13. Предназначение

POV Автор Вечер был прелестный: красивый закат, небо цвета роз, свежий воздух, пение птиц. Лучшая атмосфера для романтики! А Ваас пребывал в до жути игривом настроении. Докопавшись до каждого, он закурил с мыслью, что победил. А что плохого происходило? Хойт отдал ему крупное повышение, наркота лилась рекой, рабов не нужно было искать, они приходили сами. «Все тип-топ», — сказал бы Ваас. — Куда несешься, amigo? — без упрека поинтересовался он у Джеймса. — Где твоя вторая половина? — намекал на Рича. — Отдыхать, Босс, отдыхать, — пират не придумал ничего лучше отмаза. Он же не мог себе позволить въебать Боссу по самое не балуй? — А ты, бедняга, заработался? — главарь усмехнулся. — Ну и пиздуй. Ваас еще помнил, что девушка была здесь, и предполагал, что та бегала где-то, довольствуясь свободой, или сидела в пивной и глотала бухло узеньким горлом. — Слышь, уставший, — он успел окликнуть пирата до того, как тот со злостью захлопнул бы дверь. — Девку мою не видел? — Сомневаюсь, что она тут еще появится, — на лице мужчины проступили морщины. — Она уже обо всем в курсе. — Че? О чем? — кайф Вааса снова растворялся в воздухе, снова из-за Бласковиц. — О том, что ты отдал ее Хойту взамен на власть, — как можно спокойнее старался пояснить пират. — Да ты что? Я такое сделал? — с наигранным непониманием спросил Монтенегро. — Пиздец… — он глубоко вдохнул, что означало затишье перед бурей. — И у кого же такой, блять, длинный язык?! А? Джеймс стоял столбом. — Как же вы все, сука, любите, когда я простреливаю вам колени. Не обратив никакого внимания на вопли и маты Джеймса, Ваас развернулся кругом на месте и решил, что самое время было принять душ. Стоя под струей теплой воды, нагретой лучами солнца, он видел разное, прикрыв глаза: слишком насыщенный мир, убийства, таблетки, деньги и изредка в этом кинофильме пробивалось лицо Сабины. Он морщился. Подойдя к зеркалу, грязному и полуразбитому, Ваас уставился себе прямо в глаза, а потом воскликнул: — Нет, ну ты прикинь? Он говорит, я ее променял, — он ткнул пальцем себе в грудь, удивленно вскинув брови. — Я? Нет, блять, это все ты, — палец указывал на отражение в зеркале. — Ты ее променял, продал, проебал, ебучий выродок, — он ударил кулаком по зеркалу, отчего то разбилось на мелкие кусочки, упавшие главарю в ноги. Он рычал, как зверь. А как повторно закинулся таблетками, то сразу полегчало. Как же жизнь была проста. Уже поздним вечером было опасно разгуливать по острову, это Сабина знала. Мало ли Хойт нагрянет, в лапы которому, как оказалось, перешла девушка. Она ненавидела себя, свою бесхребетную личность. Ненавидела себя за то, что не могла разобрать, где ложь, а где правда. Где ей просто пользуются, а где она действительно нужна. После всего она думала, что Ваас стал ей товарищем, но нет, он так и остался заклятым врагом. «Пора бы уже зарубить себе на носу». Девушка шла в деревню Аманаки, по памяти выбирая дорогу. Кажется, в ту самую секунду, стоя напротив Джеймса, она определилась со своей дальнейшей судьбой. В лапы Хойта ей не хотелось, а воевать против двух врагов, которые хладнокровно всадили нож ей в спину, звучало как хорошая идея. До деревни она добралась легко и без происшествий, отделавшись назойливыми мыслями и ноющими ногами. Несмотря на позднее время народ еще не спал. Люди сильно любили посиделки у костра, считая их особой формой сближения. Деннис тоже бодрствовал, сразу заметив девушку, которая плелась медленнее черепахи ему навстречу. — Какими судьбами, Сабина? — Я согласна. «Ты только что разрубила жизнь на до и после». «Ваас предал тебя, и ты решила пойти против него, смело». «Но почему ты думаешь, что