон было неприятно, словно он принадлежал кому-то больному мерзкой, заразной хворью. — Зачем он нам? А тебе нужен?                   — Нет. Оставь. Может, кто-то за ним вернётся.       Лиза положила телефон на место и, вытирая ладони о джинсы, нервно осмотрелась.                   — Смотри, — шепнула она.       На нижней ветке сосны метрах в двадцати от них сидел человек. Он был одет в синюю куртку и прятал лицо глубоким, с меховой оборкой капюшоном.       Лиза чувствовала, как в неё буквально всверливается тяжёлый, недобрый взгляд.       Человек вдруг затряс головой, склоняя её под немыслимыми углами, а потом дрогнул всем телом и принялся махать руками, похожий на странную большую птицу, которая никак не может взлететь.       Лиза готова была кричать от страха, но Игорь почему-то рассмеялся, неестественно громко, как смеются люди, чудом избежавшие беду.                   — Да это же просто куртка!       Пугающий незнакомец оказался обычным пуховиком, который болтался на ветру среди ветвей.       «И ведь совсем не похоже. Видно же, что пустой», — подумала Лиза. Но был момент, одна только секунда, когда её воображение ясно нарисовало под капюшоном желтоватое злое лицо.       Игорь сфотографировал куртку и подошёл ближе.       Пуховик не просто зацепился за ветки. Он был закреплён пропущенными через множество дырочек верёвками.                   — Зачем кому-то такое делать?                   — Не знаю, милая. Может, дети балуются? — Игорь сделал ещё несколько снимков. — И ведь куртка дорогая, — добавил он. — Не жалко же было.       Верёвки, явно самодельные, больше походили на простые волосяные косички. Чёрные, светлые, рыжие, они были отвратительны — длинные косматые гусеницы.

«Странные игры у этих детей».

      Лиза всё ещё чувствовала на себе неприятное внимание. Как если бы она стояла на сцене, а где-то рядом в тени скрывались зрители, ловившие каждое её движение. Она огляделась в поисках причины этого чувства и под горбатой сосной увидела ещё одну фигуру, на этот раз тёмно-серую. Капюшон завалился вперёд, отчего казалось, будто фигура спит. Чуть дальше к стволу был привязан выцветший красный свитер, а неподалёку висела висела ещё одна куртка.

      И ещё, и ещё, и ещё.

      Они были повсюду, покачивались на ветру, похожие на висельников, на призраков.       Игорь тихо выругался и принялся щёлкать камерой.                   — Давай уйдём. — Лиза поразилась тому, как спокойно звучит её голос. Она готова была разрыдаться и бежать без оглядки из этого жуткого места.                   — Ещё немного. Я хочу всё это заснять. Может, это традиция такая. Ритуал. Вдруг их на счастье развешивают?                   — Игорь, пожалуйста…                   — Но это так… интересно… Как ты не понимаешь?! А хочешь, пойдём домой? Вот только я потом вернусь сюда.       Лиза поняла, что так и будет: он вернётся один, и она никак не сможет его остановить. Игорь был упрямым и, если уж чем-то увлёкся, никаких доводов не слушал.       Она прикусила губу. «Всё хорошо, это же просто куртки». Щелчки фотоаппарата звучали до странного неуместно среди притихших сосен. Такой громкий звук мог разбудить всех этих висящих. А Игорь всё снимал и снимал.

Щёлк. Щёлк. Щёлк. Щёлк. Щёлк.

      Фигуры шевелились.                   — Хватит! — не выдержала Лиза и тут же смутилась.                   — Милая, я понимаю, это всё немного пугает. Но посмотри! — Он окинул жестом куртки, деревья и сам холм. — Ведь это настоящее чудо. Люди должны знать о таком…                   — Зачем? — тихо спросила Лиза.       Но Игорь если и слышал вопрос, то не подал вида.                   — Давай быстро поднимемся, сделаем пару фоток и сразу уйдём. Хорошо?       Оставалось только согласиться. «Хотя он всё равно вернётся».