Часть 2. Спасение пташки

Добегался. Джек знал, что рано или поздно она найдёт его, что это лишь дело времени, и он лишь отсрочивает собственную казнь. Потом будет только хуже. Но как заставить своё воробьиное сердечко не бояться? После кабинета Салазара Джек решил отправиться к своему крестному отцу. Барбосса, хоть частенько и наказывал своего подопечного, все же любил его и мог защитить. Но Тигу и здесь не повезло — Гектора в кабинете не оказалось, а замещающий его преподаватель сообщил, что с утра он чувствовал себя неважно и взял выходной, чтобы уехать на пару деньков домой. Не получив поддержки со стороны знакомых, Джек хотел было разыскать друзей, но не успел. Стоило парню только выйти из кабинета, как кто-то резко перехватил его со спины и, зажав рот, затащил за очередной злосчастный гобелен. Теперь ясно, зачем их так много здесь понавесили. — Не дергайся, пташка, — угрожающе прошептали на ухо, заставляя Джека вздрогнуть. На удивление, это была вовсе не Беатрис… — Молодец, — похвалил довольный мужской голос. Внезапно парень осознал, что дрожит и послушно стоит в чужих руках, что обычно за ним не наблюдалось. Кажется, он влип в настоящее… дерьмо, в общем. — Сейчас я отпущу тебя, а ты не будешь орать и убегать, ясно? Джек медленно кивнул. После чего мужчина отпустил его рот и прижал спиной к стене, позволяя рассмотреть себя. Джек не знал его, но само по себе лицо этого человека почему-то казалось ему смутно знакомым. — Что вы хотите от меня? У меня нет денег, — осторожно поторопил Тиг, когда заметил на себе оценивающий взгляд маленьких глазок. Мужчина противно засмеялся и хрюкнул. — Ха! Зачем мне деньги? Моей сестре ты нравишься, а это уже многого стоит, женишок. — Кто?! — воскликнул Воробей и замотал головой в разные стороны. — Н-не, не! С чего бы мы в-вдруг?.. — нервно поинтересовался он, ища пути отступления. Ещё немного и у него начнётся паника. — Не век же мыкаться ей одной, — заметил братец, оглаживая предплечья Воробья. — Я искал ей выгодную партию… но… в принципе, и ты сойдёшь. Откормим тебя, перевоспитаем — и будешь достойным человеком, как я и мой отец. — Не хочу! — жалобно воскликнул Джек. — Отпустите меня! — Не получится. Я не хочу расстраивать свою сестрёнку, а я обещал ей принести её возлюбленного. Только она не уточняла, в каком состоянии. Поэтому тебе выбирать, пташка. Живым и здоровым или живым, но избитым. — Для убедительности мужчина со всей силы стукнул кулаком по стене чуть повыше головы Джека, тем самым заставляя его вздрогнуть всем телом. — Л-ладно, ладно! — Тиг выставил вперёд ладони в примиряющем жесте. — Мне всё понятно. Внезапно Воробей услышал чьи-то негромкие шаги и, недолго думая, заорал во все горло: — ПОМОГИТЕ, НАСИЛУЮТ!!! — Я сказал, заткнись! — прошипел брат Беатрис, влепляя парню сильную пощёчину, от которой тот едва удержался на ногах. Но было уже поздно — кто-то за гобеленом резко остановился и тут же заглянул внутрь. — Джеймс! — радостно воскликнул Джек, очень надеясь на то, что командор хотя бы не один. — Что здесь происходит? — нахмурился Норрингтон. — Пошёл вон отсюда, щенок, — угрожающе прорычал Боров, удерживая Воробья локтем и повернувшись к случайному свидетелю лицом. — Отпустите его, — нахмурился Джеймс, внутренне напрягаясь и готовясь, если что, обороняться. Боров снова противно заржал. — Или я… — «Или я» что? Норрингтон немного растерянно посмотрел на Джека, незаметно набирая номер Гиббса одной рукой в кармане по телефону. — Отпустите его, или я позову директора, — придумал Джеймс. — Ах вот так, — хмыкнул брат Беатрис и в следующую секунду сильно ударил командора по лицу, мгновенно вырубая его. — Джеймс! — воскликнул Джек, когда Норрингтон упал. «Надеюсь, он хотя бы жив…» — Так, надоело это всё! — с этими словами Боров снова прижал Джека к себе и прислонил к его лицу смоченную в снотворном тряпочку. Воробей задержал дыхание и даже пытался вырваться, но всё-таки не выдержал давления и сдался. Когда жертва обмякла в его руках, Боров перекинул его через плечо и поспешил покинуть стены универа.

