***

Он ослепителен и великолепен. Ярок, громок, потрясающ. Подобных ему во всей галактике найдется единицы. Ему готовы отдаваться и он сам для этого почти ничего не делает, ведь помимо личных данных у него есть деньги. Много денег. А это восполняет все минусы. Так он выглядит по ту сторону двери в свою каюту. Но сейчас он внутри. Холодно. Мороз пробирает изнутри и снаружи. Дышится легко. Слишком. Больно. Это не так боль, которую принято терпеть и которой можно наслаждаться. Другая. Противная, склизкая, слабая, даже болью толком не являющаяся. По ней хочется полоснуть ножом, чтобы прекратить это издевательство. Пусто. Он слышит своё сердце. Оно стучит у основания черепа тихо и мерно: тук-тук по сонной артерии. Тук-тук по мозгу, так, чтобы не отдаваться эхом в тишине сознания. Тук-тук вниз по венам, через венку на ключице, которая так хорошо чувствуется, если сжать горло двумя руками и отставить большой палец вниз. Тук-тук через сердце в груди, между рёбер которой не хватает чего-то. Тук-тук по лёгким, которые начинает жечь. Тук-тук по сердцу. Уже не так ровно. Это было бы забавным, если бы ему не было так все равно. Тук-тук вверх по сонной артерии и уже не так хорошо вниз. И перед глазами темнеет. Тук-тук где-то в пережатом горле, издающем лживый смех и противные всхрипы несглоченной слюной. Тук-тук по вискам и ободранным коленям. Тук-тук по полу слезы, такие же лживые как и смех. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. *** Он ослепителен и великолепен. Ярок, громок, потрясающ. Подобных ему во всей галактике найдется единицы. Ему готовы отдаваться и он сам для этого почти ничего не делает, ведь помимо личных данных у него есть деньги. Много денег. А это восполняет все минусы. Хорошая косметика дорогая, но она замечательно скрывает синяки.