Глава первая или не та ведьма, не тот Турнир

Алина Сергеевна Красникова была заместителем директора Кондосворца. Высокая статная женщина, Красникова имела репутацию непрошибаемой, во всех смыслах, колдуньи. В России её фамилия была знатной и чистокровной. Преподавала она Алхимию, причем у средних и старших классов, младшеклассникам досталась более мягкая преподавательница, зато старшие дети огребали от строгой Алины Сергеевны по полной. Про личную жизнь заместителя ходили слухи, даже не все учителя знали точно что-то о ней.  Алина Сергеевна, твердо ступая, прошла к «главному» стулу, и все сидяцие послушно поднялись со своих мест. — Здравствуйте, господа. - голос Красниковой был почти пропитан холодным безразличием. - Присаживайтесь, я вижу, все уже подошли. И если за многие года обучення Смирнова или Летовская привыкли к натуре Алины Сергеевны, то Юлю всё ещё иногда бросало в дрожь от неё. — Многие из вас не понимают цели собрания Комитета, а тем более моей исключительности в выборе присутствующих сегодня. Я всё поясню. Виолетта изо всех сил старалась не думать о Турнире и одновременно — закрыть свои мысли от чужих проникновений. Красникова была превосходным легилиментом.  — В этом году наш директор - Кирилл Юрьевич Ерёмин получил приглашение для нашего учебного заведения и наших учеников на Турнир Трёх волшебников. - по кабинету прошёлся удивлённый шепот. Присутствующие старосты недоумевали. — Да, обычно в этом турнире участвуют две магические школы - Шармбаттон и Дурмстранг, но так вышло, что французская школа волшебства не сможет принять участие по своему ряду причин, поэтому место на Турнире досталось нам.  Кто-то ахнул, другие просто ошеломленно сидели, Виолетта улыбнулась - не обманул Ванёк.  — Думаю, что теперь понятно, зачем вы все собрались тут. Теперь, вы в числе первых узнали о предстоящем событии. - Алина Сергеевна рассказала главную новость, теперь можно было приступать к инструктажу.  — Сегодня вечером после ужина директор должен объявить об этом уже всем учащимся, поэтому, старосты, соберите всех младшеклассников и не давайте им расходиться, а также после объявления, не давайте им на радостях и других эмоциях разбежаться. Думаю, что более старшие ребята смогут держать в себе все эмоции и адекватно соображать, но главное, чтобы вы не давали детям беситься. - Красникова имела огромный опыт в работе с детьми, могла спокойно пережить любые их выходки, но эти самые выходки до сих пор ее раздражали. Даже сейчас в ее голосе можно было уловить эти нотки раздражения.  — Естественно, я думаю, что вы понимаете, на Турнир трёх волшебников поедет не каждый. - Алина Сергеевна быстро оббежала глазами присутствующих. — Для этого нужно будет пройти испытания, как физические так и умственные. Конечно, есть те, кто поедет почти безоговорочно, но ваша задача объяснить детям, что в число безоговорочных они не входят. А ещё они должны входить в число совершеннолетних. Позаботьтесь о том, чтобы какой-нибудь младшеклассник не выпил зелье старения. Все правила отборочных будут вывешены в Главном зале на стенде информации. На этом пока что всё, есть вопросы?  — А за участие поставят оценку? - Все ребята засмеялись, деканы улыбнулись.  — Ватрушенко, тебе главное оценку получить? - холодно осведомилась завуч.  — Ну у меня по Истории магии одной не хватает. - сообщил Костя.  — Ватрушенко, оценку можно заработать и другим способом. - отрезала Алина Сергеевна, и все за столом разом умолкли. — За участие в Турнире чемпион будет освобождаться от Итогового Сочинения и всех предметных экзаменов.  Все ученики разом оживились. Алина Сергеевна слегка улыбнулась от впечатления, которое навели ее слова.  — Именно Чемпион будет освобожден, или все те, кто поедут на Турнир? - спросил Вольрах.  — Все те, кто поедет. - видно было, что Красникова ответила с большой неохотой, ей то хотелось держать это в тайне, чтобы все рвались стать чемпионами. Все старосты начали переговариваться с соседями по стулу, деканы тоже что-то деловито обсуждали, а Алина Сергеевна медленно вглядывалась во всех учеников, на Виолетте она особенно долго задержала взгляд, и после того, как Костя что-то пошутил, и девушка, смеясь отвела в сторону глаза, их взгляды встретились. Ярко-голубые глаза Летовской мягко, но уверенно впивались в тёмные, почти чёрные глаза Красниковой. Которая будто поставила цель: просверлить взглядом Виолетту Летовскую. Но тут она моргнула, всё закончилось, и свое внимание она переключила уже на Костю Ватрушенко. Виолетта поёжилась как от холодного порыва ветра. Интерес перебегающего взгляда от старосты к старосте постепенно угасал, на последнем юном колдуне - Саиде Фарсудиновом она слегка прищурила глаза.  «Наверняка проводит анализ внешности. Ну конечно, чернявый Саид совсем не похож на традиционное и стереотипное  представление о русском Иванушке.» - подумала Виолетта, она всё еще не спустила глаз с заместителя директора.  — Есть ещё какие-нибудь вопросы? - осведомилась Красникова. Но все молчали. — Вот и славно, собрание Комитета Горного Управления можно считать завершенным. Всем хорошего вечера.  — Была бы возможность - она всех бы послала и пинками вытолкнула. - резонно заметила Виолетта, когда они с Костей шли к общежитию их факультета.  Ватрушенко согласно кивнул.  — Она тебя прям взглядом прожигала, наверное думает, что ты с большой охотой поперлась бы на этот Турнир.  — А что, я выгляжу слишком недоверчивой к этому мероприятию? — Такое тоже есть, но я тебя уже пять лет знаю, не думаю, что ты горишь энтузиазмом учавствовать в этом.  — Значит хорошо знаешь, но я ещё не горю энтузиазмом писать Сочинение… - с явным намеком в голосе протянула Виолетта. Костя с понимающей улыбкой кивнул.  — Ну если так, то я тоже готов поехать! - хохотнул он.  Ребята спускались по винтовой лестнице в гостиную. Гостиная Дажбога была расположена на нижнем ярусе,  (Колдостворец поделен на ярусы) в оформлении ее интерьера встречались зеленый и торфяной цвета, множество цветочных узоров и резьба на деревянных поверхностях добавляли свой шарм гостиной. Жили ученики факультета вокруг подземного озера, а внутренняя часть гостиной - стеклянные арки, выходили на кристально-чистую гладь озера. Уже стало рутиной необдуманное до конца желание первоклашек «открыть окно, а то жарко».  — До ужина! - улыбнулся Виолетте Серёжа. Она до сих пор не могла понять, откуда у парня столько позитива. Летовская уже после полудня начинала на всех ворчать, а он такой каждый день!  — Не прощаемся. - устало заметила Виолетта.  Девушка кинула взгляд на настенные часы. Без десяти пять. Решив, что до ужина, а то есть, до семи времени предостаточно, она развернулись в противоположную сторону от Серёжи, и пошла на спуск на самый нижний ярус, где располагались комнаты общежития.  Жила Виолетта в одной комнате с Леной Соболенко. Весёлая Ленка была разгильдяйкой, но ее отношение к жизни полностью устраивало Виолетту. Привыкшая к жизни в полнейшем порядке со строгими родителями, Летовская спокойно выдыхала, когда видела, что не только ее вещи валяются где-попало. С прогулами Ленке повезло- если преподаватель сам не отмечал, то соседка-староста и не стучала на сожительницу, поэтому у счастливой Лены появлялся лишний часик для сна.  Виолетта открыла дверь, и тут же мимо нее со свистом пролетел черный вихрь.   — Ленкааа!!  — Шо такое? - крикнули в ответ из недр комнаты.  — Пусть твой ворон соблюдает дистанцию, я его боюсь- пожаловалась Виолетта.  — А, щас я его уберу. - через минуту, пока Летовская разувалась, к порогу вышла невысокая шатенка. На ней были лишь черные трусы и запачканная, когда-то бывшая белой, футболка. — Витёк, - обратилась в ворону девушка, — Вот шо ты Леттку пугаешь? - пожурила она птицу.  У Виолетты была ворона - Шэди, но сидела она в серебряной клетке около комода. Витёк же один раз даже удрал от своей хозяйки, и когда его искали он откликнулся на имя Виолетта, а не на свою кличку. Именно Шэди Виолетта пошла кормить, кинув сумку на кровать. Насвистывая какой-то мотив, она искала пачку корма.  — Ты не в курсах чё за сбор на ужине? - в своей манере спросила Ленка.  — Не, откуда мне знать. - невозмутимо соврала Виолетта, но совесть внутри кольнула, и она так и не решилась посмотреть на соседку.  Шэди, аккуратно взяв клювом угощение из рук хозяйки, блеснула глазами в знак благодарности. Лена, наблюдавшая за этой спокойной картиной, усмехнулась.  — Я когда своего так покормить хотела, так он меня цапнул, вот гад этакий!  — Ну просто супостат окаянный! - весело поддакнула Виолетта.  — Не, ну эти вороны уже совсем обнаглели! - не унималась Ленка.   Виолетта улыбнулась. Она расстегивала пуговицы своей блузы, параллельно посматривая на соседку. На ее кровати были разбросаны книги, валялись пергаменты, на полу стояла чернильница с пером.  — Не, ну ты прикинь, он мне отработку дал за прогул! - Ленка, заметив ее взгляд помахала пачкой листов, на них корявым почерком было что-то написано.  — Скворцов влепил что-ли? - усмехнулась Виолетта. — А я тебя предупреждала, что эта гнида из под земли достанет если захочет, а уж с тех пор как ты его предмет бесполезным назвала..  — Да ему жена просто не даёт! - сделала свой вывод Ленка.  — Ну или так. - согласилась Виолетта.  Шэди закончила с трапезой и Шэди каркнула в знак благодарности. Витёк залетел в комнату врезавшись в шкаф.  — У Таши кот также носился когда его кастрировали. - заметила Летовская.  — А чё, можно ворона кастрировать? - с неподдельным интересом спросила Ленка.  — Ну да, ты не знала что-ли? - Виолетта сказала это с такой твёрдостью в голосе, что не поверить было просто невозможно. Лена уставилась на нее как маленький ребенок, которому показали фокус с отрывание пальца. Летовская отвернулась в другую сторону, снова к Шэди, и широко за улыбалась, стараясь не засмеяться. Шэди еще раз каркнула.  Ленка, всё ещё ошеломленная, поднялась с кровати.  — Я пошла голову мыть. - загробным голосом сообщила она. Как только Ленка взяла из шкафа полотенце и вышла в коридор, Виолетта расхохоталась. Шэди, выражая недовольство, в третий раз каркнула.  После изнуряющей, двухчасовой тренировки Ерёмин приплелся в свою комнату. Его соседом был Алексей Вольрах, он был тем еще педантом, причем во всем. В комнате всегда было чисто и опрятно, а Ване эту обстановку запрещали портить. Но в свободное от школы и миллиона дополнительных занятий Алексей был достаточно приятным человеком. Сдержанный Вольрах был чистокровным магом с древнейшей фамилией, изюминкой в его внешности были разного цвета глаза. Сине-кареглазый Алексей отращивал усы, такие же черные как и его волосы. Среди девочек он популярностью не пользовался, а пугал своим низким голосом, единственная кому он нравился была Виолетта. Ерёмину об этом она сама нечаянно проболталась, при появлении в их поле зрения Алексея, Ваня делал двусмысленные намеки, но позже Виолетта ему так пригрозила, что он решил унести ее секрет с собой в могилу. Потом у Летовской появилась новая симпатия, и Вольрах стал не интересен.  Сейчас бывшая симпатия сидела с ногами на кровати и с книгой в руках. На обложке значилось «Великие открытия в мире Алхимии, повлиявшие на всё. От автора Афониной Алены», а на корешке значилось, что толстая книга являлась уже чертвёртым томом. Как же этими книгами наслаждался Вольрах… Алёна Афонина сделала главное открытие века в девятнадцать лет в теме про комплексообразовании солей, а уже в двадцать пять выпустила свою первую книгу для алхимиков, которая в короткие строки стала одной из самый популярных книг во всем мире магии. На первые три дня рождения Вольраха Ваня дарил ему книги с автографом великой алхимика, Ване казалось, что друг его сейчас расцелует за этот, по его словам, бесценный подарок.  — Я думал, ты его уже давно наизусть знаешь. - саркастично заметил Ваня.  — И тебе здравствуй. - кинул на соседа быстрый взгляд Вольрах.  — Лёх, меня никто не спрашивал? - с кривой улыбкой осведомился Ваня. Думал он, естественно, о Тане Смирновой.  — Тата Смирнова заходила. - уже не поднимая взгляд ответил парень.  — Значит всё таки заходила.. - лукаво улыбнулся Ерёмин.  — Вы встречаетесь? - Алексей оторвался от книги и пристально всматривался в лицо соседа.  — Ну.. - запнулся Ваня, — Есть небольшие недомутки, а так то она клёвая.  — Интересная личность. - согласился Вольрах.  Ваня взглянул на соседнюю кровать, на снова погрузившегося в чтение Алексея, и попытался вспомнить когда тот последний раз разговаривал про девушек в романтическом плане. Размышления привели к выводу, что примерно никогда.  Ваня стянул с себя белую футболку и плюхнулся на кровать. До ужина остался час.  Дима Суворов наконец-то дошел до своей комнаты. Она была последней в конце коридора, и он уже всерьез думал лечь в коридоре. Жил он с тремя яриловцами, которые, видимо, были чем-то очень заняты, потому что комната была пуста. Кинув сумку около своей двухэтажки (двухэтажная кровать) он с огромным чувством облегчения лёг. Часы показывали ему, что через сорок минут начнется ужин, а вместе с ним появится директор со своим «неожиданным» объявлением. Где-то в общежитии Сварога Наташа материла всех репортеров Вестника (школьная газета). Она, как новостной редактор, думала, что пережила всё, но нет, похоже статью про квиддич, где Иван Ерёмин стал играть за Терпанов Белогорья она запомнит навсегда. Причем написано было там так уверенно, будто это была чистой воды правда.  Часы в комната Наташи показывали, что до ужина осталась четверть часа.