***

— Джеймс! Джеймс, проснись! Норрингтон поморщился и тихо простонал. В голове гудело, а во рту чувствовался неприятный металлический привкус крови. Рядом кто-то жалобно звал его по имени. Кажется, это был Джек. Так, причём здесь Джек?.. Вспомнив последние моменты ясного сознания, Норрингтон резко сел и распахнул глаза. Он находился в небольшой комнате без окон. Точнее окна были, но так забиты досками и гвоздями, что можно считать, что их и не было. В помещении было темноватенько, но Джеймсу всё-таки удалось разглядеть привязанного к кровати наручниками Воробья. — Джеймс, ты жив! — обрадованно прошептал тот, улыбнувшись. — Я думал, ты умер. — Ну спасибо тебе, Воробей, за веру, — хмыкнул Норрингтон, удивляясь своему слабому и хриплому голосу. Он хотел было встать и помочь Воробушку освободиться, но, к сожалению, сам осознал, что тоже прикован наручниками к батарейке. — Хоть и выглядят крепкими, их можно расстегнуть, — заметив растерянный взгляд командора, прокомментировал Джек. — Видишь, там гвоздик валяется? По размеру как раз подойдёт. Правда, я не могу до него дотянуться… Я вообще никуда не могу дотянуться, — он нервно усмехнулся. — Хотя мне удалось освободить одну руку… Джеймс внимательно смотрел на Джека. Вот угораздило уже его, Норрингтона, так! Мог же просто пройти мимо! Сейчас бы сидел в своей комнате да делами своими занимался, а не находился непонятно где, непонятно с кем, непонятно для каких целей. Вообще их отношения с Воробьем, несчастным хитрожопым созданием, были достаточно странными. С одной стороны, Джеймс презирал его и считал глупой ошибкой своей жизни, но с другой — порой восхищался его увёртливостью и умением держать себя в руках в момент опасности. «Почему я до сих пор якшаюсь с ним? Почему до сих пор защищаю? Меня ведь никто не обязывает…» — порой спрашивал парень сам себя, но так и не находил ответа. Может, дело было в природном обаянии Джека? В его умении подать себя так, чтобы понравиться, вызвать доверие. Ведь, если он захочет, он сможет. Даже в этот раз Джеймсу было стыдно признать, что в тот момент, когда он нашёл Джека и того мужика, Норрингтон шёл по тому коридору не случайно. Ведь он целенаправленно искал Воробья, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Но себе парень, конечно, в этом никогда не признается. — Джеймс! — вывел из раздумий Норрингтона встревоженный голос объекта этих мыслей. Чуть качнув головой, чтобы сфокусировать взгляд, он заметил лёгкий испуг и отчаяние в больших тёмных глазах. — Без паники, Воробей. Выберемся, — твёрдо пообещал командор и протянул руку, чтобы достать гвоздь. Правда, это оказалось сделать не так просто, как могло подуматься. — Давай, Джеймс! Ещё чуть-чуть! — подбадривал Джек, чуть приподняв голову от подушки. — Замолчи, — шикнул на него Норрингтон, вытягиваясь в полный рост, но так и не доставая каких-то пару жалких миллиметров. — Давай, давай! — на мгновение замолчав, снова продолжал Воробей, и Джеймс не стал на него ругаться, понимая, что тот просто сильно напуган и ему, вероятно, так проще. — Джеймс, клянусь, я тебя расцелую, если у тебя получится! Норрингтон судорожно выдохнул, сделал последний самый мощный рывок и всё-таки сумел достать необходимый предмет. «Ура!» — мысленно воскликнул он, но внешне оставался по-прежнему спокойным и непоколебимым. Потянувшись к наручникам, парень попытался их расстегнуть, чувствуя на своей спине прожигающий взгляд. Они должны освободиться. Он же обещал Воробью… — Джеймс, чуть глубже, — взволнованно подсказал Джек. — Я знаю, не мешай! — чуть раздражённо потребовал Норрингтон, всё-таки послушавшись друга. Раздался щелчок, и рука была освобождена. «Отлично, ещё и синяки будут», — недовольно подумал Джеймс, потирая ноющее и покрасневшее запястье. Сзади тихо вздохнул Джек, и командор сразу же переключил на него своё внимание. Подойдя, он быстро расправился с наручниками. — Благодарю, мой друг, — лукаво улыбнулся Джек, тут же поднимаясь с кровати и заключая Норрингтона в объятия. Чуть пристав на цыпочки, он чмокнул командора в щеку. Обещал же расцеловать. Джеймс хотел бы, чтобы ему было это неприятно… Но не смог заставить себя. Почему-то, когда Джек обнимал или даже дружески целовал его, Норрингтон не мог не воспринимать это как должное. — Теперь надо думать, как выбраться отсюда, Воробей, — но чтобы Джек сильно не расслаблялся, Норрингтон мягко оттолкнул его в сторону. Не успел Тиг и рта раскрыть, как внезапно раздался звук поворачивающегося в замочной скважине замка, характерный щелчок и скрип двери. Джеймс по инерции задвинул Джека за спину. Привычка всех защищать за своей спиной, что поделать… И шагнул к стене около двери. Когда в комнату зашёл какой-то мужик с рулеткой для измерений в руках, Норрингтон ударил его, вырубая. Схватил Джека за ворот рубашки и, коротко скомандовав: «Пошли», выбежал с ним в коридор. По пути им встретились еще два человека, благополучно отправившихся спать, но а так этот странный дом без окон был на удивление пуст. Уже оказавшись у самой двери, ребята услышали выстрел. Вздрогнув от громкого звука, они резко обернулись. В том конце коридора стоял сам Боров и несколько его сподручных, они были вооружены и держали пистолеты, наведённые прямо на них. Сглотнув, Джек снова спрятался за крепкую спину друга. — И куда вы собрались? — мрачно поинтересовался брат Беатрис. — Н-никуда! — пискнул Джек. — Просто немного прогуляться… Да, Джеймс? — парень дёрнул хмурившегося Норрингтона за рукав. — Угу, — не менее мрачно поддакнул командор. — Тогда тебе не составит труда прогуляться обратно до своей комнаты. Могу проводить. — Нет, спасибо, не стоит, — натянул улыбку Джек. — Пойдем, Джеймс…

