—

Справедливо, или нет, оказался некий парень на улице. Вид его дикий и странный, непривычный — этим и пугающий. Кому бы полюбоваться? Волосы стягивает очередная рука недобросовестного человека, в живот прилетит уголок ботинка. И так каждый день. Бесконечная агония приедается, создавая чувство пустоты на душе — оно всегда будет преследовать. Никто не помнит какой именно удар был решающим. Шум электрички — стучание колёс о рельсы. Приятно, успокаивающе, пусть и мало знакомо. Рядом знакомое лицо, память не скажет уж точно. Били ли по голове — уж точно понятно. Черепно-мозговая травма была неизбежна всё равно. Бинты на пол лица не будут самой привлекательной чертой, но кому до этого дело есть, если самому же всё так безразлично. В окно лесополоса — петля деревьев как обычно. Однако, везут в город. На природе в своём санатории отдохнул — вот и на этом достаточно. В тесной квартирке посидит, перебесится, если правда чувство какое-нибудь проявится. Овощ. Очередной райончик из цветных новых домов ничем не будет отличаться от других. Лифт там по-любому будет. И идти от станции не так уж далеко, правда пыли полно, да шумно рядом с близкой автобусной станцией. Не так уж долго ехать от того диспансера. Квартира просторная; коммуналка не щадит, но терпимо. Всё искусно обставлено, правда некому заценить. Лишь бы еда была, и не били желательно. Много для жизни не надо. Его новая хозяйка подняла Астро с кресла — унесла на какой-то мягкий диванчик. Колёса иначе ковёр испачкают. Пусть полежит — отдохнёт ещё больше, пока та разберётся с готовкой. Не повар, да и не требуется от неё прям навыков. Сиделка из неё вроде и неплохая. Вии подносит Астро тарелку, прислоняя к его губам ложку, полную салата из зелени и помидорок-черри и облитую неким маслом. Астро, полагаясь на инстинкт, медленно ест, загребая последние капли её времени. Вот так и пошла жизнь. .. Очередная ночь в квартире после однотипного дня, проведённого в четырёх стенах да в тесном кресле. Никакого прогресса. Дальняя точка будет самым интересным зрелищем. Что там в голове? Опять хозяйка на ночной смене, оставили на попечении какого-то случайного друга, который мало как-то энтузиазма проявляет во всём этом. Никто не спит, но и никто и ничего не делает. Как уставился Спраут на Астро — так и не отлипает. Первая встреча как-никак после того неприятного случая. Вроде тот же Астро, а вроде и нет, словно подсунули какое-то животное в непонятно чьей шкуре. Вот делай с ним всё что хочешь, даже не пискнет походу. Есть чем воспользоваться — взял Спраут какую-то с работы сумочку с ‘инструментами’, снял с него бинты, которые уже имели только одну цель — припрятать вырванный с корнем глаз, и принялся творить что-то неясное. Взял то ли кисточку, то ли щёточку — название походу сложное очередное, что не вспомнишь, вместе с ней и какую-то палетку теней. — “закрой глаза” , — он говорит, словно перед ним разумное существо какое-нибудь. Не вызывают все эти смеси непонятных компонентов ни аллергии, ни раздражения. Глаза даже не слезятся, что и на единственную пользу пойдёт. Визажистам на практику вместе похожего на него манекена. Раньше хоть и мямлей скимящей был, но не дал бы. Позорище-то какое, о боже! Да и кому захотелось бы бомжа красить.. В его время на улицах таких не щадили, вон последствия на лицо. Где глазик? Спраут изредка позволяет себе бросить очередную колкую, но и при этом ласковую, фразочку. Любящий он конечно, но кого? Подавно ценить некому тут, а Ви и посмотреть бы на себе не хотела. Вот Астро единственный терпит всё это, словно не настрадался по полной в этой жизни. Как тогда его как виновного ловили да руки заламывали, какой-то напарник в лицо кулаком. А глаза-то как лишили — взяли какой-то подручный инструмент, насаженный очередной микро живностью, раскрыли веко пошире и прямо по самую сетчатку внутрь, дразняще переворачивая острый инструмент. Крови было конечно много, осталась та реликвия-майка с её следами засохшими в серо-бурый цвет. Щекотало бы если вспомнить смог этот овощ. Из свидетелей нашлась только в стельку пьяная знакомая, да толку от неё? Сгниёт уж подавно скоро с бутылкой в руках. Вот у неё эта майка и будет храниться. Поток различных мыслей льёт масло в огонь мотивации, вот что-то и получается, возможно стоило бы на визажиста в одно звёздочном салоне пойти, но что уж, баристой быть не хуже никак! Пустой взор Астро настраивает на самоунижение. Не верится что такой скромняга мог как-то драться с сородичами по улице. Застала однажды Вии как Астро вырывал кому-то волосы да морду набивал по делу, еду крали наверное.. Вызвало подобное бы желание прописать Астро пощёчину, но его состояние остановило. Никто здесь не был прав, кому ж судить? Проходит двадцать смелых минут — Астро приукрасился. Спраут реснички и прочее