Часть 1

      Шла обычная учебная неделя для учеников девятого класса из школы в одном из городов Урала, несмотря на то, что подходил конец учебного года, а экзамены были уже на носу. Все ребята усердно готовились, и в классе даже царила некоторая торжественность: никто не ссорился, никто не пропускал занятия, учителя хвалили даже самых, казалось бы, безнадёжных учеников. В общем, всё было спокойно, но в пятницу Олег Подгибкин не пришёл в класс.             Сначала никто не придал этому особого значения — у Олега было нечто вроде репутации: дерзкий, шумный, вечно встревающий в неприятности, иногда он пропускал день или два. Тогда в его соцсетях всегда появлялась запись об очередных «приключениях».       «Наверное, прогулял, — подумали все. — Или опять что-то натворил». Вот уже прошли выходные, началась новая учебная неделя — от Олега ничего не слышно. Тревога начала сгущаться, когда в понедельник он не появился не только на занятиях, но и на съёмках видео-благодарности для их классной руководительницы.       В день съёмок все стояли перед камерой, немного неловко улыбаясь. Одна девочка — Вероника Крутова — стояла особенно напряжённо: спина выпрямлена, как по линейке, руки сжаты в кулаки. Её взгляд неестественно долго задерживался на пустом месте, там, где должен был стоять Олег. Она словно проверяла, точно ли он не придёт.       — Всё нормально, Вероника? — спросила Алина, одноклассница.       — Да, просто… волнуюсь немного. Мы давно договорились о съёмке, но этого взбалмошного всё нет. — раздражённо ответила она.       Но Никита Стариков — лучший друг Олега — почувствовал неладное. Он знал Веронику: она терпеть не могла Олега и всегда отчитывала его за безответственность. Но чтобы вот так стоять, будто на допросе?       Никита всё звонил и звонил Олегу, но тот в очередной раз не брал трубку. Вечером Никита не выдержал и пошёл прямо к дому Олега. Его родители сказали, что он ушёл в пятницу «с другом» и ещё не вернулся. Такое уже бывало, что Олег уходил на выходные, потому родители просто не придали этому большого значения. Но на следующий день даже они начали бить тревогу и, вдобавок, обратились в полицию, однако полиция, как обычно, отмахнулась — мол, подросток, погуляет и вернётся. Но Никита в это не верил: Олег был слишком шумным и проблемным, он просто не мог не дать о себе знать за целых пять дней. Парень решил сам искать своего лучшего друга.       Ещё через два дня Никита нашёл его. В лесопосадке за районом, в чёрном пакете, завёрнутым в синюю куртку, которую лучший друг подарил уже на самый последний день рождения в жизни Олега.       Тело… было расчленено.       Мир Никиты рухнул. Он не заплакал сразу. Только позже, когда разъехались криминалисты и полиция, он поднялся один на крышу старой пятиэтажки и дал волю своей боли сквозь крики и слёзы, при этом ударяя кулаками в твёрдую кирпичную стену. Олег был его братом по духу. Шумный, живой, настоящий, хоть и приносящий проблемы. Его больше нет.       Никита не верил в полицию, не тогда, когда те отказались искать Олега, поэтому начал вести расследование сам. Он прочесал соцсети, опросил одноклассников, следил за поведением самой подозрительной личности, Вероники.       Улики складывались в мрачную мозаику. Вероника соврала о своём алиби: в день исчезновения Олега её видели недалеко от той самой лесопосадки. А главное — Никита нашёл её переписку в одной из тёмных соцсетей, где под псевдонимом Veron99 она обсуждала заказ… «об устранении». IP-адрес вёл к школьной библиотеке. Ему пришлось приложить много усилий и потратить уйму времени на это. Даже подготовка к экзаменам отошла в сторону.       Когда он наконец столкнулся с Вероникой у заднего входа школы, она посмотрела ему в глаза и холодно прошептала:       — Ничего личного. Просто заказ.       — Какой ещё заказ? Кому это могло понадобиться? — в шоке спросил он, сжав кулаки.       