***

— Ну и зачем ты сдался? — холодно поинтересовался командор, когда их вновь привязали. — Если ты не заметил, у них были пистолеты, — задумчиво ответил Джек, послушно разрешая брать с себя мерки. Закончив, мужчина радостно проговорил что-то на странном языке и вышел. Не прошло и минуты, как в комнату зашёл ещё какой-то мужик с ножницами и расческой. Он подобрался к Джеку и принялся приводить его причёску в порядок. Видимо, он всё же переоценил себя. Спустя добрых сорок минут и три сломанные расчёски он всё же сдался и оставил всё как есть. Пока разбойник-парикмахер работал, у Джеймса тоже сняли мерку. — Значит, она настроена серьёзно, — констатировал очевидное Джек спокойным тоном. — А ты, вижу, уже сдался, — хмуро подметил в ответ Джеймс, сильнее подтянув ноги к груди. — Неизбежного не избежать, — вздохнул Воробей. — К тому же… я ещё не сказал своё последнее слово. — Воть вашь кастум, сэр! — В комнату зашёл мужик, что брал мерки, и протянул Воробью его свадебный костюм. Значит, действительно всё серьёзно. — Очень мило, — нервно улыбнулся Джек, чувствуя внутреннюю дрожь. — Вольнуетесь? — поинтересовался мужик, помогая парню переодеться. — Я тоже волновалься перед своей первой свадьбой… Да и перед второй… И третьей… Эх, такой прекрасный момент… А жина у вас красавится! Прямо вах!.. Повезло вам, сэр. Вы прекрасно выглядеть! А вместе с вашей дэвушкой, так вообще бомба! Норрингтон хмыкнул. — Да уж… — тихо прокомментировал он. — Вам нравица? — продолжал закидывать бледного Воробья расспросами мужик. — Вы не представляете, как… — сипло проговорил Джек. Его ноги подкосились, и он сел. — Отличная работа, Грег, — поблагодарил пришедший в комнату Боров. — Оставь нас. — Да, сэр, — кивнул названный и, шепнув Воробью на прощание: «Счастливчик!», покинул комнату. — На, птенец. Взбодрись, — весело проговорил главный разбойник, подходя к Джеку и протягивая ему стакан с неопределённым по внешнему виду напитком, судя по запаху, алкогольным. Джек, недолго думая, выхватил его из чужих рук и принялся жадно пить, пока не выпил до дна. — В нашу семью, — одобрил Боров, медленно попивая из стакана и внимательно рассматривая Джека. — Только учти: если моя малышка пожалуется на тебя, ты сильно об этом пожалеешь. Будем тогда разговаривать по-мужски, если ты понимаешь, о чем я. За твою выходку в универе, из-за которой сестричка расстроилась, я вообще хотел пристрелить тебя, но видишь, сделал тебе честь, оставил жить и шафера выбрал из твоих друзей. Так что цени мое великодушие и не рыпайся. Если, конечно, жить охота. — засмеявшись, мужчина похлопал Воробья по плечу и, кинув быстрый взгляд на Норрингтона, пошёл к двери. — Готовься, через час будет свадьба, и я хочу, чтобы ты был максимально счастливым и довольным. Так что подготавливай себя к этому. Ха-ха-ха! — Ну, Воробей, ты и влип, — сочувствующе произнёс командор, когда безумный смех с хрюканьем прекратились вдалеке. «Не хочу, не хочу!» — мысленно паниковал Джек, обнимая себя руками. Его сердце