делать не поленился, вот такой уж заботливый. Пора бы пойти до холодильника за едой. За стойкости получит приз — любимую прежде курочку. Из дома тащился с ней специально — какой же хорошенький и заботливый! Такое считалось чем-то неземным, чем-то далёким от обычной жизни. Никто тогда не горел желанием помогать и так далее, никому выгодно не было, а сейчас проснулась лицемерная жалость.. что ли. Питаться можно было только трупами соперников каких-нибудь, Астро насмотрелся тут, но полиция таких отлавливала чётко вместе с невинновными. Повезло же что вся эта память стёрлась в ничего. А много и хорошего, ложно почётного. Сидит себе Астро — собирает милостыньку, прикрывая вторую пару рук скромной накидочкой. Предлагает погадать — обманывает, но нужно ж зарабатывать. Какой-то добрый пройдёт и кинет, а кто-то нет. Вот же бессовестные. А как кинут — также бессовестно запрячет куда-нибудь в кармашек, делиться не хочется. И его не любили тут, и он никого. Менталитет здесь справедлив однако. Если бы только они знали самые-самые тёмные секреты, планы.. Деньги когда собрал — поднялся со старого пледа, свернул вещицу эту и сложил в некую рваную сумку вместе с мятой картонкой. Пойдёт опять пить, но на закуску здесь не дотянет. Питаться в принципе не на что. Может быть тот глупенький план всё-таки валиден и эффективен. Оставалась в нычке прочная верёвка. Осталось найти главную мишень. Шёл Астро где-то по людной улице, притворился слабым от болезни да голода. Притворно просил помощи, но подозрительно всегда просил отойти кое-куда. Никто не доверял, но нашлась наивная незадолго. Не вспомнит уже её невинного и доброго лица никогда. Медленными шажками он довёл её до железнодорожных путей среди глухого посёлка. Вечернее солнце обливало их золотом, отражающимся прямо в глаза — притворяться было легче. Её желание помочь затмило ей мозги. Как же можно быть настолько глупой.. — “что же вы такое местечко себе нашли безлюдное.. Плохо станет, а некого даже позвать” , — критиковала эта тётка не со зла. Астро покачал головой и резко остановился. Вот это механика конечно. Жертва запаниковала, стала его трясти туда-сюда. Спустя пару секунд притворства он вздрогнул, оттолкнул её подальше к рельсам да похватился за верёвку. Брыкалась, орала, терзала его, оставляя глубокие следы от ногтей, но рук у Астро четыре штуки да телекинез. Несправедливо так и нечестно! Поезд ещё далеко, успеет всё. Раз-два — добрая незнакомка привязана к шпалам тугой колючей ‘змеёй’. Астро стоит, любуется работой своей. Душа его не дёргает, она в блаженстве плавает. Сегодня будет вкусный ужин. Убежит в лес, разведёт костёр, может быть ещё совесть делиться найдётся. Всё же, он остаётся для других скромным, добрым парнем. Астро скрылся за ближайшим кустом тёмных ягод, сливаясь с ним. Машинисту же с грузом придётся жить всю оставшуюся жизнь. Крики и проклятия раздавались по всему селу, но никто и не успел. Астро приготовил мешок. Гул приближающегося поезда и всплеск, сочетаемый с визгом! Кости мигом распилило, внутренности вместе с соками размазались по большей части состава. Эта секунда самая лучшая в его жизни. Такое чувство превосходства, достижение своих целей, мечты.. мести за всё. Собрал Астро все нужные ему остатки со шпал, оставляя за собой очень выдающуюся речку красной жижи первые десятки метров. Как же только не нашли его тогда? Ленивая полиция! Промок до ниточки мешок, провонял. Бегство добило голод. Хворость, листья, выброшенная тут кем-то кастрюлька — всё пошло на дело. Шкурку без омерзения снял — тут питаться целый месяц можно, правда пропадёт и сгниёт. Первый кусочек казался объедением — голод искажал весь разум. .. Все оставшиеся годы пришлось жалеть, скрываться и находить другие способы. Вина не шла на пользу. Несмотря на всё сожаление и раскаяние, расплата подкралась своей тихой походкой. Оставаясь в очередном заброшенном частном доме, Астро отдыхал вместе со своими собутыльниками, с той же знакомой пьяной. Никто не учёл старость бедного домишки. Вот и почти что летальный удар — доска хрупкой крыши сорвалась с хлюпких гвоздиков и прилетела прямо по голове. Шёл Спраут вместе с Астро в инвалидной коляске. Успел добрый друг накормить его той самой курицей — время для вечерней прогулки. Был у них неподалёку парк такой знакомый, правда для колёс неудобных он никогда приспособлен не был. Неважно, ничего отважности Спраута не помешает, да Вии против не будет. Путь составлял крепких минуток двадцать, Астро ещё не засыпал под монотонную, но при этом эмоциональную, речь Спраута. На улице уже не было так жарко. Вот, упоминалось же что станция недалеко.. Вот и пути. Те самые — родные. Пятна крови не стёрлись. Что-то в Астро проснулось при всём этом виде, нашёл силы и мысли отвести взгляд, что Сидли пропустить не смог. — “Астро?”