Один на один

Комната была залита мягким, золотистым светом. Белые стены, аккуратно заправленная постель — всё выглядело слишком спокойно, чтобы соответствовать буре, которая только начиналась между ними. Альбина сидела на краю кровати, в коротком топе и тёмных спортивках. Волосы собраны в небрежный пучок, кожа слегка сияла после душа. Никита стоял у стены, в одних серых спортивных штанах, без рубашки. Его взгляд был дерзким, игривым — и слишком внимательным. — Чего уставился? — усмехнулась она, наклоняя голову. — Просто думаю, как долго ты сможешь держаться, — ответил он, приближаясь медленно, шаг за шагом. Он подошёл вплотную, его рука легко скользнула по её талии, потом он резко притянул её к себе. Губы встретились в неожиданно жадном поцелуе, от которого у Альбины перехватило дыхание. Сердце застучало в ушах. Она не успела опомниться, как он мягко, но уверенно уложил её на кровать, крепко прижимая её руки к простыне. Его дыхание было рядом, горячее и плотное, а взгляд — тёмный, почти голодный. — Скажи «нет», если хочешь, — прошептал он у её уха. Она лишь слегка улыбнулась, глядя в его глаза. Что было дальше — останется за закрытой дверью светлой комнаты… Альбина чувствовала, как его пальцы медленно отпускают её запястья, скользя вниз по рукам, оставляя после себя невидимые следы жара. Её сердце билось так громко, что казалось — он точно его слышит. Никита смотрел на неё сверху, всё ещё удерживая её взгляд, словно спрашивал без слов: "Ты уверена?" Она кивнула едва заметно, почти незаметно улыбаясь. Он наклонился ближе, их губы встретились вновь — мягко, но с обещанием, которое жгло сильнее, чем всё сказанное вслух. Они забыли, где находятся, что за окном вечер медленно перетекал в ночь. Всё, что имело значение — это прикосновения, дыхание, шепот, растворяющийся в тишине комнаты. Время словно остановилось. Альбина чувствовала, как границы между ними стираются. Каждое движение, каждое касание было одновременно нежным и жадным — как будто они наконец позволили себе то, о чём давно молчали. Когда всё стихло, она лежала рядом с ним, укрывшись тонким пледом, её рука — на его груди, его пальцы — в её волосах. — Думаешь, это ошибка? — прошептала она. Никита улыбнулся, не открывая глаз. — Нет. Это — начало. Отлично! Давай продолжим с романтическим утром после — добавим немного нежности, лёгкой неуверенности и искренности, которая появляется между двумя людьми после чего-то значимого. Раним утром : Первые лучи солнца проникали в комнату сквозь неплотно задернутые шторы. Альбина проснулась первой обычно так и было. Она лежала на спине, глядя в потолок, чувствуя рядом с собой тепло его тела. Его рука всё ещё лежала на её талии, будто он боялся, что она исчезнет. Она повернула голову. Никита спал, расслабленный, с чуть приоткрытым ртом и растрёпанными волосами. В таком виде он выглядел... совсем иначе. Не как тот дерзкий, уверенный в себе парень, каким был ночью. Сейчас — просто он. Живой. Теплый. Настоящий. Альбина тихо выдохнула. Мысли путались. Было ли это правильно? Что теперь? Никита вдруг пошевелился, чуть крепче прижав её к себе, и, не открывая глаз, пробормотал: Ты смотришь на меня уже минуты три. Это либо очень мило... либо жутковато. Она хмыкнула: А ты уверен, что хочу слышать твой утренний сарказм? Он наконец открыл глаза и посмотрел на неё. Без улыбки. Серьёзно. По-настоящему. — Я рад, что это случилось, — сказал он. — Если ты нет — просто скажи. Я не дурак, пойму. Альбина медленно дотронулась до его щеки, обвела пальцем линию подбородка и тихо ответила: — Если бы я пожалела — меня бы здесь уже не было. Они лежали