Вероника несколько секунд усердно молчала под убийственным взглядом Никиты. В его глазах читалась вся боль из-за смерти Олега и яростное желание убить одноклассницу на месте, чтобы отомстить. Девушка отвела взгляд. Что-то дрогнуло в её душе, из-за чего она всё-таки решила ответить.       — Ладно, я скажу. Но при одном условии: ты не станешь давать на меня показания, иначе в колонии окажусь не я, а ты.       Никита сильнее стиснул кулаки. Ярость наполняла все мысли, а этот шантаж со стороны одноклассницы только подлил масла в огонь. Он понимал, что Вероника напрямую причастна к убийству Олега, но информация, которую она могла дать, скорее всего окажется довольно ценной, и поэтому Никита сделал глубокий вдох и с тяжёлым сердцем согласился пойти на условия девушки.       Вероника сказала — заказчиком была… бабушка Миши Романова. Миша, их одноклассник из интеллигентной семьи, мечтающий стать депутатом и горячо опекаемый своей бабушкой.       На первый взгляд — просто милая старушка. Пекла печенье, писала стихи, заправляла родительским комитетом, что, собственно, Никита уже знал. Но стоило копнуть глубже — и открывалась совсем иная история. Женщина с тёмным прошлым, имеющая связи, деньги, влияние. И совершенно одержимая чистотой — особенно, если это касается любимого внука.       Олег, по мнению бабушки, был «дурным влиянием». Она не просто хотела, чтобы он исчез. Она хотела навсегда вычеркнуть его из жизни Миши. Всё это Никита узнал от Вероники — наёмной убийцы.       Юноша сначала внутренне отрицал то, что сказала ему Вероника, так как он считал, что знал бабушку Миши почти всю свою жизнь. Но, несмотря на сомнения, всё-таки пошёл в полицию дать показания на неё, так как что-то в его душе подсказывало ему, что это может быть правдой.       Когда Никита попытался заявить о своих выводах, его подняли на смех.       — Старушка? Заказала убийство? Ты с ума сошёл, мальчик, — отмахивалась полиция. — Может, тебе психолог нужен? Сейчас это популярно у молодёжи.       — Клянусь вам, это правда! — со злостью и отчаянием в голосе пытался убедить офицеров Никита, — Если не верите, то можете сами пойти и допросить её, в квартире точно должны быть доказательства причастности к убийству!       Полиция нехотя, но решила всё-таки прийти в квартиру семьи Романовых, чтобы доказать парню, что он ошибается, ведь по их убеждению, не может быть такого, чтобы пенсионерка ни с того ни сего захотела убить человека, тем более, юношу, друга её внука. Бабушка Миши на все вопросы двух офицеров в зрелости отвечала мило и спокойно, даже захотела угостить их вишнёвым пирогом, но те вежливо отказались. Полиция проверила квартиру, осмотрела каждый тайный уголок, но в итоге ничего подозрительного не нашла. Это только сильнее убедило офицеров в их «правоте». Напоследок, бабушка задала вопрос:       — Прошу прощения, но кто подумал, что это я заказала убийство милого Олеженьки?       — А, это Никита Стариков, дружок Олега, можете лично у него спросить, как он мог подумать на Вас такое. Походу, его родителей позднее будет ждать штраф за дачу ложных показаний, бывают же такие «приколисты», к сожалению, — с вежливой улыбкой ответил один из офицеров.       После ответа полиции бабушка Миши осознала, что Никита копает под неё. И в этот момент её сердце пропустило удар. Отныне, по её логике, Никита тоже стал угрозой для внука.       Через несколько дней после допроса бабушки Миши Никита начал замечать слежку. У его дома постоянно крутился чёрный «Мерседес» класса «Е». Сначала Никита думал, паранойя. Потом — понял: нет. Никита решил укрыться в закоулке недалеко от его дома, но это стало для него ошибкой: там его уже поджидал взрослый крепкий мужчина в тёмных очках и в чёрном костюме, в перчатках. А за ним стояла бабушка Миши в шляпе и в пальто, холодно наблюдая за происходящим.       В этот момент Никита с болью осознал, что милая бабушка Миши, с которой он, Олег и сам Миша часто проводили время в детстве, и вправду замешана в убийстве его близкого друга, и, к его сожалению, справедливой кары над настоящим преступником не бывать, ведь что он может сделать один против такой влиятельной старушки со связями?       