билось как бешеное, а дыхание участились. Казалось, ещё секунда — и у него случится сердечный приступ. Джеймс перевёл на него взгляд. Кажется, он впервые видел эту пташку по-настоящему испуганной. — Отставить панику! Может, обойдётся всё, — попытался успокоить он, но было поздно. — Джеймс, я вспомнил… ту формулу по физике, которую не мог тогда на экзамене вспомнить, — пожаловался Джек. Норингтон взволнованно посмотрел на него. — С чего это ты её вспомнил? — Да не знаю… О, Роберт. — Какой Роберт? — Так пацана звали. Мы на первом курсе документы вместе подавали… при поступлении. Славный такой парень… Он ещё ручку забыл, я ему свою одолжил, а он, зараза, не вернул. Точно! Забыл Анжелику поздравить! У неё день выпавшего зубика… у папы… Такой важный же праздник!.. Когда в коридоре послышались шаги и раздались голоса, на Воробья нахлынул целый шквал флешбэков. Наверное, это и называют — «жизнь перед глазами пролетела». Тяжело дыша, он продолжал рассказывать обо всем Джеймсу: — Помнишь, пацана в одиннадцатом классе, в параллельке, у его двоюродной сестры по отцовской линии ребёнок родился. Я тебе тогда хотел сказать, да забыл… «Чайка»! Так звали мой первый кораблик, который я с Барбоссой сделал в пять лет из бутылки… А костюм мой на первый Хэллоуин был котёнка… рыжий такой… И хвост ещё получился каким-то облезлым, потому что Барбосса случайно сломал его и просто привязал на меня ленточку… Мне тогда три года было. Со мной ходила сестра Гектора… Норрингтон удивлённо приподнял брови. Вот это память у Воробья… — Я даже помню количество деревьев, что я считал, пока мы ехали до дома Барбоссы. Ровно триста девяносто восемь деревьев… Так и прошёл час. Джек всё судорожно вспоминал моменты из своей жизни, а Джеймс поражался столькому количеству интересных фактов. Под конец Воробей приустал и задремал, при этом перебравшись к Джеймсу, когда Джеку надевали костюм, его отцепили, положив голову ему на плечо. Норрингтон терпеливо ждал. Внутри у него всё сжималось от предчувствия предстоящего, но он старался держать себя в руках. В отличии от Джека он привык к различным метаморфозам этого мира. Его отец был военным, и дед был военным, и прадед тоже… И так до восьмого поколения. Батяня всегда содержал его в строгости, стараясь воспитать из сына достойного, честного и правильного человека. Он часто брал его на военные задания и даже хотел отдать в военную академию. Но тогда Норрингтон младший был уже влюблен в Элизабет и променял всё своё будущее на совместное обучение с ней. Кто ж знал, что она выберет другого. Этого Уильяма Тернера. А потом Джеймс узнал, что Воробей и его закадычный дружок Гиббс тоже поступили сюда же. Как это его взбесило! Везде этот Воробей, им даже одну комнату дали! Гады! Постепенно ненависть ушла, сменилась просто смирением. Потом он с ужасом осознал, что с Джеком дружить не так уж и плохо. Даже весело. Правда, есть риск вляпаться вот в такую ситуацию. — Час прошёл, Воробей, — в комнату вошёл Боров и ещё трое мужчин.