молча ещё долго, будто боялись разрушить хрупкое утро ненужными словами. Отлично! Добавим продолжение с первыми лёгкими сложностями — без драмы, но с реализмом: когда после близости приходит неловкость, сомнения и тонкая игра чувств. Тихое утро под чашечку кофе : На кухне было тихо, если не считать шума кофеварки. Альбина стояла у плиты в его серой футболке — слишком длинной, почти до середины бедра. Никита сидел за столом, разглядывая её. Он чувствовал, как что-то изменилось. Не в плохую сторону — просто иначе. Как будто теперь между ними была невидимая линия, которую они перешли, и теперь не знали, что с этим делать. — Ты всегда такая молчаливая с утра? — нарушил он тишину. — Только когда варю кофе. Это почти священный ритуал. — Она не обернулась, но улыбка скользнула по её губам. — Понял. Молчу. Не мешаю богам кофеина. Он встал, подошёл к ней сзади и обнял. Легко, почти осторожно, как будто ждал, что она оттолкнёт. Но она не оттолкнула. — Всё нормально? — спросил он. — Или ты всё утро думаешь, как бы красиво слиться? Альбина вздохнула. — Я просто не люблю всё это… “А что теперь? А что мы друг другу?” — сказала она чуть тише. — Мне хорошо было с тобой. И сейчас хорошо. Это не значит, что я готова к сказке с замком, кольцами и ипотекой. Никита усмехнулся, поцеловал её в висок. — Хорошо. Без замков. Без драмы. Только ты, я и кофе. Хотя бы на пару дней. — Согласна, — ответила она. — Но ты всё равно купишь мне круассаны. — Чёрт, попалась… ради тебя даже в пекарню встану. Отлично, вот переписанная Глава 4 с заменой имени: вместо Артёма — Максим. Сюжет остаётся прежним, атмосфера — напряжённой, с оттенком чувств. Спонтанные гости : Через пару дней всё стало… почти по-настоящему. Не как “на одну ночь или даже развлечение ”, а как что-то, что может перерасти во “всегда”. Альбина и Никита не говорили об этом вслух, но каждый чувствовал: между ними растёт что-то важное. Они начали проводить вместе почти каждый вечер. Ужин, фильмы, бессмысленные разговоры до двух ночи. Никита даже стал оставлять у неё зарядку и щётку — без особых слов, просто как-то само собой. И всё шло к тому, чтобы стать чем-то большим — пока не раздался звонок в дверь. Альбина открыла и замерла. На пороге стоял Максим. Высокий, уверенный, но с едва заметной растерянностью в глазах. Его бывший. Тот самый, которого она когда-то любила и который умудрился всё испортить. — Привет, — сказал он. — Мне нужно с тобой поговорить. "Никита, который вышел из кухни с чашкой в руке, увидел незнакомца и машинально напрягся. В комнате стало тихо и холодно, несмотря на тёплый свет"... — Я, наверное, не вовремя, — добавил Максим, глядя то на Альбину, то на Никиту. — Да, — коротко ответил Никита. — Стой, — сказала Альбина. — Дай нам пару минут. Никита посмотрел на неё, будто пытаясь что-то понять, но промолчал и ушёл в комнату, захлопнув за собой дверь чуть громче, чем нужно. Максим шагнул внутрь, снял куртку. — Альбина, я дурак. Я всё понял. Я хочу попробовать всё вернуть. Серьёзно. Я скучал. Она смотрела на него долго. Внутри всё сжалось, потому что когда-то эти слова значили бы для неё весь мир. Но теперь... — А я уже и не скучаю, Максим, — сказала она спокойно. — Прости, но ты опоздал. Он опустил взгляд. Повернулся, вышел — быстро, молча. Она закрыла дверь, прижалась к ней спиной и выдохнула. Из спальни вышел Никита. Он не спрашивал ничего, просто подошёл ближе. — Всё нормально? — тихо. — Уже да, — кивнула она. — Хочешь говорить об этом? — Нет. Хочу, чтобы ты остался. Он кивнул, снова обнял её — крепче, чем тогда на кухне. И внутри неё стало спокойно. По-настоящему.