Никита, на секунду пребывая в ужасе, испуге и огромном шоке, развернулся и рванул в обратную сторону, наивно надеясь выжить, но столкнулся с ещё одним мужчиной в таком же костюме. Бежать было некуда. Юноша, даже не успев толком среагировать, быстро оказался вырубленным в ту же секунду ударом в солнечное сплетение.       Мужчины подобрали упавшее тело мальчика, и, по приказу бабушки Миши, их криминального авторитета, завернули его в чёрный целофановый мешок. Далее они положили тело в багаж «Мерседеса» и увезли Никиту к глубокому озеру, находившемуся на окраине города, чтобы наиболее изящно избавиться от угрозы для личности Миши Романова.       Когда подчинённые бабушки Миши, прибыв в место назначения, открыли багажник, Никита проснулся. Открыл глаза и увидел вокруг себя сплошную тьму. Было трудно дышать. Ощущение сдавленности тела дало ему понять, что его завернули в мешок. Значит, сманеврировать будет тяжело. Парень, хоть из-за этого и поддался мысленно небольшой панике, но всё-таки сообразил не подавать признаков жизни, и решил оставаться в неподвижном положении с закрытыми глазами, подслушивая разговоры бабушки и мужчин в надежде выловить для себя удачный момент для побега.       — Сделайте дырку в области носа, — холодным, властным тоном приказала своим подчинённым бабушка Миши, — так этот малый быстрее задохнётся от воды в его лёгких, — Старушка кинула брезгливый взгляд на мешок, в котором лежал Никита, — Будешь знать, каково иметь дело с бабушкой Михаила Романова! Мишенька не заслуживает такую грязь вокруг себя, которую вы, непослушные мальчики, таскаете везде за собой! А я ведь была о тебе лучшего мнения, Никиточка. Как и об Олеже…       Мужчины с помощью ножниц вырезали дырку в мешке, откуда наружу высунулся нос подростка. Затем взяли тело с обеих сторон, и потащили к небольшому обрыву, внизу которого спокойно стояло озеро, освещаемое серебристым лунным светом.       Никита в этот момент с ужасом осознал, что сейчас с ним сделают. От него хотят точно также избавиться, как и от Олега, чтобы он не смог «плохо» влиять на Мишу, хотя Никита в последнее время вообще с ним почти никак не контактировал. Неужели его жизнь так глупо оборвётся сейчас?       Размышления мальчика прервало внезапное ударное столкновение с водой. Никита понял: его скинули в озеро. Тело стало постепенно уходить на дно, вместе с воздухом и сознанием юноши…       Через две недели в новостях сообщили о новом деле: «Убийство в 9 «Г»: школьник убил одноклассника из-за ревности к девушке, но вскоре неожиданно утопился». Во многих домах по включённому телевизору крутились фото тонувшего тела Никиты под водой и расчленённого Олега в лесопосадке под цензурой. Прозвучало обвинение, приукрашенное ведущим новостей: «Никита Стариков, один из девятиклассников «Г» класса МАОУ СОШ № 143, убил своего одноклассника, Олега Подгибкина, в приступе ревности и спрятал тело. Полиция зафиксировала улики: куртку с его ДНК и сообщение в телефоне. Но затем через несколько дней свидетели заметили, как он спрыгнул в озеро и утонул. Дело закрыто».       Миша Романов в шоке смотрел на новость с экрана ноутбука. Он ничего не знал. Ни про Веронику, ни про бабушку. Только чувствовал в груди странную тяжесть. Как будто весь мир слегка перекосился.       А за ним возле окна сидела пожилая женщина в кресле-качалке. На её коленях лежала чётко сложенная газета с заголовком: «Мальчик убил своего друга из-за ревности, из-за чего сам утопился.» И лёгкая улыбка скользила по её губам.       В этот момент в одной пещере недалеко от того самого озера разводил костёр высокий молодой юноша в капюшоне чёрной куртки. Когда пламя начало разгораться, он сел на холодный, твёрдый земляной пол, упёршись локтями в колени. В его глазах горел огонь, который был намного ярче того костра, что он развёл перед собой. Это был огонь мести. Он обязательно уничтожит всех врагов, сожжёт их дотла. Время идёт, а желание отомстить только усиливается. Парень не успокоится, пока не достигнет желаемого возмездия.       Конец.