***

— Всё будет хорошо, — шепнул Норрингтон дрожащему и бледному, как лист бумаги, Джеку, как только представилась такая возможность. — Аг-га… — нервно улыбнулся Воробей, судорожно ища пути отступления. — Всё, сейчас уже начинаем, — оповестил счастливый Боров, подходя к Джеку и хватая его за плечо, чтобы не сбежал. — Ну что, женишок… С Богом! Заиграла свадебная музыка. — Сегодня, в такой чудесный солнечный день, мы с вами собрались… — начал было священник, как его перебил громкий возглас: — А-а-а! Нет, я передумал! — Джек резко вырвался из жёсткой хватки и убежал. Его пытались задержать, но не смогли, так как он ловко уворачивался от чужих рук. Правда убежать дальше двери не удалось, ведь она сама по себе открылась и за ней стояла наряжённая как непонятно что Беатрис. — О, мой сладенький пирожочек! — счастливо проговорила она, протягивая руки. Джек попятился, но наткнулся на вооруженных разбойников и Борова. — Зараза, — выругался он и упал в обморок.

***

— М-М-М! М-м-м-м! — мычал Джек, когда его крепко привязали к столбу возле священника. Теперь ещё рядом стояла Беатрис. Отлично. — Ещё раз дернешься — убью, — прошипел Боров ему на ухо. — И начнётся свадебная церемония!