это поможет выкинуть его из головы? Выкинуть его из того, что территориально находится ниже твоей головы?» POV Сабина Бласковиц Дни проходили убого. Все навалилось, как снег на голову, хоть и снегом тут никогда не пахло. Нужно отдать Деннису должное, он подбадривал меня как мог, но понятия не имел, от чего я страдала. Этот забавный мужчина учил меня всему: стрельбе, охоте, выживанию в джунглях, траволечению, механике, в общем, как пользоваться своими руками правильно. За время, проведенное в деревне, я приобрела много полезных навыков, но страх и боль никуда не ушли. Разве что острая боль сменилась тупой. Физической практически не было, мои ожоги зажились, кожа затянулась, хоть и выглядела моя шея прискорбно. Только моральная гложила меня каждую ночь, как только я оказывалась наедине с собой и в тишине. Зато у меня здесь появилась подруга, ее звали Джессика. Смуглая невысокая девушка мексиканской внешности, карие глаза, густые кудрявые волосы по плечи, да черные, как смоль. Она была очень красивой, а еще очень доброй, и мы сразу нашли с ней общий язык. Пожалуй, Джесс была единственной, кто знал обо мне всю правду, откуда я и почему здесь, и самое главное — она меня не осудила. Про себя поведала, что родилась здесь, на островах, но ее родители погибли от удара молнии. — Мы такие пешки, скажи? — говорила она, опустив голову. — Сейчас ты живой, а через секунду тебе на голову упадет дерево. Она говорила об этом так спокойно. И я поняла, она приняла это и уже давно отпустила. С тех пор стала жить в деревне, зарабатывать швеей. Именно она мне сшила новые тряпки. Я попросила ее не заморачиваться, не создавать супер-наряд, а банальную коричневую майку да болотного цвета штаны-карго. Одежда села по фигуре, ведь она тщательно меня отмеряла по миллиметру. Я же нашла свое призвание и заработок, охотясь на диких животных и продавая мясо и шкуры. На последнее был огромный спрос и деньги хорошие, но зависело от животного. Например, шкура собаки — низший класс. Я имею в виду, что любой дурак сможет пристрелить собаку и освежевать. А вот какого-нибудь леопарда или суматранского тигра, или крокодила-альбиноса… осилит не каждый. Это же означало, что я отлично освоила стрельбу, открыла для себя новые способности, с каждым днем их только совершенствуя. У меня не дергалась рука, долго задерживался воздух в легких, и я слышала все, что происходило вокруг меня. Деннис в качестве тренировки однажды решил выпустить у меня за спиной гребаного комодского варана, которому я без задней мысли, в миг отпустив винтовку, перерезала шею мачете. Вот так адреналина было! Я так же овладела навыком самообороны и правильному поведению в бою. Это мы с Деннисом тоже постепенно оттачивали: контроль, реакцию, силу и тактическое мышление. «Твои удары должны быть разными, Сабина, нужно проявить креативность, иначе твои действия легко предугадают». Я с гордостью преуспевала в каждом деле и вызывала у народа добрые возгласы каждый раз, когда возвращалась в деревню после тяжелого дня. И Джессика, если бы не ее поддержка, то все новое и неизведанное давалось бы мне с трудом. Но, отбросив все хорошее в сторону и вернувшись в реалии, я продолжала бороться с мыслями внутри моей головы. Сколько прошло? Неделя, пара недель, месяц или больше? Точно не знала, потому что жилось отчасти спокойно, дни до смерти считать не приходилось, меня никто не искал. Но почему же? Ведь я же, мать его, пленница Хойта, так где же сам Хойт потерялся? Впрочем, я не жаловалась. Не искал, ну и насрать. У меня началась новая жизнь, появилось новое предназначение, за которым я следовала. А Джессика и Деннис, да и вся деревня Аманаки шли со мной в ногу.