Часть 2

Воздух вокруг Зоны Сбоя был тяжелым и густым. Камерамен чувствовал, как каждый шаг отдаётся тяжёлым эхом внутри его массивного каркаса. Здесь не действовали обычные правила — датчики сбоили, а связь прерывалась на доли секунды, словно пространство само пыталось вырваться из оков реальности. Небо над разрушенным городом затянули свинцовые облака, и в свете мутного солнца здания казались призрачными, словно они вот-вот исчезнут, растворятся в пустоте. — Приближаюсь к точке, — отрапортовал Камерамен в комм-канал. — Зона Сбоя активирована. Поиск сигнала противника в приоритетном режиме. Его голос звучал уверенно, но даже он ощущал холодок неопределённости. Внезапно с правого борта послышался гул — камуфляжный сенсор обнаружил движение. Камерамен замер, повернув голову на звук. Из-за обломков здания вынырнула фигура. Не просто машина, не просто титан — что-то искажённое, словно само время разошлось в этом месте. Красный глаз сломанного титана горел диким огнём. Сломанный Некрон, восставший из пепла, стоял перед ним — корявый, повреждённый, но смертельно опасный. — Ты… Что ты? — голос Камерамена с трудом передавал удивление. — Ты не из Сети. — Я… — Некрон зашипел. Его голос был словно скрежет ржавого металла. — Я — ошибка. Я — призрак машин прошлого. Я — конец для тебя. Мгновение тишины, словно сама земля затаила дыхание. Затем — взрыв! Некрон рванул вперёд с невероятной скоростью, коготь с антиматерией засверкал в воздухе. Камерамен поднял ракетные модули и выпустил залп, но Некрон исчез — телепортировался на несколько метров, появляясь позади. Свет лазера пронзил воздух, разрезая дым, но промахнулся. Некрон с диким рыком ударил когтем по броне Камерамена, вызвав глубокие трещины и искры. Титан отшатнулся, но сразу контратаковал мощным зарядом бластера. Бой развивался стремительно. Каждый удар разбивал асфальт, каждый рывок сдвигал целые здания с места. Камерамен использовал реактивный ранец, чтобы сохранять мобильность, стараясь держаться подальше от когтя противника, который мог пробить любой щит. — Оценка угрозы: максимальная, — прокомментировал ИИ внутри Камерамена. — Рекомендуется использовать стратегию ограничения движения. Камерамен крутился, лавировал между развалинами, отстреливался и пытался анализировать поведение врага. Некрон не останавливался. Его антиматерийный коготь расплавлял всё, к чему прикасался. При каждой попытке телепортации он создавал энергетические сбои, и камеры на плечах Камерамена начинали мигать помехами. — Ты думаешь, что твои игрушки помогут тебе? — смеялся Некрон. — Я — конец. Но даже в момент безумия его искусственный мозг работал. Он пытался поглотить энергию бластера, чтобы восстановиться. Камерамен заметил это и изменил тактику. Он сконцентрировался, задействовал щит — многослойное поле, усиленное энергией из реактивного ранца. Некрон бросился на него в берсерк-режиме, не замечая, что Камерамен подготовил фиолетовый заряд на ракетном модуле. В самый последний момент Камерамен выпустил залп прямо в коготь Некрона. — Вспышка! — сигнализировал ИИ. Удар пробил щит врага, вызвав разрыв энергетического поля вокруг когтя. Некрон отшатнулся, а его телепорт временно заблокировался. Камерамен воспользовался моментом. Он приблизился, направляя бластер в грудь Некрона. Но прежде чем выстрелить, Некрон сделал невероятное: в последний момент он активировал Эхо-разряд. Волна звуковой энергии накрыла Камерамена, дезориентируя его сенсоры, нарушая связь с командным центром. Он едва устоял, потеряв временно контроль. — Система восстановления… активировать — приказал себе Титан. Собрав волю, Камерамен снова включил щит и бластер. Бой стал ещё ожесточённее. Некрон потерял контроль, но его разрушительная сила выросла. Он бросался, как бешеный зверь, ища уязвимые места в обороне Камерамена. Камерамен же в этот момент вспомнил приказ: не дать противнику уничтожить весь город, спасти остатки инфраструктуры, минимизировать жертвы. Внезапно, между бойцами пронесся электрический разряд — энергетический клинок, вспыхнувший у руки Камерамена, сигнализировал о готовности финального удара. — Ты не просто охранник, — прорычал Камерамен. — Ты — последний рубеж! С этими словами он рванул в атаку. В эпицентре разрушений, где стены рушились и асфальт трещал от мощных ударов, два титана сошлись в смертельной схватке, которая решит судьбу этого мира.