***

— Джек Эдвард-Капитан Тиг, согласны ли вы взять в жёны Беатрис Марию Боров-Келли, хранить ей верность до конца ваших дней? «Я скорее откушу себе язык, чем скажу это», — подумал Джек, предпринимая ещё одну попытку вырваться, но верёвки были непривычно крепкими, да и не убежать было невозможно, поскольку сзади, плотно прижимаясь к его спине мощной грудью, стояла настоящая стена. Видимо, брат Боров на этот раз был настроен крайне решительно. — В твоих интересах сказать «да», птичка, — тихий, но прозвучавший с такой угрозой шёпот заставил Джека сдавленно пискнуть и едва ли не вздрогнуть всем телом. Кажется, на этот раз ему точно не сбежать. — Стойте! — воскликнул Джеймс, на которого Джек то и дело кидал умоляющие взгляды. — По традиции нужно сначала поинтересоваться, кто против этого брака! — Что? — поинтересовался Боров, извлекая пистолет. — Да, он прав, — поддержал священник. — Пусть тот, кто против этого брака, говорит сейчас или всегда хранит молчание. Джек умоляюще смотрел на зал, но не находил ни одного знакомого лица. В ушах звенела тишина… — Ну что ж, — произнёс священник. «Вот и конец», — подумал Джек, смаргивая слезы. — Мы против! — раздались вдруг от входной двери. В зал размеренно вошёл Гарри Уэллс. Да не один, а с целым арьергардом из преподавателей Дубов и полиции. А всё дело было вот в чём. Гиббс только-только вернулся в свою комнату, чтобы взять учебники для следующего и последнего в этот день занятия. Однако не успел он дойти до шкафа, в котором вся их комната хранила свои вещи, как вдруг его телефон звонко завибрировал в брюках, грозясь проделать в них небольшую дырку. Гиббс чертыхнулся и достал его. — Джеймс? — удивился он, посмотрев на номер звонившего. — Да что за… Впрочем, уже через пару секунд Гиббс изменил своё мнение с гнева на волнение, ибо включённый телефон Норрингтона записал ТАКОЕ, что все уроки вылетели у Гиббса из головы. Не стоило и говорить, что спустя две минуты все обитатели комнаты были в курсе происходящего. И не обитатели комнаты — тоже. Не все были рады такому громкому вмешательству в свою жизнь, но, когда надо было, Гиббс умел шуметь. — Я бы хотел узнать, что здесь происходит, — звенящим от ярости голосом прошипел Гарри, пока полиция оперативно разложила всех по углам, а Тига аккуратно распутала из его пут. — Почему два студента нашего колледжа не на занятиях? И что это, чёрт побери, такое?! Вас выгнали за неуспеваемость, мистер Боров! Какое право вы имеете быть на территории колледжа и похищать моих учеников?! — М-мистер Уэллс, — вдруг залепетал Боров. — Я… я тут… — он всё никак не мог подобрать подходящего слова к происходящему. — Джек и… Беатрис… в общем… ну… я… Простите… Гарри вздохнул. — Что на уме у молодёжи… — пробормотал он, отходя от растерянного Борова. — Мистер Тиг, — устало обратился он к Джеку. — Если в следующий раз будете жениться, дайте знать мне, хорошо? А то обидно, когда все новости о своих подопечных декан получает от психолога и других студентов. Джек нервно хихикнул: — Сэр, после сегодняшнего дня можете больше о таком не волноваться. Ибо я вряд ли когда захочу теперь жениться. — Вот и славно, — абсолютно серьёзно заметил Уэллс. — А теперь садитесь в машину, ваши друзья уже заждались. Джек кивнул и поспешил за профессором. Джеймс, прихрамывая ещё после того, как ему заехали кулаком в лицо, направился следом. Беатрис недоуменно глядела то на брата, то на уходящего Джека, походу, вообще не врубаясь в ситуацию. — Джеки! — окликнула она, видимо, что-то спросить. Воробей, услышав это, запнулся на ровном месте и оказался в машине настолько быстро, что невольно заподозрил в себе способности к телепортации. Уэллс обернулся и посмотрел на Беатрис. — Профессор МакГи уже в пути, — максимально мягко для себя сказал он. «Ну, Воробей, держись», — подумала девушка и с раздражением выкинула букет цветов себе под ноги.

***

— ДЖЕК! — Гиббс бросился к другу, чуть ли не падая по пути. — ТЫ ЦЕЛ!!! Уилл за его спиной, а также все другие ребята из их компании, включая Элизабет, облегчённо вздохнули. — А как же, — улыбнулся Джек, подходя к Гиббсу и приобнимая его. — Всё благодаря вам… Кстати, как вы узнали, что мне нужна помощь? Джеймс хмуро посмотрел на обнимающуюся с Уиллом Элизабет, вздохнул и пошёл в душ. Фингал на пол-лица нестерпимо ныл, но он привык, что этого, как обычно, никто не заметит. Однако Гиббс поймал Норрингтона и воскликнул: — По телефону Джеймса. Мне пришёл звонок, и мы отследили его телефон с помощью геолокации. Так мы узнали, кто виноват и что делать. — Джеймс молодец, — улыбнулась Элизабет. — Да, хвала Джеймсу и его забытому телефону! Вот он, кстати, — Гиббс вытащил из кармана и протянул Норрингтону его телефон. — Да, мой телефон, — смутился Джеймс, принимая из рук Гиббса упомянутую вещь. Подняв взгляд, он смущённо посмотрел на улыбающуюся Элизабет, перевёл взгляд на счастливого Воробья, посмотрел на Гиббса. Смутился ещё сильнее и промямлив: «Пустяки, так бы поступил каждый», скрылся в ванной. Уже там, Норингтон, прислонившись к кафельной стене, счастливо улыбнулся. Элизабет улыбнулась ему! Да! — Какой скромник, — с неким восхищением проговорил Скрам. — Ага. Но храбрости ему не занимать, — поделился Джек, вспоминая их «весёлое» времяпровождение. — Ребята, это был самый худший день в моей жизни! Может, по стаканчику? — предложил он, многозначительно подергав бровями, как бы спрашивая: «Смекаете?».